if this is the end…

Примечания автора: На протяжении всей этой главы Уилл - ненадежный рассказчик, поехали! Не верьте ни единому его слову! Наконец-то он настал — день, когда Майк перестал жаловаться на то, что застрял в больнице. После двух долгих недель его выписывают. Врачи пришли вчера вечером, чтобы провести последний осмотр, убедились что никаких осложнений не возникнет, если Майк вернётся домой. Естественно, он хочет вернуться. Он чуть ли не выпрыгнул из постели и побежал домой, услышав об этом. Майк — не единственный, кто рад. Уилл, конечно же, не отказался бы поспать в кровати. Или, по крайней мере, на полу в спальном мешке. В любом случае, полежать — это приятно. Холли тоже была очень рада услышать, что её брат наконец-то возвращается домой. Майк выглядел так, будто сразу же пожалел об этом, зная, что как только он переступит порог дома, она будет безжалостно приставать к нему, пока он не поиграет с ней в куклы. Даже это не сломило дух Майка. Он улыбался весь день, без умолку твердя о том, как он ждёт комфорта своей большой кровати и настоящего, настоящего, тёплого душа. Уилл с ним согласен. Однако, по мнению Майка, больше всего он ждет уединения. Пространства, чтобы жить без постоянного давления со стороны семьи. Например, как сейчас, когда миссис Уилер настаивает на том, чтобы помочь своему пятнадцатилетнему сыну переодеться, а все его друзья и родственники подслушивают. - Мама, я могу сделать это сам, — говорит Майк, краснея от смущения. - Ну, никогда не знаешь, дорогой. А если тебе понадобится помощь? - Тогда я сам разберусь! — восклицает он, всё больше раздражаясь по мере того, как она настаивает. Уилл знает, насколько важна для Майка самостоятельность. В последнее время он старается выполнять элементарные задачи без посторонней помощи, понимая, что когда-нибудь ему придётся этому научиться. - Я должен делать всё сам. Что будет, когда мы вернёмся домой? Ты будешь помогать мне сходить в туалет? - Майкл! — резко отвечает она предупреждающим тоном. - Мама, — стонет он в ответ, выглядя так, будто вот-вот рухнет на пол. Уиллу приходится вмешаться. Он не может просто смотреть, как Майк страдает. Он знает, насколько унизительными могут быть идеи матерей, даже если у них благие намерения. - Я помогу ему, — говорит он, не задумываясь. Почему? Какого чёрта это было первым решением, которое пришло ему в голову? Не "Эй, я думаю, Майк вполне способен переодеться сам", или даже "Отстань, женщина, он сказал нет". Конечно же, нет. Он сам себя загнал в тупик. Все в комнате оборачиваются, чтобы посмотреть на него, как на сумасшедшего. Может, он и есть сумасшедший. Может, он наконец-то сломался, предложив помочь своему возлюбленному переодеться.Что с ним, черт возьми, не так? Очевидно, он не хотел этого — он на самом деле даже не собирается помогать, потому что, опять же, он не думает, что Майку это нужно. Он просто хотел, чтобы миссис Уилер от него отстала. Но никто об этом не знает. Все, должно быть, считают его отъявленным мерзавцем. Уилл бросает на Майка взгляд, говорящий "Извини, просто поверь мне." Майк кивает после мимолетного раздумья, без всякой причины полностью доверяя Уиллу. - Да, видишь? — говорит он ей. - Уилл может помочь. Так что можешь идти. Миссис Уилер на мгновение задумывается над этим, а затем, кажется, соглашается. - Хорошо. Пусть так. Я пойду заполню твои выписные документы в вестибюле. Встретимся там, когда будешь готов, ладно? - теперь она поворачивается к Уиллу и добавляет "Его одежда в рюкзаке", как будто он нянька Майка. Ему не нужно это знать. Он не будет иметь никакого отношения к одежде Майка. Все выходят за дверь вслед за миссис Уилер, Лукас и Дастин бросают на Уилла странные взгляды. Уиллу хочется похоронить себя заживо. Когда он оглядывается на Майка, тот уже спрыгивает с кровати и направляется к рюкзаку. Он приносит его, бросает на матрас и