Love, Anonymously Not a Girl / С любовью, Анонимно Не-Девушка

Майк. Звонок. Все вокруг подскочили, а я не спеша убрал в рюкзак тетрадь и пенал и застегнул молнию. День был утомительным, но я знаю наверняка одно: он получил моё письмо. Больше сегодня ничего не имело значения. Я медленно шёл по коридору, почти не разговаривая с друзьями — я был слишком уставшим и нервным в ожидании того, что он сделает. Не знаю, чего я ждал. День подходит к концу, а ответа так и нет. Не то чтобы я всерьёз надеялся… Ну… Возможно. Какая-то часть меня всё же надеялась, что он подойдёт и скажет, что чувствует то же самое, но я знал, что этого не случится. И всё потому, что мне не хватило смелости подписать своё имя. Надежда таяла слишком быстро, пока я не поднял взгляд. Вот он, торопливо идет с рюкзаком, перекинутым через плечо, и тут я заметил. Он написал ответ. Он вышел медленно, с грустным видом. Моё лучшее предположение — он думал, что письмо осталось незамеченным, что анонимный адресат его не забрал. Как же он ошибался. Это был я. Я и есть тот анонимный адресат. И если я хотел заполучить это письмо, мне нужно было действовать очень осторожно. Я медленно последовал за ним; мы были последними, кто вышел из класса. Повезло — никто не видел, как я срываю листок. Слава богу. Он не заметил, даже не дрогнул. Просто вышел за дверь как ни в чём не бывало, на ходу помахав мне. Я лишь неловко улыбнулся в ответ — наверняка он и не подозревал, о чём я на самом деле думал. Конечно, не подозревал. Но помечтать-то можно?

***

Как только я оказался дома, я плюхнулся на кровать и быстро вскрыл конверт. Его письмо было куда аккуратнее моего — почерк ровнее, всё чётко, а в углу даже были нарисованы маленькие цветочки, будто ему стало скучно пока он писал. Не то чтобы я жаловался — я обожал его рисунки. Это было единственное, на что я готов был смотреть часами. И иногда я так и делал — засыпал, уставившись на его старые рисунки, или на ту картину, которую он написал для меня несколько лет назад. Но сейчас передо мной лежало вот это. То, что мне предстояло прочесть. Я молился… Молился, чтобы он не назвал меня в нем жутким психом.

«Дорогой аноним,

Я очень… очень-очень надеюсь, что это письмо не попадёт в чужие руки, а дойдёт до нужного человека.

Во-первых… спасибо. Спасибо за твое письмо и за те добрые слова, что ты сказала обо мне… Мне никогда раньше такого не говорили. От этого стало так тепло на душе.

Также, мне жаль, что я не могу ответить на твои чувства, потому что не знаю, кто ты. Я уверен, что ты очень милая девушка, но я ничего не могу сделать, пока не узнаю, кто ты.

Пожалуйста, скажи мне… Я не буду осуждать. Даже если я узнаю, кто ты, и мои чувства окажутся не взаимны, это ничего не изменит. Мы можем остаться друзьями, что бы ни случилось, я просто очень хочу знать, кто ты.

И мы… знакомы? Я не пытаюсь что-то выведать… Мне просто любопытно, потому что ты говорила, что мы раньше общались, или ты это слегка намекнула мне? Может, мы когда-то много разговаривали? Я не совсем уверен, но что бы это ни было, мне очень интересно.

В общем, я не буду писать слишком длинное письмо, но, пожалуйста, ответь. И пожалуйста, дай мне знать, кто ты.

От Уильяма»

Письмо выпало из моих рук. Человек, в которого я влюблён, ответил на моё анонимное письмо, а я просто уронил его на пол. Я не мог думать ни о чём, кроме этих нескольких слов… Этого не может быть… То есть, это правда. Я не дал понять, но… я ведь не девушка, а он думает, что я она. Это совсем не то, чего я ожидал, и я в полной жопе. С каждым днём я влюбляюсь всё сильнее в парня, который теперь думает, что я девушка. Наверное, он считает, что я какая-нибудь тупая чирлидерша… Или футболистка, или одна из тех крутых скейтерш, которые имеют милую внешность, но тяжелый характер. А я всего лишь ботаник. Ботаник и парень, и я просто дурак, если верил, что из этого выйдет что-то хорошее. Наверное, это доказательство того, что нам не по судьбе. Но я же не могу просто оставить его в неведении, правда? Наверное, не стоит, хотя мне очень хочется смять это письмо, выбросить в урну и свернуться клубком, чтобы выплакаться. Но это неправильно. Я начал это, я должен закончить. Если только… я не проясню всё. Или, может, продолжу притворяться девушкой, или просто проигнорирую этот момент в ответе. А если в будущем он узнает, я сделаю вид, что не заметил. Скажу, что даже не догадывался. Он решил, что я девушка, и просто предположил, что знает, кто я, хотя я уверен, что он понятия не имеет. Это по-идиотски, я сам идиот. Но ладно. Я напишу ещё одно письмо.

