Наблюдая за небом

      Если Вам не понравилась свежая рукопись только что из-под пера, никто не помешает Вам сложить её самолётиком и пустить в свободный полёт из открытого окна.       Только главное — не простудитесь.       Ведь за окном у Вас могут оказаться морозные -35 по Цельсию с порывами ветра прямо под ваше пальтишко прямиком в задубевшие подштанники.       Вот как у Анкано сейчас.       Только -35 с учётом непрогреваемых каменных стен превращаются внутри здания в обледеняющие саму душу -40. А ветер проникает не только в подштанники, но и куда глубже, заставляя задницу сжаться. И, к сожалению, не от страха, а от невыносимо-нетерпимого мороза. Если бы пятая точка Анкано когда-либо таки отреагировала на страх, то скорее уж треснула бы по шву от давления двух промерзлых половин.       Геморрой для Анкано, с такими перспективами, покажется куда более щадящей проказой.       По крайней мере физический. А вот ментальный…

_________________________

Достовучаяпочтенная госпожа Эленвен-эдна-Фёстхолд!

Пишет Ваш верный пес слуга Анкано-ниум-Скайвотч.

В Багдаде▃▂▂_____ в Коллегии Винтерхолда всё спокойно. Никаких проверок нам посылать не надо. Ревизоров — тоже. Пожалуйста, не утруждайте свою жирную жо___ своих и так непомерно нагруженных нашей славной самоубийственной миссией желторожих миньонов сотрудников. Ваш пёсик гав-гав слуга держит здешний сброд в железной хватке которая уже скоро отмёрзнет и отвалится без рукавиц, а также следит за порядком в примыкающем к Коллегии городом деревней с 2/3 обломками в обрыве, выявляя всякие намёки на еретическое поведение.

_________________________

      Очередное свежеогаженое чернильными кляксами письмо превращается в «птичку» за два движения и «вылетает» в открытое окно. Протестующе чихнув, организм напомнил Анкано поскорее захлопнуть ставни, обновив еле спасающие от холода согревающие чары.       На письменном столе появился очередной клочок желтоватой бумаги на казнь через опечатки.

_________________________

Никаких маленьких топориков на веревочках не видал. Может, начнём уже отлавливать и за большие? Чего мелочиться? Секира — равно — Культ Талоса. У Талоса вообще была секира? Почему именно секира? Почему не меч? Откуда у него на статуях вообще змее-дракон вылезает, которого он им закалывает? Из штанов? Эленвен, это очень важный вопрос! Вам стоит подумать над ним вечерами. Это куда полезнее вынашивания злодейских планов по захвату власти/мира/или чего вам там не хватает для полного снобистского счастья?

_________________________

      Бумажка сворачивается и отправляется в полёт.

_________________________

Госпожа Эленвен, как там дела в посольстве? Тоже мёрзнете? Но у вас хотя бы есть камины в холле! И ковры под ногами. И теплая постель без соломы, впивающейся в за▃▃▃▂▂_____

_________________________

      С широким чернильным росчерком, словно черной полосой, что наступила в жизни Анкано, как только его ноги переступили порог злосчастного логова Скайримских магов, письмо вылетело навстречу бурану.

_________________________

Госпожа Эленвен, а знаете что? ИДИТЕ НА███!

