конец десятого.

— Ну и почему ты хочешь расстаться? — спросила Алёна. — Извини, я зависим от тебя. Я так не могу. Ты мне правда очень симпатична, но увы… — Что прости? Зависим? Да я тебя не трогаю! — Алёна перешла на крик. — Ты понимаешь, что рушишь мою жизнь своим появлением? Видеть тебя не хочу! Уходи! После этих слов Арсений встал, взял свою сумку с книгами и ушёл прочь. Он увидел сообщение от Антона, но ему было не до этого. Внутри всё было пусто и подавленно. Он вспомнил, как было хорошо с Алёной: как они гуляли, как лежали вместе под тёплым одеялом. После их разговора у парня не было ни сил, ни желания идти куда-либо. В частности — домой. Потому что они провели вместе так много времени, что вся его квартира была наполнена воспоминаниями о ней. Диван, на котором они смеялись, грустили и были счастливы. Кухня, где пили чай и готовили вместе. Квартира стала пустой без неё, как и сам Арсений. Но он честно понимал: если бы они продолжили отношения, ему было бы ещё тяжелее. Он сделал правильный выбор — расстаться. Когда молодой человек пришёл домой, он сразу лёг на диван и уснул. Он был опустошён. Спустя три часа Арсений проснулся от вибрации телефона. Это были сообщения от Антона. Антон: Ну что там? Антон: Мне правда интересно, Арс. Антон: Почему ты молчишь? Антон: Ты дурак, ответь. Антон: Ну ты и сволочь. «Господи, Антон, не до тебя сейчас», — подумал Арсений. Ему было не до сообщений нового знакомого. Сейчас его единственный смысл — сон. Ничто так не успокаивало, как лечь в тёплую постель, укутаться в связанный мамой плед и сладко спать. Спустя ещё два часа он всё же ответил: Арсений: Антон, извини, что не отвечал, спал. Не очень понял шутку про «твой Антоша», можешь объяснить? Я расстался с девушкой, мне сейчас нехорошо, прости, не до тебя. Он отправил это с кислой гримасой на лице. «Что за напасть? Почему его волнует, как я расстался с Алёной? Что ему до этого?» — парень долго думал, но так и не нашёл ответа. Арсений был очень голоден, поэтому нашёл в себе силы встать и что-то приготовить. В голову пришёл только омлет с сосисками, которых не было. Пришлось обойтись простым омлетом. На кухне стоял такой вкусный запах, что, казалось, весь Воронеж знал: Арсений готовит. Парень был эрудирован во многих сферах, в том числе в кулинарии. В школе его ставили в пример. Он был начитанным — недаром стал библиотекарем. Спустя двадцать минут он съел всё, что приготовил, и снова пошёл спать. --- Антон смотрел в чат с Арсением, на его сообщение. «Пласти, ни до тибя сичяс», — передразнивал он мысленно. — «Я бы и так понял, что не до меня. Нашёлся видите ли, герой двадцать первого века». — Да пошёл ты, библиотекарь хренов, — пробормотал он вслух. Антон включил «Бригаду», закурил и попивал чай. Чай был слишком горячим, от сигареты першило в горле, а сериал то зависал, то прерывался на долгую рекламу. Затея провалилась в пух и прах. «Может, и правда у них у обоих день выдался дерьмовый? Или это не совпадение?» Целую неделю Антон не выходил гулять — его никто не звал, и он никого не звал. Разве что выходил на балкон покурить, когда матери не было дома. За это время он написал около двадцати страниц своей книги, выкурил пачку сигарет, прочитал двести двадцать три страницы из взятой в библиотеке книги. Ему даже нравилась такая жизнь: никуда не надо, только он и книги. Больше никто. В это же время Арсений три раза сходил на работу, споткнулся о камень больше трёх раз, не прочитал ни одной книги. И ему тоже нравилось, как идёт жизнь. Постепенно он забывал Алёну и засматривался на других девушек — более