***

На следующее утро я сел на велосипед, как ни в чём не бывало. По пути в школу я проезжал мимо дома Байерсов. Я уже собирался отвести взгляд, когда заметил, как Уилл садится на свой велосипед и трогается с места. Мои глаза расширились, и я слегка сбавил скорость… Не специально, но это определённо помогло, когда он ускорился, чтобы поравняться со мной. — Привет, чувак! — бодро сказал он. Я сглотнул. — Уилл… Привет. — Как ты? Я вчера тебя толком не видел… Извини, что не подошёл в столовой. — Всё в порядке, — я коротко улыбнулся. — Я вчера был какой-то уставший, почти не разговаривал. А ты как? Уилл понимающе кивнул. — Да ничего, честно говоря, я тоже. Наверное, осенняя хандра. Слушай… Не хочешь посидеть вместе за ланчем? А то мы как-то совсем перестали общаться… Я улыбнулся и кивнул, мои глаза метнулись обратно к дороге, не дав словам сорваться с губ. Я не знал, что ответить, это была единственная причина моего молчания. Остаток пути до школы мы ехали в лёгкой, но ощутимой неловкости. Деревья вдоль дороги шелестели, заполняя тишину легким шуршанием. Мы подъехали к старшей школе Хоукинса, поставили велосипеды и зашли в здание. Хотя мы почти не разговаривали всё это время, между нами не было напряжения. Внутри мы привычно поприветствовали друзей: Дастин и Лукас обменялись с нами рукопожатиями, а Макс и Оди обняли всех по очереди. — Слава богу, сегодня пятница… Кажется, я бы не вынесла ещё одного дня мучений, — Макс закатила глаза и улыбнулась. — Со школой всё нормально. Просто надо найти с ней общий язык, как нормальный ботан вроде меня, — сказал Дастин. — И это, типа, хвастовство? — …Ага. Я немного рассмеялся. Мы в последнее время как-то отдалились, поэтому такие мелкие разговоры доставляли мне удовольствие. — А у вас какие уроки? — спросила Оди. Уилл повернулся ко мне, и в уголках его губ дрогнула хитрая усмешка: — От экологии до рисования, у нас обоих мистер Жён. Кстати, пойдём вместе? Усмешка сменилась доброй улыбкой, когда он посмотрел на меня, и у меня в груди что-то ёкнуло. — Да… да. Пойдем сейчас? — Давай! Он хлопнул меня по плечу, развернулся, а я послушно поплёлся следом. Помахав друзьям, мы двинулись по коридору. В отличие от утренней поездки, сейчас мы болтали. Обо всём подряд, и двухминутная дорога превратилась в самые долгие и насыщенные четыре минуты в моей жизни. Он улыбался… самым дурацким моим фразам. От этого на душе становилось тепло, и я думал: а может, у него в голове те же тараканы, что и у меня? В классе я сел через два ряда на парту позади него. Вид был так себе, но лучше не найти. Мне и этого хватало. В голове вертелась дурацкая сцена, которая произошла несколько минут назад: «Знаешь, Уилл, если тебе вдруг понадобится помощь в этом предмете, обращайся. Я буду твоим, типа… напарником по кисточкам?» Я закрыл лицо руками от стыда. В ответ он только фыркнул: «Напарник по кисточкам… интересно». И зашёл в класс. Мои щёки пылали, в то время как он сохранял невозмутимое спокойствие. Я опустил руки, бессознательно оттягивая кожу на лице. Взгляд скользнул вниз, к слегка приоткрытому рюкзаку, где виднелся конверт с письмом, написанным прошлой ночью. В этот раз я старался быть проще. Ну, насколько это возможно. Я не знал, следует ли открывать правду… но какой ещё оставался выход? Он бы читал эти строки с откровенным отвращением, узнай он, что автор — я, а уж тем более что я — парень. Как бы ему передать… Я оглядел класс и снова уставился на него. Просто снова сунуть в рюкзак? Не будет ли это слишком заметно? Мысли оборвал звонок. Уилл вскочил и направился к своему шкафчику. Точно. Шкафчик. Я вскочил следом, вытащил письмо из рюкзака и прикрыл ладонью. Было как-то неловко идти за ним, но я знал: он непременно заметит, если я положу что-то в его рюкзак. Он уже ждал этого… А я не был готов к тому, чтобы меня раскрыли. Только не сейчас. Уилл захлопнул свой шкафчик, и, едва он отошёл, я ринулся вперёд. Просунул письмо в щель и тут же убежал прочь.

