Лабиринт ощущений

Поздний вечер. За окном царила непроглядная тьма, которую лишь изредка прорезали огни фонарей, тусклый свет в окнах соседних многоэтажек и резкие вспышки фар проезжающих машин. В маленькой, но уютной однокомнатной квартире Эрена витали аппетитные ароматы: запах свежей выпечки смешивался с горьковатыми нотами кофейных зёрен и тягучим духом жидкой карамели. Йегер обожал сладкое, хотя по его вечно хмурому виду и не скажешь, что он — тот ещё сладкоежка. Эрен стоял на кухне, освещаемой лишь мягким, приглушённо-оранжевым светом настольной лампы в углу. От медитативного процесса приготовления любимого напитка его отвлёк резкий звонок телефона. Нехотя отставив питчер с молоком, парень взял гаджет. На экране высветилось лицо Армина — видеовызов. Йегер нажал на кнопку принятия, и перед ним тут же появилось обеспокоенное лицо лучшего друга. — Эрен, привет! — По Арлерту было видно, что он явно чем-то обеспокоен. После их последних откровений Армин, кажется, окончательно вжился в роль личного психолога и теперь ловил каждое изменение в настроении друга. — Как ты? Как себя чувствуешь? Всё хорошо? — Привет, Армин. — Эрен поставил телефон на стол, облокотив его на тяжёлую керамическую кружку. — Я в порядке. И можешь, пожалуйста, выключить режим заботливого родителя? Буду очень рад, если со своими будущими детьми ты будешь общаться именно так, но мне сейчас это… лишнее. Эрен устало вздохнул, прикрыв глаза. Слишком сильное внимание друзей порой душило его сильнее, чем собственная депрессия. — Давай сразу к сути звонка, — добавил он, сделав медленный глоток обжигающего кофе и прислонившись к углу кухонного стола. Армин на экране отвёл взгляд, нервно перебирая пальцами край своей кофты, пытаясь подобрать правильные слова. — Я знаю, что тебе сейчас нелегко, хоть ты и смог открыться мне… Но мы с ребятами подумали и решили: нам бы очень хотелось, чтобы ты хоть чуть-чуть отвлёкся. Сессия закончилась, каникулы начались… Микаса предложила съездить на две недели за город. В тишину, в уютный дом. Чтобы просто сменить обстановку. Ну, что скажешь? — Армин… — Эрен почти простонал это имя, запустив свободную руку в свои каштановые волосы и до боли оттягивая пряди у корней. — Я не хочу быть никому обузой. И… не думаю, что мне поможет обычная смена обстановки. — Какая ещё обуза, Эрен! Что ты такое говоришь? — Арлерт вскинулся, его голос зазвучал твёрже. — Мы за тебя волнуемся не потому, что обязаны, а потому что ты нам дорог. Это будет просто отдых. Тебе нужно развеяться, глотнуть свежего воздуха. Пожалуйста, подумай об этом. Мы будем очень рады, если ты согласишься. Армин нежно и ободряюще улыбнулся. Эрен замолчал, глядя в дно своей кружки. Внутри него боролись два чувства: желание запереться в этой квартире навсегда и странная, пугающая потребность быть среди своих. Он понимал, что эта поездка — своеобразная ловушка, но он был настолько опустошён, что позволил себе в неё попасть. — Ладно. Я поеду, — неохотно согласился он, чувствуя, как где-то в глубине души заворочалась тревога. Интуиция шептала, что всё пойдёт не по плану. И Господи… как же она была права.

