Путь к безумию

Суббота. Наступили выходные, и Сукуне это всё уже насточертело. «И как долго ты собираешься держать холодильник пустым?» — ворчит Сукуна, захлопывая дверцу холодильника с такой силой, что тот сотрясается всем корпусом. Холодильник пуст, потому что Сатору не купил никаких продуктов перед переездом, что Сукуна считает крайне неудобным. Последние несколько дней они ели еду на вынос, которую Сатору приносил домой после школы. Сатору запрокидывает голову, чтобы посмотреть на него с дивана. «Э-э-э, нам правда нужно это делать?» Сегодня суббота, и Сатору собирался бездельничать дома. Жаль, что Сукуна испортил ему все его планы. «Да, дебил. Твоя еда на вынос отвратительна на вкус». «Э-э-э...» Сатору плюхается на диван, явно не желая ничего делать. «Хватит бездельничать, бери деньги». Сатору лениво встаёт с дивана только после того, как Сукуна пять минут подряд ворчит о его недисциплинированности. Мегуми уже полностью одет и ждёт у двери вместе с Сукуной, когда Сатору наконец выйдет из своей комнаты с деньгами в руках. Все трое идут в ближайший продуктовый магазин, Мегуми идёт посередине. «Когда ты уже научишься телепортироваться?» — жалуется Сукуна, которому надоело каждый день ходить в город и обратно. — Эй! Я работаю над этим, ясно? — Сатору засовывает руки в карманы и недовольно фыркает. «Ты слишком медлишь. Ты всё ещё не отточил свою бесконечность». Слова Сукуны ранят его в самое сердце, и Сатору жалко хныкает. Это правда, он ещё не отточил свою бесконечность, и, скорее всего, на это потребуется долгое время. «Я уже близко...» Но это не мешает ему пытаться оправдаться. «Едва ли». Сукуна, как всегда, прямолинеен, и Сатору стонет от его жестокого ответа, понуро волоча ноги. Он старается, ясно?

. . . . . .