неловко смотрит в глаза Уиллу. Ах, да. Ему нужно отвернуться. - Э-э, — глупо говорит Уилл, прежде чем развернуться на пятках и отойти в угол комнаты, словно его наказали. Он закрывает глаза руками, хотя и без них бы просто смотрел на белую стену. Он слышит, как за его спиной расстёгивается рюкзак, а затем шорох ткани. Примерно через три минуты бормотания ругательств и раздражённых вздохов всё затихает. Уилл собирается повернуться, полагая, что Майк закончил, когда слышит неохотное: -Уилл? Ты можешь… помочь? У него замирает сердце. Какой же он идиот. Он был так уверен, что Майк справится сам — Уилл даже не подумал о том, что ему придётся вмешаться, если он не сможет. Он сам на это подписался. Это буквально его миссия, и он в шоке от того, что ему придётся её выполнять. - Ты уверен? — спрашивает Уилл, не сдвигаясь с места. Он не может справиться со стыдом, который его охватывает. Он такой ужасный. Вероятно, он всё это время подсознательно хотел этого — чтобы Майк потерпел неудачу, чтобы ему понадобилась помощь Уилла. Вот почему он вызвался помощником. - Ты не хочешь, чтобы я это делал. Я… — гей. Мне это слишком понравится. Я буду молиться на тебя, как и шепчутся парни в раздевалке. - Уилл, — снова сломленно говорит Майк. - Пожалуйста, просто… помоги. Хорошо. Всё в порядке. Майк нуждается в нём. Ему просто нужно смириться. Отбросить все мысли. Он справится. Майку, наверное, в десять раз стыднее, чем ему. Все тревоги Уилла улетучиваются, как только он оборачивается. Майк стоит посреди комнаты, наполовину сняв больничный халат, руки застревают в рукавах. К облегчению Уилла, видна лишь небольшая часть его туловища, чуть выше пояса штанов, которые он с трудом надел, демонстрируя часть своего нового шрама. Он выглядит-- нелепо, честно говоря. Уилл фыркает от смеха, прикрывая рот рукой на секунду слишком поздно. - Не смейся надо мной, — жалуется Майк, и его голос звучит так несчастно, что Уилл тут же чувствует себя виноватым. - Не буду. Извини. - он подходит к Майку, хватая его за низ халата. - Руки вверх. - Майк старается, как может, и Уиллу удаётся стянуть его через голову и бросить на кровать. Волосы Майка растрёпаны, а на его лице самая грустная и очаровательная улыбка в истории. - Что случилось? — спрашивает он, хватая свитер Майка. - Я хотел сделать это сам. - Знаю, — говорит Уилл, натягивая на него свитер. - Но, по крайней мере, ты надел штаны, — шутит он. Когда настроение Майка не поднимается и он всё ещё глядит в пол от стыда, Уилл хватает его за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. - Эй. Ты справишься, хорошо? Выше нос. Майк вздыхает, не совсем соглашаясь. - Наверное. Уилл хочет двигаться дальше, но чувствует, что сейчас не время. Ему стоит делать всё в своём темпе; Уиллу просто нужно набраться терпения. Майк смотрит на свой свитер и улыбается, покачивая пустым рукавом взад-вперед и наблюдая, как лишняя ткань рукава развевается. - Что мне с этим делать? — спрашивает он, а затем ударяет им Уилла по лицу. Уилл ахает, держась за щеку, как будто ему действительно больно. - Майкл. - как он смеет? После всего, что Уилл для него сделал. Майк смеётся, впервые за долгое время искренне. - Я выгляжу как идиот. Я не могу так ходить. - Вот, — Уилл берёт рукав и завязывает его узлом на конце руки. Выглядит не менее странно, но, по крайней мере, теперь он не сможет использовать его как оружие. - Исправил. - Ух ты, спасибо! — восклицает Майк с чрезмерным энтузиазмом, но, на удивление, без сарказма. Он поднимает руку, рассматривая её со всех сторон. - Это модный аксессуар. Я буду самым крутым на детской площадке. Уилл фыркает. Майк — такой придурок. Его придурок. Его невероятно сильный, храбрый придурок. Прежде чем он успевает что-либо понять, Уилл уже крепко обнимает его. Майк замирает на секунду, мышцы напрягаются, прежде чем он тоже обнимает Уилла, расслабляется и кладёт