Save or Escape

"Если бы можно было повернуть время вспять, я бы хотел стать лучшим мужчиной в мире"

      Запах сырости пробирается внутрь комнаты сквозь неплотно закрытое окно. Ливень, не прекращающийся второй день подряд, заставляет город и его жителей покрепче укутаться в отголоски последних мгновений лета. На часах... да кто его знает, сколько времени на часах, если батарейка в них села уже давно? Оно и к лучшему, потому что вечное тикание давило на виски, напоминая о скоротечности и бесполезности каждого прожитого дня.       По углам прячутся заброшенные и забытые вещи. Под ногами шуршат упаковки от быстрорастворимых обедов. Подпинываемые носком тапочек, они разбредаются в кучки, словно так можно навести, какой-никакой, но порядок. Или беспорядок, тут уже кто как видит.       Кофемашина, купленная по уценке в одном из магазинов электроники, выплёвывает таблетированный жмых, который в свою очередь ударяется о край переполненной мусорной корзины, разлетаясь по полу крупицами коричневых отметин. Третьесортный растворимый кофе засыпается в рожок и ставится на своё законное место. Уставшее тело поясницей облокачивается на кухонную тумбу в ожидании напитка. Размяв шею, парень глазами ищет что-то съестное на столе, натыкаясь только на остатки нескольких пакетов из-под рамёна. Что же, на завтрак и кофе хватит.       Обмыв кружку, не удосужившись даже нормально пройтись по ней губкой, брюнет наливает в неё кофе, вдыхая каплю бодрости. Какой сегодня день? Сокджин вряд ли задался бы этим вопросом. Тонкие, слегка крючковатые, пальцы обхватывают верёвку управления жалюзями и тянут на себя. Ожидание оставляет после себя горечь сильнее, чем от кофеина на языке. Чертыхнувшись, ведь дождь залил часть одежды и блокнотов на подоконнике, парень скидывает их на пол в попытке спасти. На него же ставится и кружка, ожидая продолжения завтрака, пока брюнет, чуть сгорбившись, пытается убрать влагу первым попавшимся полотенцем. Будто насмехаясь, словно его работа и труд сейчас ничего не стояли, на ровном, белом материале подоконника остается расползшийся круг от расплескавшегося кофе. Хорошо. Ладно. Значит, сегодня не время для уборки.       Выглянув в окно, парень отмечает про себя, никуда не девшееся, чувство тоски. Ему кажется, что только он сейчас, сидя в тёплой квартире, скрытой от дождевых капель - ненавидит дождь сильнее, чем те, кто непосредственно находится под ним. Отмечает даже, что кому-то не нужен зонтик, чтобы укрыться. Будто так и нужно. Будто так правильно.       Будильник на телефоне отвлекает от саморефлексии, напоминая выпить таблетки. Несколько баночек на столе призывно выглядывают из-под неловко закинутой на них футболки. Или это шорты? Надо бы постирать.       Тошнотворные пилюли, не имеющие собственного вкуса, всё ещё не менее тошнотворны. Успевшая чуть раствориться запитым тёплым кофе субстанция неприятно ползёт по горлу, заставляя чуть покашляться. И отметить, что парень не слышал своего голоса уже... четвертый день? Да, как раз во вторник он заказывал еду и произнёс сухое "спасибо" курьеру. Который раз забывает выбрать позицию "оставить у двери". Ничего, в следующий раз точно получится.       Джин щурится, когда включает свет в ванной комнате. Прохладная вода приводит в чувство, и даже чуть менее противно становится смотреть на себя в зеркало. Наверное. Привычные для любого человека утренние процедуры кажутся Сокджину каторгой. Ограничивается чисткой зубов и умыванием водой, и даже это в типичные дни, проведенные в стенах родной квартиры, ощущаются непосильным трудом и каким-никаким, но достижением. Остатки зубной пасты в тюбике будут ждать следующего раза, пока окончательно не высохнут внутри. Возможно, Сокджин даже не забудет купить новую сегодня.       Среди разбросанных где попало вещей он ищет более-менее нормальные. Темно-синие джинсы и черная "зипка" оказываются на худощавом теле парня. Пятно на груди от газировки не так сильно бросается в глаза, так что сойдет для своебразной прогулки до клиники. Приходится раз в месяц выбираться на сеансы к своему лечащему врачу, хотя Джин уже давно просил перейти на онлайн-встречи. И даже пару раз напоминал об этом, буквально упрашивая, но всякий раз получал отказ. Это кажется ему несправедливым.       