стройных, умных, красивых. Но не лучше Алёны. Так и прошёл их первый месяц лета. Оба жили в «дне сурка». С того дня они ни разу не встретились на улице, ни разу не написали друг другу, ни разу не вспомнили друг о друге. Забыли, как когда-то стояли у магазина, размышляя, что делать дальше. --- В июле Антон понял, что пора уже выгулять себя и пацанов. Он написал в групповой чат: Антон: Слышите, что-то мы давно не гуляли. Сходим? Пожалуйста. Заяц: Да, поцы, пошлите, не кисните дома. А то правда заколебало сидеть. Горох: Я за, уже собираюсь) Поз: Ладно, раз вы все идёте — и я пойду. Уговорили. Антон: В 14:00 около фонтана. Жду вас, пока! В четырнадцать они и правда стояли у фонтана, громко обсуждая всё, что накопилось за месяц. — Кстати, я же в начале июня ходил в библиотеку, книги брал. Так там такой тип странный, что пиздец, — начал Антон. — Ну, продолжай, — сказал Дима. — Ну так вот, забираю я книги, спрашиваю, где Тамара. Он мне ответил, и всё, я ушёл. На следующий день я гулял, встретил Тамару, мы поговорили, и она дала мне его контакты. — Нахрена тебе его номер? Ты что, на свидание его позвать хочешь? — пошутил Заяц. — Да иди ты, заяц недоделанный. Слушай дальше, — отмахнулся Антон. — Она сказала, типа, на всякий случай, уже не помню. Я его потом встретил около магазина, вон того, что рядом с моим домом… — И он рассказал всю историю, ожидая от пацанов какой-нибудь реакции или поддержки. — Педики вы все, — резко сказал Позов. — Тебе не кажется, что ты слишком зациклился на нём? Вы уже месяц не общаетесь, а он у тебя в мозгу. Ты сам подумай. — Да ты даун, что ли? Ты ещё скажи, что я влюбился в него! Не пойму тебя никогда. Если с ума сойду, вы же даже не заметите, Поз. — К чёрту иди. Весь июль они гуляли в разном составе: то Антон, Поз и Горох, то вместо Гороха был Максим (Заяц), то вместо Поза — Горох. --- В конце июля Антон всё-таки встретил Арсения на улице. Тот немного отличался от того парня, которого он видел в первый раз: был одет в чёрные шорты и такую же чёрную майку. — Ой, здравствуй, мардастье, неужели это тот самый Арсений? — подколол его Антон. — И тебе не хворать, Антон, — усмехнулся Арсений. — Как ты себя чувствуешь? Они проговорили, может, час, а может, и три. Сидели на лавке, заходили в магазин, шатались по улицам Воронежа. И это было прекрасно. — Ну и почему ты хочешь расстаться? — спросила Алёна. — Извини, я зависим от тебя. Я так не могу. Ты мне правда очень симпатична, но увы… — Что прости? Зависим? Да я тебя не трогаю! — Алёна перешла на крик. — Ты понимаешь, что рушишь мою жизнь своим появлением? Видеть тебя не хочу! Уходи! После этих слов Арсений встал, взял свою сумку с книгами и ушёл прочь. Он увидел сообщение от Антона, но ему было не до этого. Внутри всё было пусто и подавленно. Он вспомнил, как было хорошо с Алёной: как они гуляли, как лежали вместе под тёплым одеялом. После их разговора у парня не было ни сил, ни желания идти куда-либо. В частности — домой. Потому что они провели вместе так много времени, что вся его квартира была наполнена воспоминаниями о ней. Диван, на котором они смеялись, грустили и были счастливы. Кухня, где пили чай и готовили вместе. Квартира стала пустой без неё, как и сам Арсений. Но он честно понимал: если бы они продолжили отношения, ему было бы ещё тяжелее. Он сделал правильный выбор — расстаться. Когда молодой человек пришёл домой, он сразу лёг на диван и уснул. Он был опустошён. Спустя три часа Арсений проснулся от вибрации телефона. Это были сообщения от Антона. Антон: Ну что там? Антон: Мне правда интересно, Арс. Антон: Почему ты