white shroud/белая пелена

      Я будто лечу по воздуху, ветром уносит так резко, кружит, поворачивает. Очень быстро. Глаза открываются с трудом. Чувствую тошноту поднимающуюся к горлу. Пахнет дешёвым хвойным ароматизатором для салонов автомобилей. Такие обычно таксисты используют. Слышу визг шин глухо, словно вдали. Сигналы недовольных водителей, сопряжённые традиционно с руганью, и матерными словами. Яркие лучи июльского солнца падают на глаза. Я всё никак не проснусь. Лежу на заднем сидении машины. Облезлая обивка коричневого цвета, два сидения передо мной, занято только водительское. Различить с такого ракурса, и состояния, можно лишь черноволосую макушку, думаю это мужчина.       А почему я вообще сплю в чужой машине?       – куда мы едем? Кто вы? - спрашивает тихо водителя.       – о, ты проснулся. Доброе утро. - голос знакомый. Хосоку ярко улыбаются через зеркало заднего вида.       – доктор Блэйк? Что происходит?       – я тебя украл, но ты не волнуйся, я всё объясню, как только выедем из страны, или хотя бы за пределы штата. - постукивает ладонями по рулю в такт музыке из радио.       – чт... почему? Зачем вам меня похищать? - даже думать об этом кажется нелепым. - Это шутка какая-то, розыгрыш? - выпрямляется на сидении присаживаясь.       – нет, что ты, всё вполне серьёзно. Я на самом деле тебя украл. - скривившись добавляет. - Мне не нравится слово похитить.       – почему? Дело не может быть в деньгах, вы знаете что у меня их нет. Для чего вам? - как это вообще может происходить со мной? Такое только по новостям показывают. Господи, что вообще делать когда тебя похищают?       – мне не нужны деньги, ничего не нужно. - оглядываясь по-секундно на парня объясняется Дин. - Я хочу спасти себя, и тебя в придачу если получится.       – да что вы говорите? Я не понимаю, от чего спасти? У меня ведь всё хорошо. Не от чего спасать. - он не в своём уме, или... даже не могу других вариантов придумать.       – помнишь ты говорил как-то, что тебе кажется, будто за тобой следят, даже нашёл камеру наблюдения у себя дома? Так вот, тебе не казалось, всё это было на самом деле. За тобой следили постоянно, наблюдали, изучали. Вся твоя жизнь сплошное научное исследование, эксперимент. - Дин задыхается от волнения. Наконец-то удалось высказать это вслух. Наконец можно говорить правду без оглядки. Страшно, сложно, но потом освобождающе.       – вы меня пугаете док. Это всё звучит, как надуманная, раздутая теория заговора. - неужели он верит в то, что говорит? - Хосоку становится страшно настолько, что разум устаёт справляться. - Пожалуйста, остановите машину, позвольте мне выйти, я хочу домой.       – за тобой следили день и ночь, за мной не так тщательно, потому мне и удалось ускользнуть незамеченным, а после воспользовавшись эффектом неожиданности, я приехал к тебе, и забрал из дома. Твоей подружки не было в постели потому, что как раз в это время ночи, она отвозит свежие анализы в лабораторию. Я рассчитал некоторые факторы.       – что? Господи, да о чём вы говорите? Какие анализы, что вы сделали с Рани, и почему я не проснулся, когда вы меня похищали? Украли, украли, да. - Хосоку думается, что если ситуация не улучшится, надо набраться смелости, и выпрыгнуть из машины на ходу. Велик шанс убиться об асфальт, или попасть под колёса другой машины, но один к трём выжить.       – я же говорю, как ты не поймёшь, твоя девушка накачивает тебя снотворным, берёт кровь, и другие жидкости для анализов, а потом отвозит их в лабораторию, где и работает. Я сначала думал она просто актриска, потом невзначай понаблюдал и понял, что она действительно врач, притом вряд-ли уровня просто интерна, либо же она слишком гениальна. Вот почему они убрали Дженсена, а не её. Достаточно трагично, но девчонка ценнее как рабочий кадр. - Дин слишком увлекается рассуждая вслух. Он так долго ждал этого дня.       – зачем вы это говорите Блэйк? Зачем издеваетесь надо мной? Что я вам сделал? - какой же кошмар, да что с ним не так?! За что?       – нет, нет, как раз наоборот. Сам подумай, интуиция давно тебе подсказывала, ты просто не хотел видеть правду. Помнишь, сам же сказал, даже если за тобой реально следят, и твоя жизнь в самом деле похожу на "Шоу Трумана", ты не хочешь когда-либо узнать об этом правду. - резко поворачивает направо, превышает скорость. Вот-вот за ними погонится патруль.       – ладно, допустим я вам верю, допустим. Зачем я кому-то сдался, чтобы устраивать весь этот карнавал в мою честь? Уйма денег уйдёт на всё что вы описали, на круглосуточную слежку, на актёров, на анализы и лабораторные исследования, на... убийство моего друга. Это всё, абсолютно всё незаконно, и не сойдёт с рук никому. Так зачем огромные затраты и риски, ради меня? - он правда хочет услышать внятный ответ, который позволит расставить все точки.       – это довольно сложный вопрос, и ответ на него я знаю лишь в общих чертах, так как я всего лишь расходный материал. - вспоминаются все пять лет, что отняли у него, день за днём, месяц за месяцем. Первые два года уходили на то, чтобы натаскать на нужный уровень подчинения, страха, внушения всех директив, и обучение разумеется. На вопрос "зачем вам я", отвечали что-то вроде, уникальный опыт общения с одним из субъектов, плюс нужная квалификация. Следующие три года, Дин работал непосредственно с тем, ради кого его готовили. Первая встреча шокировала, несмотря на всю подготовку, и держать себя в руках оказалось почти непосильной задачей, но справился, ведь тогда, отец ещё был жив, и Хоуп где-то там, навещал его. Дин знал, ему показывали фото их встреч в мастерской у Мори. Было для кого стараться, ради кого быть послушным зверьком на привязи. - Ты, видишь ли Хосок, один из многих двойников, таких же как и ты, один в один, но при том, совершенно особенный.       – вы же догадываетесь да, что мне это ни о чём не говорит? - он точно выжил из ума. Ждать адекватности не стоит, нужно действовать по ситуации, и самое важное, не злить его, не выводить, значит слушать его бредни, чтобы говорил побольше. - Объясните толком, пожалуйста.       – знаешь что-то о клонах? Это искусственно созданная копия биологически живого организма, будь то животное, или человек. Я не очень разбираюсь, но в целом... так вот, двойник, то есть ты, и тебе подобные, это что-то типа клонов, только рождённые естественным путём, матушкой природой. И по непонятным причинам, вы все довольно важны, вы особенные, связаны между собой так, или иначе, но ты друг мой, выделяешься даже из своей двойниковой массы. Я не знаю, сколько вас наверняка, эта информация есть только у мистера Голда, и его начальства.       – аа... значит, я и мне подобные, двойники. Хочешь сказать, думаю уже можно перейти на ты, - уточняет делая вид расслабленного слушателя, будто они вновь в кабинете, и получив утвердительный кивок продолжает. - есть другие люди, похожие на меня, как две капли воды, а вся моя жизнь обман, как в том кино? Почему?       – я не знаю, думаю именно это они и пытаются выяснить, а ещё стандартно, как использовать полученные данные, и возможно вас самих в своих коварных целях, как водится. - их тормозит патрульная машина, из динамика просят прижаться к обочине, и медленно выйти из авто. Дин вжимает педаль газа в пол, и удирает с визгом колёс. - Никогда такого не вытворял. Адреналин бьёт ключом.       Несколько минут погодя, они отрываются от погони, заезжают под мост, где стоит несколько машин, а рядом с ними чернокожие парни в спортивках, и банданах. Доктор выходит с самым безбашенным видом за свою жизнь, и наставляет на них пистолет, непонятно откуда взятый. В глубине души, Хоки надеется, что хотя бы бандиты аккуратно, без вреда Блэйку, его остановят. Однако увы, те поднимают руки через минуту, и уступают свои машины. Бери любую. Что он им сказал, только оружие бы не убедило? И он берёт самую приметную, машет оружием парню, чтобы садился. Бандиты смотрят им вслед, а Хосок не чувствует ни земли под ногами, ни самих ног от дрожи, пока идёт.       – на чём мы остановились? - неспеша отъезажет из-под моста.       – ты говорил про людей, которые изучают двойников. - было бы смешно, не будь так страшно. - Кто они, эти люди? Кто этот мистер Голд?       – кстати об этом, спасибо Якобу. Им интересны твои сны, они изучают и их тоже. Потому что... тадаам, это не просто сны. В них почти всё реально. Может это тебя шокирует, но это так. - вздыхает громко, чуть ли не воет. - Извини, я хотел бы рассказать тебе всё более спокойно, но просто не могу расслабиться, сомневаюсь, что уже смогу.       – мои дурацкие сны. Это абсурд! - воспоминания нахлынули потоком перебивая друг друга, накладываясь, и пересекаясь, смешиваясь в единый ком бессвязной дичи. - То есть, если представить на минутку, что я тебе верю, верю во всё это, получается что... мне снились мои двойники, и их жизни?! - почему это кажется самой настоящей правдой за всю жизнь?       – в точку! Каждый раз, это был кто-то из них. Когда ты убивал кого-то, когда тебя пытали, или убивали, когда дружил с кем-то, спасал кого-то, помогал, пытался умереть, или читал рэп, это были другие версии тебя. - не всё потеряно с этим парнем, до него можно достучаться.       – и даже тогда, когда мне снился ты? Это значило бы, что у тебя были отношения с моим двойником. - ждёт отрицания, даже отчего-то надеется. Было лестно по сокрытой причине, считать образ из сновидения собой.       – не совсем отношения. Он просто использовал меня, чтобы повесить свои убийства, чтобы я взял их на себя, и сел в тюрьму вместо него, и я сделал всё как он хотел, вот только не думал, что история на этом не кончится. - говорит ровнее чем ожидал. - Но я не жалею. Это дало ему время чтобы изменить свою жизнь. Я надеюсь, что он сумел, что получил то, о чём мечтал.       – Хоуп! - бьёт как молотом по наковальне оглушающе. Всё бы ничего, всё бы можно было отрицать, низвести до чужого помешательства, сумасшествия, шутки, если бы не прошлая ночь. Если бы не тот туман, и отражение Хосока в нём. Если бы, не его слова. Если бы... - Что если, он говорит правду?! - Хоки замолкает, тишина сейчас милее жизни.       – вы все, двойники, ты и твои сны, загадочные феномены природы, или мистики. Тебе снилось всё то, чего ты не понимал, но что имело непосредственное отношение к тебе, твоим двойникам, и ко всему сущему.       – ладно. - опустив голову, парень уходит в себя, а Дин продолжает гонку за свободой, переключив всё своё внимание на дорогу впереди. Маловероятно что удастся выбраться, но всё же.       Они меняют машины ещё два раза, их странным образом преследуют, и заложник уже не знает чему верить. С каждой минутой, проведённой с Блэйком, его версия начинает казаться правдоподобной. Хоки ещё пытается держать связь с реальностью, хоть и считает действия психолога безумием.       – у тебя есть какой-то план? Куда мы едем? - исходя из небольших наблюдений, и малых познаний в географии, они движутся в сторону юга, хотя бежать на север было бы ближе, и куда логичнее.       – ну не план, а скорее черновик, или даже набросок, концепция плана. Если совсем по-честному, есть только замысел, и большую часть я додумываю на ходу. Одно знаю точно, нельзя быть предсказуемым. Нельзя делать то, что они могут просчитать.       – и поэтому мы едем не в Канаду, где легче затеряться, а куда-то на юг? Ты даже не знаешь от кого мы бежим. Связаны они с правительством, или это частная корпорация, компания. От кого мы бежим, Блэйк? Разве это не главная линия, для определения будущего вектора действий, знать кто твой противник?! - пятьдесят на пятьдесят вероятность того, что его версия правдива, и что нет, но кажется, я в любом случае не жилец. Он угробит нас обоих.       – я думал ты будешь смертельно напуган, чтобы задавать путные вопросы. А ты, довольно спокоен, молодец. - хвалит пациента с улыбкой.       – я и напуган, но мозг ещё работает, и ничего я не спокоен. Я хочу домой, и чтобы всё это было просто очередным, дурацким сном, после которого я проснусь, буду переживать из-за его реалистичности, а после работы приду к тебе на приём, и буду говорить об этом, о своих никому не нужных чувствах, и тревогах, и всё будет как всегда. - Хосок фокусирует взгляд на горизонте впереди, через лобовое стекло открывается однообразный, пустынный вид. Это помогает совсем немножко держать себя в руках. Парень уже почти смирился со своим незавидным положением.       – это всё ужасно, я знаю, но лучше так, чем всю жизнь быть подопытным, а когда ты станешь им неугоден, быть разобранным на части для подробного изучения.       – что ты имеешь ввиду под своим "так"? Объясни мне Блэйк. Я хочу знать хоть что-то конкретное, кроме твоих мистических историй о моих копиях, и волшебных снах. - нерешительно подаваясь вперёд, Хоки подбирается ближе, и держится за водительское сидение левой рукой. - Я даже не знаю, сколько мы уже едем, меняя машины одну за другой, день, или два.       – пятьдесят часов, если быть точным. - будто чувствуя прикосновение на себе, Дин разминает плечи, и продолжает тише. - Ты прав, я многого не говорю, потому что многого не знаю, и я мало что продумал. Всё что я делаю зиждится на отчаянии, и желании освободиться, хотя бы на короткое мгновение. И я не мог просто наблюдать как тебя обманывают, и используют, как делают больно, чтобы сделать тебя покладистей. Мне не безразлична твоя судьба, может это привычка...       – не правда. - падает назад, скрещивает руки.       – думаешь я лгу?       – если всё это взаправду, ты лжёшь самому себе. Это не ради меня, а ради того парня с моим лицом. Выгляди я иначе, тебе была бы не так важна моя жизнь, или страдания. - молчание служит подтверждением, и Дин это знает, сколько не пытался отрицать, сколько бы ни тешил своё самолюбие, говоря в душе о благородстве своего поступка. Всё равно, дело в нём. В человеке, которого физически не существовало, деля одно тело на двоих, который жестоко расправлялся с другими, и играл чужими чувствами, ради своих целей. В человеке, чьи показные эмоции, и поцелуи, скорее всего были не более чем превосходной, актёрской игрой. Да, так и есть.       – возможно ты прав, но лишь отчасти. Мне не безразлично, что с тобой будет Хосок. - ведь через тебя, я всё ещё могу цепляться за связь с Хоупом. Такую короткую, и мимолётную, что будто бы и не было. Но ведь, он выполнил мою просьбу, приглядывал за моим отцом.       – почему ты так любишь его, если он разрушил всю твою жизнь? - Хоки не смотрит в его сторону. На сердце скребут кошки острыми как наточенные бритвы когтями. Всего лишь растерянность, и лёгкое чувство зависти. - вся моя жизнь обман, ничего настоящего. Ничего стоящего. Рани не любила меня, никто не любил. А кто-то плохой с моим лицом, заслужил не только бесконечную преданность, но и всепоглощающую любовь. Ради него готовы на всё.       – я бы не назвал это любовью. Между нами едва ли что-то было.       – и всё же.       – я... не знаю. - я ведь и правда не знаю ответа. Почему? - Просто... мне всем сердцем было жаль, что у него нет шанса быть собой. За тот мимолётный, пусть и тревожный период, что я знал его, сердце в моей груди билось чуть сильнее, и чаще, словно я очнулся ото сна.       – мне не понять. - какая горечь от чужих чувств, и нет, не от сострадания. - Останови, я хочу сесть вперёд. - требует твёрдо Хоки, будто пытаясь доказать, "я не бесплотная тень твоего прошлого, я тоже живой, смотри".       Они молчат следующий час, один смотрит на дорогу, другой в своё окно. Пустыня кажется столь же необъятной, сколь и безнадёга, растущая в груди бедного парня.       Поровнялись с другим автомобилем всего секунд на семь. Четырёх из них хватило с лихвой, чтобы водитель машины заметил его, и рассмотрел так, словно видит призрака, а в оставшиеся три, Хоки понял причину. Рядом с парнем в той машине, сидел другой, в солнечных очках, откинувшись устало назад, но всё же, его черты лица, не узнать было невозможно. Хосок видел это лицо каждый день, у себя в зеркале.       