Пламя иного мира

Первая неделя прошла в наблюдении. Каждое утро — построение. Каждое утро кто-то опаздывал, кто-то приходил с похмелья, кто-то «забывал» снаряжение. Я отмечал, записывал, запоминал. Но не наказывал. Пока. Отряд делился на три группы. Ветераны — шестеро во главе с Горо. Держались особняком, смотрели на всех свысока. Каждое моё слово сначала проходило через молчаливую оценку капрала. «Ссыльные» — пятеро, переведённых за проступки. Среди них — рядовой Мори, тот самый, что не отсалютовал в первый день. Новички — шестеро из Академии. Зелёные, испуганные, не понимающие, куда попали. На четвёртый день я вызвал Гото. — Мне нужна информация о капрале Горо. Настоящая. Гото помялся. — Он служит пятнадцать лет. Мог бы дослужиться выше, но характер... Трижды бил офицеров. — И его не разжаловали? — Его прикрывали. Потому что он лучший боец, которого я видел. В рукопашной, с мечом, даже магия огня — хотя формально не обучался. — Семья? — Была жена. Погибла при налёте повстанцев восемь лет назад. Я кивнул. — А Мори? Что за «инцидент» в его деле? Гото замолчал надолго. — Мори служил в Пятом штурмовом. Элита. Его командир любил показательные казни. Говорил, что это укрепляет боевой дух. — Гото поморщился. — Три месяца назад взяли деревню. Командир приказал казнить всех мужчин старше четырнадцати. Включая тех, кто не был связан с повстанцами. — И Мори отказался. — Публично. Перед всем отрядом. Его хотели расстрелять, но кто-то из штаба вмешался. Перевели сюда, историю замяли. — То есть он не трус и не преступник. — По сути — нет. Но в деле написано «неподчинение». Это клеймо. На шестой день я устроил спарринги. — Хочу видеть, на что способны. Бои на деревянных мечах, пары выбираю я. Намеренно смешал группы: ветеран против новичка, «ссыльный» против ветерана. Ветераны не просто побеждали — унижали. Горо, сражаясь с молодым рядовым, растягивал бой, нанося болезненные удары, пока парень не рухнул на колени. — Достаточно. Горо посмотрел на меня. — Он должен научиться терпеть боль. — На поле боя у нас не будет времени лечить сломанные рёбра. Следующая пара. Бой Мори с ветераном оказался интересным. Мори двигался хорошо — очень хорошо. Но явно сдерживался. Проиграл нарочито, слишком очевидно подставившись. После тренировки я его подозвал. — Ты поддался. — Не знаю, о чём вы. — Знаешь. — Я смотрел на него, пока он не встретился взглядом. — Я читал твоё дело. И слышал настоящую историю. Его глаза чуть расширились. — Ты отказался убивать безоружных. Это выбор. Тяжёлый выбор. Но теперь ты прячешься. Притворяешься хуже, чем есть, чтобы тебя не заметили. Мори молчал. — Это заканчивается. Мне нужны бойцы, а не тени. Я ушёл, не дожидаясь ответа. На восьмой день Горо пришёл ко мне. Без стука — просто открыл дверь и сел напротив. — Поговорим, капитан. — Говори. — Ты странный. Не орёшь. Не наказываешь. Не доказываешь, кто главный. — Потому что орать бессмысленно. Горо помолчал. — Ты был у Пиандао. — Откуда знаешь? — Слухи из штаба. Год у мастера меча — необычно для нашего офицера. — И что? — Пиандао ушёл из армии. Говорят, разочаровался в войне. — Горо прищурился. — Ты тоже разочаровался? Я выдержал паузу. — Я разочаровался в том, как её ведут. Штурмы в лоб, идиотские потери, пренебрежение разведкой. Люди гибнут не потому, что враг силён, а потому что командование не думает. Долгое молчание. — Капитан Хирано так же говорил, — произнёс Горо. — Хотел воевать умнее. Штаб не одобрил. Приказали провести «показательный» рейд в ущелье, где нас уже ждали. — Его подставили? — Его не стали спасать. Разведка знала о засаде. Донесение «потерялось» в штабе. Я молчал. — Знаешь, почему я ещё здесь? — Горо поднялся. — Хочу посмотреть. Ты говоришь правильные вещи. Посмотрим, сможешь ли делать правильные дела. На десятый день — тактическое занятие. — Это карта ущелья Каменного Дракона, — я развернул её на столе. — Месяц назад здесь погиб капитан Хирано. Разберём, что произошло. Час разбора. Вопросы, ответы, споры. Постепенно даже скептики втянулись. — Разведка должна была идти за день, не за два часа, — сказал один из ветеранов. — Нужны были наблюдатели на склонах, — добавил другой. — Путь отхода, — неожиданно подал голос Мори. Все повернулись. — Капитан Хирано шёл вглубь, не обеспечив отступление. Когда засада захлопнулась, отходить было некуда. — Что бы ты сделал иначе? — спросил я. — Оставил группу прикрытия у входа. При первых признаках засады — отвлечь противника, дать основным время отойти. — Запомните, — я обвёл взглядом отряд. — Путь отхода. Всегда. После занятия Горо задержался. — Это было полезно. — Рад. — Я не говорю, что ты мне нравишься, капитан. Но, может, ты не безнадёжен. На четырнадцатый день пришёл Мори. Постучал. — Капитан. Можно? — Входи. Он стоял прямее, чем раньше. Смотрел увереннее. — Я думал о том, что вы сказали. О том, чтобы перестать прятаться. — И? — Вы были правы. Я боялся, что если покажу, на что способен, меня снова заметят. Переведут. Заставят делать то, что не хочу. — В моём отряде ты не получишь приказа убивать безоружных. — А если командование прикажет? — Найду способ не выполнить. Мори долго молчал. — Дайте мне шанс, капитан. Настоящий. — Договорились.