подбородок ему на плечо. - Зачем это? — спрашивает Майк, как будто он тоже не инициировал случайные прикосновения с Уиллом в последние пару недель. Уилл пожимает плечами. - Подумал, тебе это нужно. Майк не отвечает — он лишь крепче обнимает Уилла. Уилл думает, что, возможно, он угадал. В конце концов, они отпускают друг друга— после невероятно долгого времени, о котором Уилл не хочет говорить или даже думать, — и направляются в вестибюль. Миссис Уилер болтает с администратором за стойкой регистрации, а остальные просто стоят с сумками в ожидании. Мы отсюда никогда не выберемся, думает Уилл, вспоминая способность миссис Уилер болтать без умолку. Уилл тут же замечает свою маму, стоящую в стороне, и направляется к ней, а Майк следует за ним по пятам. В последнее время они мало времени проводили вместе, хотя она была с Уиллом половину дней его пребывания здесь. Всё не так, как раньше. После попадания Майка сюда, кажется, что никого больше не существует. - Привет, мам, — говорит он, неожиданно врезаясь в неё. Она тут же обнимает его, поглаживая по спине. - Привет, малыш, — отвечает она, и Уилл даже не смущается. Он любит свою маму. Можете его осуждать. - Привет, Майк. - Приветик, мисс Байерс? — спрашивает Майк, как неудачник. Уилл хихикает, уткнувшись в плечо матери. Приветик? Что с ним, чёрт возьми, не так? - Эм, так-- — Майк толкает его локтем, как последний любитель внимания, и Уилл наконец отпускает маму, поворачиваясь к нему. - Ты же едешь с нами, верно? То есть, Джонатан едет, поэтому я так и подумал. Не хочу, чтобы вам пришлось делать лишнюю остановку. - Да, всё верно, — пожимает плечами Уилл, немного озадаченный нервным поведением Майка. Он ведёт себя так странно. Наверное, переживает. Он впервые за несколько недель едет домой — должно быть, это волнительно. - Отлично. Э-э-- я пойду поищу маму, — он показывает большим пальцем назад, а затем тут же разворачивается и уходит. - Что с ним? — спрашивает Джойс. Значит, он ведёт себя странно. Не только Уиллу так кажется. Уилл поворачивается к ней, качая головой. - Не знаю, — устало говорит он. Майк — это Майк. Его не объяснить. Уилл ничего бы в нём не менял. - Эй, мам? Можем поговорить? Это его шанс. Его единственный шанс. Его мама вот-вот уедет в домик Хоппера, и пробудет там неопределенное время. Уилл хочет ей сказать. Он должен сказать ей, прежде чем они расстанутся. Он пообещал это себе — и Дастину. Она отнесется к этому спокойно. Он знает. - Конечно, — легко соглашается она, кладя руку ему на щеку и обеспокоенно разглядывая. — Ты в порядке? — Да, — заверяет он, теребя рукава. — Да, я просто--ты помнишь папу? Ее глаза расширяются от удивления, она явно озадачена резкой сменой темы. — К сожалению. А что с ним? — Ты помнишь, что он говорил обо мне? О… — он замолкает, позволяя ей самой догадаться. Отец говорил о нем очень мало. Не должно быть так сложно понять, что он имеет в виду. Сердце Уилла бьется сильнее, чем когда-либо. Он даже не может посмотреть ей в глаза. Она еще не отстранилась с отвращением, что, должно быть, хороший знак. Он воспринимает ее молчание как понимание и продолжает, прежде чем теряет самообладание. — Это правда. - Это не правда, — категорично заявляет она, и Уилл замирает, наконец, взглянув ей в лицо. Он боится увидеть ненависть, гнев, даже разочарование; но этого не происходит. Он видит только любовь и решимость. Она, кажется, ничуть не шокирована его откровением — но верит ли она ему или знала это с самого начала, он не знает. - Ничего из того, что он когда-либо говорил о тебе, не правда, ты меня понимаешь? Ты не тот, кем он тебя называл — не в том смысле, в каком он это имел в виду. Уилл изо всех сил старается сдержаться, не желая плакать посреди больничного холла, но не может сдержать слезу, которая скатывается без его разрешения. Мама, не теряя времени, снова обнимает его. - Ты невероятный