Белый плен

Лора. Когда он уснул, я сразу услышала его сопение, которое говорило, что он отключился. Я укрыла его одеялом, выключила телевизор и направилась в спальню. Утром я проснулась раньше обычного и, выйдя из комнаты, увидела, как он сладко спит под лучами солнца. Его губы были слегка открыты, и мне захотелось его поцеловать, но, сдерживая себя, я пошла на кухню и решила в качестве благодарности приготовить завтрак. Пока я готовила, старалась его не разбудить, чтобы он поспал подольше — так как он усердно трудился. Пока я жарила блинчики, мне пришло смс от Сукуны: У меня есть для тебя хороший подарок. Я: Все ваши подарки ушли в мусорку, так что можете не стараться. Сукуна: Ауч. Однако этот подарок вы не сможете выбросить. Я: Не интересно. Сукуна: Фото На фото были два билета на концерт Arctic Monkeys. Эту группу я слушаю лет с пятнадцати, но он как-то это узнал. Я: Заманчиво, но вы домогались меня. Сукуна: Я хочу извиниться. Я: Бог простит. Сукуна: Значит, ты меня прощаешь? Я: Нет. Сукуна: Сегодня вечером заеду за тобой в 6. Я: Нет. Он ничего не ответил, но, кажется, он просто не хочет меня слушать. Я продолжила готовить, но почувствовала на себе чей-то взгляд. Когда я обернулась, то увидела, как Годжо смотрит на меня, улыбаясь. Я отвернулась от него, чувствуя смущение. — Иди завтракать, — произнесла я, раскладывая посуду. Пока он был в ванной, я решила немного подождать, но как только услышала, что он выходит, начала есть. Он чуть ли не вприпрыжку подошёл к столу и начал есть со мной, периодически поглядывая на меня. — Почему ты так рано встала? — спросил Годжо, когда я мыла посуду. — Не знаю, — ответила я. — Может… пойдём сегодня погуляем? — спросил он. — У меня сегодня встреча, — ответила я на автомате. — С кем? — расстроенно спросил Годжо. — С Сукуной, — говорю я ровно, моя тарелку и не глядя на него. — Он подарил билеты на Arctic Monkeys. Моя любимая группа с пятнадцати лет. Жаль, ты не спросил. — Ты не пойдёшь, — твёрдо ответил он. Я вытираю руки и поворачиваюсь. Его лицо — это картина. Не гнев. Первая стадия — абсолютная, ледяная пустота. Как будто его отключили. Потом щёлкает что-то в глазах. Не ревность. Расчёт. Опасный, безжалостный расчёт. — Я уже согласилась. — Расторгни. — Нет. Это моя жизнь. Ты — мой сосед по договору, а не страж. — Я прохожу мимо него, чувствуя, как воздух становится колючим от его энергии. — Он будет здесь в шесть. Будет лучше, если тебя не будет дома. Для всех. Я ушла в комнату, оставив его одного. По нему было видно, что он был в гневе и растерянности. И даже когда Сукуна ослушался меня и всё-таки приехал, он смотрел на меня молча, сдерживая недовольство. Я молча надела сапоги и тонкое пальто поверх кофты с джинсами. Когда спустилась, Сукуна ждал меня у машины, улыбаясь мне. Он был одет как обычный парень: в джинсах и футболке, а поверх — куртка.