Сукуне следовало этого ожидать, действительно следовало. «Что ты делаешь? Вылезай». Сукуна хмурит брови, глядя на подростка, который сидит в тележке для покупок, свесив длинные ноги. Невероятно высокий 17-летний подросток, который в будущем станет сильнейшим колдуном всех времён, сейчас сидит в тележке для покупок, предназначенной для продуктов. — Толкни меня. — Сатору запрокидывает голову, чтобы посмотреть на проклятие, как будто он не ведёт себя сейчас как маленький ребёнок. «Ты позоришь нас обоих. Убирайся. Сейчас же». Под «нами обоими» Сукуна подразумевает себя и Мегуми, потому что колдун явно не чувствует себя ни капли смущённым. Сукуна шипит на него, стараясь говорить тихо, чтобы не привлекать внимания. Его чёрные отметины и так привлекают множество любопытных взглядов, а детские выходки колдуна только усугубляют ситуацию. После нескольких минут бесполезных уговоров Сукуна наконец-то устал от выходок подростка и тут же бросил Сатору, который в одиночестве зашагал дальше. «У тебя нет денег, чтобы заплатить~» — обращается к нему Сатору своим раздражающим нахальным тоном. Сукуна неохотно пятится назад и толкает проклятую тележку, проклиная всё на свете и явно расстраиваясь из-за своего затруднительного положения. Мегуми сохраняет невозмутимое выражение лица на протяжении всего этого испытания и идёт рядом с Сукуной, пока тот проклинает всё на свете, сворачивая в случайный коридор с продуктами. Не тот. «Если ты возьмёшь ещё хоть одну коробку шоколада, клянусь, я скормлю их все собакам». Сукуна раздражённо шипит на подростка, который держит в руках целую гору шоколадок. «Если ты не хочешь, чтобы ни одна невинная собака не погибла, советую тебе прислушаться к моему требованию». Почему у Годжо Сатору такие длинные руки? Подросток может дотянуться буквально до любой полки. Сукуна действительно не хочет разбираться с этим прямо сейчас. «Я плачу, так что, думаю, могу купить всё, что захочу». И этот дурак ещё имеет наглость огрызаться. «Я же говорил тебе, что тебе не нужны 20 коробок шоколада, дурак!» — рявкает на него Сукуна, злясь всё больше. «Ты уже забрал больше половины тележки, там больше нет места для шоколада! Мы ещё даже до мясного отдела не дошли!» Сукуна клянется, что Годжо Сатору его погубит. — Тогда иди за другой тележкой для покупок. Этот коротышка — Сукуна уже готов обругать наглеца, но тут чувствует, как Мегуми тянет его за край серой футболки, чтобы привлечь внимание. — Я принесу, — с лёгким вздохом говорит Мегуми, отпускает ткань и уходит. Сукуна проводит рукой по лбу, разглаживая морщины, и откидывается на одну из полок, пытаясь сдержать гнев. В следующий раз он просто возьмёт деньги у подростка и придёт сюда сам. К тому времени, как Сукуна наконец успокаивается, он понимает, что Мегуми ещё не вернулся. «Подожди здесь». Сукуна оставляет колдуна и идёт по следу Мегуми, нахмурив брови, когда тот выводит его за пределы магазина на улицу. Улицы почти пустынны, и когда Сукуна сворачивает в переулок, он слышит голос Мегуми. “Отпусти—” Сукуна вырывает Мегуми из рук похитителя меньше чем за секунду. Теперь, когда Мегуми в безопасности, Сукуна закрывает ребёнку глаза, а другой рукой занимает позицию. «Расчленить». Похититель не успевает даже вскрикнуть, как его разрезают на куски. Мегуми тянется к руке, закрывающей ему глаза, чтобы убрать её. «Не смотри». Мегуми делает паузу, прежде чем медленно опустить руку. «...Я чувствую запах крови». Мегуми бормочет что-то себе под нос, пока Сукуна одной рукой поднимает его, а другой продолжает закрывать мальчику глаза. — Вот почему я сказал тебе не смотреть, — нейтрально произносит Сукуна и направляется обратно к продуктовому магазину. Он опускает руку, только когда они подходят к Сатору, который всё ещё лежит в тележке. Когда они возвращаются, Сатору смотрит на него с серьёзным выражением лица. «Ты кого-то убил. Я вижу это своими шестью глазами». Сатору слегка хмурит брови. — Убирайся. Я не буду повторяться. Сукуна не в настроении для этого, и Сатору ещё мгновение смотрит на него, прежде чем вылезти из тележки позволить Сукуне усадить Мегуми на сиденье. «Ты хотя бы попытался скрыть остатки своей проклятой энергии?» Сатору понижает голос и шепчет ему на ухо, пока они идут по другому проходу. «Тебе не нужно обо мне беспокоиться». После этого они почти не говорят о случившемся. Остальная часть похода по магазинам проходит гладко: Сатору держится в стороне, а Сукуна выбирает все продукты, потому что только он знает, что делает. Когда они возвращаются домой, Сукуна раскладывает по местам купленные продукты, а Мегуми идёт принимать душ. Сатору немного помогает Сукуне, хотя всё, что он сделал, — это убрал шоколадки. После этого они занимаются своими делами и снова собираются вместе только к ужину. За ужином царит мрачная атмосфера. Сукуна ставит перед ними приготовленные блюда и наконец садится на своё место. Однако молчание наконец нарушается, когда Сатору делает первый укус. «Это... Это восхитительно!» Его глаза буквально сияют, когда он погружает лицо в тарелку, а Мегуми кивает Сукуне в знак того, что ему понравилось. Сукуна тихо посмеивается про себя, прежде чем наконец приступить к еде, и Сатору поднимает на него взгляд. Во время ужина Сатору то и дело поглядывает на едва заметную улыбку на лице проклятия, пока Сукуна наконец не замечает этого. «Что?» Улыбка почти сразу исчезает. «Ничего~ Ты просто такой милый, когда радуешься, что я похвалил твою стряпню». Сатору мурлычет, дразня его. Нечасто увидишь у проклятия улыбку. Сукуна глубоко вздыхает, прежде чем продолжить есть, и его улыбка полностью исчезает. «Как хочешь». Сукуна уверен, что колдун просто играет с ним. Сатору ухмыляется про себя, не сводя глаз с Сукуны, чем раздражает его.

