Три Сестры

Мелисса

      Мелисса проснулась в своей новой спальне, медленно повернула голову и осмотрелась.       Комната была... уютной. Стены песочного оттенка, мебель из светлого дуба с бронзовыми ручками, нежно-лимонные шторы, колышущиеся от легкого сквозняка. На тумбочке у кровати стояла ваза с золотистыми розами, которые Мел просто обожала. Интерьер напоминал ей прежний, в «Фениксовом Гнезде», но был чуточку другим, более современным и… свободным.       Девушка села в постели, кутаясь в мягкое одеяло персикового цвета, и ощутила что-то странное, незнакомое.       Спокойствие.       Утро не давило на плечи тяжестью предстоящих обязанностей, не пугало неизвестностью.       Мелисса встала, накинула халат и отправилась исследовать свои владения.       Гостиная была просторной и светлой. Угловой диван, обитый велюром молочного оттенка, низкий дубовый столик на резных ножках. На стене — встроенная панель телекоммуникатора. Ниши, заполненные книгами, сухоцветами в керамических вазах, маленькими статуэтками фениксов и драконов, причудливо переплетенных в танце.       Рядом располагалась лоджия, залитая утренним светом. Мелисса подошла к стеклянной двери и вышла наружу.       Воздух был прохладным и свежим, пахло восточными благовониями. Лоджия оказалась маленьким оазисом: бежевое кресло-качалка, аккуратный столик и цветы. Панельные подставки, укрепленные на перилах, венчали затейливые цветения с темно-фиолетовыми листьями и алыми бутонами, похожими на звезды.       «Ночные Свечи», — вспомнила Мел название, вычитанное когда-то в книге по демонической флоре. Они цвели только в темноте, а днем спали, свернув лепестки в тугие бутоны. Их аромат, тонкий и чуть пряный, витал в воздухе.       Мелисса вернулась в комнату, ощущая, как поднимается настроение.       Дальше — гардеробная, где ее вещи были аккуратно развешаны, обувь расставлена, сумки — на специальных крючках. Все на своих местах. Также роскошная ванная, из белого мрамора с золотыми кранами, джакузи и душем с десятком режимов. На полочках — любимые косметические и гигиенические экземпляры.       Кто-то постарался, чтобы она чувствовала себя комфортно.       Кейт?       Или сам Джек?       Мел вытащила из кармана халата новенький коммуникатор последней модели, тонкий, точно лепесток, и легкий, как перышко, повертела в руках. Теперь дядя Серго не сможет за ней шпионить. Ее старый коммуникатор был напичкан скрытыми программами слежения. А этот уже личный, защищенный магией арх-Каронов.       У девушки потеплело на душе. Несмотря на то, что она находилась в обители Тьмы, ей выделили покои с привычным укладом.       Светлые, комфортные, безопасные.       Мелисса улыбнулась своему отражению в зеркале и отправилась в душ.       После мытья она прошла в гардеробную, где выбрала янтарный топ, мягкий, струящийся, и свободные джинсы. Волосы расчесала и оставила распущенными, тяжелой медовой волной они ниспадали на плечи, сверкая на свету. Мел помнила, что у демонов не было строгих запретов к внешнему виду. Никаких церемониальных нарядов, обязательных причесок и макияжа.       Можно быть собой.       Так волнительно, что кружит голову.       В гостиной ждала девушка. Миниатюрная, темноволосая, с огромными глазами и робкой улыбкой. Она стояла, сложив руки на животе, и смотрела на Мелиссу с таким трепетом, словно перед ней была королева.       — Доброе утро, госпожа, — тихо произнесла служанка. — Я Лизи, ваша улару. Молодой господин ждет вас в малой столовой.       Мел улыбнулась, стараясь не напугать девушку своей непривычной для нее простотой.       — Не называй меня госпожой, пожалуйста.       Лизи встревожилась.       — Но как же? По-другому не положено...       — Тогда просто «леди», — вздохнула Мелисса. — Хорошо?       Лизи облегченно кивнула и сделала реверанс.       — Как скажете, леди.       Она проводила Мелиссу до дверей малой столовой, но внутрь заходить не стала.       — Мне нужно вернуться к делам, леди. Если что-то понадобится, вы знаете, как меня вызвать.       Мел кивнула, отпустила девушку и толкнула тяжелую дверь.       Джек сидел во главе стола, листая что-то в коммуникаторе, и поднял голову, когда она вошла.       На нем была простая белая рубашка с закатанными до локтя рукавами, открывавшими вид на мускулистые предплечья с едва заметными шрамами. Белые брюки, темные замшевые ботинки. Волосы чуть взъерошены, как будто он только встал и даже не причесывался.       Никакой помпезности и театральности.       Домашний, расслабленный.       И такой красивый, что Мелисса застыла на пороге.       Он заметил ее взгляд и криво усмехнулся. Его оскал вызвал в девушке желание то ли рассмеяться, то ли запустить в демона чем-нибудь тяжелым.       — Невероятное зрелище? — спросил Джек, откладывая коммуникатор. — Я так хорошо выгляжу?       Щеки Мелиссы залил румянец, но вида она не показала. Выпрямила спину, гордо вскинула подбородок и, не спеша, направилась к столу.       — Ты выглядишь так, будто только что свалился с кровати и даже не умылся, — парировала она, усаживаясь напротив.       — Я умылся, — серьезно ответил Джек. — Даже зубы почистил. Можешь проверить.       Мел фыркнула, но улыбка все же прорвалась.       Он налил ей свежевыжатый ягодный сок и пододвинул тарелку с круассанами, еще теплыми, рассыпчатыми.       — Как спалось? — спросил демон, но без привычной колкости. — Освоилась?       Мел отломила кусочек круассана, подумала немного.       — Знаешь, да, — ответила она. — Кто-то очень постарался, чтобы я чувствовала себя как дома. Покои изумительные, вещи на месте, цветы... безделушки. И окна выходят в сад, а не на веранду.       В глазах девушки блеснула благодарность.       — Спасибо. За заботу.       Джек отвел взгляд, сделал глоток кофе.       — Это Кейт, — буркнул он. — И экономка. Я только приказал, чтобы сделали все, как у тебя было. Они и постарались.       — Но ты принял участие, — возразила Мелисса. — Это важно.       Арх-Карон промолчал, но уголки его губ чуть дрогнули, и Мелисса вдруг поняла, что ей нравится выводить его из равновесия. Нравится видеть этого циничного, колючего демона малость растерянным и смущенным.       Она отпила сок и снова улыбнулась искренне, открыто, как улыбалась когда-то, в прошлой жизни, когда еще не знала, что такое предательство, долг и брак по расчету.       — Что у нас в планах на сегодня? — уточнила Мел.       Джек поднял на нее глаза, и в них мелькнуло слабое удивление.       — Прогулка. Обещал же. Покажу тебе местные красоты. А потом... — он усмехнулся, — посмотрим.       Мелисса кивнула, ощущая, как внутри разливается предвкушение. Она не знала, что ждет ее впереди. Не знала, удастся ли им стать настоящей семьей или так и останутся чужими под одной крышей.