Там, всего в нескольких метрах, находился его двойник, живое доказательство. Всё это, действительно правда!       Они вырвались вперёд, умчались прочь. Стоило остановить Дина, крикнуть ему, что он там? Ещё один, кого надо предупредить, спасти, помочь. Жизнь того парня ведь тоже под угрозой. Но Хоки не стал. Он промолчал, крепко зажмурив глаза.       В голове пронёсся образ, рыжие волосы, искалеченные тело и душа, тёмное место, чудовища в обличии людей, кровь, смерть, дружба, и те треклятые куклы в камере.       Все они, на самом деле пережили то, что казалось Хосоку просто сном. Все они, живые.       "Блэйк говорил, что я особенный, но получается, раз таких как я много, и большинство из них куда лучше меня, я не особенный вовсе, даже наоборот, я хуже чем обычные.       Что если там лучше? Что если быть подопытным кроликом лучше, чем настоящая жизнь, и никакой угрозы нет? За мной ведь просто наблюдали. Не считая... убийства моего друга, и игры на моих чувствах годами. Манипулирования каждым аспектом моей жизни."       Едва подавив приступ тошноты, Хоки сосредоточился, перебирая в голове всё, что знал. При том всё, значило не только свои знания и информацию, но жизни, опыт, и память своих двойников. Он начинал почти что осязать эту связь между ними на кончиках своих пальцев.       Принять решение о своей дальнейшей судьбе, оказалось не так сложно, как он предполагал. Так же, как и понять, что делать дальше. В этой полупрозрачной, белой пелене тумана, проступила ясность, самая понятная за всю жизнь. Он внимательно прислушался, как и советовали. Всё встало на свои места.       – Блэйк, ты сможешь мне довериться, и сделать как скажу, если я знаю, как нам выкрутиться, как спастись? - быть уверенным, Хосок ещё не успел научиться.       – ну ка, подробнее пожалуйста. - трёт лицо ладонью пытаясь взбодриться. - Я уже порядком устал крутить руль.       – нужно ехать в Тихуану. Сможешь провезти нас через границу?       – в Мексику? Почему?       – тебе... Хоуп просил передать, ему жаль тоже, что времени было мало у вас.       – что? - Дин свернул на обочину, уставившись неверяще на парня. - Ты видел его?       – той ночью, когда ты забрал меня из дома. Во сне.       – что-нибудь ещё сказал? - мужчина не моргал, словно молнией пронзило, тело застыло боясь спугнуть момент, упустить важное.       – не ищи, и не жди, меня уже нет. - Хосоку сложно понять именно этих двоих, понять кем был Хоуп, кажется, он не был полноценным человеком, не был... но он знает что значат эти слова. Смерть.       – он, исчез! - Дин задыхался. Он не мог поверить... не мог принять услышанное. Выскочив из машины, ушёл на несколько метров в сторону, и свалился на колени, на прохладный вечерний песок. Хоки дал ему бесценное время оплакать утрату. Не подходил, и не трогал.       Была ли это месть, за то что окунул в правду головой, вырвав из сладких оков лжи? Месть путём разрушения крохотной, последней капельки надежды. Не совсем. Так надо было. Иначе Блэйк не поверит.       – ты ещё жив, не сдавайся. - Хосок не умеет утешать по-настоящему. Крайне неловко. Не роняя ни единого слова, Дин заводит машину, и едет дальше. Провозит окольными путями через границу, как и обещал. Всем всё равно, когда в Мексику въезжают, а не бегут из неё. Небольшая остановка в забегаловке, чтобы отдохнуть. Кажется, их больше не преследуют. Оторвались.       Взяв двухместный номер на двоих, Блэйк ожидает Хосока, после того, как тот уговорил невольного защитника, чуть ли не трясущегося от напряжения, усталости, и удара, на один короткий звонок по старому, проводному телефону.       