Братское соперничество

Орион замер, боясь пошевелиться. Ему потребовались нечеловеческие усилия, чтобы этот невинный, почти детский поцелуй не превратился в нечто большее. Однако Десмонд, как обычно, нарушил магию момента. Он отстранился, провёл рукой по волосам, словно собираясь с мыслями, и уже серьёзно сказал: — Нужно поговорить о ребёнке. — Что? О каком ещё ребёнке? — ошарашенно вскинул брови северный принц. — О Джузе-младшем, конечно. Разве в этом дворце ещё есть дети? Исключая тебя, разумеется. Орион с досадой ухмыльнулся, но спорить не стал. — В общем, надо рассказать ему о смерти матери и о том, что у него есть старший брат. Твой оруженосец тоже должен знать, — продолжил блондин. — Нет. Мы будем держать их в неведении. Пока что. — Что за чушь? Они должны узнать правду! Орион нащупал в кармане ключи и открыл дверь. Свет от факелов заставил обоих принцев поморщиться. Десмонд вышел из кладовки первым, а его брат поплёлся следом. Орион с удивлением обнаружил, что братец не собирался возвращаться на пир. Пьяные голоса становились всё тише, пока не умолкли совсем. — Куда ты идёшь? — тяжело вздохнул Орион. — К ребёнку. Я расскажу ему обо всём. — Ты совсем отупел?! — северный принц схватил парня за плечо и притянул к себе. — Давай, гений, пораскинь мозгами, ты же это умеешь! Если мы сообщим пятилетнему мальчишке о смерти матери, как думаешь, он обрадуется? — Рано или поздно он всё равно узнает, — ответил Десмонд. — Так что будет лучше, если он услышит эту новость не из дворцовых сплетен, а от нас лично. — Ладно. Валяй! — согласился наконец Орион. — Но учти: Джузе-старшему я ничего не расскажу. Он ведь сразу притащится в Спарк, а Астрея останется в Одрии совсем одна. Без защиты. Я не допущу, чтобы моя сестра была в опасности. Расскажем ему о семье, когда вернёмся на юг. — Как скажешь. Это ведь твой дружок, а не мой. *** Маленький Джузе уже готовился ко сну. В его руках была огромная книга с рисунками. Няня занавешивала шторы и оборачивалась через плечо, когда малыш задавал ей вопросы. Увидев принцев, она сразу помрачнела — поняла, наверное, для чего они явились. — Орион, может, не стоит? — спросила она жалобно. — Дитя этого не перенесёт. — Скажи это моему брату. Он как с цепи сорвался, — хмыкнул северный принц. — Иди к себе, мы сами уложим его спать. Няня печально кивнула и тихонько закрыла за собой дверь. Сонный Джузе отложил книгу в сторону, взглянул на Ориона и спросил: — Почему мама меня не навещает? Эта тётя очень добрая, но она не мама! — Давай, Десмонд. Отдувайся перед ним сам, — бросил Орион и расселся в кресле. — Твоя мама не придёт, — сказал южный принц, не пытаясь смягчить правду. — Она сильно болела, но больше не мучается. — И где же она?.. — На небесах, полагаю. Смотрит, как ты растёшь, улыбаешься, играешь. Твоя мама всегда рядом, просто теперь… в другом обличии. — Как это — в другом обличии? — не понял Джузе. — Ну… — Десмонд почесал затылок. — Представь, что твоя мама везде: в ветре, в солнце, в воспоминаниях, даже в сердце. Красные рассветы, которые ты будешь видеть из своего окна, — это её способ сказать тебе: «Доброе утро, Джузе». А луна за окном послужит напоминанием от мамы о том, что тебе пора спать. Она не исчезла, просто приняла другой облик. Понимаешь? — Ничего себе! Моя мама так умеет? — искренне удивился Джузе и подбежал к окну. — Ну вот! Ни луны, ни солнца. Один только снег. — Она обязательно придёт, — пообещал южный принц. — Но ты должен знать ещё кое-что. У тебя есть родной брат. Вы никогда не виделись, но скоро обязательно подружитесь. Твоя мама очень его любит. — Правда? — восхитился мальчик пуще прежнего. — Я всегда хотел брата, чтобы мы с ним были как вы с высоким дядей! Вы ведь тоже братья? — Что ж… потом продолжим этот разговор, — откашлялся Десмонд. — Ложись в кровать, я почитаю тебе что-нибудь. Орион наблюдал за ними до тех пор, пока ребёнок не уснул. Спокойный голос блондина мог вот-вот усыпить и самого принца. Десмонд читал какую-то сказку, но парень даже не пытался вслушаться. Все его мысли были заняты тем, как мягко и тактично братец сообщил ребёнку о кончине