Охота на львицу

Большую часть пути в машине царила тишина. Гермиона ощущала напряжение всей правой частью своего тела — ровно с той стороны, где сидел Малфой. Её не задело, что он назвал её магглом, но то, с каким пренебрежением он это бросил… Гермиона выдала инструкции, как только они сели в машину, но он не проронил ни слова. «Напыщенный болван». Спустя час они подъехали к дому Амита Шармы, и Гермиона уставилась на Драко. — У Министерства есть какие-то вопросы к мужу погибшей? — Нет. — Отлично, — Гермиона отстегнула ремень безопасности. — Но они могут появиться в процессе допроса. — Не видно, ни слышно — помнишь? — Я не тупой, Грейнджер. Разберусь. Драко наложил на себя заклинания невидимости и тишины. Гермиона всё ещё ощущала его физическое присутствие, хотя его внешнее отсутствие принесло ей толику облегчения. Собравшись с мыслями, она вышла из машины и подошла к входной двери. Стук получился нервным. Тишина. Гермиона постучала вновь. — Отлично, тебя как детектива ни во что не ставят, — раздался за спиной приглушённый голос Драко. Гермиона, не сдержавшись, резко занесла локоть назад. Теперь облегчение ощущалось значительнее. От несильного удара послышалось тихое оханье. Гермиона постучала в дверь сильнее. «Неужели он снова надрался?» — Да не откроет он, отойди, — Гермиона отступила и почувствовала, как Драко обошёл её, задев плечом. — Гоменум ревелио. Заклинание прокатилось волной золотистой пыли и подсветило мужской силуэт на втором этаже. — Он в наушниках. — Я ему позвоню. Гермиона набрала номер и, ожидая ответа, снова размышляла о том, как сильно магия упрощает жизнь — она даже начала забывать некоторые заклинания. «Слишком много магии за последние сутки.» — Слушаю. — Мистер Шарма, мы стоим у вашей двери… — Гермиона ляпнула это прежде, чем осознала. — Кхм, то есть я стою у вашей двери. — Ждите. Силуэт в комнате поднялся. — Браво, Грейнджер. Первые слова — и сразу вдребезги прикрытие. — Перестань. Напомню, что я мало спала и просто задумалась о другом. — О ком? Драко не успел понять, почему задал этот вопрос — дверь распахнулась. — Проходите. Амит зашёл в зал, не дожидаясь гостей. — Доброго вечера. Прошу прощения за оговорку, я одна. Просто разговаривала с коллегой по телефону, когда подъехала сюда. — Мне всё равно. Вы приехали по делу? Тогда задавайте свои вопросы и проваливайте, — Амит взял со стола бутылку пива. Гермиона старалась не обращать внимания на грубость мужчины. Всё-таки у него траур, к тому же она успела морально подготовиться к этому за пару телефонных разговоров. Но вот у Малфоя сжалась челюсть. — Давайте не будем переходить на грубость. Я пытаюсь помочь найти убийцу вашей жены. — Ага, как же, — мужчина на диване сделал глоток. — Уже прошёл месяц, а нихрена не меняется. Этот Браун продолжает задавать одни и те же вопросы, а теперь и вы. — А теперь, — девушка повысила голос и посмотрела Амиту прямо в глаза, — допросы веду я. И если вы не хотите сотрудничать, то наш разговор может проходить в совершенно другой обстановке. Мужчина покосился на неё. — Это угроза? Теперь вы подозреваете меня? Что за бред, зачем мне это? Да у меня же есть алиби — я был с детьми в походе, — мужчина уже явно выходил из себя. «Хотя бы фаза “мне всё равно” позади». Гермиона села в кресло напротив и выпрямилась. — Никто вас не подозревает. Скажите, вы давно планировали этот поход? — Что? — Амит был сбит с толку неожиданным вопросом. — Да. Где-то месяц. — А София изначально не планировала к вам присоединяться? — Нет, она с нами не ездит, — угрюмо добавил мужчина. — Она не любит походы, природу. Обычно я езжу один, но иногда беру с собой и детей. — Она знала, что вас и детей не будет дома более суток? — Да. На что вы намекаете? — Мистер Шарма, прошу, поймите меня правильно. В доме не было следов взлома и даже борьбы… Я предполагаю, что она могла знать убийцу и сама впустить его в дом. Амит закрыл глаза и глубоко вдохнул, стиснув зубы. Затем провёл руками по голове и, чуть не выдрав клок, сжал волосы в кулак, уставившись в пол. — Она изменяла мне, вы это хотите сказать? — Я только задаю вопросы. — Чёрт, — мужчина хлопнул по столу. Стеклянная поверхность зазвенела от подпрыгнувшей бутылки. Девушка дёрнулась от неожиданности, но быстро собралась и опустила плечи. — Я должен был догадаться. Она снова была отстранённой последние пару месяцев. — Снова? Мужчина горько улыбнулся. — Да, такой я рогатый олень. Гермиона продолжала молчаливо смотреть на Амита и он продолжил: — Она уже изменяла мне, я ловил её несколько лет назад. Софи клялась, что такого не повторится, — он резко запнулся. — Но, очевидно, солгала. — Вы простили её? — У нас дети, мисс Грейнджер. У вас есть дети? — Нет. — Тогда вам не понять, как это связывает людей не только друг с другом, но и по рукам. — Значит, вы хотели развестись, но что-то вам помешало? Амит пристально посмотрел на девушку. — Вы очень ловко читаете между строк. Ваш напарник Браун по сравнению с вами — дуб дубом. — Спасибо, но вы не ответили. Мужчина сделал внушительный глоток. — Хотели. И помешало. Больше сказать нечего. — Что ж, тогда у меня осталось только несколько вопросов. Ваша соседка, Сильвия Томпсон, говорила, что вы были репетитором её сына, Микки. Как давно