. . . . . .

Четверг. «Зачем тебя вызывал Яга-сенсей?» — спрашивает Сатору, когда его друг наконец возвращается после того, как его отозвали посреди тренировки. «Несколько дней назад в переулке был загадочным образом убит мужчина. Оказалось, что вокруг места преступления тянется неопознанный след проклятой энергии. Я отвечаю за его отслеживание», — объясняет Сугуру, когда тот подходит. «Это странно, потому что во всём городе нет ни одного проклятия. Проклятие, убившее этого человека, такое же, как и то, что уничтожило все остальные проклятия, поэтому можно с уверенностью сказать, что это проклятие как минимум особого уровня. А значит, у Сугуру будет больше работы. Он не знает, почему проклятие убивает другие проклятия, но это только усугубляет ситуацию. — О, что ж, удачи тебе в этом, — неловко отвечает Сатору, нервно посмеиваясь. Должно быть, он вёл себя слишком подозрительно, потому что в следующую секунду Сугуру уже был начеку. «Это место рядом с твоим домом. Ты что-то знаешь?» Сугуру приподнимает бровь и скрещивает руки на груди. «Ха? Ни за что!» Сатору отмахивается со смехом. Он так говорит, но почему тогда Сугуру чувствует исходящую от него энергию проклятия? Сугуру смотрит вслед своему лучшему другу, не понимая, почему Сатору ему солгал. В этом должен быть какой-то смысл. Точно так же, как у убийц-магов должен быть свой смысл, должен быть и смысл в том, что Сатору скрывает это от него. Сугуру пытается отогнать эти мысли и сосредоточиться на текущей задаче. По городу бродит неизвестное проклятие особой силы, которое уничтожает другие проклятия, и оно как-то связано с Сатору. Судя по остаткам проклятой энергии на Сатору, они уже встречались, и проклятие, должно быть, уже давно витает вокруг колдуна, раз проклятая энергия так сконцентрирована — намного сильнее, чем на месте преступления, которое проверил Сугуру. Это значит, что проклятие находится в доме Сатору или, по крайней мере, посещает это место достаточно часто, чтобы оставить свой след.

. . . . . .