молчишь? Антон: Ты дурак, ответь. Антон: Ну ты и сволочь. «Господи, Антон, не до тебя сейчас», — подумал Арсений. Ему было не до сообщений нового знакомого. Сейчас его единственный смысл — сон. Ничто так не успокаивало, как лечь в тёплую постель, укутаться в связанный мамой плед и сладко спать. Спустя ещё два часа он всё же ответил: Арсений: Антон, извини, что не отвечал, спал. Не очень понял шутку про «твой Антоша», можешь объяснить? Я расстался с девушкой, мне сейчас нехорошо, прости, не до тебя. Он отправил это с кислой гримасой на лице. «Что за напасть? Почему его волнует, как я расстался с Алёной? Что ему до этого?» — парень долго думал, но так и не нашёл ответа. Арсений был очень голоден, поэтому нашёл в себе силы встать и что-то приготовить. В голову пришёл только омлет с сосисками, которых не было. Пришлось обойтись простым омлетом. На кухне стоял такой вкусный запах, что, казалось, весь Воронеж знал: Арсений готовит. Парень был эрудирован во многих сферах, в том числе в кулинарии. В школе его ставили в пример. Он был начитанным — недаром стал библиотекарем. Спустя двадцать минут он съел всё, что приготовил, и снова пошёл спать. --- Антон смотрел в чат с Арсением, на его сообщение. «Пласти, ни до тибя сичяс», — передразнивал он мысленно. — «Я бы и так понял, что не до меня. Нашёлся видите ли, герой двадцать первого века». — Да пошёл ты, библиотекарь хренов, — пробормотал он вслух. Антон включил «Бригаду», закурил и попивал чай. Чай был слишком горячим, от сигареты першило в горле, а сериал то зависал, то прерывался на долгую рекламу. Затея провалилась в пух и прах. «Может, и правда у них у обоих день выдался дерьмовый? Или это не совпадение?» Целую неделю Антон не выходил гулять — его никто не звал, и он никого не звал. Разве что выходил на балкон покурить, когда матери не было дома. За это время он написал около двадцати страниц своей книги, выкурил пачку сигарет, прочитал двести двадцать три страницы из взятой в библиотеке книги. Ему даже нравилась такая жизнь: никуда не надо, только он и книги. Больше никто. В это же время Арсений три раза сходил на работу, споткнулся о камень больше трёх раз, не прочитал ни одной книги. И ему тоже нравилось, как идёт жизнь. Постепенно он забывал Алёну и засматривался на других девушек — более стройных, умных, красивых. Но не лучше Алёны. Так и прошёл их первый месяц лета. Оба жили в «дне сурка». С того дня они ни разу не встретились на улице, ни разу не написали друг другу, ни разу не вспомнили друг о друге. Забыли, как когда-то стояли у магазина, размышляя, что делать дальше. --- В июле Антон понял, что пора уже выгулять себя и пацанов. Он написал в групповой чат: Антон: Слышите, что-то мы давно не гуляли. Сходим? Пожалуйста. Заяц: Да, поцы, пошлите, не кисните дома. А то правда заколебало сидеть. Горох: Я за, уже собираюсь) Поз: Ладно, раз вы все идёте — и я пойду. Уговорили. Антон: В 14:00 около фонтана. Жду вас, пока! В четырнадцать они и правда стояли у фонтана, громко обсуждая всё, что накопилось за месяц. — Кстати, я же в начале июня ходил в библиотеку, книги брал. Так там такой тип странный, что пиздец, — начал Антон. — Ну, продолжай, — сказал Дима (Горох). — Ну так вот, забираю я книги, спрашиваю, где Тамара. Он мне ответил, и всё, я ушёл. На следующий день я гулял, встретил Тамару, мы поговорили, и она дала мне его контакты. — Нахрена тебе его номер? Ты что, на свидание его позвать хочешь? — пошутил Заяц. — Да иди ты, заяц недоделанный. Слушай дальше, — отмахнулся Антон. — Она сказала, типа, на всякий случай, уже не помню. Я его потом