_________________________

      И для полного выброса эмоций, альтмер сам чуть не выбрасывается из окна, удерживаясь на подоконнике одной только не запускающей бумажный снаряд рукой.       По-кошачьи желтый взгляд провожает кривоватое оригами по такой же неровной траектории полёта, заворачивающейся назад и под низ, прямиком об покрытую корочкой льда стену. Цокнув на неудачное приземление не очень заботливо сварганенного «летного аппарата», Анкано перестал искушать судьбу, перевешиваясь за окно на скользком камне и откинулся туловищем обратно в помещение.       Хотя, чего там ему уже искушать, если Анкано уже успел освободиться от «смертных оков» где-то на заднем плане. И самое ироничное — не замёрзнув насмерть, а поскользнувшись. Даже не на льду. На кожуре от бананов, так заботливо присланных целым ящиком другом из родного Ауридона.       Очнувшись на полу со звенящей головной болью НЫНЕШНИЙ Анкано этот самый ящик подхватил в руки и скинул с полуразрушенного моста прямо в пропасть под неодобрительное ворчание Толфдира о «не ценящих хлеб насущный талморских мажорах».       Старик мог брызгать слюнями сколько угодно, считая чужое имущество. Отвратное финансирование скайримских магов не входит в перечень забот талмарского «советника» Архимага. Бананы прислали Анкано — значит, только Анкано имеет право ими распоряжаться. И если он хочет, чтобы эту косвенную причину смерти предыдущего владельца тела размазало по дну пропасти банановой кашей, значит так и будет.       Если бы не эти чертовы бананы, Анкано бы сейчас не был АНКАНО!       Он бы сидел спокойно за своим монитором, и чихвостил тимейтов, так погано сливших драку с последним босом подземелья. То, что он был одним из тех самых тимейтов, конечно же к делу никак не относилось и будет умалчиваться.       Но только посмотрите на него сейчас! Застрял в теле третьесортного антагониста побочной ветки квестов в уже давно порядком поднадоевшей своим плоским сюжетом игры, которую создатели впаривали своим игрокам под новыми обёртками неисчислимое количество раз. Анкано абсолютно уверен, что, даже после его «попадания», в реальном мире они до сих пор это делают и останавливаться не собираются.       Только что теперь ему до их выдавливания из покупателей последних грошей? Он уже «приобрёл» себе издание ПОЛНОГО ПОГРУЖЕНИЯ. Только и остаётся что сесть и примерным злодеем ждать героя, что принесёт с собой сдвиг сюжета и полный хаос с победой «сил добра» в конце. И Анкано бы подождал. Не будь в конце этой детской сказки в обёртке смазливой графики его преждевременной кончины.       У Анкано теперь были острые уши, глаза-миндалины и страшная, напоминающая ястребиную, желтая рожа. А ещё надоедливое начальство, с которым он не хотел иметь никаких дел. Окружение, осуждающее его за каждый вздох и обвиняющее в шпионаже, что, в общем-то, было заслужено. И отвратительные условия жизни, которые ему устроили нордские маги чисто на зло, отправив высокомерного эльфа в крохотную неотапливаемую подсобку спать на кровати из сена, отбрехавшись всё тем же скудным финансированием. Чтоб спесь сбить да проучить нахальную альтмерскую морду.       И со всем этим непотребством можно было смириться-притереться да найти подход. Но вот с помиранием от руки протагониста в конце квеста — НЕТ.       Как оригинального Анкано вообще угораздило оказаться на столь неблагоприятном посту?       Если хорошенько прошуршать по старой корреспонденции альтмера, то напрашивается банальный вывод — сослали за провинность с глаз долой.       Скромный второй сын племянника главы Скайвотча оказался не в том месте и не в то время, ляпнув лишнее не при ком надо. Вот и скатился вниз сначала по карьерной лестнице, а потом и по социальной, став подчинённым уже когда-то ему прислуживающей Эленвен. Без права на фамилию, а только на принадлежность к городу. Единственным его слугой теперь был некий Эстормо, принадлежавший к тому же клану, но совсем уж из нижних ступенек по происхождению. И который на данный момент застрял на бесполезном задании между Виндхельмом и Рощей Кин. А судя по переписке, умом он явно не блистал, как и сообразительностью. Возможно, им по дороге пообедали тролли, но это не точно.       Зато теперь хоть становится ясно, почему Анкано из игры был носителем столь скверного характера под светловолосой головой, и что он такой из себя «породистый» делал на краю волшебной родины старика в красном.       Сослали.       Прямо как рождественского эльфа на болото.       Нынешний Анкано бы уделил пару минуток на оплакивание чужой жестокой судьбы, будь он дома в теплых носках из верблюжьей шерсти и обжигающим пальцы какао. Но он не там. ОН ЗДЕСЬ.       В псевдо-магическом замке, жалкой пародией на зимний Хогвартс, где даже слёзы на глазах грозятся превратиться в льдинки прямо на щеках. Времени и сил на нытьё у него сейчас и потом точно не предвидится.       Надо готовится к приходу протагониста, а потом сбежать под шумок, пока навязчивые гости из Артейума будут раскулачивать и так худую на кошель Коллегию, отжимая Неопознаную Летающую Округлость.       Только вот один вопрос.       А куда бежать?       Анкано с раздражением бросил перо в чернильницу, окончательно изляпав шатающийся еловый стол. Итоговое письмо можно было считать приемлемым. В отличии от его новой жизни.       Желтые глаза разочарованно оглядели комнату, застыв взглядом на вновь распахнувшемся от бури окне.       Неба сегодня не видно.       Как и будущих перспектив.

