Когда они проснутся

Ох, милостивый железный конь, везущий окоченевшие тела сущностей мёрзших, ох, воевода скакуна длиннющего, изволь причалить к бедной остановке корыто своё и открыть двери автобуса.

Саша выключил телефон, хоть и пялился только на белое изображение, не содержащее ничего.       Точно такой же белый снег хлопьями сыпался с неба. Фонарный столб неисправно мигал, а в его свете поблёскивали морозные частички. Дорога была пуста. Ни единой машины, хоть и горели в ночи вывески открытых магазинов. На остановке было тихо. В многоэтажных домах горели одинокие лампы. Саша вновь достал телефон.       Сквозь белое ничто тоненькими серыми полосками шёл обратный отсчёт. Саша снял один наушник, из которого также ничего не было слышно, однако не подал виду.

Да, всё так, как и должно быть.

На тёмной дороге внезапно начали появляться отсветы фар. Скрип колёс тихо приближался, но Саша не смотрел на источник, пока автобус не остановился перед остановкой.       «999» прибыл. Его двери со вздохом раздвинулись, открывая обзор на пустые места и холодное освещение. Саша остался на месте. Автобус тоже. Темнота улицы освещалась тусклой луной. По тротуару снегом уже замело следы, которые оставил до этого Саша.

Он продолжал смотреть в телефон.

Прошла минута.

Прошло две минуты.

Три. Пять.

Прошло почти девять минут.

Саша зашёл в автобус. Двери закрылись.       Саша взялся за поручень, не оглядываясь. Машина тронулась, за окном потянулась лента длинных супермаркетов и закусочных, готовящихся к закрытию. Саша уткнулся в телефон. 9:57

9:59

9:5

9

99

999

Саша заглянул в окно.       Темнота. Тишина, среди которой затаилось даже поскрипывание автобуса. Лампочка замигала, а на табло остановок крутилось бесконечное 999.

< 0сtАн0|3кА 999. 999. 999 >

Саша отпустил поручень. Сквозь слоёное стекло, казалось, тянулась к нему эта давящая мрачнота. Саша ударил кулаком по нему. Стук отдался глубоким эхом, и Саша повторил.       Вглядываясь, он заметил, что в отражении окна стоит тёмный силуэт, заменяя собой Сашу. Массивный плащ скрывал волосы, а маска — нижнюю часть лица сущности в отражении. Ковалев выругался, оперевшись кулаком в стекло и другой рукой откидывая рыжую чёлку назад.       — Хах, — уголки губ поползли вверх. — Прикол.

『〘︿﹀〙』

Тимофей ещё раз пробежался глазами по статистике.       С последней встречи с Кэйном прошла неделя. И чёрт бы побрал её, ведь Тимофей видел чёрный силуэт всё чаще. С каждой устранённой аномалией, с каждой маленькой победой, с каждым сном Тимофею казалось, что ОН везде.       И Романов хотел докопаться до правды. С общей базы данных он забрал на свою флешку статистику последних снов, в которых были зафиксированы скачки. Даже самые малые, незначительные — все они сейчас были открыты на его ноутбуке и терпели анализ молодого эксперта. И всё же.

Что-то было не так.

Взгляд Тимофея то и дело цеплялся не за скачки, а за спады статистики. Будто аномалии на мгновение успокаивались, но тут же передумывали.       И так в каждом втором сне. «Так, хорошо. Малая, но зацепка», — думал Тимофей, потирая переносицу.       В полумраке кухни тянулись лучи искусственного света лампы. Тимофей ненавидел её и в глубине души мечтал продать, однако Лиля всеми своими конечностями из принципа запрещала ему это делать.       «И где это видано, чтобы главе что-то запрещали?..», — сонно подумал Тимофей. Нет, на сегодня всё. Он медленно закрыл ноутбук, потянулся и встал, набирая кружку холодненькой воды. Поднеся её ко рту, Тимофей вздрогнул. Вибрация телефона прервала все его мысли о предстоящем сладком сне. Даже главы Компании Снов мечтают подремать без задних ног, однако именно им этого и не дают.       Тимофей был готов отпинать человека, который решил позвонить ему в четыре утра. Однако, взяв телефон в руки, Тимофей прискорбно увидел контакт Кэйна.       Тимофей лениво взял трубку.       — Слушаю.       — Уважаемый Романов, прошу прощения за столь... ранний звонок. Обновите, пожалуйста, данные онлайн-базы.       — Уважаемый Кэйн. Что-то случилось?       — Недавно... нет, около часа назад был зафиксирован рост аномального характера во сне нашего подчинённого. Самое интересное: аномалия необычайно быстра и словно действует инстинктам. По нашим показателям, аномалия умеет подделывать статистику и состояние человека, так что её было трудно засечь.       — ...Это серьёзно. Как вы смогли так быстро её обнаружить? Тимофей напрягся.       Аномалии, поведением отличающиеся от других, встречались очень редко. Но метко. Настолько, что являлись огромной занозой для экспертов уже долгое время.       — Её отследил один наш... профессионал. И, прошу прощения, он с минуты на минуту появится у вас на пороге. Тимофей подавился.       — Эм, что?       — Было принято экстренное решение отправить к вам этого специалиста для анализа аномалии извне и внутри сна. Тревожить всю команду «Пропасти» было бы крайне неуважительно с моей стороны, хотя я не сильно рад даже такому исходу... Тимофей перестал слушать сухой голос Кэйна, когда прозвенел дверной звонок. Раздражённый Тимофей, отставив кружку, поплёлся к коридору.       Он выглянул в глазок, однако в нём была абсолютная темнота. Это что, шутка? Звонок снова настойчиво звякнул. Тимофей щёлкнул замком и приоткрыл дверь.