человек. То, кого ты любишь, этого не меняет. - Прости, — тихо всхлипывает он, уткнувшись ей в плечо. — Не надо, — строго говорит она. — Никогда не извиняйся за это. Я люблю тебя, милый. Всегда. Уилл наконец отпускает это, позволяя себе разрыдаться в её объятиях. Удивительно давно он не терял контроль над собой, учитывая ситуацию. Две долгие недели. Он просто чувствует такое… облегчение. Он знал, что скрывание сильно на него влияет, но никогда не осознавал, насколько. В глубине души он всегда чувствовал, что любовь условна. Он постоянно осознавал, что как только его секрет раскроется, никто больше не будет относиться к нему так, как раньше. Как к человеку. А теперь этого...нет. Над ним больше не сгущаются тучи. Он больше не так боится будущего. Возможно, у него есть будущее. Выплеснув все эмоции, Уилл отстраняется, вытирая глаза. — Ты в порядке? — спрашивает его мама, поглаживая его волосы руками, с гордой улыбкой на лице. Она гордится им. Даже несмотря на то, что он гей. Она гордится им именно потому, что он гей. — Да, я в порядке. — На этот раз он говорит это искренне. Он будет в порядке. — Эй, — говорит Дастин из-за его спины. Он замирает, как только видит пятнистое лицо Уилла. — Ой, я перебиваю. Извините. — Всё в порядке, — обещает Уилл, собираясь отойти. — Мы закончили. Дастин оглядывает место происшествия, с любопытством разглядывая Уилла с ног до головы. — Ты ей сказал? — догадывается он. — Да, — кивает Уилл. — Ты был прав. - Конечно, был, — фыркает Дастин, скромный как всегда. - Я всё знаю, Уилл. Когда ты уже начнёшь мне верить? В любом случае, я хотел спросить, не мог бы ты сказать своему принцу на белом коне, чтобы он поторопился. Нам всем ужасно скучно. Джойс стоя рядом, ахает и с восторгом хватает его за руку. - Вы с Майком встречаетесь? - Нет! — раздражённо восклицает Уилл. Почему люди постоянно так думают? Майк не проявляет к нему никакого интереса. Никакого. - Он просто ведёт себя как придурок. - Я даю три дня, — говорит ей Дастин. Уилл морщит лоб от недоумения. Иногда ему кажется, что все вокруг ведут совершенно другой разговор, чем он. - Три дня на что? Дастин поднимает брови, не впечатлённый. - Знаешь, вы двое невероятные, — саркастически говорит он. - Поистине идеальная пара. С этими словами он уходит, что-то бормоча себе под нос. Что это вообще было? И почему его мама выглядит так, будто она в курсе всего этого — чем бы это "всего" ни было? Почему он здесь лишний? Майк оборачивается от стойки регистрации, и его взгляд тут же падает на Уилла. Он ярко улыбается, машет Уиллу рукой и направляется к нему. Мама Уилла похлопывает его по плечу. - Хорошо проведи время у Майка, милый, — говорит она, словно знает что-то, чего он не знает, и уходит. В доме Уилеров Уилл изо всех сил старается дать Майку пространство. Это самое меньшее, что он может сделать после того, как несколько недель ютился рядом с ним — он считает, что Майк не был ни минуты один с тех пор, как попал в больницу. Уилл в основном сидит в комнате Джонатана, то есть в подвале. Они включили микстейп, пока Уилл рисует, хотя фоновый шум не помогает ему избежать непрекращающихся подколов Джонатана по поводу Майка. Теперь, когда Майка выписали, братские издевательства стали намного хуже. Когда Уиллу надоедает унижение, он идет на кухню, чтобы помочь миссис Уилер приготовить ужин. Он должен как-то отплатить ей. В конце концов, она позволяла ему ночевать у Майка каждый день в течение последних двух недель — точнее, последних восьми месяцев, с тех пор, как Байерсы впервые вернулись в Индиану. Плюс ко всему, он не собирается упускать возможность перекусить настоящей едой, а не только этой ужасной больничной гадостью. После ужина — когда Майк приходит в восторг от того, что миссис Уилер не заставляет его использовать нож для мясного рулета — он возвращается в свою комнату, останавливаясь наверху лестницы, чтобы