***

      На следующий день небо всё ещё оставалось молочно-непроглядным, а настроение приторно-гадким. Из дел у «почетного» советника Архимага были только пристальные наблюдения за каждым неровным вздохом и активное изображение из себя чванливого соглядатая со сщуриными в заковыристом подозрении до тонких щёлок глазами-миндалинами.       На самом деле он щурился от беспрерывно царапающих лицо снежных хлопьев, проникающих даже во внутренний двор замка и залепляющих лицо белой маской. Но кого волнуют проблемы Талморского эльфа, кроме самого Талморского эльфа?       Среди новеньких учеников, собравшихся в кучку возле статуи мага в разлетающихся от мнимого ветра каменных одеждах, не было видно ни одной выделяющейся личности. Тем более громадного мужика в рогатом шлеме и выражением героической ярости на небритом лице 24/7, коего, если судить по официальным артам игры, можно было считать каноничным Довакином.       Какая радость — сегодня для Анкано обратный отсчет не начнётся! У него есть целый год до следующего набора на подумать. А, возможно, и несколько лет, если судить по намного более молодо выглядящей Мирабелле Эрвин, хлопочущей над просвящением дуэта свеженьких мажков в быт Коллегии Морозяка-деревни. При этом одеяния она носила не в цвет и вышивку мастера-волшебника, а скромного эксперта. Что прямо-таки красным указателем намекало на далекий доканонический вакуум безсобытийных времен. А ещё на то, что Архимаг на бретонку свесил почти все свои обязанности даже раньше, чем та успела получить титул мастера-волшебника.       Но всё равно, самое главное — это тишина и полное отсутствие происшествий, не считая взорванного Толфдиром кальцинатора в подвале Зала Достижений.       И Анкано собирается проследить, чтоб так всё и оставалось, пока он втихаря собирает талморское жалование в схрон под соломкой и мечтает о лучшей жизни где-нибудь на берегу лазурного моря под теплыми лучами жаркого солнышка. В его отчётах не будет упоминаться никаких подозрительных экспериментов/людей/меров/сфер, дабы подковыристое начальство не запрягло его разбираться с лишними проблемами, а то и хуже — прислало кого-нибудь из сослуживцев, знающих каким поведение оригинального Анкано должно быть на самом деле.       И раз у него так много свободного времени, то почему бы не потратить его в библиотеке за «освежением» памяти в теории магии?       Нет, что Вы! Анкано вовсе не забыл все заклинания разом, кроме инстинктивного согревания заледеневших ушей. В него не вселялся никакой попаданец из мира с полным отсутствием реального волшебства. Он просто «освежает» память. И СЛЕДИТ! А то… ВДРУГ в книгах найдётся шпионская переписка против великого и непоколебимого Талмора с целью восхваления большого дрына Талоса, коим он заколол ящерицу-предка похотливой аргонианской… кхем-кхех! Заколол змею. Да.       Лучше от смены течения мысле-фразы не стало.       Но стоило ему только развернуться к воротам главного здания, как по плечу мягко похлопали и «безапелляционно» развернули назад, лицом к всё той же статуи мага-оборванца. И маленькой женщине, дышащей ему буквально в пуп… ладно в ключицы. Не настолько для бретонки Мирабелла была низкой, но, всё равно, значительно меньше рослого альтмерского мужика.       Без лишних «здрасьте» волшебница достала из сумки небольшой свёрток и припечатала им Анкано прямо по грудине.       — Что за… шутки, эксперт Эрвин? — машинально эльф подхватил свёрток в руки, стоило только бретонке его отпустить.       — В Коллегии недавно выдали дополнительные теплые вещи в связи с аномальными холодами. Видимо, ответственный за списки маг забыл включить Вас. — снизошла девушка до объяснений, высказав их таким тоном, будто произошедшее совершенно естественно и буднично, а недоумение Анкано вовсе излишне.       С видом на голову занятой учительницы Мирабелла вернулась к новоявленным магам, оставив альтмера в недоумении взирать ей в след.       В свертке оказалась пара белых утеплённых рукавиц из медвежьей шерсти.       …       Маленькие радости.

