Жизнь с чистого листа

Кири была рада услышать подтверждение увиденному. Она улыбнулась шире девушке. — Это заметно, — сказала она спокойно. — Ты сейчас прям светишься. Прил смущённо опустила взгляд, перебирая сложенную ткань, словно та могла спасти её от этого внимания. — Я… не знаю, что будет дальше, — призналась она тихо. — Но я сейчас такая счастливая, впервые за долгое время. Кири присела рядом, не нарушая личного пространства, но оставаясь достаточно близко, чтобы Прил чувствовала её присутствие. — Я правда рада за вас. Я уже не верила, что братец сможет осознать свои чувства, — сказала она мягко. Прил наконец посмотрела на неё. В глазах всё ещё было смущение. — Ты правда не против? — спросила она вдруг. — Нас… меня и его. Кири даже не удивилась этому вопросу. — Если бы я была против, ты бы это сразу поняла, — ответила она серьёзно. — К тому же я люблю тебя не меньше, чем братца. Для меня ты уже давно часть нашей семьи. От этих слов Прил почувствовала, словно в груди потеплело. — Спасибо… — наконец сказала она. — Мне правда важно это слышать. Особенно от тебя. Кири чуть улыбнулась и легко коснулась её плеча — жест был простой, почти будничный, но в нём было столько заботы, что у Прил защипало глаза. Несколько секунд они сидели молча. В маруи снова стало спокойно. — Знаешь, — добавила Кири уже легче, с едва заметной улыбкой, — я больше всего хочу взглянуть на реакцию Лоака на эту новость. Прил невольно рассмеялась, прикрывая рот ладонью. — Я даже боюсь это представлять. Кири поднялась на ноги и потянулась. — Ладно, — сказала она. — Я правда искала Тук, попробую её всё же найти. Когда Кири ушла, Прил ещё долго сидела на циновке. Девушка медленно выдохнула и откинулась назад, опираясь ладонями о циновку. В маруи было тихо, только ветер шевелил подвесные нити у входа. Сердце всё ещё билось чуть быстрее обычного. Она закрыла глаза всего на мгновение, позволяя себе просто побыть в этом ощущении. Мы вместе. Мысль всё ещё звучала нереально, будто её нужно было проговорить ещё раз, чтобы она стала настоящей. Она поднялась и начала медленно убирать маруи: сложила травы, вынесла воду, аккуратно повесила ткань сушиться. Руки двигались механически, но внутри всё время всплывал образ Нетейама — его взгляд, прикосновения, поцелуй. Когда Прил вышла на платформу, солнце уже клонилось к закату. Свет ложился на воду мягкими бликами. Прил ещё некоторое время стояла, глядя на воду, когда за спиной раздались быстрые шаги. — Прил, — окликнул её Ротхо. Она обернулась сразу. По его лицу было понятно: случилось что-то не то. — Ты не видела Лоака? — спросил он без лишних предисловий. — Его ищут. Все. В груди у Прил что-то неприятно сжалось. — Ищут? Почему? Ротхо помедлил, словно решая, сколько можно сказать, но потом выдохнул: — Он ушёл за рифы. С Аонунгом и его компанией. И… — он нахмурился, — он не вернулся. Слова ударили сильнее, чем она ожидала. — Как это — не вернулся? — Прил сделала шаг вперёд. — Они же не должны были… — Аонунг с компанией вернулись, — глухо сказал Ротхо. — Нетейам узнал об этом и заставил его рассказать всё Джейку. Теперь все выходят на поиски. Прил не дослушала. Она резко развернулась и почти бегом направилась к краю платформы, туда, где уже собирались на’ви, где слышались короткие приказы, тревожные голоса, плеск воды. Сердце колотилось слишком быстро. Лоак. Мысль билась в голове снова и снова, вытесняя всё остальное. Она присоединилась к сформировавшейся поисковой команде. Они искали Лоака в течение трёх часов, но его и след простыл. Она вернулась назад в деревню, чтобы сделать перерыв. Именно тогда она увидела Аонунга. Прил подошла к нему резко, не давая себе времени остановиться. — Как ты мог? — сказала она тихо, но в её голосе было столько ярости, что Аонунг вздрогнул. — Как ты вообще мог оставить его там? Он поднял на неё глаза. — Я… — начал он, но слова застряли. — Не дай бог с ним что-то случится, — продолжила Прил, чувствуя, как голос дрожит, — я