***

Спустя пару дней подготовки друзья решили, что выезжать нужно как можно раньше, чтобы добраться до места до наступления темноты. В квартире Эрена в день отъезда царил хаос. С самого утра он лихорадочно метался по комнате, пытаясь запихнуть в чемодан гору вещей, которые никак не хотели укладываться компактно. Его отвлёк настойчивый, требовательный звонок в дверь. Уже догадываясь, кто это, Эрен, спотыкаясь о собственные кроссовки, пошёл открывать. На пороге стоял Жан. Он был в своей привычной короткой куртке, без шапки, несмотря на мороз, и выглядел на редкость бодрым. — Ты не проспал? Удивлён! — с ходу выдал Кирштайн, проходя внутрь без приглашения. — Ты бы хоть причесался для приличия, Йегер. А то выйдешь на улицу — всех людей в округе своим «гнездом» распугаешь. Эрен раздражённо хлопнул себя ладонью по лбу, возвращаясь в спальню. — Я вообще ничего не успеваю! Жан, избавь меня от своих подколов хотя бы сегодня! — Потому что дела нужно делать вовремя! — упрекнул его Жан, следуя за ним и опираясь плечом о дверной косяк. Он скрестил руки на груди, наблюдая за хаотичными движениями друга. — Кто тебе мешал собраться вчера вечером? — Жан, вот только твоих советов мне сейчас не хватало! — огрызнулся Эрен, усердно пытаясь продрать расчёской колтуны в волосах перед зеркалом. — Если ты такой умный, то лучше бы помог, а не стоял над душой, как надзиратель в колонии! — Так и быть, — хмыкнул Жан, направляясь к шкафу. — Окажу тебе услугу, бестолочь. С того дня, как Эрен съехал от отца в эту квартиру, Кирштайн бывал здесь едва ли не чаще, чем у себя дома. За два года он выучил расположение каждой полки, поэтому уверенно начал доставать тёплые вещи и складывать их в чемодан.

***

Звук резко застегнувшейся молнии чемодана ознаменовал финал сборов. С вещами было покончено. Эрен напоследок метался по комнате, проверяя ящики и выключая электроприборы, боясь забыть что-то жизненно важное. — Да успокойся ты уже! Что ты бегаешь постоянно, я понять не могу? Эре-ен! — Жан выкатил чемодан в коридор и с грохотом приставил его к стене. — Ничего из твоего дома не убежит, пока нас не будет. А вот мы — реально опаздываем! Серьезно, Йегер, утихомирь свою нервозность, на тебя смотреть больно. — Да, Жан, отстань! Не видишь? Я и так весь на иголках! — Эрен замер посреди комнаты, тяжело дыша. — Вся эта поездка, сборы, дурацкие мысли… Так еще и Ривай из головы не лезет… На последнем слове Эрен мгновенно осознал свою ошибку. Голос его резко упал до едва слышного шепота, а сердце, казалось, решило пробить грудную клетку. В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина. Эрен похолодел, вспомнив, кому именно он только что едва не выдал свою тайну. Жан был последним человеком, которому стоило знать о его чувствах. Тот недавний разговор в кофейне, который Йегер за эти дни успел благополучно вытеснить из памяти, снова вспыхнул перед глазами ярким предупреждающим сигналом. Но тут вселенная, словно сжалившись над несчастным шатеном, решила протянуть ему руку помощи. В кармане Жана требовательно зазвонил телефон. Парень, всё ещё подозрительно щурясь, нехотя достал трубку. — Да, Микаса, слушаю. — Он засунул свободную руку в карман своей тонкой кожанки, которая совершенно не подходила для нынешних морозов. — Да этот «красавчик» собраться никак не может. — Жан кивнул в сторону побледневшего Йегера. — Всё-всё, выходим, скоро будем, не переживайте. Жан быстро вышел в прихожую и крикнул от двери: — Жду тебя в машине, чемодан я забрал! Живее! Послышался хлопок входной двери. Эрен, едва державшийся на ногах от накатившей тревоги, бессильно облокотился плечом о стену, медленно переводя дух. Пронесло. Снова. Как ни странно, когда Эрен сел в машину, Жан не проронил ни слова о странном упоминании Леви Аккермана. Напротив, он вел себя как обычно: без умолку болтал, травил байки о том, как его в очередной раз отшила какая-то красотка, и по привычке подкалывал Эрена. Йегер тоже предпочел тактику молчания, и за короткую поездку неловкая ситуация почти стерлась из памяти, вытесненная дорожной суетой. Вскоре машина притормозила у знакомого дома. Жилище Микасы выглядело как на рождественской открытке: крыша была укрыта толстым слоем пушистого снега, двор превратился в чистое белое полотно, а в морозном воздухе медленно витали крупные хлопья, исполняя свой безмолвный танец. У ворот их уже ждали. Микаса, по самые глаза закутанная в свой неизменный красный шарф, и Армин, стоящий рядом с горой сумок.