***

      После завтрака Джек повел Мелиссу на прогулку.       Они вышли из Башни через Северное крыло в сад. За дверью открывалась дорожка, вымощенная камнем, она петляла между клумб с причудливыми, темно-синими цветами, почти черными, с серебристыми прожилками.       — Кейт здесь хозяйничает. Ей нужны разные травы, и ядовитые, и лекарственные. Она сама их выращивает, — рассказывал Джек.       Прошли мимо аккуратных грядок, где росли низкорослые кустики с мелкими алыми ягодами, и высоких стеблей с тяжелыми лиловыми соцветиями. Воздух был насыщенным, пряным, немного дурманящим.       — А это — оранжерея, — Джек остановился у стеклянной двери, пропуская девушку вперед. — Любимое место Кейт.       Внутри было жарко и влажно, как в тропиках. Со всех сторон свисали лианы, в кадках росли экзотические растения.       В центре, на отдельном постаменте, в полированном горшке, благоухал багровый цветок. Его лепестки были такого насыщенного и глубокого оттенка, что казалось, будто они впитали в себя всю кровь мира. Внутри, в глубине чашечки, мерцал золотистый свет, похожий на крошечное солнце.       — Олуса, — объяснил Джек. — Кейт называет его «ключом к душе». Говорят, он способен погрузить в стазис и открыть самые потаенные уголки сознания. Хочешь проверить?       — Нет, спасибо, — Мелисса покачала головой, не в силах оторвать взгляд от Олуса. — Он прекрасен. И пугает одновременно.       — Кейт сказала бы, что это признак настоящей и пленительной прелести, — усмехнулся демон.       Они вышли из оранжереи и направились вглубь сада. Здесь было сумрачно даже днем — высокие деревья с густыми кронами смыкались над головой, пропуская лишь редкие лучи.       — Теневой парк, — в голосе Джека появилась какая-то новая, непривычная нотка. — Любимое место для прогулок… моей матери.       Мелисса взглянула на демона. Мужественное лицо стало непроницаемым, но она почувствовала, как Джек напрягся, как сжались его пальцы, когда он провел ими по спинке скамьи, стоящей у дорожки.       Это была запретная тема. Девушка поняла интуитивно. Арх-Карон замолчал и отвел взгляд.       Мел хотела промолчать. Но любопытство пересилило.       — Какая она была? Твоя мать?       Джек нахмурился на мгновение, и Мелисса уже пожалела о своем вопросе. Но потом его лицо смягчилось, словно он вспомнил что-то далекое, очень личное, почти забытое.       — Самая прекрасная женщина на свете. Понимающая. Верная. Ослепительная. Мудрая. И непритворная. Она любила петь. И читать мне сказки. Свои, придуманные. О тенях, которые живут в каждом доме, о ветре, который умеет шептать имена, о цветах, что распускаются только в полнолуние.       Джек замолчал. Но Мелисса не настаивала больше.       Демон, стряхнув с себя оцепенение, повел ее дальше, к массивным металлическим дверям, которые охраняли двое угрюмых стражников-горгулей. Те вытянулись по стойке смирно, заметив молодого господина.       — Верховой комплекс, — объявил Джек, и двери бесшумно распахнулись.       Мелисса потеряла дар речи.       Она оглядела огромный купол, за которым виднелось целое небо. Песчаные дорожки, каменные стойла с толстыми решетками. И аромат силы, дикой, неукротимой.       Мел увидела огромных, мускулистых животных, с блестящей черной шерстью, длинными рогами, закрученными назад, и кожистыми крыльями, сложенными вдоль мощных спин. Дьявольские глаза горели алым.       — Не бойся, — Джек, заметил, как она отступила. — Ируаты, дьявольские кони, чувствуют страх. Лучше просто стой спокойно и не смотри им в глаза. Не тронут.       Он подошел к одному из стойл, и огромный жеребец, с белой отметиной на лбу в форме молнии, ткнулся мордой в его плечо.       — Это Свеар, — Джек погладил животное по шее, и Мелисса увидела, как демон-циник (о какой абсурд!) становится мягким, почти нежным. — Мой любимец. Мама подарила его, когда мне исполнилось пять. Он был жеребенком, помещался у меня в руках. А теперь, — он усмехнулся, — вон какая махина.       Мел подошла ближе, протянула руку. Свеар фыркнул, но не отстранился, позволил прикоснуться к теплой бархатистой морде.       — Красавец, — прошептала она.       — Мама разводила ируатов. Говорила, что им от демонов досталась непокорность и гордость. Если они выбирают хозяина, то навсегда.       Потом демон кивнул на вольер, откуда доносилось глухое рычание. Три огромные собачьи головы повернулись к ним одновременно, и Мелисса вздрогнула.       — Там цербер. Не дрожи, они заперты.       Бесы (как объяснил Джек: демонические волки), оказались не менее жуткими: серые, лохматые, с горящими изумрудными глазами, они ходили по кругу, не сводя с девушки голодных взглядов. А архи, ядовитые ящеры, лежали неподвижно, похожие на камни, шипя раздвоенными языками.       — Жутковатое место, — призналась Мелисса, когда они вышли из комплекса.       — Привыкнешь, — отрезал Джек.       После возвращения в Башню, Джек привел Мелиссу в Праздное крыло, где демоны проводили досуг. А именно — в бильярдную, с диванами и баром.       — Умеешь играть? — Джек, взял в руки кий.       — Нет, — честно ответила Мелисса.       — Научу, — он усмехнулся и протянул ей кий. — Это не сложно. Нужно всего лишь попасть одним шаром в другой, чтобы тот закатился в лузу. Покажу.       Арх-Карон встал за ее спиной, и Мелисса ощущала его тепло. Мужские руки легли на ее ладони, поправляя хватку, и девушка замерла. Он стоял слишком близко, касался слишком долго, будто нежно и аккуратно, но от этого сердце билось чаще.       — Расслабься, — бархатный голос звучал у самого уха. — Ты как статуя. Просто ударь.       Она ударила. Шар покатился криво, стукнулся о бортик и замер в центре стола.       — Неплохо для первого раза, — соврал Джек, но улыбнулся.       Мелисса проиграла пять партий, но даже не расстроилась — ей нравилось учиться, чувствовать его рядом.       Нравилось собственное непривычное раскрепощение.       — Итак, — Джек отложил кий и взглянул на Мел с прищуром. — По условиям, проигравший выполняет желание победителя. Я требую поцелуй. В губы.       Мелисса опешила. Не ожидала такого поворота.       — Я на желания не играла! — воспротивилась она, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Мы не договаривались!       — Так страшно? — Джек рассмеялся открыто, искренне. — Да пошутил я. Расслабься, солнцеликая.       Демон прожигал девушку заинтересованным взглядом, от которого хотелось спрятаться или, наоборот, шагнуть навстречу. Мелисса не знала, что делать, но все-таки сумела совладать с бушующими эмоциями.       — Пошутил, значит? — она фыркнула, стараясь скрыть смущение. — А мог бы и не шутить. Все равно бы не получил.       — Скучная ты, — в глазах демона заплясали чертики. — Ладно, пойдем. Покажу тебе еще кое-что.       Мелисса кивнула, внутри завозилось что-то легкое, радостное. Страх отступил. Неловкость прошла. Осталось только любопытство и странное, согревающее чувство.       Молодожены вышли из Праздного крыла к лифту. Мелисса сдерживала любопытство, хотя разум бушевал.       Куда он ведет меня. Что хочет показать?       Джек молчал, и она тоже не решалась нарушить тишину.       Лифт остановился, двери бесшумно разъехались. Они оказались в коридоре, который Мелисса уже начинала узнавать.       Апартаменты Джека.       — Заходи, — демон пропустил ее вперед.       Мелисса колебалась, но все же шагнула внутрь. Комната, в темных тонах, с мрачной обстановкой, ей не откликнулась. Но и в этой демонической обители имелась своя изюминка.       Джек уверенно взял девушку за руку и усадил на диван, сам придвинул кресло ближе к камину, взял с полки гитару и лениво уселся, скрестив ноги.       — Слушай, — он провел пальцами по струнам.       Мелисса замерла. Первые аккорды прозвучали тихо и плавно, но потом музыка налилась силой. Джек заиграл балладу о потерянном герое, который бродит по мирам в поисках своего пути.       Как встречает препятствия, теряет друзей, находит врагов. Внутри него борются свет и тьма. Герой не знает, победит ли когда-нибудь одну из сторон.       А потом Джек запел.       