***

      На какой покой, спрашивается, надеялся Анкано, проживая в крепости полной опасных магических артефактов без положенной инструкции по применению в непосредственной близости к деятельным малолетним ученикам, не прошедшим даже обобщённой техники безопасности на первом занятии?! Хотя чего ожидать, когда занятие это каждый раз ведёт Толфдир-бочку-с-забрадившей-энтоломой-открывастер-на-весь-зал-достижений-взрывастер?       Вот и теперь очередная партия слабых на инстинкт самосохранения учеников из недавнего, и, по слухам, самого большого за десять лет набора умудрилась разбудить талморского соглядатая своим шушуканьем у входной двери Зала Достижений. Совершенно игнорируя тот факт, что «глядеть» в два часа ночи он совершенно не желает!       — Ребят, мне кажется — это плохая идея… — прощебетал полушепотом писклявый юношеский голос. Что бы он со своими «подельниками» там не обсуждал, Анкано искренне уверен, что его мнение окажется единственно-разумным.       — С-с-свернул с-с-свой трус-сливый хвос-с-ст, Синус?       А по-арганиански, значит, шипит его друг Косинус, альтмер правильно понимает?       — Нет! — шикнул всё тот же голос имперца, пока Анкано посильнее укутался в козью шкуру, что здесь использовалась вместо нормальных одеял с наволочками. Он ничего не слышит. Он ничего не видит. И не о чем не скажет Эленвен. Прямо как обезьянка из теплых лесов на Ауридоне. — Но на кольцах выгравированы имена магов, что раньше учились здесь на том же курсе, что и мы. И знаешь, что написано в их аттестате за первое полугодие? Прочерк! И сноска на смерть при загадочных обстоятельствах. Хотите повторить их опыт?       — Значит, они были идиотами и перепутали расположение колец на перчатке. — хмыкнул в ответ заносчивый женский голос со свойственной данмерам хрипцой.       — А у нас есть их точный порядок, так что всё получится! Только представьте, какие тайны может скрывать дух короля абесинских пиратов. У него наверняка была куча до сих пор не найденных кладов! — ещё один имперец, акцент схож с писклявым.       — У катжита нюх на пиратское зо-о-олото. На любое зо-о-олото. Мы разбогатеем, Си-и-инус. Ну же! Пойде-е-ем.       — Знаете, ребята… Я, пожалуй, пас.       Верно, Синус. Иди спать. А Косинус с Биссектрисой и Тангенсом с КОТангенсом пусть идут набивать свои шишки сами.       — Ну и даэдра с тобой! Нам золота больше достанется. У Велека Сейна его несметные горы.       Звук хлопнувшей от ветра двери ознаменовал конец заговорческим перешептываниям.       Неужели даже сейчас никто из здешних учителей не проснулся? Ладно Толфдир — старый пень, чей храп перекроет всякий шум вокруг него. Но Мирабелла же должна была отреагировать на шум!       Дурные детки, не дающие спать ответственным лю… эльфам и возомнившие из себя искателей пиратских сокровищ.       Стоп, погодите. Пираты, Велек Сейн, кольца…       Только не говорите ему, что это тот самый короткий побочный квест Коллегии с даэдрической перчаткой? Там же было не так много скелетов. И все старые. Значит на этот раз никто не помрёт и Анкано не нужно заботиться об неожиданных кляузах для Эленвен.       И опять — стоп.       Зато при призыве даэдра-пирата появляются четыре черепа. И неизвестно чьих.       А вот вдруг?       А вот если?       Заинтересует ли Талмор артефакт, держащий под контролем Ужас Морей? Конечно же — да.       Узнают ли они об этом из слухов об очередных померших учениках, даже если Анкано не обмолвится об этом в письме? Да.       Пошлют ли они проверку? Третий раз — ДА.       Проклиная не способный усидеть на месте молодняк, Анкано с солдатской скоростью натянул на себя теплую мантию и совершенно не греющие пальцы сапоги, захватив на пути к двери из комнаты со стола белые рукавицы и заточеный кинжал из лунного камня. На всякий случай. Если не успеет остановить бедокуров до того, как те призовут бессмертного пирата из Обливиона. Он не высокий эльф с рождения, чтобы безоговорочно доверять магии.       Спустившись на этаж ниже, он заметил приоткрытую дверь в комнату Эрвин, что располагалась ровнёхонько ниже его подсобки. Из комнаты поблёскивал еле видимый теплый свет, и, поддавшись любопытству, Анкано заглянул внутрь.       Мирабелла уснула прямо за столом в ворохе исписанных документов под светом одного единственного огарка свечи.       Но нос Анкано не был бы столь длинным и любопытным, если бы не ощутил своим кончиком поток теплого воздуха, исходящий из комнаты эксперта. Одна только свеча не могла протопить комнату до столь… завидно комфортной температуры. Взгляд зацепило холодное свечение из угла чужой комнаты, которое не доходило до двери, а там…       Оу. Магическое бездымное пламя в специально встроенном камине.       Почему у Анкано на втором этаже нет такого?!       Бессовестный остракизм.       Огарок свечи уже совсем растаял, грозясь задеть пламенем одну из ближайших бумаг.       И Анкано бы мог оставить без внимания чужую пожароопасную ситуацию в ответ на игнорирование его ужасных условий проживания.       Но Мирабелла подарила ему тёплые вещи, когда они особенно были необходимы его замерзающим пальцам.       Поэтому, Анкано щёлкнул этими самыми пальцами и потушил свечу магическим импульсом.       А потом молча ушёл в Мидден.