Черт.

— ...и я решил, что Ковалев... Тимофей? Вы здесь? Мать его, Саша Ковалев с самодовольной улыбкой, закрывающий его дверной глазок и названивающий в домофон, картавым голосом поприветствовал:       — Спасителюшка, наконец-то! Такое чувство, что ты перся с самой дальней комнаты.       — Тимофей? — снова повторил Кэйн.       — Ковалев, значит, — Тимофей вздохнул, однако тут же был оттолкнут, а Саша нагло попёрся в его квартиру.       — Передавай старику пламенный привет, — сказал этот засранец, снимая обувь и уверенно проходя на кухню. — И иди уже работать. Небось проснулся только.       — Слышу знакомый голос. Ковалев уже у вас? — донёсся из трубки голос Кэйна.       — К сожалению, — тихо пробормотал Тимофей.       — К счастью, — послышался голос Саши с кухни, и Тимофею на миг показалось, что тот его услышал. Однако продолжение фразы доказало обратное. — Ты всё же не спал.

Погоди-ка, он в его ноуте, что ли, роется?

      — Я вам перезвоню, — процедил Тимофей и поспешил на кухню, чуть не забыв закрыть дверь. Под тусклым кухонным светом Саша и вправду сразу устроился в крутящемся мягком кресле, щёлкая мышкой и щурясь на ноутбук.       Тимофей подошёл ближе и мягко, но быстро захлопнул крышку ноута. Саша изогнул бровь, кидая на него свой вопросительный взгляд.       — Ну? Тимофей потёр переносицу, приподняв очки. Он надевает их только дома, и Романов чувствовал, что Саша пялился на них какое-то время.       — Не нукай. Можешь нормально объяснить, зачем ты вообще мне нужен? У тебя есть минута, пока я не пошёл за метёлкой, чтобы погнать тебя, паразит. Саша вытянул губы трубочкой, откинулся на спинку стула и посмотрел вверх.       — Странно. Кэйн должен был сказать. Или ты прохлопал ушами?       — Ковалев. Пятьдесят секунд.       — Как ты уже знаешь, объявилась новая аномалия. А кто самый топовый специалист в сфере аномалий? Конечно же, Ковалев! Короче говоря, я самый пиздатый, поэтому меня и отправили помогать бедному спасителюшке, который без меня сейчас бы поджал лапки и...       — Я пошёл за метлой. Тимофей уже развернулся, решительно настроенный схватить что-то под рукой. Его остановил оклик Саши, который показался даже раздражённым:       — Стой! Эм. Ладно, чуть проще и быстрее: представь, что аномалия — Навальный, а мы все Путины...       — Ты что, кукухой поехал?       — Да какая разница?       — Ковалев, ты заявляешься в четыре, мать твою, утра ко мне в квартиру и... Нет, вламываешься, несёшь какую-то дичь и хочешь, чтобы я тебя не выпер?       — Пока мы не займёмся работой и уж тем более не выполним её, моя неупокоенная душа будет преследовать тебя и твою семью. Ну или Кэйна. Какая разница? Ах да, прошло больше минуты. Тимофей подхватил рукой любимую лампу Лили.       — Иди-ка ты знаешь куда? Саша озадаченно смотрел на лампу.       — Недалеко и не надолго?       — Нет, как раз таки далеко и надолго! Саша вскочил с кресла и пригнулся, а Тимофей предупреждающе замахнулся лампой.       — Неадекватный! — Саша отшатнулся, а затем поменялся в лице. — А так, кстати, ничего такой... Лампа улетела в сторону Саши.       Рыжий паразит резво, словно в него каждый день пускают чем-нибудь тяжёленьким и будто он сегодня-завтра станет мастером спорта, увернулся и подхватил её прямо перед полом, не дав разбиться. В это время Тимофей схватил его за шиворот кофты и потянул к прихожей.       — Э! Не наглей, я тебе сейчас руку сломаю, — угрожающе тявкал Сашка, пока Тимофей выталкивал его из квартиры.       — Всего хорошего, — отрывисто проговорил Тим уже ему в лицо и закрыл дверь перед носом. Послышались многочисленные звонки домофона, но Тимофей отключил его. Сашка принялся долбить в дверь и кричать, однако его быстро опустили разъярённые соседи.       Тимофей почувствовал себя странно. Давно он так не злился на кого-то и тем более не швырял вещами.

Ковалев — рыжая заноза в заднице бедного богатого Романова.