«СУКУНА!» Сукуна, как обычно, спит на диване в гостиной, но громкий крик Сатору заставляет его резко проснуться. Сукуна стонет, поднимаясь с дивана и бросая сердитый взгляд на подростка, который уже стоит рядом с ним. «Серьёзно? Зачем так орать?» — жалуется Сукуна, протирая глаза и замечая, как встревожен Сатору. «Помнишь того похитителя, которого ты убил на прошлой неделе? В школе нашли остатки твоей проклятой энергии!» — громко восклицает Сатору, а Сукуна лишь раздражённо вздыхает. «И что?» — он не понимает, что в этом такого важного. «Значит, Сугуру собирается тебя выследить!» «И? Почему ты так встревожен?» Сукуна не может поверить, что колдун разбудил его из-за такой мелочи. «Потому что, если он найдёт тебя и сообщит об этом в школу, мне придётся изгнать тебя!» И он найдёт Сукуну. Сатору знает, насколько хорош Сугуру в таких делах. Сукуна довольно хмыкает и ухмыляется. «И ты не хочешь изгнать меня?» Похоже, Сукуна всё-таки важен для него. «Если ты уйдёшь, мне придётся делать всю работу по дому!» — восклицает Сатору, и ухмылка Сукуны сменяется хмурым выражением лица. За это он направляет на Сатору свою проклятую энергию, но тот отражает её, даже не вспотев. Сукуна массирует лоб двумя пальцами и вздыхает. “ Если он найдет меня, я просто убью его... “ Эй! Сугуру - мой друг! Сатору ни за что не позволит Сукуне убить своего лучшего друга. “Ну, он, мне не друг, какое мне до этого дело”. Сукуна заявляет прямо. “Сукуна!” От всех криков колдуна у него разболелась голова. «Ты слишком шумишь. Успокойся и дай мне подумать». Сукуна фыркает. «Я же говорил тебе, что нужно следить за своими проклятыми энергетическими остатками! Это всё твоя вина...» — Сатору замолкает и внезапно бежит к двери, открывает её и загораживает собой обзор Сугуру. Сугуру стоит за дверью, приподняв бровь и положив руку на пояс. «Хороший дом». — комментирует Сугуру, нарушая молчание. «Спасибо, клан заплатил за него». Сатору загораживает собой дверной проём, чтобы Сугуру не мог заглянуть внутрь. «Ты не собираешься меня впустить?» — Сугуру поднимает бровь. «Э-э-э, а должен?» — Сатору делает вид, что не понимает, зачем пришёл Сугуру. «Я слышал крики. Ты что, серьёзно ссоришься с ребёнком?» Они оба знают, что Сатору не ссорился с Мегуми. «Не вижу в этом проблемы». Сатору пожимает плечами. «Конечно, не видишь». Внезапно Сатору оттесняют в сторону, и рядом с ним появляется Сукуна. На его лице читается скука, он скрещивает руки на груди и прислоняется к дверному косяку. «Говори, что тебе нужно, и оставь нас в покое». Сугуру тут же напрягается и меняет позу, готовясь к драке. — Ты не хочешь объяснить, почему в твоём доме проклятие особого уровня, Сатору? — Сугуру бросает на друга быстрый взгляд, напрягаясь всем телом и готовясь защищаться от проклятия. «Послушай, он просто появился однажды и предложил присмотреть за ребенком. Что мне ещё оставалось делать? Выгнать его?» Сатору пожимает плечами, а Сукуна лишь лениво смотрит на него. «Ну не знаю, может, стоит изгнать его, пока он кого-нибудь не убил?» — с сарказмом отвечает Сугуру, думая, что его друг сошёл с ума. Спрятать в своём доме проклятие особого уровня — только Сатору мог совершить такой безумный поступок. Сукуна не помогает, а только дьявольски смеётся. «Шести глазый», — Сукуна бросает на черноволосого колдуна озорной взгляд. «Ты же хочешь, чтобы я всё исправил, верно?» Не дожидаясь ответа, Сукуна хватает колдуна за воротник и целует его. Сатору подпрыгивает, его голубые глаза за тёмными очками широко распахиваются. Чтобы было убедительнее, Сукуна просовывает язык и углубляет поцелуй. К тому времени, как он отстраняется, Сатору уже весь красный и тяжело дышит, а Сугуру уже опустил руки, словно не веря своим глазам. — Ого, — это всё, что удаётся выдавить из себя Сугуру. Неловко получилось. Он переводит взгляд с одного на другого: проклятие победно ухмыляется, а Сатору просто ошеломлённо смотрит в пустоту, ещё не придя в себя. Видя, что его работа здесь закончена, Сукуна затаскивает всё ещё ошеломлённого седовласого колдуна внутрь и захлопывает дверь прямо перед носом Сугуру. У Сатору всё ещё глупое выражение лица, когда он пялится на Сукуну, которого ничуть не задел его трюк. «И кто теперь смущён?» Сукуна ухмыляется, явно забавляясь. Сатору моргает раз, потом другой, прежде чем наконец прийти в себя и закатить сцену, как он обычно делает. «Зачем ты это сделал?!» «Ты сказал мне исправить. Я исправил». Сукуна пожимает плечами. Сатору стонет. «Как я завтра буду объяснять это Сугуру?!» Завтра он точно не пойдёт к «Сугуру». — Теперь это твоя проблема, — Сатору выглядит ещё более подавленным и обнимает Сукуну за плечи, всем весом наваливаясь на проклятие, и тяжело вздыхает. — Теперь тебе удобно, не так ли? — весело спрашивает Сукуна, глядя на него. — Что? Мы целовались. — Сатору надувает губы и поворачивается к нему. — Для вида. А теперь отстань от меня, мне нужно приготовить ужин для вас, сопляков. Сукуна высвобождается из объятий прилипчивого подростка и направляется на кухню с весёлой улыбкой на лице. «А я-то думал, ты признаешься мне в вечной любви», — игриво кричит ему вслед Сатору, но Сукуна даже не оборачивается. “В твоих снах”.

. . . . . .