«Дорогой Уилл,

Честно, я поражен тем, что ты ответил мне.

И благодарить не за что — я сказал всё это от чистого сердца. Но мне ничего не нужно взамен. Просто это так легко говорить о тебе… Ты ведь и правда идеален.

Моё имя я пока не могу открыть… Быть может, однажды. Очень-очень скоро, но только не сейчас. Невыносимо тяжело хранить тайну, что я знаю, и не иметь возможности рассказать её тебе, но если бы ты меня увидел… Ты бы все понял.

Нет, секрет не в том, что я безумно в тебя влюблен — это более чем очевидно… И я удивлен, что ты не видишь этого, когда мы разговариваем.

Потому что это правда. Я люблю тебя. Всегда любил.

Теперь, когда я затеял всю эту историю с письмами, я знаю — пути назад нет. И я не отступлю.

Я поставлю тебе срок — к Рождеству ты узнаешь, кто я, независимо от того, ответишь ты мне взаимностью или нет. И не переживай, если нет, я знаю, что её уже сейчас нет. И я с этим смирился, я знаю, что её и не будет.

Я просто больше не могу это держать в себе.

С любовью,

Твой анонимный поклонник»

~~~

Уилл. Чёрт… Я забыл свою рацию. Единственная вещь, без которой я не могу пойти домой. А сегодня пятница, так что я останусь без неё на все выходные, если не вернусь за ней сейчас. Кажется, я оставил её в шкафчике? Не уверен… но проверю. Я зашёл обратно в школу, в здании осталось лишь несколько уборщиков и учителей. Только до шкафчика и обратно. И всё. 38B… Вот он. Я не ожидал, что искать свой шкафчик будет так сложно, когда вокруг нет толп учеников, служащих живыми ориентирами, но в итоге справился. Быстро набрал код и резко распахнул дверцу. Что-то упало прямо к моим ногам — но это была не рация. Ещё одно письмо. В этот раз я даже не вздрогнул, просто сунул его в карман, схватил свои вещи, захлопнул дверцу и вышел из здания. «Какая милая…» — это единственное, о чём я думал, медленно и рассеянно садясь на велосипед и начиная крутить педали. Мне даже не нужно было следить за дорогой — я знал маршрут как свои пять пальцев. По крайней мере… пока я не дочитал до конца. «К Рождеству»… Всего лишь месяц. Но для моего любопытства этот срок, как целая вечность. Я крутил педали, пока не добрался до дома, потом рухнул на кровать, не отрывая взгляда от листка. Она, наверное, симпатичная. Это видно по почерку — такой изящный, аккуратный. Я представляю её с мягкими чертами лица, возможно, светловолосой? Наверное, она любит ромашки, лаванду или что-то такое же милое. И, наверняка, обожает кексы… Может, испеку ей, когда мы встретимся. Я в последнее время этим увлёкся. А вдруг это кто-то, кого я уже знаю? Ну… так и есть. Она это ясно дала понять. А если это Макс? В нашей компании, кроме Макс и Оди, больше нет девочек. Но Оди — моя сестра, значит, это Макс… Но у неё же Лукас. И они сильно любят друг друга, так что она бы так не поступила. Боже… Понятия не имею. И, наверное, не стоит ломать голову. Узнаю рано или поздно, когда встречу её. Но почему она пишет, что знает? Что она мне не нравится? Она же не может этого знать… И не может знать, что никогда не понравится. Может, с ней что-то не так? Вряд ли… В этих письмах она кажется такой доброй, уверенной и милой, так что ей нечего стыдиться… Правда? — Уилл? — денёсся голос из дверного проёма, который заставил меня вздрогнуть. — Папа? Ты что здесь делаешь? — Ты едешь ко мне на выходные, — сказал он. — Собирай вещи, быстро. Моя улыбка сразу пропала. Ненавижу его дом. Он пропах сигаретами, алкоголем и его новой любовницей. Не говоря уже о том, как он с нами обращается, он ужасный человек… И я сомневаюсь, что вынесу это снова, после того, что было в прошлый раз. — Я не хочу. Хочу остаться здесь, с мамой. — Не важно, чего ты хочешь. Он захлопнул дверь, оставив меня собираться в одиночестве. Ни за что… Я не поеду. Он подонок, и пусть катится ко всем чертям со своими приказами. Сегодня я не намерен это терпеть.