по волчьему следу

      Морозный воздух декабря звенел, как разбитое стекло.       Дом на окраине деревни стоял, укутанный темнотой, но в одном окне желтел свет.       Эйнар, не ждал гостей. Особенно этой ночью.       Стук в ворота прозвучал мерно и гулко, нарушая тишину. Не праздничный перестук, а тяжкий, требующий.       — Открывай, хозяин!       — Принимай гостей!       Разные голоса звали его наперебой, громко, визгливо и будто даже с издевкой.       Эйнар замер у печи. Он знал обычай: если Дикая Охота стучится — надо открыть, угостить, проявить уважение к традициям прошлого. Но он не двинулся с места. Рука непроизвольно потянулась к стволу ружья, прислонëнного к дверному косяку.       Стук повторился настойчивее.       Раздался жалобный треск дерева, а за ним визгливый, заливистый смех.       — Ещё раз!       Снова удар и на этот раз ворота с вывернутыми петлями рухнули во двор. Свора ворвалась во двор, окружая дом. Теперь их сапоги и кулаки барабанили по стенам и двери, сотрясая сруб. Последним въехал Всадник. Его конь беспокойно переступал и фыркал.       — Убирайтесь! — крикнул Эйнар через дверь. — Убирайтесь прочь! Здесь вам не рады!       Ответом было молчание, а затем — сильный удар в дверь. Он осторожно подошёл к окну и увидел маску волка с пустыми глазницами совсем близко.       Всадник подошёл к дому совсем близко и наклонился так неестественно, что у Эйнара невольно пошла дрожь по спине.       — Мы знаем, — голос Волка был низким, нарочито глухим. — Мы знаем, что здесь есть то, что не принадлежит тебе. То, что ты взял не по праву.       Сердце Эйнара упало.       Дверь содрогнулась от очередного удара. Не выдержав напряжения, Эйнар повернул замок и распахнул дверь, выбегая на улицу с ружьём наперевес.       — Вон, малолетние подонки! — закричал он, трясясь от ярости. — Я знаю вас! Это ты, Петтер? И твои друзья-оборванцы! Снимите эти дурацкие маски! Играете в духов? Видела бы тебя твоя бабушка!       Свора притихла.       Волк молча выпрямился в седле и подъехал к мужчине, выхватив ружье из его рук одним сильным рывком. В короткий миг борьбы, палец Эйнара соскользнул на курок. Прогремел выстрел.       Эйнар даже не успел ничего сделать и теперь мог только недоуменно оглядываться. От сильной отдачи руку Волка прострелило болью. Его мышцы свело, сустав запястья ныл. Будто разозлившись на орудие, Волк замахнулся и выкинул ружье в сугроб.       В тот же момент из-за дома вышел Заяц, ведя за собой белую корову с чёрным пятном на лбу. По форме оно напоминало звезду. Животное шло покорно, её светлая шерсть мерцала в темноте, делая корову похожей на призрак.       — А я нашёл кое-что! — звонко крикнул Заяц. Казалось, он был до невозможного доволен собой.       Волк повернул морду к застывшему мужчине и спешился.       — Ты не только вор, Эйнар, — проговорил он, и теперь в его голосе звучало что-то безличное и леденящее. — Ты оскорбил дом, ты оскорбил саму Охоту, отказавшись открыть ворота. — Голос Волка дрожал. Его плечи опустились, морда подалась вперед, оказавшись совсем близко к мужчине. — Мы — не дети. Мы — голос зи-и-и-имней но-о-о-о-очи. — Слова деформировались, как если бы челюсти Волка свело спазмом. Или если бы он плакал. Из пасти стекала пена, капая на снег. — Мы — память о том, что за неправду следует расплата!       Волк толкнул Эйнара и тот упал на землю. Руки обхватили морду Волка и он пронзительно завыл, дрожа всем телом. Судороги били его, грудь часто вздымалась, каждый выдох заканчивался коротким прерывистым стоном. Волк опустился на все четыре лапы и страшно, по-хищному выгнулся. Хрустел позвоночник, трещали суставы, впустую лязгали челюсти, хватая воздух. Из глотки вырывались булькающие клокочущие звуки. Туловище бесконтрольно дергалось, выгибалось, будто проверяя предел своих возможностей.       Грудь Волка распирало от чувства собственной мощи. Оно было таким сильным, что казалось больше него самого. Больше его физического воплощения. Оно пыхало из ноздрей, глаз, концентрировалось в мышцах рук и покалывало на кончиках пальцев.       Свора прыгала вокруг с визгами и весёлыми воплями.       Наблюдая за этим, Эйнар чувствовал, что его переполняет ужас. Не отдавая отчета в своих действиях, он вскочил на ноги и побежал. Вслед ему летели раскаты смеха.       Его схватили с обеих сторон и вернули на место, не слушая крики Эйнара.       Волк покачал головой из стороны в сторону и медленно поднялся с земли, с насмешкой смотря на мужчину.       — Запрягайте вора.       Эйнара опустили на землю. Болезнь тяжело опустил на его спину лошадиное седло, а Волк взял в руки тонкий кнут, его морда с улыбкой повернулась в сторону. Отрывисто посмеиваясь он подошёл ближе. Перекинул ногу и опустился в седло.       — Ну, погнали, погнали!       Кнут щёлкнул над головой Эйнара. Он сделал шаг, потом второй. Медленно пересёк двор на четвереньках, под улюлюканье Своры, под свист кнута, под смех Волка. Тот постоянно подгонял мужчину, пихая его бедро сапогом и раскачиваясь.       — Быстрее, быстрее! — выл Волк ему в ухо.       Свора бегала вокруг. Заяц прополз рядом с ними, на четвереньках, подражая мужчине. Звезда толкнул его в плечо.       — Ты водишь! — крикнул он, сразу же отбегая от упавшего в снег Зайца.       Подскочив с земли, он отряхнулся и с криком побежал за Тенью.       Свора играла в догонялки.       Волк рассмеялся, смотря за этим.       — Вперёд, мой боевой конь! — крикнул он, подстегивая хозяина дома.       Казалось, тот уже обошёл свой двор вдоль и поперек, но Волк распалялся только сильнее.       — У нас ещё есть неповязанный, — тихо шепнул ему в ухо Болезнь.       Волк замолчал. Он медленно поднялся из седла и обвёл взглядом двор. Жестом подозвал Звезду. Тихо звякнули колокольчики, Звезда подошёл. Волк вручил ему кнут, смотря в прорези его маски. Звезда поднял голову. Его пальцы сомкнулись вокруг кнута.       — Седлай вора! — крикнул Заяц, перепрыгнув через мужчину.       — Седлай! — откликнулась Свора.       Звезда опустился в седло практически с царским достоинством.       — Вперёд! — Он стеганул кнутом по снегу, оставив в нем длинный темнеющий след.       Мужчина снова поплëлся в сторону дома. Волк довольно оскалился, когда к нему подбежал Заяц.       — Ты водишь! — крикнул он и со смехом убежал.       Они катались по снегу, прыгали друг через друга, танцевали, Звезда ездил туда, потом обратно, Заяц слепил небольшого снеговика, а Болезнь с хохотом разрушил его, Волк боролся с Тенью на земле.       Когда небо начало светать, они увели корову с собой. Волк в последний раз взглянул на Эйнара, стоящего на коленях у порога своего дома, не в силах подняться.       — И почини ворота, — бросил он на прощание. — Чтобы в следующем году нам было во что стучать.