Ночью. “Я не это имел в виду”. Сукуна невозмутим, когда Сатору ночью забирается к нему в постель, нарушая его сон. “ Может, ты мне приснишься, если мы будем спать в одной постели. Сатору озорно улыбается, ныряет под одеяло и обнимает проклятие. “Тебе действительно нужно прикоснуться ко мне?” Сукуна устало вздыхает, его руки неудобно прижаты к телу из-за объятий Сатору. «Как бы ты мне приснился, если бы я не прикоснулся бы к тебе?» — игриво подмигивает ему Сатору, на что Сукуна в ответ стонет. Подросток прилипает к нему, как банный лист, цепляясь за него руками и ногами, словно осьминог. Сукуна пытается уснуть, демонстративно игнорируя колдуна, который дышит ему в затылок. Ему удаётся заснуть после того, как Сатору наконец отпускает его и поворачивается во сне так, что теперь они спят на разных сторонах кровати. Сукуна вздыхает с облегчением, наконец-то получив возможность немного поспать и обретя долгожданную свободу. Ближе к ночи он просыпается. Сатору снова ложится рядом с ним, ворочается во сне и задевает руками лицо Сукуны, пробуждая его от дремоты. «Чёрт возьми». Сукуна устало смотрит в потолок, проклиная свою судьбу. Сукуна ещё долго не сможет уснуть.

. . . . . .

На следующий день. Сатору крадётся по кабинету, высматривая Сугуру, и вдруг слышит голос этого подростка у себя за спиной. «Тебе не нужно меня избегать, Сатору», — спокойно говорит Сугуру. «Сугуру...! Когда ты здесь появился?» Сатору потирает затылок и застенчиво улыбается, чувствуя себя неловко после вчерашнего...... «Пока это проклятие никого не убивает, я не против. Я уверен, что ты сможешь держать его под контролем». Сугуру похлопывает Сатору по плечу и ободряюще улыбается. «Но не мог бы ты объяснить, почему он убил того парня?» Это действительно странно: почему проклятие убило всех проклятых в городе, но пощадило одного человека? «О, это потому, что тот парень похитил Мегуми-куна». Сатору невозмутимо объясняет. — Понятно, значит, в этом есть какой-то смысл, — понимающе кивает Сугуру. В его глазах отражается что-то далёкое, он опускает голову и размышляет про себя. «Ты действительно не против?» Сатору всё ещё сомневается, замечая, что Сугуру опустил голову. «Ты встречаешься с проклятием? Только ты способен на такое». Сугуру усмехается про себя, поднимая взгляд от земли. «Неудивительно, что ты пытался скрыть это от меня. Я прекрасно понимаю». «Что ж, теперь, когда ты знаешь, тебе действительно стоит попробовать стряпню Сукуны. Это лучшее, что я пробовал за всю свою жизнь! Если бы он не был Королём проклятий, я бы поспорил, что он мог бы стать лучшим шеф-поваром во всей Японии». Теперь, когда всё улажено, Сатору может наконец пригласить Сугуру. Раньше он не мог этого сделать, потому что не хотел, чтобы кто-то узнал о Сукуне, но теперь, когда Сугуру не против, он может это сделать. — Подожди, не торопись. Он не только проклятие особого уровня, но и король проклятий? — вздыхает Сугуру. — Как ты умудрился вляпаться в эту историю, Сатору? «Наверное, я просто слишком обаятельный~» — мурлычет Сатору, подмигивая ему. «Хочешь зайти ко мне домой позже?» «И стать третьим лишним? Нет, спасибо». «Мегуми третий, ты четвёртый». «Я почти уверен, что он меня убьёт, если я приду». Что ж, Сугуру не ошибается. «Он не убьёт, он меня слушается». Но Сатору тоже не ошибается.

. . . . . .