оглянуться на Уилла и убедиться, что тот его не преследует. Уилл успокаивает его, качая головой. Не волнуйся. Теперь ты можешь побыть один. Я не буду вмешиваться. Вместо этого он рисует с Холли в гостиной. Честно говоря, немного неловко, когда мистер Уилер просто сидит так и смотрит вечерние новости. Уилл понимает, что ему всё равно, что они с Холли делают, но он не может не чувствовать себя осужденным. Мистер Уилер всегда вызывает такое ощущение - осуждение. Как будто он постоянно чем-то недоволен. Когда часы пробили девять вечера и Холли сказали готовиться ко сну, Уилл понял, что ему следует делать тоже самое. У Майка было больше восьми часов свободного времени. Этого должно быть достаточно, верно? На это он не может жаловаться. Этого времени определенно достаточно после того, как Уилл провел почти сорок пять минут в душе, ничего не делая, кроме как наслаждаясь теплой водой. Эй, Уилеры богаты. Уилл рано понял, что им не нужно беспокоиться о таких вещах, как отсутствие горячей воды. Какой вред в том, чтобы использовать это в своих интересах? Когда Уилл постучал в дверь Майка, войдя после приглушенного "Входите", он понял, что Майк делал то же самое, что и он. Его волосы все еще были влажными, он успешно переоделся в пижаму и устроился в постели с книгой. Основной свет уже был выключен, комнату освещал только желтый свет прикроватной лампы. - Привет, - говорит Майк с улыбкой, положив книгу себе на колени. - Смотрите, кто наконец-то появился. - Я думал, тебе хотелось побыть одному, — объясняет он, закрывая за собой дверь. - Ты вчера не переставая говорил о том, как сильно ждёшь этого. - Что ж, да, но я имел в виду-- я не против, если ты здесь. Сосед по комнате, — неловко добавляет он, морщась от стыда, как только эти слова слетают с его губ. Уилл нервно смеется, бросая на него странный взгляд. - Ладно, "сосед по комнате". - он качает головой и ложится в свой спальный мешок. Майк такой странный. - Что ты делаешь? — спрашивает Майк, протягивая руку перед Уиллом, чтобы остановить его. Или-- она должна быть перед ним, но уже не дотягивается. Уилл все равно понимает намек. Уилл удивленно поднимает бровь. - Собираюсь спать? Ты не против? - На полу? — спрашивает он. Уилл смотрит на него, как на сумасшедшего. Он и есть сумасшедший. Почему Уиллу не спать на полу? Так они жили большую часть года. - Ты же несколько недель спал на тех неудобных стульях, Уилл. Тебе нужна настоящая кровать. Просто--иди сюда, — Майк подвигается, приподнимая одеяло, чтобы Уилл мог забраться внутрь. Уилл колеблется, ковыряя кожу на пальцах. - Ты уверен? Майк закатывает глаза. - Да, уверен. Я был уверен уже десять раз. Просто залазь сюда, или я буду спать на полу. Ну, Уилл такого не хочет. Поэтому он спешит забраться под одеяло, и его тут же заливает тепло. Вот здесь сидел Майк. Он словно человек - обогреватель, клянется Уилл. Приятно. Он бы сказал, что хочет превратить Майка в одеяло и завернуться в него, если бы это не было так странно. Он смотрит вперед, когда его голова касается подушки, и видит лицо Майка в нескольких сантиметрах от своего — совершенно беспричинно, кстати. За Майком примерно три метра пространства, но он любит издеваться над Уиллом просто ради забавы. На долю секунды ему кажется, что взгляд Майка слишком сильно скользит по его лицу, но тут же все исчезает. - Спокойной ночи, Уилл, — говорит он, быстро протягивая руку, чтобы выключить свет, заставляя Уилла перевернуться на спину. Он задерживает дыхание, стараясь не думать о том, что Майк всего на два сантиметра выше, чем нужно, чтобы лежать на нем. Комната внезапно погружается во тьму и Уилл едва различает силуэт Майка, вернувшегося на свое место рядом с ним и повернувшегося лицом к стене. Лежа спиной к нему, Уилл тихо бормочет "Спокойной ночи, Майк". Он лежит, уставившись в потолок, и не понимает, как, чёрт возьми, он попал в эту ситуацию.