Я рядом

В гостиной на Гриммо двенадцать было темно. Ни свечи, ни камин не освещали съёжившуюся на диване фигуру Джинни Уизли. Бледная, трясущаяся «звезда квиддича» стучала зубами, выгибалась, скулила и, не отрываясь, смотрела на тёмный каминный портал. Гарри задерживался на службе не в первый раз, но сегодня было особенно тяжело и долго. У неё не было сил даже на то, чтобы наколдовать слабенького Патронуса. Время уже перевалило за полночь, когда он появился на пороге, усталый и злой. Скинуть аврорскую мантию, налить огневиски, провалиться в глухую черноту до утра — план выглядел прекрасно. Но стоило дыму рассеяться, а пеплу осесть на ковёр, он понял, что привычно завершить день сегодня не удастся. — Да дракклову мать… — выругался он и дёрнул застёжку мантии. — Тихо-тихо, Джин, я рядом.

***

На пронзительно голубом небе не было ни облачка, солнце светило невозможно ярко, а птицы пели оглушительно звонко — июльское утро в Лондоне обещало быть чудесным. Джинни в простом голубом платье, оттенявшим её и без того тусклую кожу мертвенной бледностью, и накинутом сверху плаще сидела на скамейке около больницы святого Мунго и притоптывала ногами. Голова её была низко опущена, а дрожащие пальцы с силой стискивали сиденье. Большие тёмные очки прятали не только потухшие глаза бывшей «непревзойдённой красавицы спортивной Британии», но и чёрно-синие тени под ними, которые не проходили, сколько бы Джинни ни спала. Некогда длинные и блестящие волосы были пострижены под рваное каре и убраны за уши. Гарри снова опаздывал. Он ушёл до рассвета, надеясь успеть заполнить часть отчётов, чтобы сопроводить Джинни на первую встречу с ментальным целителем, но до начала приёма оставалось пять минут, а его всё не было. Джинни уже потянулась за волшебной палочкой, как за спиной послышались знакомые шаги. — Прости, Долиш пятиминутную планёрку растянул на целый час. Ну что, идём? Джинни подняла голову, и сквозь тёмные стёкла очков Гарри увидел мелькнувший в её глазах панический страх. Она выпрямилась и сделала глубокий вдох. — Я пойду одна, а ты просто будь на связи в полдень. — Конечно, я рядом, Джинни.

***

Тренер юниорской лиги по квиддичу Джиневра Уизли и глава Аврората Гарри Поттер сидели в кафе и болтали. Гарри — с крепким кофе, Джинни — со стаканом воды. — Ты выглядишь так, будто снова только что победил Волдеморта и за твоей спиной разрушенный Хогвартс. — За моей спиной люди, Джин, много людей, а спина у меня одна и рук только две, и в сутках всего двадцать четыре часа. Я устал… — Гарри откинулся на стуле, снял очки и бросил на стол. Он потёр переносицу, а потом снова потянулся к дужке, надевая «лицо главы Аврората». — А знаешь, что? — Джинни улыбнулась и потрепала его по плечу. — Приходи к нам в субботу на тренировку, полетаешь на метле, почувствуешь небо, ветер в ушах, свободу… И дети будут рады. Гарри окинул Джинни скептическим взглядом. — Я запрещу им скандировать «Гарри Поттер — наш герой!», а кто попросит автограф — просидит на скамейке запасных до конца сезона. Гарри хмыкнул. — А ты сурова. Джинни молчала, уставившись стеклянным взглядом на оживлённую улицу в маггловской части Лондона. — Да… Я изменилась, Гарри. Как и ты… и мы все. Мы думали, что война закончилась, а она только начиналась, с той лишь разницей, что Пожирателями стали не другие волшебники, а мы сами. Пожирателями собственной жизни, а они не знают пощады. — Джинни тряхнула головой, словно отбрасывая грустные мысли. — Ну что, придёшь? — Конечно, Джин, полетаем плечом к плечу.

***

Гарри мерил шагами спальню на Гриммо двенадцать, когда часы пробили три часа ночи. Он был уже изрядно пьян, поднимая палочку дрожащей рукой, чтобы отправить Патронуса. Она пришла через пятнадцать минут, в мантии, наспех наброшенной на пижаму. Гарри сидел на полу, прижавшись к стене, голова была опущена, а плечи вздрагивали. Она тихо приблизилась к нему и села рядом. — Пять человек, Джин… И трое ранены… Мы сделали это, сегодня… А завтра всё по новой. Когда это кончится? — проговорил он, не поднимая головы. — Боюсь, что никогда, — также глухо отозвалась Джинни. Он поднял голову и пристально посмотрел на неё. Джинни вытянула ноги, и он положил голову ей на колени, обхватив себя руками. — Тихо-тихо, Гарри, я рядом. — Джинни нежно водила рукой по взъерошенным волосам своего самого близкого человека.