***

— Слушай, Микас… Тебе не кажется, что два чемодана и три сумки на две недели — это, мягко говоря, перебор? — ворчал недовольный Жан, пытаясь впихнуть очередную сумку в и без того забитый багажник. — Для тебя, может, и много, а я девушка. Это мой базовый минимум, — отрезала Микаса, вкладывая ему в руки следующую сумку. — Да я понимаю, что минимум, но… — Ну раз понимаешь, то не выпендривайся, а работай, — перебила она друга и отвесила ему смачный подзатыльник. — Ай! Да за что опять?! — вскрикнул Кирштайн, потирая макушку, но тут же получил второй, профилактический удар. В это время Армин и Эрен стояли чуть поодаль у забора, молча наблюдаяза привычной перепалкой друзей. — Армин… — Шатен тихо окликнул друга, не отрывая взгляда от падающего снега. — Я не знаю, зачем согласился на это. У меня стойкое предчувствие, что я только всё испорчу. — Эрен, не говори так! Всё будет хорошо, — Арлерт мягко положил руку на плечо друга, заглядывая ему в глаза. — Но если ты продолжишь твердить себе, что случится беда, ты сам её притянешь. Расслабься, мы же просто едем отдыхать. Эрен открыл рот, собираясь возразить, но его перебил звук распахиваемой — едва ли не с ноги — входной двери дома. Обернувшись, парни увидели на крыльце женщину с сияющей, почти безумной улыбкой. Эрен мгновенно её узнал. Это была его начальница — Ханджи Зое. Прежде чем он успел хотя бы моргнуть, энергичная и взбудораженная Ханджи уже оказалась рядом с ними. — Эрен! Солнышко! Ты всё-таки согласился, я так рада! — Она заключила Йегера в такие крепкие объятия, что создавало сь ощущение, будто Ханджи хочет его задушить — Это будет самая лучшая поездка в истории человечества! — Х-Ханджи? Вы?.. Что вы здесь делаете? — Эрен был не просто в шоке, он пребывал вахуе. Мысль о том, что он проведет отпуск в одном доме со своей эксцентричной начальницей, ввела его в состояние тотального астрала. Йегер застыл с открытым ртом, собираясь засыпать Ханджи вопросами, но его бесцеремонно перебили. — Эй, очкастая, отлепись от него уже, а? Строгий, низкий голос, прозвучавший как раскат грома среди ясного неба, раздался прямо позади Эрена. Обернувшись, парень увидел человека, которого последние недели отчаянно старался избегать. Леви Аккерман стоял у ворот, прислонившись к своей машине. Его лицо, как обычно, выражало смесь усталости, ледяного спокойствия и строгости. В руках он держал ключи, которые лениво вращал на пальце. Эрен не мог поверить своим глазам. Его взгляд метался от Леви к сияющей Ханджи, затем к Армину, пытаясь осознать реальность происходящего. Мир вокруг начал медленно рассыпаться на куски. Ханджи, заметив окончательно недоумевающий взгляд Йегера, звонко рассмеялась и по-дружески хлопнула его по плечу. — Ой, солнышко, ты же, наверное, не знаешь! Леви — мой лучший друг! Мы с ним уже двести лет знакомы, со времен института! Он тоже с нами едет, представляешь? Мы решили устроить такой большой, дружный выезд всей компанией! Ханджи от избытка чувств начала легонько трясти ошеломленного Эрена за плечи, отчего у того голова пошла кругом. — Ага, «друг», — фыркнул Леви. Одним коротким нажатием кнопки на брелоке он открыл багажник. Машина