Office Commotion

— ... Господин Дженши? Господин Дженши! ... — ... Ауч! Ч-что... что случилось?! — Вы заснули на рабочем месте. ... — М-м-м... Ну заснул, и что? В свой законный обед я не могу хотя бы часик подремать? — Можете. Просто обед закончился минуту назад. ... — И вот ради этой «штрафной» минуты меня стоило бить здоровенной стопкой бумаг? — Вы дважды не отозвались на мой голос — а кричать на весь ваш кабинет я не хотела. — На «весь мой кабинет», в котором нет никого кроме тебя и меня? — Это было бы неуважительно к вам как к моему непосредственному начальнику. ... — Маомао... Ты уверена, что крик менее уважителен ко мне, чем удар по голове? — Конечно. — Вот как? Ну если ты так считаешь, мне стоит задуматься о твоём увольнении... — Не возражаю. Но прежде чем задумаетесь... Не взглянете, чем именно я вас ударила? ... — Это... годовой отчёт по прибыли? — Принесла вам на вычитку. Некоторые показатели во втором и четвёртом кварталах года меня беспокоят — хотела бы согласовать с вами позицию о причинах падения продаж. ... — Хм-м-м... Падение продаж — это, конечно, неприятно, но что значит «наша позиция»? Доклад перед гендиректором компании готовлю лично я как начальник департамента фармацевтики — не ты. Мне, если быть точнее, интересно твоё мнение как старшего аналитика, чтобы я мог принять его во внимание при составлении итоговой презентации. — ... Уверены, что хотите его услышать? — Ну-у... Да?.. Наверно. Не так, конечно, как до твоего предостережения, но всё-таки. — Как знаете, э-кхм... Нам следует уменьшить объёмы закупок рекламы препарата для повышения потенции по центральным телеканалам. ... — ... Чего? — Виагры, я имею в виду. Знаете же, как она работает? — Реклама? — Виагра. ... — Ты меня точно разбудила? Или наоборот, слишком сильно ударила по голове? — Вряд ли, господин Дженши. Замах я делала небольшой: учла размер стопки. К чему вы ведёте? — Да просто... Какое отношение виагра имеет к отчёту нашей фармацевтической компании за год? — Позвольте пояснить: данные отдела маркетинга показали, что затраты на трансляцию рекламы нашего препарата для потенции покрываются доходами с продаж самого препарата лишь на пятьдесят миллионов йен. Это даже не затраты на его производство в месяц. ... — Хм-м... Насколько мне известно, рекламу такой «продукции» мы купили в поздневечерних и ночных слотах — в период показа любовных дорам. Когда оба партнёра в постели, обнимают друг друга, тут один понимает, что хочет, но не может... Ну ты поняла. — Поняла, да. Показ идёт два раза в час, с одиннадцати вечера до трёх ночи. — ... И мы всё равно теряем на её показе слишком много? — Смею предположить, целевая аудитория препарата в это время уже спит и не смотрит телевизор. В таком случае, выигрывают производители снотворного. — ... Намекаешь на людей за шестьдесят? — Было бы обидно, намекай я на людей за тридцать... Не так ли, господин Дженши? ... — Меня вот в «подбитые лётчики» записывать не надо, я — прости за нескромность — ещё ого-го! ... Могу задать нескромный вопрос в ответ? — Во-первых, господин Дженши, вы мой начальник — разрешение спрашивать не нужно, если не переходите личные границы. А во-вторых — вопрос более нескромный, чем мой? — Тебя в нескромности превзойти сложно, «старший аналитик Маомао»... Скажи мне вот что: почему по результатам маркетинга информируешь меня ты, а не уважаемая Шисуй? — ... Хм-м, а вы забыли? Она ушла на больничный — сразу после рождественского корпоратива. Нам всем подали несвежие закуски к сакэ, а многие под градусом заметили подвох не сразу. Отравление, температура — отходит до сих пор. — Жуть какая. Отходит... уже седьмой день? — Именно так. Обещала выйти в конце недели. — Понятно... Подожди, так ты ведь тоже ела те закуски! За обе щеки уплетала — у меня аж глаза на лоб полезли от такого... чревоугодия! — Ого, вы прямо смертный грех вспомнили, умно... Меня плохая еда не берёт — многолетняя выдержка. Отделалась тогда ночным несварением желудка. — Ну-у, знаешь... Можно было в принципе не пить, как я. — ... Не «пить, как вы»? А как вы пили, господин Дженши? — Никак. — Вообще? — Настолько «не» пил, что помню твоё раскрасневшееся от алкоголя лицо. — ... Звучите страшновато, но в своём репертуаре. Я, к слову, помню ваше... никакое лицо — вы сидели среди, но, как будто, отдельно ото всех. — Возможно, возможно... М-м-м, ещё пол дня работать, а бодрости ни в одном глазу. Можешь сделать мне кофе? — Простите, но я не ваш секретарь. Для этого у вас есть господин Гаошунь. — Это, конечно, да, но.... порой хочется, чтобы кофе тебе принесла девушка. Понимаешь меня? — ... Нет, не понимаю. — Хорошо, а если парень? — ... Всё равно не понимаю. — Тогда кто? — Никто. Я сама в состоянии сделать себе кофе. ... — А если лень подняться с дивана, но кофе хочется? — Хм-м... Если я спокойно лежу на диване, значит, это вечер или выходной, в который мне никуда не надо. В такие дни мне больше хочется чаю... Или