встретил около магазина, вон того, что рядом с моим домом… — И он рассказал всю историю, ожидая от пацанов какой-нибудь реакции или поддержки. — Педики вы все, — резко сказал Позов. — Тебе не кажется, что ты слишком зациклился на нём? Вы уже месяц не общаетесь, а он у тебя в мозгу. Ты сам подумай. — Да ты даун, что ли? Ты ещё скажи, что я влюбился в него! Не пойму тебя никогда. Если с ума сойду, вы же даже не заметите, Поз. — К чёрту иди. Весь июль они гуляли в разном составе: то Антон, Поз и Горох, то вместо Гороха был Максим (Заяц), то вместо Поза — Горох. --- В конце июля Антон всё-таки встретил Арсения на улице. Тот немного отличался от того парня, которого он видел в первый раз: был одет в чёрные шорты и такую же чёрную майку. — Ой, здравствуй, мардастье, неужели это тот самый Арсений? — подколол его Антон. — И тебе не хворать, Антон, — усмехнулся Арсений. — Как ты себя чувствуешь? Они проговорили, может, час, а может, и три. Сидели на лавке, заходили в магазин, шатались по улицам Воронежа. Антон ощущал рядом дружеское плечо, на которое можно опереться. И только. Арсений чувствовал то же самое — друзья, прогулки, разговоры. Ничего более. За короткое время они и вправду сблизились. Им ничего не оставалось, как ходить вместе гулять и общаться. Друзья Антона не выходили на улицу уже около двух недель, а у Арсения их, по сути, и не было: одна Тамара да теперь Антон. Ну и Алёна, конечно, раньше была. Хотя какая теперь разница? До середины августа они гуляли почти каждый день. Антон захотел выпить и позвал своих друзей. — Парни, не хотите ли выпить? А то за лето мы осилили две бутылки пива и больше ничего, — написал в чат Антон. — Я думаю, никто не откажется. Но откуда ты возьмёшь деньги на бухло? — ответил Позов. — У меня есть немного грошей, около косаря, а может, и больше. Сейчас поищу, — подключился Горох. — У меня точно есть деньги. Около двух косарей, думаю, нам хватит. Но как вы хотите купить алкоголь, если ни у меня, ни у вас нет паспорта? — написал Заяц. — Я могу попросить Арса. Думаю, он нам не откажет купить. Дело секундное, а он ещё и бабки получит — вряд ли он будет работать бесплатно, — предложил Антон. — Так ты же не хотел с ним общаться? Ты дебил, что ли? — написали ему почти одновременно Макс и Дима. — Да по сути, братва. Ну так что, я ему пишу или как? — не отступал Антон. — Да пиши, пиши, че уж тут. Но ты должен будешь рассказать нам о ваших разговорах. Уговор? — написал Поз. — Да ну… Ладно, расскажу. Мёртвого заебёте, — сдался Антон. Парень швырнул телефон на кровать и пошёл к матери с сестрой на кухню. — Мам, я пойду с пацанами гулять и на ночёвку у Поза останусь. Я знаю, ты не против. — Да, конечно, — согласилась мама. — Спасибо, мам, целую! — крикнул парень уже из своей комнаты, подбирая наряд на пьянку. В конце концов он надел широкую серую толстовку, узкие, почти чёрные джинсы с подворотом, напялил кучу колец на тонкие пальцы и браслеты на худое запястье. На ноги — новые кроссовки с чёрным носком и пяткой. Дополнил образ чёрными прямоугольными очками и бини-шапкой того же цвета, которую ему когда-то отдал Поз. В сумку он положил сигареты, зарядку, шорты и футболку на смену — возвращаться пьяным домой было себе дороже. К сигаретам добавил серую электронку и, на всякий случай, свою книгу — старый потрёпанный блокнот. Мало ли, вдруг вдохновение придёт под действием алкоголя. И вот они уже бухие в хлам, разговаривают о чём-то очень громко и, как им кажется, очень интересно. — Бля, пацаны, мне кажется, Арсений, ну тот библиотекарь Антона, какой-то пид… пидо… пидорас… — Позов