матери. Джузе даже не заплакал — напротив, уснул с лёгкой улыбкой на лице, не подозревая, что тело его мамы разлагается на Эделии. Орион хотел бы, чтобы о смерти собственной матушки ему тоже сообщил Десмонд. Так же непринуждённо, мягко, красиво. Может быть, тогда северный принц смирился бы с её отсутствием гораздо легче. В комнате было тихо, только редкое дыхание ребёнка нарушало тишину. Кресло скрипнуло — Орион встал с него и направился к братцу. Парень сел на пол, облокотившись спиной на ножку кровати, а затем медленно опустил голову на колени Десмонда. — Спасибо, — прошептал он своему блондину. Рука брата медленно опустилась на волосы Ориона. Пальцы коснулись чёрных прядей, замерли на мгновение, а потом начали медленно гладить его по голове. Северный принц хотел заговорить о чём угодно — лишь бы этот момент продлился подольше, но нужные слова так и не нашлись. Может, оно и к лучшему? *** Следующее утро стало для Ориона одним из лучших в его жизни. Он лежал на кровати, обнимая подушку, и не мог заставить себя встать. Прокручивал в голове события вчерашнего вечера раз за разом, боясь, что это произошло не наяву. Настроение у него и правда было чудесное. Парню даже захотелось побродить по дворцу и выбесить его обитателей. Этим он и занялся. Накинул на себя одежду и выскочил из покоев, забыв закрыть за собой дверь. Жертвами принца стали Нейра и Барди. Орион ворвался в их спальню, как гром среди ясного неба. Шторы были занавешены, но недолго. Принц задёрнул их, едва не сорвав вместе с карнизом, а потом плюхнулся на кровать. Нейра пробормотала что-то нечленораздельное и перевернулась на другой бок, а её муж с трудом разлепил глаза и устремил их на незваного гостя. — Орион? Ты чего здесь? — Да так. Захотелось повидаться, — ответил тот, не убирая с лица дурацкую улыбку. — Но ведь едва рассвело! Нельзя было выбрать более удачное время для визита? — пробормотал мужчина себе под нос. — К тому же у меня ужасное похмелье. — Барди, на самом деле я пришёл не просто так, — сказал Орион совсем тихо. — Дело в том, что… есть один человек… — Ну вот, началось, — вздохнул мужчина, выпрямив спину. — Не злись. Мне правда нужен твой совет, ведь ты живёшь в браке всю свою осознанную жизнь. Ваши отношения с Нейрой далеки от идеала, но то, что она до сих пор от тебя не ушла, — отличный знак! В общем… Орион смущённо улыбнулся и продолжил: — Мне кажется, я втрескался по уши. По-настоящему. Не так давно я не мог даже мечтать о взаимности. Надеялся, что чувства скоро пройдут и я полюблю кого-то другого. Но тот человек… он… он делал такие вещи, что я невольно задумался: а вдруг у меня есть шанс? Что, если я тоже… нравлюсь ему? — Всё может быть. Ты парень красивый, местами даже умный, — пожал плечами Барди. — Но какого совета ты от меня ждёшь? Я не знаток в любви, сам видишь. Для меня до сих пор тайна, за что жена меня полюбила. — Я просто хочу знать, как лучше поступить. Этот человек… понятия не имею, как себя с ним вести. Стоит ли доставать его вопросами? Без конца спрашивать: «А я тебе нравлюсь или ты всего-то решил надо мной поиздеваться?». Вдруг он сочтёт меня навязчивым, недалёким северянином, каких куча? Но и молчать я тоже не могу! Мне нужно знать, любит он меня или нет! Барди посмотрел на Ориона, а потом усмехнулся — не зло, а скорее понимающе. — Раз не можешь спросить прямо, докопайся до правды через действие. Подари какую-нибудь безделушку: разделанную курицу, новые меховые ботинки, свежую рыбу. Что там ещё любят женщины? Придумай что-нибудь, ты же принц. Захочешь — и все вещи в мире окажутся у твоих ног, была бы фантазия. Устрой романтический ужин, вручи подарок. Посмотри на реакцию. Если скорчит кислую мину — значит, ты ей неинтересен. А если растрогается даже от вонючего меха — тогда точно влюблена. — Романтический ужин? — расхохотался северный принц. — Конечно! А ещё объятия при луне, тайные встречи на рассвете и поцелуи украдкой. Человек, в которого я влюблён, ни за что не согласится на эту авантюру! Десмонд скорее задохнётся в сугробе, чем отужинает со мной при свечах! — Десмонд? — насторожился Барди. — Прости, голова до