какао. — И? Кто бы тебе его принёс? — Чай или какао? Ради них я и сама поднимусь и приготовлю, чего хочу больше. ... — Какая ты... независимая. — Самодостаточная. У понятия «независимость» сейчас не самая приятная коннотация. — Ну... Могу тебя понять. ... — Господин Дженши, а зачем вам секретарь-девушка? Секретарь-мужчина плохо исполняет свои обязанности? — Нет, но... — ... но вам просто хочется поглазеть на женскую грудь в вырезе блузки? ... — От тебя это звучит как что-то мерзкое. А что в этом плохого? — Плохого — ничего. А вот мерзкого, как вы и сказали, немного есть. — Почему? — Приведу пример: к вам подходит человек, начинает разговор, но смотрит не в глаза, а... скажем, в пах. Как бы вы отреагировали? — Спросил бы, почему он смотрит мне в пах. — С грудью — схожая ситуация. Как минимум, неуважение к человеку — одинаковое. — Ну не скажи, верхние пуговицы некоторые девушки расстёгивают специально, как мне кажется... Вообще, была бы ты мужчиной, ты бы меня поняла. — К счастью, я женщина. Ничего лишнего в штанах держать не нужно. — Почему сразу «лишнее»? — Для женщины «это» — лишнее, господин Дженши. Вы точно проснулись? Или я и правда слишком сильно ударила вас по голове? — Да я не это имел в виду... Ладно, забудем. Не напомнишь, зачем ты ко мне пришла?.. — Предложила меньше рекламировать виагру. Вы все, так или иначе, до неё дойдёте — только сигналом станет не реклама, а разочарованная женщина перед вами. ... — То есть мы пришли к тому, с чего начали... Надо всё-таки попросить Гаошуня сделать кофе. — Не будете заменять его женщиной? — Не буду, не волнуйся... В моей приёмной, так сказать, бюстгальтеры приветствоваться не будут. — Бр-р-р... Так ещё хуже. — Почему? — Если к вам с визитом придёт представительница компании-партнёра, вы попросите её снять бюстгальтер, прежде чем разрешите переступить порог вашего кабинета? ... — Вот почему ты... так буквально воспринимаешь мои слова? — Вас за язык никто не тянет. К тому же, я просто уточняю, а не выдвигаю обвинения в харассменте. ... — Твои интонации всегда такие спокойные и одинаковые... Не могу понять, когда говоришь искренне, а когда издеваешься. — С вами, господин Дженши, я всегда издеваюсь... Ой, в смысле, с вами я всегда говорю искренне. — Эх-х, даже твои оговорки наигранны... Постой-ка, а почему виагра? — ... В каком смысле? — Наша компания разрабатывает столько лекарств и препаратов, столько вкладывается в их продвижение в соцсетях, телевидении и на уличных билбордах — но ты приходишь ко мне, сразу после обеда, чтобы разбудить и сообщить, что мы не должны настолько вкладываться в продвижение мужской эрекции по ночам? ... — Вам говорили, что вы умеете лишать чужие слова всякого смысла и переиначивать их в свою пользу? — А где я, по-твоему, соврал? — Я не говорила, что вы соврали. Однако вы нарочно заменили «потенцию» на «эрекцию». — И в чём принципиальная разница? — Потенция — комплекс факторов в мужском организме, эрекция — один из. Вам лишь бы засмущать перед собой порядочную девушку, господин Дженши. — Не оправдывайся, ты первая подняла эту тему! И-и... про секретаршу без бюстгальтера! ... — С вами всё в порядке, господин Дженши? – ... Г-Гаошунь! Когда уже на моём столе будет виагра?! ... В-в смысле, когда уже на моём столе будет кофе?! — Вы не просили господина Гаошуня приготовить вам кофе — я лишь успела предложить его кандидатуру. И зачем, если ваша нервная система и так перевозбуждена? ... — Маомао... Я перевожу тебя из аналитического отдела в младшие секретари. Будешь помогать Гаошуню с корреспонденцией и кофе. — Не существует такого подразделения, господин Дженши. Не вы ли сказали, что не допустите бюстгальтеров в приемной на постоянной основе? — Я создам подразделение. Своим приказом. И закреплю возможность ношения бюстгальтеров. — Вы так любезны к своим сотрудникам... Насколько знаю, у вас нет таких полномочий. — Почему же? В рамках департамента — есть. — У гендиректора не возникнет вопросов, почему у него один секретарь, а у его зама — целое подразделение? — И что? Посоветую в ответ создать собственное. — Отдел секретарей на департамент — это бездумная, расточительная трата средств. — Нет, если её одобрит гендиректор. Мы частная, а не бюджетная организация. — Но мы отчитываемся за свою прибыль перед акционерами. — Как мужчины, они нас поймут. Женщины — тоже. — Не все женщины хотят подразделение секретарей. — А подразделение секретарей, раздетых до пояса и обмазанных маслом? ... — Таких мужчин называют по-другому. Но тоже с буквы «с». — Без разницы, по нашим должностным они пройдут как «секретари». ... — Господин Дженши, зачем вы приставили меня к стене? — А зачем ты пришла рассказать мне про траты на виагру?! Их доля в общем обороте продаж нашей компании не превышает и пяти процентов — какое тебе дело до бедных мужчин? ... — «Бедные мужчины» не станут создавать себе гарем из секретарш. И предлагать такую должность квалифицированным аналитикам.