Гроза Акэнэда

Молодой чёрный некоморф с якими рубинового цвета глазами уже в который раз держал в своих лапах эту довольно старую,толстую книгу, на потертой, покрытой царапинами кожанной обложке которой было витиеватыми, сверкающими золотистой краской буквами было выведено название: "Мифологические звери и криптиды от А до Я." Акэнэд перечитывал её уже сотню или около того раз. Не то чтобы ему было особо интересно перелистывать эти пожелтевшие кое-где, пропахшие сигаретным дымом и дешовым кофе страницы после первых трёх - пяти раз, но на них хоть немного, хоть и откровенно глупо и наивно, в формате сказок, баек упившихся в стельку охотников или рыбаков, да городских легенд, но хоть что-то было написано о различных представителях древнего, а ныне вымершего и снова востановленого, но теперь путём науки "Хвостатого народа." Первым представителем вернувшимся из небытия путём долгих научных изысканий и опытов вида и был он сам, Акэнэд. Хотя никто уже точно не мог сказать, как изначально назывался его вид:, у каждого народа было для него своё название: Волколаки, Псоглавцы, Кумихо и множество других. Как хвостатые раньше выглядели, как жили и что точно привело к их вымиранию тоже было доподлинно не известно. Однако Акэ хотелось верить, что он больше похож на вот эту волшебную двухвостую кошку с вот этой репродукции древней японской гравюры на странице книги, чем на смотрящего на него с рисунка в соседней главе жуткого Жеводанского зверя. Которого современные исследователи теперь тоже причисляли не к волкам или гиенам, а к части того "хвостатого народа", которой каким-то чудом повезло добраться до Европы и положить начало легенд об оборотнях. Непонятно только почему именно этот случай получил такую широкую и совсем не позитивную окраску. Наверное тот несчастный неко, прозванный Жеводанским зверем, который получил вместе со следом в истории и людской страх и ненависть, был просто болен чем - нибудь по типу бешенства или просто по каким-либо своим причинам сошёл с ума. Акэнэд даже представить себе не может, чтобы что-то заставило его даже огрызнуться на хозяев, даже на Линкса, те то что бы вот так броситься на человека с целью убить. Однако полумифический зверь из провинции Жеводан был просто исключением, подтверждающим правило. По большей части хвостатые предпочитали жить тихо не привлекая к себе лишнего внимания, скрываясь от людей в горах и лесах. И уж точно поголовное большинство из тех, изначальных морфов не причиняло людям никакого вреда. Совсем наоборот, они становились хранителями тех земель, на которых селились. Если людям конечно удалось их вообще обнаружить, и самое главное не изгнать или извести своих необычных соседей, раньше, чем понять пользу, приносимую хвостатыми. В легедах говорилось, что те, первые некоморфы умели лечить травмы и болезни, охраняли поля и скот от набегов диких зверей. А в одной из баллад даже было написано о морфе, спасшем одно из мелких графств от набега кочевников. Стоящий на страже ворот некоморф первый заметил конницу у стен замка и поднял тревогу, а потом сам сражался с захвачиками вместе с защитниками крепости. Осаду удалось отбить, но вот сам неко в том бою и погиб, бросившись под стрелу направленную в грудь графа. Поговаривают правитель был так тронут и восхищён доблестью своего необычного война, что поместил изображение истиной - звериной формы морфа на герб и знамёна своей резиденции. И ещё много поколений над воротами маленького замка где-то в Швейцарии висел герб с эмблемой в виде фигуры чёрного кота, задавшего в лапах меч. Акэнэд повторил про себя несколько любимых строк песни. Зверь черен словно ворон Над битвою взился. Правителю лишь замка Он верен до конца, Стреле отравы полной Не дал сразить венца. Пусть пал кот в этой битве, Но в меди навсегда, Отлиты в изурудах, Застыли его умные Зелёные глаза. Пусть вечно охраняет Ворота верный страж На гербе восседает Спаситель юный наш. Но всё же Акэнэду больше нравилось сравнивать себя с японской кошкой - оборотнем. Не зря же даже в его имени есть отсылка к культуре этой страны, если написать его имя на этом языке, то один из иероглифов будет переводится как случай. Да и с бакэнеко юного морфа роднило не только имя и название вида (он некоморфа, а японская кошка - ëокай звалась бакэнеко или некомата) хотя бы то, что у чёрного морфа было также два хвоста. Морф напрочь отказывался верить опекающим и заодно исследующим его ученым, что его "лишний" хвост всего лишь вызван ошибкой в расчётах генетических цепочек при его, Акэнеда, создании. Черному неко больше хотелось верить, что он как и бакэнеко обладает какими - нибудь сверхспособностями. Нет. Вы не подумайте, свободно ходить на задних лапах и обладать отстоящими большими пальцами, как у людей Акэ очень даже нравится: предметы брать удобно и писать тоже. Но морфу хотелось, уметь делать наверное что-то вроде чудес. Может быть Акэнэд тоже бы хотел уметь вызывать из воздуха сияющие в ночной тьме энергетические шары, а лучше шаровые молнии. Может быть тогда Линкс перестанет дёргать некоморфа за ошейник по поводу и без, ведь чёрный ему уже много раз говорил насколько эти рывки Акэнэду неприятны. Ведь можно же сначала сказать, что лаборанту именно не нравится в поведении некоморфа, а потом уже за ремешок на шее хватать. Акэ же не глухой, он с первого раза всё услышит и поймёт, и прекратит делать то, что делал если это неподобающее для разумного существа поведение. Или наоборот сделает то, о чем его сейчас просят. Может быть после небольшого разряда электрическим током Линкс даже прекратит наказывать Акэнэда, хватая того за пушистые, кошачьи уши, самую нежную и уязвимую часть тела морфа. Или может быть он хотел бы научиться менять свой облик на человеческий, как это умеет делать Мун. Тогда чёрный морф мог бы также спокойно тайно гулять ща стенами института, как это делает его названная сестра и Сириус. Тогда бы Акэ не пришлось бы часами упрашивать сначала профессора Илию Петровича, а потом и Линкса отпустить его в город хотя бы с охраной. Или может быть некоморф просто хотел бы притягивать в удачу для окружающих, как делала это ещё одна разновидность бакэнеко - манящий кот манеки. Ведь иногда у тебя кажется есть всё, чтобы добиться своих целей, и не хватает только немного удачи. *** В слепящем белом мареве бурана, где не видно в режуще - ледяных вихрях снега собственных ладоней, если вытянуть руку, то там то тут грохот взывов, хлопки выстрелов рычание и отчаянный визг восставших морф разрывал свистящий вой ветра в ночи. И вёл вперёд, подняв дыбом вдоль хребта густую, лохматую гриву, распушив флагом хвосты огромный чёрный, как сама эта зимняя ночь, с горящими ненавистью яркими, рубиновыми глазами некоморф. Некоморф, что когда то был худым, длинолапым подростком, что допоздна читал книгу про зверей из различных легенд и мифов. Некоморф, что когда-то хотел быть похожим на волшебную японскую кошку. А за спиной Акэнеда в полыхающей жаром и огнём комнате, что столько лет была его домом, уже тлела и занималась первыми искрами пламени старая, потертая книга в кожанной обложке, с распахнутых страниц которой скалилась ощереная пасть Жеводанского зверя.