Восемь имён на чужом языке

К дому Мануша и Ляли компания добирается только к вечеру, так как нужно было заехать в аптеку, купить нужные вещи для обработки раны. В ходе поездки выяснилось, что спасенного мужчину зовут Енсик и на него напали с ножом. Больше он ничего не рассказал, так как от усталости и пережитого ужаса уснул. В очередной раз за этот день Мануш помог Енсику выбраться из машины и добраться до лифта. Джисон ожидал увидеть старый дом, который был бы обит золотом и удивился, когда увидел обычную многоэтажку, хоть и сохранившую свой вид с советских времен. Зайдя за Лялей в лифт, парень достает телефон из длинных черных шорт, чтобы проверить не звонила ли ему мама… или Игорь. Но старая раскладушка хоть и славилась своей способностью держать заряд несколько дней, не смогла пережить неделю без зарядки. Возможно батарея села еще ночью, Джисон редко пользуется телефоном в основном для того чтобы связаться с матерью или парнями, так что он часто не замечает того, что заряда не остается. Парень закидывает бесполезный аппарат в карман и вздыхает. Видимо его плохое настроение беспокоит Лялю, и она начинает с ним разговор. — Все произошло так внезапно, если мы доставляем тебе неудобства, можешь в любой момент отказаться, — она мягко кладет руку на плечо парня. — Ты ведь так молодо выглядишь, сколько тебе? — Мне двадцать, — Джисон и рад свалить прямо сейчас, но он уже успел проникнуться этой женщиной и теперь ему совестно оставлять её с этими проблемами, хоть и не он их принес. — А мне двадцать три, — улыбается Ляля, вгоняя Хана в ступор. — Я так и думала, что мы примерно одного возраста. Все это время Джисон в своей голове обращался к Ляле как к женщине, когда в реальности она оказалась всего на три года старше него. Парень медленно переводит взгляд на Мануша и по тому как темнеет лицо мужчины, Джисон понимает, что в его глазах читается нескрываемое презрение. Теперь Мануш становится еще большим демоном в глазах парня, чем было раньше. Джисон корит себя за то, что думал, что Ляле больше тридцати, но теперь задумывается о том, почему эта девушка выглядит старше своего возраста. Ответ напрашивается сам только взгляд Хана цепляется за Мануша. В квартиру компания заходит в тишине и в такой же тишине супружеская пара оставляет Хана заниматься Енсиком, уйдя на кухню, готовить что-то на поздний обед и ранний ужин. Джисона вновь удивляет квартира этих цыган, ведь выглядит она довольно прилично и видно, что за ней ухаживают. Конечно не обходится без показушного богатства в интерьере, например, белый мрамор на полу, золотой стол, огромные картины на стенах с пейзажами гор. Но несмотря на преобладание дорогих вещей, в комнате есть и потрепанные временем предметы. Диван, на котором сидят парни облез и в некоторых местах протерт до дыр, в прочем вся мебель в этой комнате не «первой свежести». От разглядывания комнаты Джисона отрывает Енсик. Как только дверь в кухню закрывается, мужчина хватает Хана за руку. — Наконец-то они оставили нас, — шепчет он. Енсик больше не дрожит и выглядит куда лучше, чем в больнице, видимо, сон пошел ему на пользу. — Помоги мне выбраться отсюда. — В смысле? — Джисон тоже понижает голос и поворачивает голову в сторону закрытой двери. — Они же помочь хотят. — Да чем они мне помогут? — Брови мужчины складываются в болезненную дугу. Он чуть ли не воет от отчаяния. — Им нельзя доверя-ять. Мужчина торопится выбраться отсюда и из-за того, что Джисон никак не хочет помочь ему, он начинает терять терпение и самообладание. Облизнув пересохшие губы, Енсик с мольбой смотрит на Джисона и еще сильнее сжимает его руку. К несчастью Хана сжимает он именно ту, которую парень ударил и теперь он должен терпеть не только сумасшествие мужчины, но и ноющую боль. — Ты видел их пояса? — когда мужчина вспоминает нужную информацию, его глаза загораются нездоровым огнем. — Золото, не просто как в этом доме, — Енсик пренебрежительно окидывает квартиру взглядом. — Здесь эти пояса носят приближенные к цыганскому барону. Эта новость удивляет Джисона, но тут же находятся не состыковки этого заявления. — Чего они тогда ездят на такой