«Хорошие новости, Сукуна. Сугуру нас не сдаст». «Ура». — безрадостно говорит Сукуна, поворачиваясь к волшебникам. Да, волшебникам. Сукуна не в восторге от этой новости. «Сугуру останется на ужин...» — начинает Сатору, указывая на черноволосого подростка позади себя. «Нет», — тут же перебивает его Сукуна, бросая на них сердитый взгляд. Он ни за что не станет готовить ужин для этого пожирателя проклятий. «Но я же сказал ему, что ты готовишь лучше всех~» Ну, Сукуне действительно стало лучше, но он всё равно не хочет этим заниматься. «Он мне не нравится», — многозначительно заявляет Сукуна, бросая на него полный отвращения взгляд. Хотя Гето Сугуру на самом деле не запечатывал Годжо Сатору, и запечатывание Шести Глаз облегчило Сукуне захват Японии, Сукуна всё равно его недолюбливает, потому что ему не нравится, что этот пожиратель проклятий так близок с его колдуном, и нет, Сукуна не ревнует. «Но я тебе нравлюсь~» — Сатору хватается за талию Сукуны и смотрит на проклятие влажными, жалобными щенячьими глазами. Ну, он пытается это сделать, ведь Сукуна вообще не видит глаз колдуна из-за его солнцезащитных очков.« Суку-тян~ Суку-тян~~» — Сатору мурлычет, как кот, и трётся головой о бок Сукуны, пытаясь выглядеть милым. Сукуне приходится выбирать: смутиться или разозлиться. ...Он выбрал и то, и другое. С раскрасневшимися щеками и раздражённым выражением лица он сдаётся, потому что это единственный способ заставить седовласого колдуна замолчать. «Ладно, теперь отпусти», — ворчит он, отмахиваясь от руки подростка, когда Сатору тычет пальцем в его покрасневшие щёки. «Видишь? Я же говорил, что он меня слушается». Сатору даже хватает наглости похвастаться этим перед Сугуру, на что Сукуна бьёт его прямо по голове, отчего тот вскрикивает. «Я никого не слушаю». С этими словами Сукуна направляется на кухню, чтобы приготовить ужин, но не может сдержать усталого вздоха, глядя на своё затруднительное положение. Кто он такой? Их мама или что-то в этом роде? Он не ожидал такого, когда впервые решил вернуться в прошлое. На обеденном столе в кои-то веки стоят четыре набора посуды, и Сукуна ставит перед Сугуру тарелку с едой с особой грубостью, давая понять, что черноволосому здесь не рады. Сугуру слегка потеет, но всё равно благодарит проклятие за еду, стараясь вести себя прилично. Сукуна даже не обращает на него внимания и принимается за свою порцию, игнорируя разговор двух юных волшебников во время ужина. Любой нормальный человек счёл бы компанию из трёх колдунов и проклятия особого ранга жуткой, но хорошо, что они не нормальные... или это плохо? В любом случае никто не осуждает, потому что если они всё-таки осудят, Сукуна убьёт их в мгновение ока. “ Сугуру. Вкусно, правда?” Сатору указывает палочками на своего друга, который сидит напротив него с улыбкой на лице. “Лучшая еда, которую я когда-либо пробовал.” Сугуру кивает в знак согласия, и Сатору улыбается ещё шире. «Хех, я же говорил, что тебе стоит остаться на ужин». Беловолосый подросток беззаботно откидывается на спинку стула, заставляя Сукуну взглянуть на него. «Почему ты такой гордый? Ты ничего не сделал». Сукуна невозмутимо отвечает, ему не нравится, что Сатору хвастается тем, чего не делал. Всю работу проделал Сукуна. «Я оказывал тебе моральную поддержку! Кроме того, — Сатору смотрит на него, и Сукуна по его хитрой улыбке понимает, что ему не понравится то, что Сатору скажет дальше. — Разве я не могу гордиться тем, что у моего потенциального возлюбленного хорошие кулинарные навыки?» «О? Значит, теперь я «потенциальный»?» Сукуна забавляется и решает подыграть. «Кажется, ты говорил, что я тебе не нравлюсь». Сатору ухмыляется и поднимает бровь. — Хорошо, что ты помнишь. Сукуна одобрительно кивает. — А я-то думал, что мне придётся напомнить тебе ещё раз. Несмотря на улыбку на лице, внутри Сукуна не испытывает особого восторга. «Я думал, вы