❄Связанные жарой и снегом ❄

Глава пятая

Торн

(Настоящее время)

Останавливаясь у большой рождественской елки на городской площади, я улыбаюсь, любуясь прекрасными самодельными украшениями от Прайда. Традиция дерева желаний - это то, что я начал после той ночи шесть лет назад. Движение привлекает мой взгляд как раз тогда, когда миссис Рины, владелец местного магазина канцтоваров, выходит из продуктового магазина. Она самая милая львица-омега, которая была частью этого Прайда дольше, чем я живу. Когда она смотрит вверх и видит меня, она улыбается, как раз, когда все, кажется, замедляется и происходит в замедленной съемке. Ее крошечные, хрупкие руки теряют хватку за одним из бумажных пакетов в руках, вызывая эффект домино. Пакеты выпадают из ее рук и рассыпаются перед ней. Яблоко выкатывается из пакета как раз тогда, когда она ахает от шока. И как только она пытается восстановить равновесие, ее нога наступает на яблоко, заставляя ее поскользнуться. К счастью, я уже там, ловя ее, прежде чем она успевает по-настоящему упасть. - О, дорогой. - Миссис Рины хватается за грудь свободной рукой. Ее дыхание напряженное, и она выглядит как испуганная мышь, а не как сильная львица, которую я когда-то знал. - Боже мой, альфа. Я не знаю, что бы я сделала, если бы тебя здесь не было, чтобы поймать меня. Моя левая рука обнимает ее для поддержки, пока она крепко держится за мою другую руку, как за свой личный поручень. Я держу правую руку устойчивой и твердой. Что-то, что я всегда помню из ухода за бабушкой, - многие пожилые люди просто хотят за что-то стабильно держаться. Я тихо хихикаю. - Миссис Рины, сколько раз я должен говорить тебе, чтобы ты звала меня Торном. Слышать, как ты называешь меня альфой, так странно. Она наконец отпускает меня и похлопывает меня по груди. - Ну-ну. Ты много работал, чтобы стать альфой этого Прайда. Это правильно, чтобы я уважала твой титул, как и все остальные в нашем маленьком городке. Правда, я очень усердно работал с моим отцом и братом, чтобы взять управление плавно. Прайд для меня - это все. Мои предки-львы основали Стоун Джой как город-убежище, но со временем они начали формировать отношения с оборотнями вроде волков, медведей и других диких кошек. Даже ходили слухи, что один из львов нашего Прайда нашел любовь с оборотнем-драконом. С тех пор Стоун Джой принимал всех оборотней, ищущих дом. Пока мой Прайд в безопасности, в наш город допускались все. Это то, что я люблю, и хотел бы, чтобы в мире было больше таких городов, как наш. - Ну, здравствуйте, миссис Рины, - говорит мой брат Димитри, присоединяясь к нам. Я смотрю на него с любопытством, но он качает головой, молча указывая, что хочет поговорить наедине. Протягивая руку миссис Рины, она хватается за нее, крошечные руки обхватывают мою руку через зимнее пальто. Димитри тянется к ее продуктам и улыбается мне. Мы всегда составляли такую отличную команду. Димитри может быть не моей кровью или даже львом-оборотнем, но он все равно мой брат. Мы пробираемся через городскую площадь к дому Рины, расположенному прямо за ее магазином, прежде чем убедиться, что она добралась. - Что случилось, Ди? - спрашиваю я, как только мы покидаем ее место. Мы идем размеренным шагом, направляясь обратно к главному дому Прайда. Он засовывает руку в подкладку своего пиджака и достает сложенный листок бумаги. Димитри искоса смотрит на меня, передавая его. - Знаешь, Торн, если ты не хочешь, чтобы другие узнавали о твоих делах, тебе, наверное, лучше не печатать свою подтверждающую документацию в доме Прайда. Я разворачиваю листок и морщусь. Это электронное письмо от Брэнсона, служащего по бронированию в Лодже "Зимняя Страна Чудес Дикой Природы". Я просил его переслать мне чеки, даты и адрес лоджа. - Спасибо, что передал это мне. Папа или отец видели? - Мой голос остается на удивление ровным, несмотря на то, что меня только что поймали на маленькой белой лжи. Богиня, вот почему я вообще не лгу. Я в этом дерьмо. - Нет, тебе повезло. Но расскажи мне, что это такое. Ты сказал нашим родителям, что отправляешься в романтический круиз для одиноких оборотней на праздники. - Мое лицо нагревается под давлением, и я чувствую себя смущенным, что мне вообще приходится это объяснять своему младшему брату. Несколько детей-оборотней проносятся мимо, не обращая на нас внимания, обсуждая, какие игрушки они хотят добавить в свой рождественский список. Я ловлю несколько слов вроде роз и плюшевых игрушек и мысленно отмечаю пожертвовать часть своих средств на ежегодный сбор игрушек. Я поворачиваюсь к брату. Останавливаю Димитри, чтобы нас не подслушали у дома Прайда, и объясняю. - Ты знаешь, какими они становятся во время праздников, всегда спрашивая, не встретил ли я омегу. И с тех пор, как я взял на себя руководство Прайдом, стало