паршивой тачке? Да и в доме есть старые вещи. — Да какая разница? — не выдержав, мужчина повышает голос и тут же прикусывает язык. Испуганно вытянув голову, он смотрит в сторону кухни и только спустя пару секунд выдыхает и продолжает громким шепотом. — Я тебе говорю, что это значит, что они с цыганским бароном! — Да и что с того? — Джисон наконец то вырывает свою руку из мертвой хватки Енсика и непонимающе смотрит на него. — Они вроде хорошие, по крайней мере Ляля. — Да ты совсем не врубаешься! — стонет мужчина. — Цыганский барон и отправил за мной своих людей! Джисон открывает рот и так и замирает. Парень совсем запутался: кто, зачем и почему. — Если они связаны с этим бароном, то почему не сдали тебя сразу же? — Джисон задает первый, пришедший ему в голову, вопрос. — И вообще, что ты ему сделал, что за тобой с ножами бегают? — Да сейчас не это важно, — мужчина отмахивается от последнего вопроса. — Откуда мне знать, что у этих цыган на уме? Может передумают. Поняв, что из-за взвинченного состояние мужчины, Джисон и сам сидит весь напряженный, парень расслабляется. Он снисходительно смотрит на Енсика. Видимо от пережитого страха умом тронулся. — Да что ты несешь? — Джисон старается произнести это как можно безобиднее. — Успокойся и подумай головой. Зачем им тебя спасать, они могли бы убить тебя еще когда Мануш был один, там со Стрей Кидс? — С кем? — мужчина удивленно моргает. — Ты о чем? — Кстати да, — Джисон с интересом смотрит на этого затюканного мужчину. — Ты же еще и с ними что-то не поделил. Енсик тощий, по мнению Джисона даже слишком, долговязый и неуклюжий. Чем такой задохлик привлек внимание сразу двух групп преступников? Черные волосы слиплись от грязи и пота, облепляя и без того большую голову из-за чего она похожа на перевернутое яйцо. Сам мужчина выглядит ужасно измученным и усталым, от него воняет, а грязь с одежды уже успела оставить новые пятна на диване. Джисону даже становится жалко его. — Да про кого ты? — взъедается мужчина, но тут же отходит, найдя ответ на свой вопрос в голове. — Про тех парней, которые гнались за мной? Их тоже прислал барон, я уверен. — Барон? — Джисон с сомнением хмурится. — Не думаю, что они как-то связаны. Хотя все возможно. — Если не связаны, зачем бы им гнаться за мной? — огрызается мужчина. Хан недовольно морщит нос. Ему совсем не нравится тон, с которым Енсик с ним разговаривает. — Спокойнее, — хмуро произносит парень. — Иначе слушать тебя не буду и пойду к ним на кухню. В подтверждении своих слов, Хан резко встает с дивана. Глаза мужчины расширяются от ужаса, он тут же подрывается следом за парнем и виснет на его руке, упав на пол. — Я понял, пожалуйста, не надо, — трясущимися руками, мужчина пытается ухватиться за локоть парня. — Я буду спокойнее. — Другое дело, — вырвав свою руку, Джисон с размаху приземляется на диван. Он не до конца понимает в чем тут дело и кто в итоге виноват, но догадывается, что Енсик сам не чист на душу, раз спутался с бароном и Хан может себе позволить пресечь его наглость. Убийственный напор Енсика опускается до нуля и стыдливо кашлянув, мужчина садится на место. Мужчина не решается первым начать разговор и из-за образовавшейся тишины слышны приглушенные голоса супружеской пары и стук посуды. — Давай еще раз, — убедившись, что мужчина успокоился Джисон сжимает его плечо, от чего тот вздрагивает. — Ты уверен, что этот пояс, значит, что они связаны с бароном? Енсик избегает взгляда парня и коротко кивает. Вновь в комнате повисает тишина. Джисон надавливает на мужчину чуть сильнее и тот понимает, что кивка недостаточно. — Да, я уверен, — тихо произносит мужчина, уставившись на золотую вазу на столе. — Я лично встречался с Харманом. У него и тех, кто был с ним рядом были эти пояса. Я точно помню. — Хорошо, — Хан отпускает Енсика и смотрит на дверь кухни. — Раз уж они тебя не трогают, либо им что-то от тебя надо, либо они почему то не в курсе дел этого Кармана. — Хармана, — поправляет мужчина, но тут же осекается, когда Джисон с шумом втягивает воздух. — В прочем не важно. — Значит будем ждать, — произносит Хан и этим ставит точку в их обсуждении.

