20 июля 1951

Утром Джин Ман запер сына в комнате, лишив возможности вновь оказаться в ставшей родной компании. Чонгук ругался, плакал, моля отца отпустить его, но отец был непреклонен. На утро третьего дня заточения юноша не выдержал. Пока отца не было в номере, он вылез в окно и спустился по водосточной трубе. Рванул к северу Чеджу, что есть мочи. Тревожное чувство начало жечь ребра, когда Чон входил в петлю. Звук изменился. В ушах звенело еще сильнее, чем раньше. Он ворвался в дом под напуганный взгляд Чимина и рассерженный Тэ.       — Ты обещал. — негромко сказал Тэхён       — Тэ, я не мог! Отец запер меня в отеле, но я сбежал! — Чонгук перевел взгляд на Чимина — Что случилось?       — Иди к мистеру Джин-ни. — уже не сдерживая слез сказал Чимин. Чонгук быстро прошёл в гостинную. Сокджин сидел на диване, рядом с незнакомым мужчиной.       — Хён, я еле успел спастись. — лепетал он — Мои дети...они...даже малыш Йенни...       — я знаю, Чан — выдохнул господин Ким, обнимая мужчину — мне жаль. Тебе нужно отдохнуть, здесь ты в безопасности.       — Теперь никто не в безопасности, Хён — горько поморщился мужчина Сокджин встал, кинув ровный взгляд на Чонгука и ушел на кухню.       — Что случилось? — последовал за ним Чон, но мистер Джин-ни молчал — Скажите, я имею право знать!       — На петлю господина Бана напали. — выдохнул Сокджин — асех детей убили.       — Кто напал? — дрожащим голосом сказал Чонгук       — Гук-ки, тебе это не нужно.       — Нужно! — воскликнул он — Смерть дедушки тоже не была случайной! Я нашел его с пустыми глазницами! Сокджин замер и рука, достающая лекарства, замерла в воздухе.       — Ты видел людей с белыми глазами? — резко спросил он, на что Чонгук кивнул. Мистер Джин-ни опустился на стул, прикрывая глаза.       — Много лет назад в мире стали существовать временные петли, созданные имбринами. Странные дети нашли своё пристанище, укрывшись в убежищах. Но были и те, кто не захотел скрываться. Чонгук сжал челюсти, продолжая слушать.       — Ли Джэ Сан. Он создал сообщество странных людей, стремившихся к власти и бессмертию. Они выкрали имбрину и провели эксперимент. — выдохнул Сокджин — Вытянув из имбрины силу, они не стали высшими существами. Они стали пустотами, ужасными невидимыми чудовищами. Смертоносными и уродливыми.       — Хотели стать высшим существом, а стали…- нервно усмехнулся Чонгук       — Да. Но в течении двух лет Джэ Сан нашёл способ вернуть себе прежний облик — мистер Джин-ни поморщился — поедать глаза странных детей       — Они нападают только на странных людей? — спрашивает Чонгук и Сокджин качает головой — Твари да, они ведь разборчивые — поджимает губы мистер Джин-ни, морщась — а вот пустоты пожирают всё на своём пути. Чон опустил взгляд, перебирая пальцы. «Тэ, принеси альбом» — скомандовал господин Ким. Тэхён принёс большую книгу и уселся рядом. В альбоме были фотографии имбрин и подписи.       — Это господин Чхве — Сокджин вздохнул, указывая на фотографию красивого мужчины с острыми скулами — бедный Сын Хён. Именно он стал жертвой первого эксперимента Джэ Сана. На следующем изображении был улыбающийся мужчина с птицей киви в руках.       — Это господин Квон с Сын Хёном. Они вместе главенствовали в своей петле. После смерти господина Чхве Джиён больше не смог обращаться в калибри и их петля распалась — мистер Джин-ни поджал губы — я даже не знаю, жив ли Джи-джи сейчас.       — Мистер Джи-джи, а когда вернется господин Чхве? — надув губу спросил Дэсон       — Милый, я...