🍊
16 января 2026 г., 21:05
Купить землю и переехать на Чеджу всегда казалось Намджуну несбыточной мечтой, пока он не воплотил её в жизнь, в который раз уже убеждаясь, что иногда мечте нужно оставаться мечтой.
Оказалось, мороки с фермой больше, чем райского наслаждения.
Намджун мог скинуть всё на руки помощника, но привычка всё контролировать и держать в собственных руках не давала расслабиться. Поэтому в руки помощника он отдал отлаженный сеульский бизнес, а сам перебрался в глубинку.
Постепенно он сообразил, как вести дела, под вопросом оставалась только мандариновая плантация. Привести её в пристойный вид стало той ещё задачкой, с которой он справился успешно, но теперь встал новый вопрос — где взять клиентов. Первая партия мандаринов — ровных и идеальных по форме халлабонов — уже ждала своего часа, клоня тяжёлые ветви к земле.
Самое простое — поехать на рынок и продавать там, но во-первых, у Намджуна нет своей точки, а во-вторых, нет продавца. Второй вопрос решался наймом, но первый решить было сложно — в сезон даже снять в аренду место уже невозможно, конкуренция тут дай боже.
***
— Хён, тебе просто нужна качественная реклама, — сказал ему соседский мальчишка, щурясь от солнца и улыбаясь дёснами. «Да-да, только от детей в футболке с персонажами из аниме ему советов и не хватало», — думал Намджун, пряча за стёклами тёмных очков скептический взгляд. — Спасибо, Юнги, — сказал он вежливо. Обижать мальчика не хотелось, как и тратить время на него. — Хён, хочешь, я сделаю тебе рекламу? — Э… — Намджун редко терял дар речи, но момент был из таких. Скажешь «нет» — обидится и носик свой сморщит. Скажешь «да» — не отвяжешься потом от него. Намджун почистил горло и, положив руку на его острое плечо, наклонился к заинтригованному лицу. Он почувствовал сладкий аромат мандаринов, понизил голос до вкрадчивого. Это всегда работало с другими — будто делишься с ними сокровенным. — Знаешь, я бы не хотел тратить твоё время. У тебя же каникулы. С моей стороны, отнимать его у тебя будет совершенно эгоистично. — Ты можешь нанять меня! — просиял Юнги, снова расплываясь в улыбке. Даже улыбка его казалась сладкой. Как и запах. И сахарная кожа. И… Намджун резко убрал руку и помотал головой, выкидывая из неё мелькнувшие фантазии — как бессовестно. — Тогда мы оба будем в выигрыше! — сладким голосом предложил Юнги. Он будто и не заметил, как Намджун от него отдёрнулся. Конечно, не заметил, это чистый и невинный мальчик. О чём вообще Намджун думает? Ему захотелось стукнуть себя по голове и напомнить, что он сладкое вообще не любит. У него диатез, а это уже диагноз. Намджун выдохнул и поправил пиджак. Солнце на Чеджу шпарило всегда, а Намджун оставался верен привычкам и носил костюм соседям на потеху. Но изменять себе не собирался. Пальцы теребили запонки, успокаивая нервы. — Ты очень добрый малый, — нашёлся Намджун со словами. — Но как я могу нанять тебя, не зная твой потенциал? Ты уже работал в рекламе? — его тон стал сухо-официальным. — Я могу сделать и прислать демо. Сегодня, — тут же сориентировался Юнги. Он сунул Намджуну под нос кулачок с поднятым вверх пальцем, как у нарисованного на груди Зуко — двойной «лайк». Глаза у обоих сверкали надеждой, и Намджуну было жалко расстраивать, как минимум, одного из них, — таких радикально отличающихся друг от друга внешне, но с невыразимой мольбой в округлившихся глазах. Намджун хотел отказаться. Хотел твёрдо сказать, что работает только с профессионалами и не тратит время на новичков, которые, возможно, и школу ещё не закончили. Или закончили? Кажется, Юнги поступал в прошлом году. Точно, Намджун как раз купил ферму и переехал, а соседи закатили праздник на всю округу и его пригласили. Помнится, Намджун принёс в подарок бутылочку коллекционного виски, а простоватые соседи, тут же открыли его и, испробовав, кривили лица — им не понравилось, — но они вежливо смолчали, а потом достали соджу. Намджун не помнит, чем закончился вечер. Он их дом потом стал обходить по широкой дуге. И только Юнги постоянно маячил где-то на периферии зрения: то он цветы поливает, поливая и намджуновский забор, случайно — самого Намджуна; то качается на качелях, а его шлёпка летит на территорию Намджуна, то курица от него убегает, конечно же, к Намджуну во двор. Но то, что он студент, всё равно не