Сатиновая

Восемь вечера. Тамара медленно готовилась ко сну. Поскольку уход за кожей у неё занимал достаточно времени, начинать приходилось за час, а то и за два до запланированного сна. Стоя перед большим зеркалом с подсветкой, женщина копалась в изобилии баночек и тюбиков, стоявших на полках, то и дело сбивая некоторые. Наконец, находя нужный продукт, она наносила его на руки, а потом ещё пару секунд придирчиво осматривала своё личико, отмечая морщины, которые выдавали возраст. Намазывая уже наверное пятый по счету крем, Тамара вздрогнула от очередного грохота, доносящегося из квартиры сверху. — Ну ладно, если бы была пятница, я бы поняла, можно и повеселиться, — ворчала Завгородняя. — Но сейчас же четверг! Потерпите ещё день и громыхайте на здоровье! Она переехала в этот ЖК два месяца назад, и за это время это был первый случай, когда шум был настолько сильным. Чаще всего, если что-то и мешало, то ненадолго: ребёнок заплачет, собака загавкает, конечно, это отвлекало, но зато не продолжалось часами. А тут галдёж не просто не утихал, а наоборот, судя по музыке, которая стала отчётливо слышна, и хохоту, который всё чаще прорывался в тишину квартиры, только усиливался. — Издевательство… Какое неуважение...— продолжала бубнить Тома, разговаривая сама с собой. Спустя ещё через час музыка стала ещё громче, а к ней добавились редкие, но меткие подпевания. Через полчаса музыка вдруг стихла, и Тома почти выдохнула, но вместо неё послышались громкие людей голоса, явно спорящих друг с другом. Взглянув на часы и увидев без пятнадцати десять вечера, Завгородняя смирилась с тем, что придётся идти и разбираться. Она уже достаточно выждала. Накинув поверх пижамы халат из того же комплекта, Тамара выдвинулась на поиски нарушителей спокойствия.

***

Найти квартиру было нетрудно. Сразу поняв, что звук идёт сверху, Тамара поднялась на шестой этаж и подошла к двери, из которой доносились громкие и трудно игнорируемые голоса и начала трезвонить в дверь. «Мда… если бы мне так усердно звонили, я бы вышла с сковородкой и побила бы перешедшего. Надо будет отойти на безопасное расстояние, когда откроют», — отметила про себя женщина, каждый раз морщась от раздражающего и противного звука. Услышав громкое и явно раздражённое восклицание "Иду, иду!", Тамара в отместку за непрекращающийся шум, в последний раз, им назло, тыкнула пальцем на кнопку и сделала два шага назад, и не зря: дверь распахнулась так резко, что, если бы она заранее не отошла, получила бы ею по голове. Увидев хозяйку квартиры, женщина с удивлением распахнула глаза. «Ну конечно… сначала чуть с ног меня не сбивает, а теперь шумит.», — сказала про себя Тамара, но фыркнула вслух, скрестив руки на груди. Перед ней стояла слегка взъерошенная девушка в красной обтягивающей футболке, серых спортивных штанах и пушистых тапках - та самая, что влетела в неё на скоростях в подъезде несколько дней назад. «Точно, она же с шестого этажа ехала», — пронеслось в голове у Тамары. — Здравствуйте, — спокойным и твёрдым голосом произнесла Завгородняя, стараясь не хмуриться. Но, судя по выражению лица собеседницы, получалось это у неё не очень, потому что напротив тут же нахмурились в ответ, а на лбу проступили морщинки. — Здравствуйте? — в непонимании отозвалась Ира, зеркаля позу женщины, опираясь плечом на дверной косяк. — Я понимаю, что все проводят вечер по-своему, но нельзя же делать это так громко? — едва сдерживая эмоции, ядовито спросила Тамара. Бурмина хлопнула глазами, быстро оглянулась назад и вернула взгляд к старшей: — О чём вы? Тамара нахмурилась ещё сильнее. «Она что, не понимает, что тут так громко, что я, сидя у себя, чувствую будто тоже присутствую на их "собрании"? Или решила прикинуться дурочкой?» — размышляла женщина. — А о том, что я, находясь в своей квартире снизу, прекрасно слышу, что у вас тут происходит! — Не сдержалась Завгородняя, повышая голос. — Так что будьте добры сворачивайте свою лавочку! Люди спать хотят. Брови девушки взлетели вверх, она пару раз моргнула, пытаясь осмыслить быстро и пылко сказанные слова. Обдумав услышанное, Ира вернула брови назад, вновь нахмурилась и сжала челюсть. — Послушайте… Как вас зовут? — спросила Ира. — Тамара. Завгородняя, Тамара Юрьевна, — отрезала Тамара, чуть тряхнув головой и выпрямляя спину. — А вас? «Батюшки, какой официоз», — пронеслось в голове у Иры. — Бурмина, Ирина Матвеевна, — спокойно ответила девушка, буравя женщину тяжёлым взглядом. Вместо ответа Тамара лишь кивнула, отказываясь уступать в этой игре в гляделки. — Так вот, Тамара Юрьевна, я приношу свои извинения за причинённые неудобства, но сейчас десять вечера, — Грозным голосом отчеканила Ира, и в отличии от собеседницы, чуть понизила его, стараясь оставаться максимально невозмутимой. — По закону шуметь нельзя после одиннадцати, так что у меня и моих гостей есть ещё час. После этого мы разойдемся. Тамара возмущённо втянула носом воздух и открыла рот, но ответить не успела. Ирина сухо добавила: — Всего доброго, до свидания. И захлопнула перед Тамарой дверь. Сгорая то ли от возмущения, то ли от обиды, та громко крикнула: — Если я услышу, что эта вакханалия продолжается после одиннадцати, я вызываю полицию! И развернулась, направляясь к лифту.