сих пор плохо варит после вчерашнего. Мне показалось, ты только что назвал имя своего сводного брата. Орион прикрыл рот рукой, готовый провалиться сквозь землю. — Постой. Так мне… мне не показалось? — мужчина схватил его за руку. — Скажи, что я ослышался! Орион! Парень не ответил. — Нет… Только не натвори глупостей, — умолял Барди, сжав его запястье до боли. — Ты же понимаешь, в какую историю пытаешься ввязаться? Боюсь представить, что между вами уже успело произойти. Тебе стоит покончить с этим как можно скорее. — Что? — нервно усмехнулся он. — И ты туда же? Считаешь, это ненормально — любить мужчину? — Ненормально не то, что ты испытываешь влечение к мужчине, а то, что ты чувствуешь это к принцу Раметеи. Влюбись ты в случайного стражника, я бы не раздумывая благословил ваш союз! Но речь идёт не о простом смертном, Орион. Мы говорим о твоём брате. О человеке, которого тебе нужно будет убить. Услышав это, парень подскочил с кровати, словно ошпаренный. Лишь одно имя, названное случайно, перевело этот разговор в совершенно другое русло. Ориону это не понравилось. Он не хотел слышать правду, ведь она была слишком жестока. — Чтоб ты знал: я не собираюсь его убивать, — заявил он, сжав кулаки. — Ни завтра, ни через год, ни через десять лет. И Десмонд тоже этого не сделает. Никогда. — Ты не можешь быть уверен в этом, — сказал Барди. — Сейчас ты — обычный влюблённый дурак, который не способен мыслить рационально. Но когда чувства поутихнут, ты снова окажешься в суровой реальности. И я хочу, чтобы ты не тонул в своих мечтах, ведь сбыться им не суждено. Никогда. — Хватит шептаться. Вы мешаете мне спать, — пробормотала Нейра, накрыв седую голову подушкой. — Я ухожу, — бросил Орион, хлопнув дверью. Кровь в жилах закипала. Приятное тепло внутри сменилось режущей болью. Он на миг представил, как наносит братцу удары мечом: пронзает его тело насквозь раз за разом, глядя прямо ему в глаза. Губы, которые он когда-то целовал, приоткрыты для беззвучного стона. Алая струйка доходит до подбородка, стекает по шее… Орион представил, как убил его. Не потому, что хотел этого, а потому что так надо. И тогда он понял — лучше сдохнуть самому, чем позволить этому случиться. Возможно, его действия и правда приведут к ужаснейшим последствиям. Возможно, не стоило сейчас врываться в покои Десмонда и стоять у двери, как идиот. Но Барди правильно сказал: Орион — всего лишь влюблённый дурак. А влюблённым дуракам можно всё. — Внимательно тебя слушаю, — сказал Десмонд, сидящий за столом. На нём была лёгкая рубашка из льна, которую северный принц прежде никогда не видел. Он даже не соизволил оторваться от бумажной волокиты. Если бы Орион не знал брата как облупленного, то наверняка бы оскорбился, но сейчас ему было всё равно. — Я хочу быть с тобой, — произнёс принц твёрдо. — Можешь не отвечать. Если хочешь — вообще ничего не делай. Но если когда-нибудь решишь бороться, я поддержу. Казалось, эти слова не произвели на Десмонда никакого эффекта. Он продолжил выводить безупречные буквы пером, словно от этого действа зависела вся его жизнь. Орион пожалел о сказанном уйму раз. Подумал: «А может, его всё-таки убить?». Но прежде чем мимолётная мысль воплотилась в жизнь, блондин признался: — Я не умею бороться. — Я научу. Десмонд не ответил, но это было и не нужно. Орион подошёл к столу и сел рядом. Брат не прогнал его, а просто продолжил заниматься своими делами. Северный принц обвёл взглядом его профиль: прямой нос, нижнюю губу, которую он постоянно прикусывал, родинку под правым глазом, ресницы, перекрывающие голубые глаза. До противного очарователен. — Ты голоден? — спросил Орион, когда время подходило к обеду. Десмонд отодвинул бумаги в сторону — и это было его «да». — Прикажу подать еду в комнату. Орион провёл в спальне брата весь день. Он не помнил, о чём они говорили и говорили ли вообще. Зато он помнил чувства, которые испытал, находясь в его компании. Отныне северный принц хотел проводить так каждый день. Открыв глаза ранним утром, первым делом мечтал увидеть Десмонда в льняной рубашке. И пусть плата за это слишком высока, он готов рискнуть.