Хоки вспоминает номер неспеша, хоть и нервничает ужасно. Это новый уровень авантюризма, запутанный, и мудрёный, даже для нынешнего их положения. Память не подводит, даже более того, начинает работать, как никогда хорошо раньше. Психолог сам сказал, надо быть непредсказуемыми, и Хосок это обеспечит тридцатью тремя секундами телефонного разговора.       Он без стеснения наблюдал за тем, как мужчина лёг в кровать, и закрыл глаза, положив руки себе на живот. Казалось, нервы не дадут заснуть, но очень быстро, Блэйк вырубился, а дыхание стало более равномерным.       "Выглядит, как мертвец". - подумал Хоки про себя, и заснул не отрывая от него взгляда. Ему нужно было не только отдохнуть, но и почерпнуть для себя что-то полезное. Хосок очень надеялся сегодня на сновидение, перед которым привычно пройдёт сквозь туман.       – останови здесь, мне уже надоело ехать, ног не чувствую. - просит парень следующим утром, проезжая через небольшой посёлок на окраине Тихуаны. - Тем более, что мы уже на месте.       – что у тебя за план, поделишься? - хрипло спрашивает Дин.       – а я ведь знал тебя только по фамилии, до того сна. И даже после того, как я рассказал тебе о нём, даже с момента этого рискового, безумного побега, ты не назвал имени. Мы не познакомились толком. - Хосок тянет время, вернее оттягивает конец. Это тяжелее, чем он думал, расставаться с ним.       – тебя волнует моё имя?       – но тебя же моё волнует. - как удар под дых.       – что-ж, Хосок, рад с тобой познакомиться, меня зовут Дин. - протягивает символически руку. Хоки глядит на неё нерешительно, затем крепко, и долго пожимает.       – для тебя так будет лучше, поверь пожалуйста, и не держи зла. - до того как парень договорил, их окружают около дюжины вооружённых мужчин. Дин видит, Хосок не боится, их отрезают друг от друга, но парень не дрожит, не беспокоится, он собран, и кажется готов.       – что ты сделал? - пытается оттолкнуть их, и прорваться к нему. Лицо Хоки ещё видно между плечами возникших людей. Метрах в тридцати стоит некто, руководящий ими, рядом с ним ещё несколько человек на готове. Он спокойно наблюдает. - Не надо Хосок, не делай глупостей.       – мне теперь кажется, что я никогда не был единым человеком, и в душе я это понимал. Я был всего лишь осколками других людей, их частичками, что вместе составляли пусть кривое, и неправильное, но цельное. Я целый, понимаешь Дин? И я останусь таковым, не бойся. - он искажённо улыбается стараясь убедить в своей правоте.       – нет, ты не понимаешь. Якоб не остановится никогда, он будет искать тебя. Я видел его, видел это в его глазах. - кричит уже Дин, когда его отталкивают всё дальше, припечатывая к непонятно откуда взявшемуся позади джипу. Солнце достаточно яркое, чтобы мужчина мог успеть заметить резкий испуг на лице Хосока, и тоненькую ниточку слезинки, скатившуюся по щеке, когда он прикрыл веки на секунду.       – ну конечно, это был он, там в коридоре, только старше чем тогда. - говорит тихо, слышно лишь своим ушам, вспоминая всё, и сопоставляя фрагменты всё подступающих воспоминаний. Чужих воспоминаний в своей голове, что кажется вот-вот взорвётся. - Я знаю. - громче, чтоб услышали нужные уши. - Я не твоя надежда! Я справлюсь Дин, и ты тоже. Прощай.       Его заталкивают в машину не кричащего, молча шокированного. Затем, парень подойдёт к чужому другу, коего обманул лишь самую малость, и поблагодарит за помощь. Он знал теперь, что Алонсо не будет докапываться и выяснять, а сделает всё необходимое, чтобы скрыть его, дать убежище. Этого хватит до тех пор, пока Хоки не найдёт другой способ, пока тот другой Хосок не выйдет с ним на связь, и обман не вскроется. Надо же, притвориться своей копией. Вот это афера.       Он знает, двойник не осудил бы, понимая почему так пришлось поступить. Да и, всё это лишь на время. Однажды наступит переломный момент, когда бежать будет некуда, но Хоки успеет подготовиться.       Хосок навсегда запомнит бескрайне синие как океан глаза, самые живые за всю его жизнь. Он будет помнить всё. Всё, что было с ним, с теми у кого было такое же лицо. Всё...