делает Юнги специалистом. С другой стороны, пусть покажет себя. Вдруг он непризнанный гений? — Хорошо, — кивнул Намджун, больше кивая своим мыслям, которые звучали убедительно. — Пришли мне свои варианты сегодня, я ознакомлюсь. — Круто, хён! Ты не пожалеешь, — почти запрыгал на месте Юнги, весело хохоча. «Очень профессионально», — подумал зануда в душе Намджуна, но было поздно забирать слова обратно. — Я на это рассчитываю, — сказал он ещё раз вежливо и посмотрел на часы — жест популярный и не оставляющий пространства для дальнейшего разговора. — Так точно, сэр! — Юнги приложил ладошку ко лбу и снова хихикнул. Намджун махнул ему и поспешил за руль своего внедорожника. Он почти обогнул машину, когда услышал топот несущего к нему на всех парах Юнги: — Хён, хё-ё-ён! Ты же мне не дал адрес почты, куда я пришлю всё? Упс, шалость не удалась. Намджуна бы не взяли на Слизерин, и это было печально. Но что поделать, он всего лишь обычный магл. Намджун открыл кейс и достал из кармашка визитку, протянул её соседу. Глаза мальчишки снова зажглись, будто он не визитку получил, а билет на аттракционы. Лишь бы Намджуну аттракционы не устроил, вздохнул он про себя, и попрощался.***
Рабочий день был в самом разгаре, когда личный секретарь зашла в его кабинет и напомнила, что наступило время обеда. Намджун попросил заказать еду и поблагодарил за чашечку кофе. Встал, потянулся, ослабил галстук и, почувствовав, что кондиционер чересчур переохладил комнату, не найдя пульт, накинул на плечи уютный кардиган. Пиджак — это для того, чтобы красоваться перед коллегами и партнёрами, наедине с собой можно было не строить из себя великого бизнесмена. Когда-то Намджун работал на репутацию, сейчас репутация работала на него, ему оставалось только поддерживать её. Намджун предпочитал сидеть за бумагами, проверяя отчёты, оценивая диаграммы и придумывая решение для неразрешимых задач, в комфорте, надёжно скрытым за закрытыми дверями. Отвлекаясь от постройки графика будущих продаж мандаринов, он решил проверить электронную почту. И вспомнил вдруг, что Мин Юнги обещал прислать ему свои наработки. И конечно же, ничего не прислал. Намджун проверил каждое письмо. Но Юнги ведь и не обещал, что сделает это за пару часов. А Намджун любил, когда из кожи вон лезут, выдвигая свои идеи. Он сам был таким в молодости и знал, что это благоволит успеху. Либо Юнги не смог справиться с поставленной задачей, либо решил не торопиться — за успехом он не стремился, а были надежды. Видя его горящие глаза, Намджун ожидал другого, появилось странное чувство от того, что он ошибся. Телефон уже в который раз пикнул входящим сообщением. Намджун взял его в руки, чтобы отвлечься, пока ждал еду. Личный номер горел входящими. Намджун подумал, что снова Хосок ему пишет. Он умел совмещать и работу, и личную жизнь, но Намджун такое не понимал. Он любил разграничивать. Вся работа привязана к рабочему аккаунту, а личный номер знают только друзья. Как же он удивился, когда обнаружил, что пишет ему неизвестный номер, на аватарке которого — смешной кот, раззявивший пасть. «Хён, привет!» «Ты такой смешной на авке, но я сразу тебя узнал». Смешной, конечно, потому что проспорил Хосоку и пришлось ставить фото, которое сам Хо и сделал — где Намджун спросонья выглядит как одуванчик. На целый год. Но аккаунт же личный, кроме друзей никто не должен был заметить. Откуда?.. Неужели Намджун случайно перепутал визитки и дал личную? «Эпичный фейл», — прокомментировал бы это Хосок. «Это Юнги, кстати». — Намджун уже понял. «Я тут сделал несколько вариков». «Присылать?» Намджун, конечно, работал и не читал сообщения, не отвечал. Юнги был нетерпелив, и прислал новую партию сообщений уже через пять минут. «Хён!» «Вызываю тебя». … «Совершенно непрофессионально», — сделал вывод Намджун, читая каждое сообщение. Пролистать вниз ему совесть не позволяла. Стоило дойти, наконец, до последних, стали появляться новые, будто Юнги сидел с открытым чатом и мониторил. «О, ты онлайн!» «Круто!» «Лови первый вариант». Тут же пришла фотография. На ней — сам же Юнги в плюшевом свитере среди мандаринов, его лицо расплылось в блаженной улыбке, а светлая кожа сверкала под тёплыми лучами солнца. Вся земля рядом была усыпана фруктами, и чувство в груди Намджуна тревожно подсказывало, что реквизит с его фермы. Сад