я должен найти его — нервно проговорил Квон — за вами пока приглядит мистер Сан. Джиён нервно кусал губы, в миг обращаясь в калибри. Бешено колотящееся от страха сердце подсказывало лететь на север. Туда, где твари планировали вершить свою судьбу. Квон молился. Молился, чтобы с Сын Хёном ничего не случилось. С его любимым, единственным Сын Хёном, с которым он прожил больше трехста лет. С которым создал петлю, с которым собрал детей, с которым стал настоящей семьёй. На окраине городка Яндон стояла заброшенная химическая лаборатория. Джиён ворвался в открытое окно, вновь принимая человеческий облик. Осколки, брошеные каски, ещё не до конца рассеявшийся дым. Квон прокашлялся, прищуриваясь от едкого запаха химикатов, гари и.смерти. В центре комнаты стоял ужасающий прибор с множеством трубок, а в середине него клетка. Джиён бросился к ней и достал уже остывшее тело маленькой птички.       — Сын Хён…- тихо сказал он, прижимая к себе мертвое тельце — Сын Хён! Он взревел, держа мертвого Чхве на руках. Руки истерично дрожали, а слезы неконтролируемо лились из глаз.       — Прости меня… Сын Хён. Джиён похоронил Чхве Сын Хёна в Сонгпё, где они впервые встретились. Он потерял любимиго вместе с возможностью обращаться в птицу, ведь оставил глубоко под землёй самое дорогое, что у него есть. К детям он так и не вернулся.       — Я даже не знаю, справился ли Сан с таким пополнением в семье, ведь он на тот момент был слишком молод и неопытен для имбрины. Чонгук слушал и поджимал губы. Какого это: потерять человека, с которым ты жил бок о бок несколько веков. Чон не знал и не хотел знать. Сокджин продолжил рассказывать, показывая каждую имбрину. На одном из фото был и господин Бан, обращающийся в строгого ястреба. Их прервал стук в дверь и Чонгук тут же подскочил, не вынося больше этих рассказов. Однако, на пороге послышался голос, который Сокджин бы предпочел никогда больше не вспоминать.       — Директор Оуэлл! — улыбался Джэ Сан, скаля отвратительно острые зубы. Он держал Чонгука за горло, грозясь переломать шейные позвонки.       — Джэ Сан. — прищурился господин Ким — Какого черта?       — Я так долго искал твою петлю, Джин-ни, — мужчина вытянул из-за пазухи клетку с ястребом, не переставая скалится — и успешно нашёл её по следам господина Бана. Странно, имбрина, а такой неосмотрительный.       — Отпусти Гуки. — стальным взглядом впился в него Сокджин       — Только в обмен на тебя, Джин-ни. — улыбнулся Джэ Сан и, заметив толпящихся на лестнице остальных, крикнул — Дети, спуститесь сюда!       — Молчать! — рявкнул господин Ким — Только я могу указывать своим детям что им делать!       — Джин-ни, ты не в том положении, чтобы так разговаривать, я легко могу впустить сюда пустот! — мужчина сильнее сжал горло Чонгука       — Молчать я сказал. — резко произнёс Сокджин и Джэ Сан сбавил спесь под таким напором — Дети, спуститесь пожалуйста. Все медленно приблизились к ним. Директор Оуэлл говорил уверенным, ровным голосом, даже в такой ситуации оставаясь на вершине.       — Мне придётся уйти с мистером Джэ, а вы запретесь в гостинной. — увидев перепуганные и протестующие лица, он добавил — Это не обсуждается. Все по одному прощались с Сокджином, пытаясь не плакать. Последним подошел Намджун, крепко обняв мистера Джин-ни. Тот поцеловал младшего в макушку и что-то прошептал. Двери гостинной захлопнулись       — А теперь отпусти Гук-ки — произнес Сокджин и Джэ Сан подчинился. Господин Ким обхватил лицо Чонгука и, не замечая слез, текущим по щекам, прошептал: «Гуки, пообещай мне, что ты защитишь моих детей». Чон кивнул и обнял Сокджина.       — Джин-ни, тебе пора — оскалился Джэ Сан. Господин Ким сделал пару шагов назад и обратился в сыча, залетая в клетку. Джэ Сан подмигнул Чонгуку, забрал обе клетки и ушёл. Желудок тут же неприятно скрутило от резко нарастающей тревожности