пытался выговорить слово, но язык отказывался слушаться. — Да бля, гей он, ебаные пидарасы, не выговорить, — пробормотал под нос Дима. — Реально… Я заходил на его страницу в ВК — там пиздец какой-то. В клубах шастает с якобы друзьями, но я чёт не понял… Скорее всего, они не просто друзья. Так что, Шампунь наш, берегись его подобру-поздорову. Не хочешь же ты совпатиться библиотекарём и потерять девственность с мужчиной, — с трудом, но всё же членораздельно произнёс Максим-Заяц. — Да пошли вы к чёрту! Не педик он! Мы с ним знакомы уже больше двух месяцев, и никаких совращений, намёков даже не было. Так что завалитесь. Да и он с девушкой расст… — Антон запнулся, вспомнив, что об этом категорически нельзя было рассказывать. Арсений был очень закрытым и скрытным человеком. Он никогда не понимал фетиша на публичное обсуждение личной жизни. О расставании знали только его друзья, ну… Антон и Тамара. Даже собственной матери он боялся лишнего слова сказать — лекции и порки от отца были ему не в радость. Поэтому на все вопросы о девушках он либо переводил тему, либо отшучивался, что никого и в помине нет. Антон вспомнил тот спокойный вечер, когда Арсений ещё больше открылся ему. — Слушай, Антось, — в силу разницы в возрасте он позволял себе так называть парня, да и сам Антон не был против — уж давно он не слышал ласковых прозвищ в свой адрес, — я хотел попросить: не рассказывай никому о моей личной жизни, о том, что с Алёной произошло. Лишний рот может переврать всё в другую историю. Так что лишняя предосторожность не помешает. Ни тебе, ни мне. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я. Сейчас Антону было всё равно, что он говорит. Мозг работал, как манная каша. «Ничего не случится от того, что я рассказал парням, — думал он. — Они же его даже не знают. Да и слушают только двое». Сережка-Горох отрубился ещё тогда, когда открывали первую бутылку палёного горького коньяка. — Ну ладно, Антон, мы тебе поверим. Но сомнения всё же остаются. Ты точно уверен, что это не прикрытие? Может, он просто водит тебя за нос, рассказывая выдуманную историю, чтобы отвести от себя подозрения, — не унимался Позов. — Да господи! Он же может быть не только геем или гетеро, а, например, би? Да всё, закрыли тему, хватит догадок! Хотите, я ему позвоню и спрошу? Мне ничего не стоит! — уже ничего не соображая, выпалил Шаст. — О, звони! — крикнул Максим. Антон минут пять не мог найти телефон, который лежал у него перед глазами, и примерно столько же пытался взять его и набрать номер Попова. — Алее! «Звонок перенаправлен в почтовый ящик…» — Да ебена мать! Арс, ты ответишь когда-нибудь или опять в игнор кинул, сволочь? «Ваши сообщения будут перенаправлены абоненту прямо сейчас». — БЛЯ! Вы не могли сказать, что это всё записывается?! Ну и похуй, заново позвоню. — Але, отвечать уже, Арсений… Парень звонил ему уже пятый раз, почти умоляя взять трубку. — Алё, Антон, ты чего так поздно звонишь? Уже четыре утра, тебе спать не пора? — наконец ответил Арсений. — Ууу, заботится о том, спит ли он… Ну это ли не намёк? — прошептал Позов Зайцу. — Слава небесам, ты ответил! Кстати, во-первых, не слушай то сообщение, что я тебе послал ранее, это случайность. А во-вторых, мы с парнями бухие, ты, наверное, понял. Они хотели спросить… Ты гей? Вопрос Антона поверг Арсения в шок. Он молчал около двух минут, а потом ответил чётко и ясно: — Нет. Не гей. Всё, пока. Удачной пьянки. И не звони по таким пустякам. Арсений положил трубку. Парни уснули около десяти утра в гараже Позова, разложив матрасы и какие-то доски, накрыв всё это одеялами.