семьи Мин был в несколько раз меньше его, и вряд ли родители позволили бы сыну обдирать деревья. «Это в моём саду?» — набрал он и отправил. Сердце клокотало, потому что это… неправильно! А не потому что картина слишком сладкая. И вообще, где план? Почему он шлёт фотки? «Конечно! Мы же рекламируем твои мандарины», — поступил незамедлительный ответ. Намджун мог бы написать, что это ещё не реклама, а только проба. И что он не позволял пробираться к себе на территорию. И что продавать товар он хотел бы взрослым, а не детям. Да, последнее и стоит написать. Пусть не будет таким милым. Он отправил несколько сообщений подряд: «Я рассчитывал на более зрелый контент». «На взрослую аудиторию». «Если считаешь, что не справишься, я пойму». «Справлюсь, конечно», — пришёл ответ. Намджун ярко представил, как сложенные бантиком губки расправились в широкую фирменную улыбку. На автомате вновь вернулся к присланному фото, приблизил и сам не заметил, как улыбается в ответ. В груди разлилась сладость. Момент прервала секретарь, напугавшая его громким стуком, а Намджун выронил телефон от неожиданности. Быстро убирая его на край стола, он взял в руки чашку и пригласил войти. Вслед за стуком каблуков, в кабинет ворвался аромат свежего мяса барбекю. Она передала еду и ушла, пожелав приятного аппетита. Телефон всё это время продолжал получать сообщения и тренькать, вызывая у Намджуна нервный тик. Но Намджуну казалось очень непрофессиональным да и некультурным сидеть, уткнувшись в телефон на работе или в присутствии других людей. Неважно, что они на тебя работают. Дверь закрылась. Намджун, пригубив кофе, взял левой рукой телефон, открыл чат. Он хотел написать Юнги, чтобы перестал слать так много сообщений, эффективнее отправить одно большое. И сначала план, в котором будет описан концепт. Не нужно сразу щёлкать, сначала нужно согласовать. Он открыл чат. Мгновение — и кофе изо рта оказался на всей поверхности стола, забрызгивая монитор и важные бумаги. Сам он покраснел и потерял дар речи. Пальцы перестали слушаться, телефон повторно вылетел из рук.***
«Упс, случайно отправил». — Набрал Юнги, пересматривая специально отправленное фото откровенного содержания. На нём только он и мандарины. И никакой одежды. Как в «Красоте по-американски». Очень утончённо и очень по-взрослому. Юнги улыбался, потому что знал, Намджун теперь точно не забудет. «Ой!» «Не могу удалить». «Хён, удали со своего телефона, пожалуйста!» «Ты сказал про взрослый контент, и я закосплеил…» «Случайно нажал на отправку». «Удали!!!» «Это эксперимент». Эксперимент над выдержкой Намджуна. Сколько можно уже ходить, уткнувшись в свои бумаги? Юнги целый год вертится перед ним, а Намджун не видит. Зачем тогда в беседке год назад читал ему свои стихи? Зачем растрогал? Намджун был пьян, отцовский соджу ядрёный, а Намджун — городской да пить не умеет совсем. Его скосило, как серп травинку, но это не оправдание. На утро он убегал из дому, надвинув на глаза солнцезащитные очки, а вечером вернулся поздно. И так продолжалось долго. Подаренный им виски, то есть то, что от него осталось, Юнги припрятал у себя в комнате и лучшему другу Тэхёну сказал, что это начало коллекции. Только он пока не знал, коллекции виски или коллекции подарков Намджуна: ему пока ни того, ни другого не перепадало. Но Юнги не терял веры и организовывал «непредвиденные» встречи сам. А потом понял, что с Намджуном, владеющим несколькими языками, говорить нужно на его языке — он другие не понимает. И вот он летит к нему с предложением рекламы. Рекламы, в которой Юнги ни в зуб ногой, зато хорош в фотографии. Пока не профи, но делает успехи в выбранной специализации. Скоро всё изменится. Юнги расхохотался и откинулся на кровати, раскидывая руки. Над ним к люстре была примотана камера. Мандариновый реквизит пах ярко и забивал нос, но Юнги нравилось. Он взял один и стал снимать кожуру, не забывая поглядывать в зрачок объектива, в нужный момент он нажимал большим пальцем ноги на кнопку. Обхватил дольку зубами и прикрыл глаза. Щелчок. Раскусил её — сок брызнул на губы. Щелчок. Долька отправилась на язык. Он медленно языком начал слизывать сок. Щелчок. Щелчок. Щелчок. Юнги был уверен, Намджун точно не удалит то фото. Попросит ещё. Не сразу, конечно, но нужно быть готовым. Нужно пилить контент.the end