Мелисса не ожидала этого. Его голос, низкий, безмятежный и манящий проникал в самую душу, заставляя забыть обо всем на свете. Девушка слушала, затаив дыхание, и в голове рождались разные картинки. Но не о герое из песни.       Они встретились случайно, не на помолвке, не по принуждению. В Кристальной Аллее или на улице, под дождем. Он посмотрел на нее, улыбнулся, и она поняла — это судьба. Они влюбились, гуляли по берегу. Он играл ей на гитаре, она смеялась над его шутками. Сделал предложение, и она сказала «да», потому что хотела этого, иначе не могла.       Замечательные мечты.       И абсолютно глупые.       Мелисса немедля одернула себя. Что за бредни лезут в голову? Он — демон. Она — феникс. Их брак — политический договор, скрепленный кровью и обязательствами. Он не любит ее. Она не любит его.       Не должна.       Не имеет права.       В голове всплыли слова Эльзы: «Не смей в него влюбляться. Он разобьет тебе сердце». Подруга предупреждала и была права. Джек — наследник Тьмы, циник, манипулятор, эгоист.       Он не умеет любить.       Только играть.       Песня закончилась. И в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров.       Мелисса встала. Ей нужно было уходить, пока не наделала глупостей.       — Это было... прекрасно. У тебя много талантов, о которых я и не подозревала.       Джек отложил гитару и взглянул на Мел с легкой усмешкой.       — Ты хотела сказать «неожиданно много»?       — Возможно, — она натянуто улыбнулась. — Спасибо. Мне нужно идти. С девчонками обещала связаться, они ждут.       Джек иронично приподнял бровь.       — Неужели бросаешь? Я тебе только что серенаду исполнил. Между прочим, никто, кроме самых близких, не слышал моего пения.       — Извини, — Мелисса отступила к двери. — Они правда ждут. Я не хочу их подводить.       Она видела, что демон хочет сказать что-то еще, может быть, пошутить или удержать. Но потом его лицо приняло привычное выражение легкой отстраненности, и он только притворно вздохнул.       — Ладно, ступай. Не буду мешать твоим девичьим секретам.       Джек отвернулся, достал электронную сигарету и закурил, выпуская клуб пара в потолок. Мелисса решила, что он надулся. А может, только сделал вид… Но пересиливать себя и проверять девушка не собиралась. Почти бегом бросилась в свои апартаменты.       Схватив коммуникатор, она активировала систему-глушитель.       Эльза и Сабрина не заставили себя ждать. Вампирша, как всегда, с насмешливым прищуром, Сабрина — сияющая и любопытная.       — Ну, рассказывай! — воскликнула Сабрина. — Как там в логове дьявола? Не съели тебя?       — Пока нет, — Мелисса грустно улыбнулась.       — А что случилось? — Эльза сразу заметила что-то неладное. — Ты выглядишь... растерянной.       Мелисса вздохнула и выпалила:       — Он играл мне на гитаре. И пел. Балладу о потерянном герое. И у него... потрясающий голос. Я не ожидала.       Сабрина ахнула, а Эльза нахмурилась.       — И? Он что-то сделал? Приставал? Угрожал?       — Нет, — Мелисса покачала головой. — Ничего такого. А я... представила, как мы встретились, влюбились, заключили брак по любви. Дурацкие мечты, да?       — Абсолютно верно, — жестко прокомментировала вампирша. — Помнишь, что я тебе говорила? Никаких влюбленностей! Они все одинаковые. Сначала очаровывают, а потом бросают. Или хуже.       — Я помню, — Мел опустила глаза. — Я и не влюбляюсь. Просто... он другой, когда мы одни. Не циничный, не язвительный. Почти искренний.       — Это маска, — отрезала Эльза. — Еще одна. Запомни: настоящий Джек — тот, кто есть. Холодный, расчетливый, опасный. А этот, с гитарой и песнями — всего лишь приманка для наивных птичек.       Сабрина вставила свое замечание:       — А может, он и правда хочет наладить отношения? В конце концов, они муж и жена. Им жить вместе. Не воевать же.       Эльза бросила на сирену недовольный взгляд, но промолчала.       — Я буду осторожна, — Мелисса ощутила, как поддержка подруг придает ей сил. — Привязываться не собираюсь!       — Умница, — кивнула Эльза. — И если он перейдет границы, сразу сообщи. Мы спасем в любом случае!       Мелисса улыбнулась, уже искренне.       — Спасибо!