это было? Лицо мужчины застыло на долю секунды, но Гермиона успела уловить эту странность. — Около шести лет назад. — И как долго вы с ним занимались? — Пару-тройку месяцев, около того. — Вы близко общались с вашей соседкой, мистер Шарма? Мужчина опустил руку с пивом. — Что она вам рассказала? — Достаточно, — Гермиона осознанно соврала, понимая, что от неё что-то скрывают. Амит усмехнулся и поставил бутылку на стол. — Вот стерва. А сказала, что держала язык за зубами. Это к делу никак не относится, ясно? — Полиция сама решит, что относится к делу, а что нет. Или вы уже знаете, кто убийца? — Гермиона почувствовала раздражение и многозначительно посмотрела на Амита. Мужчина снова тяжело вздохнул. — У нас был роман. Он продлился недолго. Когда я понял, что Софи что-то подозревает, я сразу всё закончил. — А совместное барбекю было до вашего романа или после? Мужчина отвёл взгляд к окну на пару секунд. — Во время… Я думал, что так отведу подозрения, но, кажется, она знала уже тогда. Сильвия пыталась с ней поговорить, но София была очень холодна. Гермиону накрыло отвращение. Она выпрямилась. — Вы уличили Софию в измене после вашего романа? — Да. Я хотел развестись. - мужчина залпом выпил остатки пива. - Но в брачном договоре указано, что дети и имущество останутся с тем, кому изменили. Тогда-то она и раскрыла карты. Мы остались вместе, хотя, конечно, ничего уже не было прежним. Но мы заботились друг о друге. Со временем мне казалось, что всё пришло в норму и мы простили друг друга. Видимо, всё было не так, как я себе представлял. Мужчина уронил лицо в ладони и продолжил надломленным голосом: — Господи, неужели это я во всём виноват? Она так и не простила меня? — Кто мог знать о её романе? — Гермиона решила задать этот вопрос до того, как Амит утонет в собственной жалости. — У неё не было таких близких подруг. У Гермионы опустились плечи. Эта ниточка должна была куда-то привести, а теперь стало непонятно даже, где искать её начало. — Разве что… Она рассказывала, что познакомилась с какой-то женщиной в книжном клубе полгода назад. Но они особо не виделись, насколько я знаю, просто общались на встречах. Это может как-то помочь? — Надеюсь, что да. Мы проверим. Спасибо. Гермиона уже собиралась встать, но почувствовала руку на своём плече. Она едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть, совсем забыв о своём невидимом спутнике. — Аккуратно спроси, что он знает о вспышке света, которую видела Сильвия. Его дыхание коснулось её уха. По спине прошла дрожь. Она решила подумать о такой реакции позже. — Эм, мистер Шарма, — Гермиона прочистила горло, — видела ли Сильвия что-то странное в ночь смерти вашей жены? — Мда, очень аккуратно, Грейнджер, — недовольный шёпот стал громче, обдавая её шею жаром. Пульс девушки подскочил. — Она говорила что-то про вспышку света. Я ничего не понял, вам лучше узнать у неё. — А конкретнее? Мужчина закатил глаза. — Сильвия любит выпить перед сном лишний бокальчик. Не воспринимайте её слова слишком всерьёз. А сейчас вам пора. Вот-вот приедут Генри и Бетти. Я не хочу, чтобы им лишний раз напоминали, что они полусироты. Вернувшись в машину, Гермиона размышляла о том, как вообще можно забыть, что ты полусирота. Разве можно привыкнуть к тому, что в доме больше нет мамы? Она отчаянно пыталась пристегнуться, но руки или замок не хотели слушаться. Она чертыхнулась. Драко снял заклинания и потянулся помочь. — Я сама справлюсь, — девушка нахмурилась. — Никто не спорит, — Драко застегнул её ремень безопасности. Гермиона уставилась на руль. Должно быть, недостаток сна сказывался на характере. — Я не должна была повышать на тебя голос тогда, в квартире, — девушка устало провела ладонью по лицу. — Это было… — она хотела сказать «по-детски», но передумала, — в общем, неправильно. Но ты должен понять: карьера для магглов в этом мире — всё, и сейчас моя работа — это буквально вся моя жизнь. Я не могу её потерять. То, что я приплела тебя к расследованию, — на этой фразе Малфой поморщился, — и так ставит меня в очень рискованное положение. — Весьма удручающе. Брови Гермионы взметнулись. — Это всё, что ты можешь сказать? — она уже жалела, что снова заговорила с ним. Драко пожал плечами. — Ну, то, что человек не наделён магией, не делает его особенным. Так же как и мы, волшебники, не лучше магглов… Гермиона закашлялась. — Стоп. Что такое ты говоришь? — Грейнджер, ты порой невыносима, — Драко отвернулся к окну. — Нет-нет, прошу, закончи свою мысль, — удивлённая гримаса не сходила с её лица. Драко громко выдохнул. — То, что ты живёшь маггловской жизнью, не значит, что мы стали как-то фундаментально отличаться. В моей жизни карьера тоже на первом месте. Я не на работе только когда сплю, так что я тебя понимаю. — Вау, — больше ей сказать было нечего. Малфой посмотрел на неё. — Я не должен был называть тебя магглом, наверное. Хотя сейчас для меня это вовсе не оскорбление. Девушка незаметно улыбнулась и кивнула. — И… ты правда хороша в своём деле. Там, в доме Шармы, я был приятно поражён твоей непоколебимостью и твердостью в допросе. Твоему сложному характеру нашлось отличное применение. Улыбка на лице Грейнджер сползла. — Знаешь, порой ты тоже невыносим, — она повернула ключ зажигания.