В кармане: телефон, ключи, наушники и небольшой кошелек с картой и проездным. Ничего лишнего. Брюнет последний раз окидывает взглядом коридор квартиры, выключает свет и закрывает входную дверь. Поездка до клиники должна занять не более тридцати минут, но, бегло глянув на время в смартфоне он понимает, что уже опаздывает. И лучше бы ему поспешить.       Сокджин накидывает на волосы капюшон, так как за время его сборов дождь так и не перестал идти, и направляется на ближайшую остановку. Парень очень старается не задевать проходящих мимо людей, при этом не наступив на лужи и не промочить свои кроссовки, что получается с трудом. Безуспешно, ибо левый ботинок начинает ощущать влагу и холод. Это не такая сильная проблема, поэтому, уже успевший продрогнуть, он с неким наслажением запрыгивает в приехавший по расписанию автобус. Внутри тепло, поэтому Сокджин борется с собой и сонливостью, чтобы не задремать на заднем сидении возле окна. И он даже усмехается, вспоминая подобные моменты в куче пересмотренных им дорам.       Наушники спасают от возможности заснуть. Перед глазами активно мельтешат вывески магазинов и ресторанов, не давая зрению сфокусироваться. Мысли только о том, как побыстрее отсидеть на сеансе и вернуться в свою квартиру. Перед этим надо бы заглянуть в книжный магазин и купить несколько сборников задач по химии и биологии. Скоро начнется учеба у студентов, а вместе с тем - новые заявки для работы репетитором. Нужно подготовиться.       Громкоговоритель даже через наушники оповещает об остановке на нужной улице. Джин вылетает из автобуса, чуть потягивается, и направляется в клинику. В ней всё, как обычно. На стойке ресепшена он здоровается с приветливой девушкой-администратором, неловко взъерошивая влажную челку. Она работает здесь не так давно, и всякий раз приветствует Джина скромной улыбкой. Не будь он в таком состоянии, наверное, познакомился бы с ней, благо привлекательной внешностью не обделен. Но это всё в фантазиях, на деле Джин просто называет свою фамилию и время, на которое записан.       — Вас ожидают в 136 кабинете, по коридору направо, — вежливо отвечает блондинка, кивая куда-то в сторону. Джин почти улыбается. Дорогу в кабинет он сможет найти даже с завязанными глазами.       Разговоры обо всём и ни о чем выматывают. Сокджин сменил несколько специалистов, пока не нашел своего психотерапевта, который ведет его уже несколько лет. Сынхо, мужчина лет пятидесяти, всякий раз встречает его без лишней, напускной радости, как было до. Именно он не дает Джину чахнуть в своей квартире, обязывая раз в пару месяцев (а иногда и чаще) приезжать сюда, рассказывать о своей жизни и успехе действия выписанных препаратов. Потребовалось множество попыток, неудач и промахов, чтобы подобрать подходящую для него терапию.       — Как успехи? Ты ведь принимаешь таблетки по расписанию? — спрашивает мужчина, открывая медицинскую карту с надписью "Ким Сокджин". Парень заторможенно реагирует и кивает. На самом деле, как такового расписания у него и нет в помине. Частые проблемы со сном мешают правильности ведению курса препаратов, поэтому результат день ото дня весьма... непредсказуемый.       — Да, конечно, — врёт парень, посильнее кутаясь в своей толстовке. Сынхо наблюдает за ним сквозь очки с тонкой оправой и пару раз щелкает автоматической ручкой.       Они разговаривают отведенные для приёма сорок минут. Под конец Джин чувствует себя словно выжатым и сильно уставшим. Сказывается ли на нём долгое нахождение вне социума или, вновь вскрывшиеся, проблемы с самореализацией — он не знает. Мужчина всякий раз мастерски вытягивает из него по крупицам информацию о его прошлой жизни и тяготах, что проносит с собой Сокджин с самого детства до настоящего момента. Он не хочет врать, не за этим сюда приходит всякий раз, но воспоминания о прошлом настолько обременяют его, что заставляют утаивать свои настоящие чувства. Это похоже на нарывающую рану — гной из сплетения ретроспекций, отторжений и душевной боли понемногу просачиваются сквозь тонкую оболочку, того и гляди — вскроется совсем. И наложить восстанавливающую повязку в таком случае будет невозможно. Когда-то это должно случиться, но Джин всякий раз ощущает себя просто не готовым к этому. Да и, если честно, подготовиться просто невоможно.       — Я выпишу тебе рецепт на снотворное, сможешь получить его в аптеке в холле, — говорит Сынхо, закрывая мед карту, оповещая этим, что приём окончен. Сокджин тянет рукава толстовки и слишком резко, чем нужно, вскакивает со своего кресла, не забывая несколько раз поклониться. В этот раз всё прошло лучше, чем он себе представлял, даже без слёз обошлось. Для таких моментов на столе Сынхо всегда дежурит коробочка с салфетками.       Получив снотворное, Джин поспешно распихивает несколько пакетиков по карманам "зипки". Из всех возможных побочных эффектов антидепрессантов он получил бессонницу, словно насмешку за все его проведенные бессонные ночи в подростковом возрасте. Парень был бы рад чему угодно, даже постоянной тошноте или головокружению.       К тому моменту дождь на улице уже прекратился. Решив не тратить деньги на проезд, Джин про себя решает отравиться до дома пешком, по пути посетив несколько магазинов. Он покупает в ближайшем кафе стаканчик горячего американо от не очень приятного в общении бариста, и направляется прямиком в его любимый книжный магазин. В одно из тех мест, куда он действительно любит периодически заглядывать.       В книжном, больше похожем на огромную библиотеку с бесчисленным множеством стеллажей, он заглядывает во вполне хорошем расположении духа. Здесь тихо, пахнет свежими страницами напечатанных в типографии книг. Легким наклоном головы он здоровается с кассиром - приятным парнем лет двадцати, и направляется прямиком к отделу с учебной литературой. Там он долго разглядывает несколько издательств с учебными материалами, успевая прочитать в каждом по несколько задач. Выбрав подходящие сборники и сунув их подмышку, Джин было направился на кассу, как его отвлёк звук громкого смеха и рвущихся страниц.       — Не портьте имущество магазина, иначе Вам придется их оплатить! — подоспевший консультант, который недавно стоял за кассой, отгоняет двух мальчишек от стойки с комиксами. Те смеются, тыкая пальцами в разноцветные картинки на страницах и, кажется, "случайно" портят их. Решив понаблюдать, брюнет встает в аккурат рядом с отделом, внимательно следя за небольшой потасовкой. Парни огрызаются на замечания, не переставая издеваться над новеньким изданием комикса про супер героев. Всё начинается со словесной перепалки в ходе которой, в попытках отнять журнал, его рвут пополам, да так, что страницы разлетаются по полу в полном беспорядке.       — Вот сам и плати, ботан, — тот, что покрупнее, гадко смеется и проходит мимо сгорбившегося над выпавшими страницами консультанта, задевая того за плечо и заставляя упасть на колени. Мальчики забирают свои рюкзаки и спешно выходят из магазина, не забывая кинуть напоследок ещё несколько обзывательств.       — Нынешняя молодежь совсем не уважает старших, — даёт свой комментарий Сокджин. Он уже хотел наклониться к консультанту, дабы помочь собрать остатки листков, но вовремя замечает, как парня начинает потряхивать. Молодой человек борется с собой несколько мучительных для него секунд и, бросив гнусавое "простите" — убегает в подсобное помещение. Неловко собранные страницы вновь разлетаются по полу. Джин остается в полном одиночестве в книжном магазине, неловко озираясь по сторонам. Консультант был единственным работником в магазине сегодня, так что теперь книги остались без присмотра.       — Чёрт, ладно, — брюнет старается дышать ровно, борясь внутри себя с внезапно появившейся делеммой: оставить справочники по химии на их законном месте и уйти; или остаться караулить магазин, пока консультант не вернется. Не то что бы ему было дело до магазина и возможных краж. Это действительно не его дело.       