никогда тебе этого не прощу. Крик раздался неожиданно, девушка чуть вздрогнула от неожиданности. — Лоак! — Он вернулся! Прил замерла на долю секунды, будто не сразу поверив услышанному. А потом всё внутри сорвалось с места. Она развернулась и побежала, не разбирая дороги, перепрыгивая через мокрые доски платформ, едва не скользя. Шум вокруг усиливался, голоса наслаивались друг на друга, но для неё существовало только одно имя. Лоак. У края платформы уже собрались на’ви. Прил протиснулась вперёд и увидела его. Он стоял чуть в стороне, опустив плечи, без привычной бравады и дерзкой ухмылки. Волосы спутаны, кожа в соли и царапинах, взгляд уставший, но живой. Совсем живой. У Прил перехватило дыхание, и она сама не заметила, как слёзы выступили на глазах. — Лоак… — выдохнула она и тут же оказалась рядом. Он поднял голову, будто только сейчас заметил её, и на мгновение в его взгляде мелькнуло удивление, сменившееся чем-то мягким и виноватым. — Прил… — тихо сказал он. Она не стала ничего говорить. Просто шагнула ближе и крепко обняла его, так, словно боялась, что если отпустит — он снова исчезнет. Лоак сначала замер, а потом осторожно обнял в ответ. — Ты вообще понимаешь, что ты наделал? — сказала она хрипло, не отпуская его. — Мы думали… мы искали тебя… — Я знаю, — выдохнул он. — Прости. Рядом уже был Джейк, быстрым взглядом осматривающий сына, следом — Кири. А чуть поодаль Прил заметила Нетейама. Он стоял напряжённо, стиснув челюсть, будто держался из последних сил. Их взгляды встретились, и в его глазах она увидела то же самое облегчение, которое чувствовала сама. Жив. Это было главное. Аонунг стоял в стороне, почти в тени, и впервые Прил увидела его таким — не уверенным, не дерзким, а сгорбленным, словно под тяжестью собственного поступка. Он не подошёл ближе, только смотрел, и в этом взгляде было больше раскаяния, чем слов. Прил наконец отпустила Лоака и провела ладонью по его плечу, будто проверяя, что он и правда здесь. — Никогда больше так не делай, — сказала она тихо. — Пожалуйста. Лоак кивнул, опустив взгляд. Джейк подошёл ближе и положил руку Лоаку на плечо — крепко, но осторожно, проверяя, в порядке ли он. — Ты цел? — спросил он коротко. — Да, — ответил Лоак, всё ещё опустив голову. Джейк несколько секунд смотрел на Лоака, словно взвешивая каждое слово, а потом его голос стал жёстче. — Ты знаешь, что сделал, — сказал он. — Ты ушёл за рифы без разрешения. Ты подверг себя опасности, заставил других волноваться и искать тебя весь день. Он убрал руку с плеча сына. — Ты отстранён от вылетов и охоты. До моего решения. И будешь помогать в деревне. Каждый день. Лоак кивнул, не поднимая головы. — Я понял. В этот момент вперёд шагнул Тоновари. Его голос был ровным, но в нём чувствовалась твёрдость вождя. — Мой сын тоже виновен, — сказал он, глядя на Аонунга. — Он привёл Лоака за рифы и оставил его там. Он понесёт наказание. Аонунг вздрогнул и шагнул было вперёд, но Лоак оказался быстрее. — Нет, — сказал он резко, впервые подняв голову. — Это моя вина. Я сам попросил поохотиться за рифами. Он перевёл взгляд на Тоновари. — Если кого и наказывать, то меня. Тоновари посмотрел на Лоака долго, оценивающе, а потом кивнул. — Ты говоришь как воин, — сказал он. — Но это не отменяет поступка моего сына. Мы поговорим позже. Джейк коротко кивнул в знак согласия. — Уведите их, — сказал он. — Оба. Лоак и Аонунг развернулись и пошли прочь от платформы, плечом к плечу. — Почему ты не сдал меня? — тихо спросил Аонунг, когда они отошли достаточно далеко. В его голосе больше не было дерзости — только удивление. — Это ведь была моя затея. Лоак криво усмехнулся, не глядя на него. — Потому что я знаю, каково это, — ответил он. — Когда ты снова и снова не оправдываешь ожидания своей семьи. Он вздохнул. — Я не сдавать тебя. Отец и так зол, хватит с того, что меня накажут. Аонунг замолчал. Несколько шагов они прошли в тишине. — Прости, — сказал он наконец. Лоак кивнул, принимая его извинения.