Пламя иного мира

Приказ пришёл на двадцатый день. — Лагерь повстанцев в лесу у деревни Камакура, — полковник Рэй ткнул в карту. — Тридцать-сорок человек. Уничтожить, взять пленных. Я изучал карту. Лес, река, холмы. — Данные разведки проверены? — Достаточно. — Рэй пожал плечами. — Это ваш первый рейд, капитан. Не усложняйте. — Я хотел бы провести свою разведку. — Времени нет. Атака завтра на рассвете. — Завтра? — Вы хотите сказать, что не справитесь? Ловушка. Откажусь — распишусь в слабости. — Справлюсь. Но мне нужно полдня на подготовку. — Хорошо. Выступаете вечером. На обратном пути я думал. Слишком быстро. Слишком небрежно. Рэй не спросил о плане, не поинтересовался состоянием отряда. Просто приказал — и всё. Может, рутина. А может, нет. Я собрал Горо, Гото и Мори. — Завтра атакуем лагерь. — Развернул карту. — Данные от штабной разведки. Своей провести не успеем. — Плохо, — Горо нахмурился. — Это те же люди, что «потеряли» донесение о засаде в ущелье. — Знаю. Поэтому пойдём не так, как ожидают. — В смысле? — Стандартная тактика: подход с востока, атака на рассвете. Этого будут ждать, если знают, что мы идём. — А мы? — С севера. Ночью. — Я провёл пальцем по карте. — И не атакуем сразу. Достал свиток Пиандао. — Разделимся. Основная группа обойдёт лагерь с севера. Малая — пять человек под Мори — подойдёт с востока. Открыто. — Зачем? — Чтобы посмотреть, как они отреагируют. Если обычный лагерь — поднимут тревогу, начнут готовить оборону. Мы увидим позиции, численность. Потом ударим с тыла. — А если засада? — Если засада — они не станут готовиться. Попытаются заманить глубже, отрезать отход. — Я посмотрел на Мори. — Поэтому ты не идёшь дальше опушки. При первых признаках ловушки — назад. — А основная группа? — Если это засада — мы её увидим. И сами станем охотниками. Горо медленно кивнул. — Давно пора было кому-то думать головой. Выступили на закате. Семнадцать человек, две группы. Основная — через северную тропу. Малая — к восточной опушке. Ночь была тёмной, безлунной. Шли без факелов, по звёздам и памяти. Горо вёл авангард — он знал эти леса. За два часа до рассвета вышли на позицию. Лагерь был виден с холма. Костры, палатки, часовые. На первый взгляд — обычный полевой лагерь. — Слишком много костров, — прошептал Горо. — Для такого количества людей хватило бы трёх-четырёх. А их семь. — Хотят казаться больше? — Или хотят, чтобы мы так думали. Пока настоящие силы прячутся. Я сжал челюсть. — Ждём сигнала Мори. Через час — три коротких вспышки с опушки. Мори на месте. И тут — движение в лагере. Не тревога. Другое. Часовые начали отходить вглубь леса. Костры горели, палатки стояли — но люди исчезали в темноте. — Засада, — выдохнул Горо. — Уходят, чтобы зайти с флангов. Я быстро оценил ситуацию. Они ждали атаку с востока. Сейчас пытаются обойти группу Мори. Но о нас не знают. — Меняем план. Твоя группа — влево, отрежь тех, кто заходит Мори в тыл. Я ударю по лагерю. — По пустому? — Не пустому. — Указал на центральную палатку. — Видишь охрану? Там что-то важное. Горо кивнул и исчез в темноте. Группа Горо ударила первой — крики и звон металла слева. Используя шум, я повёл своих вниз. Лагерь оказался почти пустым — большинство ушло в засаду. Осталось человек десять, они не ждали атаки с севера. Бой был коротким. Двое моих получили ранения, но лёгкие. В центральной палатке нашли троих: двух связанных мужчин в нашей форме и пожилую женщину. — Наши пленные, — Гото присвистнул. — Их захватили повстанцы. Женщину уже держали. Она плюнула мне под ноги. — Опоздал. Гонец ушёл к основным силам. Через два часа здесь будет триста человек. Отступали быстро. Группа Горо встретила нас на опушке. Один убитый, трое раненых. Повстанцы потеряли больше, но часть ушла. — Если не врёт про подкрепление... — начал Горо. — Не врёт. Уходим. Раненых на носилки. Пленных — с собой. — Пленных? — Связанные — наши, освободим. Она — на допрос. — Замедлит. — Значит, пойдём быстрее. До форта добрались к полудню. Потери: один убитый, пятеро раненых. Для засады — приемлемо. Рэй встретил меня в штабе. — Докладывайте. — Лагерь уничтожен. Освободили двух наших пленных. Взяли женщину — похоже, из руководства ячейки. Он просмотрел рапорт. — Вы изменили план операции. — Так точно. С востока нас ждала засада. — Засада? — Повстанцы знали, что мы идём. Знали откуда и когда. Пауза. — Неподчинение приказу — серьёзное нарушение. — Понимаю. — Я могу отдать вас под трибунал. — Можете. Долгое молчание. — Пленная, которую вы взяли... Если она из руководства — это ценно. — Именно поэтому взял. Рэй барабанил пальцами по столу. — На этот раз закрою глаза. Но в следующий раз — согласовывайте изменения. — Так точно. — Свободны. Вечером отряд праздновал — тихо, без излишеств. Выпивка, разговоры. Даже ветераны и «ссыльные» сидели вместе. Горо подошёл с двумя чашками. — Держи. Я принял. Рисовое вино — дешёвое, крепкое. — За что пьём? — За то, что живы. Выпили. — Капитан, — Горо понизил голос. — Ты понимаешь, что произошло? — Про засаду? — Про то, что о ней знали в штабе. Разведка — штабная. Приказ атаковать именно так — штабной. Маршрут стандартный, по уставу. Любой в штабе мог передать информацию. — Думаешь, нас подставили? — Думаю, Шестой рейдовый кому-то мешает. Или ты мешаешь. — Он пожал плечами. — Я бы смотрел в оба. Он ушёл к остальным. Я остался сидеть, глядя в чашку. Один рейд — и уже враги в собственном штабе. Пиандао говорил: «Меч — инструмент, разум — оружие». Похоже, воевать придётся не только с повстанцами.