издала характерный щелчок и на секунду мигнула фарами. — Познакомились в универе, и теперь она отлипнуть от меня не может. А еду я с вами, потому что я, собственно, и предложил всю эту авантюру. Ханджи, отпусти его, я тебе говорю. Живого места на парне не оставила. — Какой же ты ревнивый человек, Ривай! — Ханджи шутливо надула губы и нехотя выпустила Йегера из своей крепкой хватки, сделав шаг назад. Армин, стоявший рядом, заметил, как Эрен резко изменился. Шатен начал часто и мелко дышать, его зрачки сузились, а лицо стало мертвенно-бледным, почти прозрачным. Он выглядел так, будто сейчас либо рухнет без чувств, либо начнет кричать от невыносимого внутреннего давления. Арлерт мгновенно считал состояние друга — он понимал: если Эрен сейчас сорвется на глазах у всех, их секрет может вырваться наружу, а поездка закончится грандиозным скандалом. — Ой, Эрен! Мы, кажется, забыли твою поясную сумку прямо у ворот в сугробе! — Армин громко воскликнул, привлекая внимание к себе. — Пошли скорее, пока не выехали, а то потеряем! Армин быстро, но аккуратно перехватил Йегера под локоть. Сохраняя на лице вежливую, чуть извиняющуюся улыбку, он потянул друга в сторону, уводя его подальше от эпицентра встречи за угол кирпичного забора. Эрен шел, слегка пошатываясь; шок оказался настолько сильным, что ноги его практически не слушались. Оказавшись вне поля зрения «чужих» лиц, шатен бессильно прислонился спиной к твердой поверхности забора и зажмурился, хватая ртом холодный воздух. — Эрен, дыши. Пожалуйста, просто дыши ради всего святого, — прошептал Армин. Он аккуратно расстегнул молнию на куртке Йегера у самого горла, помогая ему сделать полноценный вдох. — Всё будет хорошо, я рядом. — Эй, Арлерт. Из-за спины блондина раздался тот самый строгий голос, от которого по коже пробежали неприятные мурашки. Армин замер, загораживая собой дрожащего Эрена, который всё ещё пытался справиться с панической атакой. Он понимал: если Леви сейчас подойдет ближе и увидит лицо Эрена, скрывать правду станет невозможно. Блондин медленно обернулся к Риваю. Не убирая с лица мягкой, чуть смущенной улыбки, он напустил на себя вид легкой неловкости. — Что с Йегером? — Леви стоял в паре метров, засунув руки в карманы брюк и подозрительно щурясь. — Всё в порядке, господин Аккерман! — Армин невинно захлопал глазами. — Просто Эрена немного укачало еще по дороге сюда — Жан слишком резко входит в повороты. Плюс он всегда очень сильно волнуется перед долгими поездками, такая уж натура. Вам Микаса, наверное, рассказывала — он вечно накручивает себя из-за мелочей. Ему просто нужно пару минут подышать свежим воздухом в тишине. Леви недоверчиво прищурился, переводя острый взгляд с лица Армина на согнувшуюся спину Эрена. Тишина затянулась на несколько мучительно долгих секунд. В конце концов, Леви коротко кивнул и, ничего не сказав, вернулся обратно к Ханджи, которая уже начала активно задирать Жана и Микасу. Эрен, стоя за забором, едва нашел в себе силы открыть глаза. Он осознавал только одно: эта поездка, которая должна была стать его спасением, официально превратилась в его персональный ад. И он только что в него вошел.