Но мысли идут врознь с его действиями. Сокджин аккуратно собирает с пола цветные страницы комикса в стопку, прикладывая страничку к страничке, и идет прямиком к кассе. Облокотившись поясницей на стойку, Джин посильнее натягивает капюшон на глаза и ждёт. Пару раз он бросает свой взгляд на подсобку, в которой периодически доносился шум чего-то падающего, а следом и глухие стоны. Это абсолютно точно не его дело. Как и не его дело оповещать редких посетителей книжного, что в данный момент продавец отсутствует. Это всё ещё не его дело, но он продолжает ждать.       Спустя минут тридцать томного ожидания в, ставшем вдруг неуютном, книжном магазине, дверь подсобки открывается. Блондин вытирает рукавом своей рубашки пот со лба и делает несколько глубоких вдохов перед тем, как встретиться с покупателем взглядами.       — И-извините! — слишком громко вскрикивает консультант, кланяется и направляется быстрым, неуверенным шагом к своему рабочему месту, попутно вытирая ладошки о подол рабочей рубашки. Он нервно берет в руки сборники задач, чуть не роняя их из рук, и старается, правда старается быстро обслужить клиента, — я сделаю Вам скидку в знак извинения. Такого больше не повторится, только не оставляйте отрицательный отзыв, пожалуйста.       Джин заторможенно следит за блондином. Испарина на его лбу становится виднее, сбившееся дыхание не позволяет внятно расслышать речь. Прокашлявшись, Ким бегло стреляет глазами на бейджик на груди консультанта, и говорит:       — Всё в порядке, Вам не о чем беспокоиться, Намджун-ним, — впервые за сегодня лицо блондина вдруг расслабляется, а губы растягиваются в улыбке, являя взору Сокджина глубокие ямочки на щеках. Тот, кажется, даже перестал дрожать и наконец взглянул на посетителя.       — Э-спасибо за покупку, приходите к нам ещё! — вытянувшись по струнке, Намджун протягивает клиенту сборники в крафтовом пакете. Сокджин благодарно кланяется, забирает свою покупку и выходит из магазина, не забывая попрощаться.       Дорога до дома ускользает от затуманенного разума Сокджина. Он хотел, правда хотел спросить у консультанта о его состоянии и о том, какое наказание тот получит за испорченные вещи магазина. Это не должно его волновать, как и не должно волновать самочувствие паренька, подрабатывающего в книжном. Будь он чуть посмелее, то наверное предложил бы побеседовать и сделать перерыв в работе.       Почему ему вообще не всё равно?       Эта мысль настигает его последней перед тем, как оказаться возле двери своей квартиры. Он находит себя в полностью вымоченных кроссовках, ведь не следил за дорогой, и с почти порванным пакетом из-за повышенной влажности на улице. Книги остаются на тумбочке, кеды — валятся на входном коврике. Худое, широкоплечее тело устало заваливается на диван в гостиной, издав облегченный стон. С момента выхода из клиники Джин и не заметил, насколько устал за свою прогулку. Мысль о парне не давала покоя. Ким не отдает себе полной отчетности, почему его так взволновала эта тема. Намджун выглядит явно младше него, как и множество студентов, которые обращались к нему за помощью в освоении материала по химии. Явно студент. Хватается за работу, поэтому боится что-то сказать наперекор взбалмышным ученикам? Просто скромный и эмпатичный парень, не ожидавший столкнуться с напором от клиентов? Голова разболелась. Джин не видит ничего зазорного в том, чтобы выпить сейчас успокоительные вместе со снотворным, которые ему выписал Сынхо. Серебристый блистер извлекается из упаковки и несколько круглых таблеток отправляется прямиком в рот Сокджина. Он слоняется по квартире ещё час точно: собирает накопившийся на кухне мусор, разбирает тетради с прошлого учебного года, и по углам стаскивает в ванную комнату разбросанную одежду. Перед тем, как заснуть на всё том же диване в гостиной, в голове перемешиваются несколько моментов, произошедших с ним за сегодняшний день. И последнее, за что он цепляется: "Чёрт, зубная паста". И впервые за долгое время спокойно засыпает.