***

Готовка затянулась, да и Джисон решил все же помочь Енсику принять ванну и ужин проходит в положенное ему время – половину шестого. После душа мужчина наконец то выглядит как живой человек, а его волосы, хоть еще влажные, но уже образуют некий объем, и голова больше не выглядит как яйцо. Но из-за того, что на Енсике одежда Мануша, которая явно не по размеру и висит на нем словно на огородном пугале, выглядит мужчина все еще уморительно. Но теперь Джисон хотя бы его не жалеет, чему очень рад. Ведь сочувствие сильно влияет на его поступки и слова. Он просто не может отказать в помощи тем, кого жалеет. Первым за еду принимается Мануш, а Ляля дожидается пока он проглотит кусочек курицы и лишь затем сама начинает есть. Поблагодарив жену за приготовленные блюда, Мануш смотрит на ребят. — Ешьте на здоровье, пусть Бог даст вам сил, — произносит он. Джисон неуверенно кивает и косится на Енсика. Тот выглядит напряженным и старается не поднимать взгляда от стола. Но голод все же пересиливает страх и мужчина, не выдержав, набрасывается на свою порцию. Хан хотел за ужином обсудить, что им делать дальше, но решает не давить на мужчину еще больше. Пусть он хотя бы поест спокойно. — Так, почему Стрей Кидс за тобой «охотились»? — Мануш складывает грязную посуду в одну кучу, и Ляля частями относит её на кухню. — И есть ли кто-то еще кроме них? Енсик вжимается в спинку дивана и осторожно косится на Джисона. Хан приподнимает брови и как бы дает знак отвечать обдуманно. — Ну, — мнется мужчина. Он вспоминает ранее обговоренную с Джисоном легенду. — Я перешел дорогу не только этим парням, но и кое-кому еще, — руки Енсика начинают дрожать, и чтобы скрыть это, он складывает пальцы в замок. — Я не буду говорить кто это, но он богат и сделает все, чтобы убить меня. — Кого-то мне это напоминает, — Мануш задумчиво проводит рукой по бороде. Енсик вздрагивает и Джисону приходится незаметно пнуть его ногой, чтобы тот не выдавал себя раньше времени. Мануш проходится взглядом по обоим парням, но ничего не говорит. Они дожидаются прихода Ляли в давящей тишине. Теперь не только параноику Енсику кажется, что Мануш обо всем догадался, но и здравомыслящему Джисону. — Так что, о каком преимуществе перед корейцами ты говорил? — Ляля возвращается и её фраза, сказанная без скрытого умысла, бьет под дых двум корейцам, сидящим в этой комнате. — Надеюсь это что-то важное. Енсик давится воздухом и начинает кашлять настолько сильно, что Джисону приходится предложить ему стакан воды. Хан хлопает мужчину по спине, пока тот пьет, а когда собирается поставить чашку обратно, то натыкается на прищуренный взгляд Мануша. Джисон быстро отводит глаза в сторону и чуть не опрокидывает стакан. — Да что с вами такое? — Ляля обеспокоенно переводит взгляд с одного парня на другого. — Вы устали? — О, Енсик очень устал, — Джисон тут же соглашается с ней. — Столько пережил. Девушка понимающе кивает, но на Мануше этот трюк не срабатывает. Мужчина кладет руки на стол и внимательно смотрит на Джисона и Енсика. Хан это замечает и ему приходится поднять взгляд, чтобы не выглядеть еще более подозрительным. Цепкие темные глаза мужчины выглядывают из-за густых бровей, что делает его вид для Хана еще более неприятным. — Что вы скрываете? — холод, сквозящий в голосе Мануша совсем не вяжется с его прошлым образом пухлого добряка. — Надурить меня вздумали? Ляля молчит, но в её глазах Джисон видит зарождающееся сомнение. Парень борется с желанием все рассказать, он не знает к чему приведет раскрытие правды. Походу они не в курсах. Джисон мельком проходится по Енсику, тот сидит, сгорбившись и боится даже шевельнуться, не то что голос подать. Если сдам его, то… Мысли Джисона сначала идут в сторону жалости и сострадания, но затем его осеняет. Минуту. Хан пару раз моргает и выпрямляется. Оказывается, поддавшись настроению Енсика он и сам неосознанно чувствовал себя лжецом и беглецом, от того прятал глаза и зажимался. Я его не знаю, он мне даже не знакомый. Джисон выдыхает и расслабленно падает на спинку дивана. Мне не нужно так за него впрягаться, я итак много чем ему помог. Енсик замечает перемену настроения Хана и его глаза то и дело возвращаются к парню. Поймав его взгляд, Джисон подмигивает ему и Енсик коротко вздрагивает. Не утруждая себя тем, чтобы оторваться от спинки дивана, Джисон указывает на мужчину, сидящего рядом. — Он убегал не только от Стрей Кидс, но еще и от цыганского барона – Хармана, — Хан без зазрения совести сдает своего недотоварища. Енсик резко поворачивается в сторону парня с выражением лица «ты что творишь?!». Реакция супругов так же не заставляет себя ждать. Ляля испуганно охает и прикрывает рот ладонями. Глаза Мануша округляются настолько сильно, что Джисону становится не по себе. Девушка медленно поворачивается к мужу и подрагивающими руками хватается за его плечо. Её темные брови сводятся к переносице и вид девушки становится еще более печальным. — Мой брат, — растерянно шепчет она.