только хуже. - Не говоря уже о том, что, когда мне исполнился сорок один в прошлом месяце, Папа усадил меня и объяснил, что я не становлюсь моложе, как будто я не знаю, как работает старение. Мой внутренний лев скулит, хлеща хвостом взад-вперед. Он верит, что мы уже встретили кого-то особенного. Я вздыхаю. Моя рука забредает в карман, кончики пальцев лаская брелок в виде льва, который я всегда ношу с собой. - Они просто хотят, чтобы ты был счастлив, - говорит Димитри. - А что насчет тебя? Я не их единственный сын, - дразню я, подталкивая его. - Почему ты не получаешь этого особого обращения? - Но ты их единственный сын. - Его губы опускаются в душераздирающую хмурость. Неужели он действительно так чувствует? - Плюс, ты теперь альфа Прайда. Нам нужен наследник. Я закатываю глаза. - Наследник, - фыркаю я. - Такой старомодный термин. У нас уже есть наследник. Это ты. И не говори мне эту чушь, что я их единственный сын. Папа и отец усыновили тебя. Только потому, что ты не разделяешь их кровь, ничего не значит. Ты их сын. Ты мой брат. - Я знаю, но... - Никаких "но". - Я втягиваю Димитри в крепкие объятия. - Наши родители дали нам выбор. Если бы ты хотел быть альфой, эта работа могла быть твоей. Они уважали наше решение решить между собой. Я бы с радостью стал твоим вторым, если бы ты предпочел. Все в городе любят нас обоих. Уважают. Если бы я ушел, они бы приняли тебя с распростертыми объятиями. К моему удивлению, Димитри прижимает меня крепче к себе, явно нуждаясь в прикосновении. Как волк, по его природе ему нужно общение, нужна стая. Но как сильным альфам-мужчинам, нас учат не показывать слабость. Это чушь. Некоторые волки по своей природе любят прикосновения, и у меня складывается впечатление, что мой брат страдает от недостатка тактильного контакта. - Я все это знаю. - Он вздыхает. - Мой волк был очень раздражителен в последнее время. Он убежден, что мы видели во сне нашего партнера. Я отстраняюсь достаточно, чтобы посмотреть ему в глаза. - Твоего предназначенного? - шепчу я, и Димитри кивает, не в силах сдержать улыбку. - Это потрясающе, Ди. Он оборотень? - Я еще не уверен, но надеюсь выяснить. - Он качает головой, отходит и похлопывает меня по спине. - Но Папа прав. Тебе стоит попробовать сходить на свидание. Ты не ходил на свидания с тех пор, как встретил того омегу-человека шесть лет назад. Я продолжаю идти, пытаясь избежать этой темы. Димитри изучает меня, пока мы идем. - Что такого в этом конкретном омеге, что так запутало тебя внутри? Ты упоминал, что от него не пахло твоим партнером, но ты ведешь себя так, будто он им является. Всплывают образы Хейдена. Его потрясающая улыбка. Его гладкая коричневая кожа и все эти красивые черные волосы на голове. Мой лев снова скулит. Честно говоря, с той ночи я задавался тем же вопросом снова и снова. Этот запах. Он напоминал мне печенье и кофе. Но был намек на что-то еще. Что-то, что не совсем подходило. - Просто позволь мне поехать в этот отпуск. Время позволить моему льву оплакать. Там есть лес, где я могу бегать по снегу, но это будет уединенно, в отличие от здесь. Я не хочу, чтобы Папа и отец задавали миллион вопросов. Маленький человечек, может, и не был нашим партнером, но мой лев ведет себя так, будто это он. - Это ужасно, Торн. Я понятия не имел, что все так серьезно. Я киваю. - Я тоже, не сразу. - Мои пальцы ласкают мех Пламени в кармане. Тот вечер, когда я проснулся и обнаружил, что маленькая омега исчез, мой лев не смог с этим справиться. Он не понимал таких концепций, как связи на одну ночь. Он просто хотел превратиться и бежать. Перейти в шкуру и мчаться через лес, пока не успокоится. Я выселился из отеля рано, не желая задерживаться. Когда мой лев впал в депрессию, мы возвращались в город несколько раз в поисках омеги. Я говорил себе, что хочу вернуть его брелок и попрощаться как следует. Но если быть честным с собой, мне просто его не хватало. Я хотел быть рядом с ним, сходить с ним на еще одно свидание и посмотреть, будет ли наша химия такой же сильной, как и все те годы назад. Я все еще хочу. - Это должна была быть всего одна ночь. Но когда мы проснулись одни, я думаю, мой лев воспринял это как отвержение. - Я хмурюсь. - Пожалуйста, не говори Папе или отцу. У них и так много дел. Позволь нам использовать этот отпуск как время, чтобы наконец отпустить и попытаться исцелиться. Тогда я смогу работать над тем, чтобы найти партнера. Димитри кивает. - Хорошо, Торн. Обещаю, что не расскажу им. Но постарайся исцелиться, пожалуйста. Это несправедливо по отношению к тебе и твоему льву ждать омегу, которого ты больше никогда не увидишь. Его слова врезаются в меня. Прикусывая губу, я пытаюсь отвлечься острой болью от боли в сердце. "Мы найдем его!" - ревет мой лев. Тайно я молюсь, чтобы он был прав.