20 июля 1951

Вечером Чонгук наблюдает, как мистер Джин-ни перезапускает петлю. Он проворачивает механизм карманных часов и Чон открывает рот от восхищения. На дом летит бомба, отправленная авиацией КНДР, но ловкие руки Сокджина на часиках отправляют её обратно в небо. Закат сменяется утром, и вот, на дворе снова 20 июля 1951 года.       — Тэ, проводи Гук-ки до петли. Ему уже пора — просит Сокджин. Они идут в молчании, прерываемом лишь завываниями ветра. Вновь входят в пещеру и Чонгук оборачивается «не хочешь со мной в город?». Тэхён слабо улыбается.       — В таком виде странные дети могут быть только в петле — вздыхает он — если выйдем, нас настигнет быстрое старение и мы рассыпемся. Чонгук поджимает губы и уже открывает рот, чтобы попрощаться, но Тэ его прерывает.       — Нет, ненавижу прощаться.       — Нет, я… — Чон улыбается — хотел сказать, до встречи. я ещё приду. Чонгук возвращается в отель почти ночью. Отец давно спит, поэтому юноша тихо пробирается к себе на кровать и думает. Думает о невероятном мистере Джин-ни, угрюмом Юнги, милейшем Чимине, дружелюбном Хосоке, раздраженном Намджуне и…о Тэхёне. Таком красивом, утонченном. Вспоминает, как ловкие тонкие пальцы совершали операции над куколкой, оживляя её на пару мгновений. Чонгук вернется. Обязательно вернётся к ним завтра.       — Дедушка, а почему эти дети «странные»? — тыкает мальчик в потускневшие фотографии — разве иметь такие способности плохо?       — Люди не принимают тех, кто не похож на всех — мягко поясняет Хивон — поэтому таких детей находят имбрины и создают временные петли.       — Имбрины? — хлопает глазками Гук-ки — Как господин Ким?       — Да, как господин Ким — подтверждает дедушка — имбрины способны обращаться в птиц, а главное — управлять временем и создавать петли. Их долг — заботиться о странных детях.       — А в какую птицу обращается господин Ким?       — Сыч, Гук-ки. Чёрный мохноногий сыч.       — Дедушка, я думал что господин Ким старый — смешно морщит нос Чонгук и тыкает на фотографию — но он тут молодой и красивый!       — Гук-ки, мистер Джин-ни создал петлю когда ему было всего двадцать. Обычно имбрины входят во власть в районе тридцати лет, но господин Ким превзошел все ожидания. Он своего рода «белая ворона» среди имбрин. Своеобразный гений. Утром Чонгук игнорирует протесты отца и вновь сбегает в детский дом. Сам проходит через пещеру, оказываясь в середине 19-го века. Первым делом встречает господина Кима, который ласково кладёт руку на его плечо под недовольный взгляд Намджуна. А затем — видит Тэхёна. В глазах Тэ проскакивает теплота, хоть лицо и остаётся бесстрастным. Ближе к обеду юноша ведёт Чона через задний двор, говоря «мне нужно тебе кое-что показать». Они выходят на пляж и усаживаются в высокой траве. Через пару мгновений появляется господин Джин-ни с револьвером в руках.       — Что он делает? — тихо спрашивает Чонгук, но Тэхён лишь прикладывает палец к губ, призывая замолчать. Чон сосредоточено смотрит на пляж, на господина Кима, хмуря брови. А затем.едва ли не вскрикивает, но ладонь Тэхёна быстро закрывает рот Чонгука.       — Замолчи! Ты отвлечешь мистера Джин-ни! — шипит он, пока Чон с замирающем сердцем наблюдает. Кровь стынет в жилах, когда по берегу начинает идти оно. Чудовище, около трёх метров в высоту, с кучей длинных щупалец, двигается на Сокджина. Грязно-белое тело, отсутствие каких-либо частей лица, кроме отвратительной пасти, полной острых зубов. Чонгук мычит в ладонь Тэ, всё ещё зажимающую его рот и прерывисто дышит. Господин Ким с невозмутимым видом смотрит на карманные часы, отсчитывая секунды. Когда чудовище бросается на мистера Джин-ни, мужчина тут же пускает в ход револьвер. Громкий выстрел на мгновение оглушает, и монстр замертво падает на песок.       — Боже… — Тэхён улыбается — ты их видишь! Ты видишь пустот! Они невидимые, Чонгук! Чон запускает руку в волосы, переваривая происходящее. Тэхён продолжает лепетать.       — Хивон тоже их видел, у тебя такой же дар как у него! Чонгук, ты тоже странный! Чон поднимается на ноги, пытаясь унять дрожь в руках. Дедушка видел чудовищ? Теперь и он так может? От переизбытка мыслей голова начинает трещать и Чонгук поглубже вдыхает свежий воздух, пока Тэхён ведёт его обратно в дом. В гостевой комнате Чон проваливается в сон. Встаёт уже под вечер, от горячих рук на плече.       — Тэ... — мычит Чонгук       — Какой Тэ! — усмехается Хосок       — Хоби? — встаёт юноша — А ты чего..?       — Пойдём прогуляемся — хмыкает Хоби и ведёт Чонгука во двор. На глаза сразу попадается Намджун, который бросает на Чона неодобрительные взгляды. Он таскает огромные валуны, не прилагая никаких усилий.       — Он так и дуется? — выдыхает юноша, на что Хосок усмехается       — А ты как думаешь? Он влюблён в мистера Джин-ни около века, а тут ты появился.       — Но почему? Мистер Джин-ни ведь ваш директор.       — Намджун имеет невероятную силу — поясняет Хосок — но несмотря на это, мистер Джин-ни всё равно остается самым авторитетным. Если он прикажет — Джун прыгнет под поезд ради него. Чонгук хмыкает и они идут дальше. Возле дерева примостились Юнги и Чимин. Младший уютно устроился на плече невидимки, пока тот перебирает светлые волосы Чимина.       — а они…       — Вместе, да — кивает Хосок — мистер Джин-ни привёл их к нам почти одновременно, и с тех пор они не разлучны. Чим вообще не отлипает от Юнги. У Чонгука теплеет в сердце от этой картины. От того, насколько любящими глазами смотрит на Юнги младший. Юноша уверен — если бы он мог видеть лицо Мина, он бы смотрел на Чимина точно так же.       — Это кажется странным — чуть пожимает плечами Чон — Чимин же не видит Юнги, не знает как он выглядит.       — Юнги-шши для него особенный — усмехается Хосок — только он по-настоящему ощущает вес Чимина. Чонгук задумывается. По-настоящему ощущать вес человека, который легче воздуха?       — А почему Тэ..? — начинает юноша, но Хосок его перебивает       — Он был очень близок с Хивоном.       — Как Юнги с Чимином?       — Нет. У них была другая связь. Поэтому, когда Хивон ушел на фронт, а затем завёл семью, Тэхён страдал больше всех. С тех пор Тэ больше не подпускает людей близко к себе. Чонгук поджимает губы. Смотрит на Хоби, сглатывая и уводя взгляд. Когда все собираются на ужин, Чон постепенно узнаёт историю каждого.       — Когда я родился, то сразу взмыл под потолок. Если бы не пуповина матери, я бы выплыл в окно — усмехается Чимин — меня держали в подвале, чтобы я не «улетел», а затем мистер Джин-ни нашёл меня и привёл сюда.       — Изначально я не был невидимым — начал свою историю Юнги — я стал пропадать постепенно. Мои родители были набожными людьми, так что решили, что это проклятье богов. Меня водили по храмам и к Бхикшу, но ничего не помогало. Мне было 12, когда я пропал полностью. Это было так страшно: никто не видит тебя, пока на тебе нет одежды. Я уже смирился, что навсегда останусь одиноким и незамеченным. А потом пришел мистер Джин-ни. Он представился моим родителям монахом и они, уже приняв, что сына у них фактически нет, спокойно отдали меня. Здесь я встретил Чимина — ладонь Юнги заботливо легла на руку младшего — и это лучшее, что могло бы быть в моей жизни.       — мы с Намджун-ни изначально были сиротами — продолжил повествование Хосок — познакомились в приюте, стали дружить. О наших «странностях» мы рассказали друг другу сразу, а когда нам исполнилось по шестнадцать, ушли работать в цирк уродов. Намджун-ни поднимал огромные веса одной рукой, а я устраивал представления с огнём.       — В цирке было неплохо — добавил Намджун — но..потом пришёл мистер Джин-ни и предложил пойти с ним — взгляд Намджуна потеплел и он с преданностью пса взглянул на Намджуна. Чонгук кивнул, переводя взгляд на Тэхёна, сидевшего рядом с ним.       — Мои родители, как и у Юнги, были религиозными людьми, хотя и работали в похоронном бюро — усмехнулся Тэ — я устраивал настоящие представление, ненадолго оживляя людей, а когда родители заметили мою «способность», выгнали из дома. Думали, что я — дьявол или что-то вроде этого. Мистера Джин-ни я нашёл сам и так и остался здесь. Чонгук улыбнулся. Они выглядели как семья и юноша бы очень хотел стать их частью. Когда совсем стемнело, Чон отправился домой, пообещав прийти завтра. До петли его вновь провожал Тэ. Они шли молча, пока Чонгук наконец не вздохнул: «почему ты такой?»       — Ты всё равно тут не останешься. — ровным голосом ответил Тэхён — Ты уйдешь и заведешь нормальную семью, как сделал Хивон.       — Хватит! Я не такой, как дедушка! — выпалил Чон — Тэ, я обещаю, что вернусь завтра. В отеле его встретил отец. Он смотрел на сына тяжелым взглядом.       — Ты опять был там? Чонгук, это уже не шутки, хватит. — Джин Ман раздраженно провел ладонью по волосам — Через три дня мы возвращаемся в Пусан. И это не обсуждается.       — Как? но…- сердце бухнуло в желудок. Как же ребята? Мистер Джин-ни? Как же… Тэхён? Он все еще не узнал ответы на свои вопросы!       — Никаких «но», Чон Чонгук! — рявкнул отец