встречаетесь». Все замолкают, услышав комментарий Сугуру, и атмосфера за столом становится холодной и напряжённой. Сатору небрежно пожимает плечами и улыбается, а Сукуна лишь бросает быстрый взгляд на седовласого подростка и молчит. После этого они переключаются на другую тему, и Сугуру понимает, что задал вопрос, на который ответа не было. Доев, Сукуна встаёт из-за стола и, не произнеся ни слова, молча уходит в свою комнату. Он встречается с Шестиглазым? Сукуна никогда раньше об этом не задумывался, потому что их отношения практически невозможны. Сукуна убил его, и даже Шестиглазый не был бы настолько безумен, чтобы принять его после того, что он с ним сделал. Вот почему Сукуна не расскажет об этом Годжо Сатору, он не может ему рассказать. Если он узнает, то снова возненавидит его, как и раньше, а Сукуна, видит бог, этого совсем не хочет. Сукуна признаёт, что привязан к Шестиглазому, что он ему нравится и что он предпочёл бы, чтобы тот его не ненавидел, если это возможно. Он не ждёт, что Шестиглазый ответит ему взаимностью, он просто хочет греться в лучах (абсолютно раздражающего) присутствия Годжо Сатору, вот и всё. Сукуна знает, что ему не по силам. Он просто хочет остаться с Годжо Сатору, даже несмотря на то, что на его руках кровь этого колдуна, которая окрасила его в красный цвет, пока он торжествующе хохотал. Сукуна чувствует, как у него сжимается грудь при воспоминании о том, как во второй раз с тех пор, как он пришёл сюда, в его сознании снова появились безжизненные, но полные ненависти голубые глаза Годжо Сатору, преследующие его. Нет, Сукуна не боится Шести Глаз, правда не боится, но почему при воспоминании о неподвижном теле Годжо Сатору, лежащем в луже собственной крови, у Сукуны стынет кровь в жилах? Однако прежде чем Сукуна успевает задуматься об этом, он вдруг понимает, что слышит только мучительные крики колдуна. «Я разорву тебя на части. Позови меня, Шестиглазый, и, может быть, я буду нежен». Сукуна слышит, как он произносит эти слова, сопровождаемые хрустом ломающихся костей. Внезапно Сукуна оказывается посреди знакомого поля боя, залитого кровью, а вокруг бушует огонь. — Как бы не так. — колдун тяжело дышит, стиснув зубы от гнева и боли, и смотрит на него сверху вниз. — Просто покончи с этим. — выпалил Годжо, и в каждом его слове сквозила непримиримая жгучая ненависть. Сукуне не нравится его тон, поэтому он поступает с точностью до наоборот — с силой бьёт колдуна головой о землю, так что камни трескаются, а пушистые белые волосы колдуна обагряются свежей кровью. «Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты самый сильный». После этого зрение Сукуны становится тёмно-красным, а мир вокруг снова наполняется болезненными вздохами и криками, срывающимися с губ колдуна, несмотря на все его попытки сдержаться. Годжо Сатору будет страдать. Рёмен Сукуна позаботится об этом. . .. ... — Сукуна? Его воспоминания прерывает знакомый голос колдуна, и Сукуна, моргнув, смотрит на Сатору, который стоит перед его кроватью и вопросительно смотрит на него. — Ты витал в облаках. Сатору немного помолчал, а потом ухмыльнулся. — Ты думал обо мне~ “... Почему ты здесь?” Несмотря на этот вопрос, Сукуна думает, что догадывается, почему Сатору здесь. Как и ожидалось, Сатору посылает ему игривую улыбку. “ Хочу чтобы ты мне приснился, зачем же еще? Сукуна буквально представляет, как снова не выспится этой ночью. «Иди спать в свою комнату». Спать с подростком в одной постели — настоящая пытка, но Сатору, конечно же, его не слушается. Однако, когда Сукуна закрывает глаза, а колдун прижимается к нему, как к подушке, он с облегчением обнаруживает, что пугающие крики стихли, а вместо них он слышит тёплое и ровное дыхание колдуна. Всё в порядке, — убеждает себя Сукуна, отгоняя воспоминания, которые всплыли в его памяти ранее. Годжо Сатору всё ещё жив. И Сукуна собирается сохранить его жизнь.