***

      Или телу Анкано не хватало физической подготовки, или у убежавших учеников между ягодиц росло по две реактивных турбины. Других объяснений мгновенно скрывшимся в темноте подземелий четырём недорослям у альтмера не было. Бегать по покрытым паутиной и плесенью коридорам не входило в ТОП 10 любимых занятий Анкано в обоих жизнях, и даже не в ТОП 100, но из-за квартета недопонятых гениев теперь ему приходится прочесывать весь Мидден словно псу-ищейке, зарываясь носом в паутину всё больше и больше. Анкано только чудом ещё не попадались драугры и прочая нечисть. Пауки хоть и были размером со здоровенную овчарку, но легко убивались кинжалом по брюху и шкварчали от простых огненных заклинаний как залитый маслом кусок курицы во фритюре.       Забравшись глубоко в темень, за одной из скрипучих дверей он встретил уже вовсе не стаю мохнатых паукообразных, а нечто более дружелюбное, но менее… осязаемое.       — Кто тревожит одинокий покой Авгура Данлейнского? Очередной ученик в поисках знаний? Или… ах? Советник… Не думою, что Архимаг давал Вам право находится… здесь.       Откуда он это сказал? Откуда?       Странная, светящаяся хрень!       — Это общественный подвал, НЛО. — с не наигранным раздражением отмахнулся высокий эльф от сгустка света. — Не моя проблема, что ты тут живешь. Здесь могут ходить всё. А это уже входит в перечень моих проблем. Здесь пробегала мимо банда полоумных детей? Ящерица, данмерка, нед и кот.       Разумный диско-шар не ожидал от талморского засланца подобной прямолинейности и завис на недолгое мгновение, показавшееся Анкано вечностью, за которую он бы уже давно успел найти сбежавших учеников. Ну, или хотя бы их трупы.       — Эн-лэ-о… что? Какие дети? Ученики? Зачем тебе наши ученики? Их личные эксперименты не входят в твою юрисди…       — НЕ СДАЛИСЬ ОНИ МНЕ НИКАКИМ МЕСТОМ! — терпение лопнуло натянутой тетивой, грозя расхлестать всех поблизости, включая и хозяина, и того, кому не посчастливилось дернуть её последним.       А за два месяца с ним практически никто не разговаривал хоть с минимальной вежливостью для вида, кроме кратких фраз от Мирабеллы в начали его «жизни» здесь.       Зломерзотный остракизм!       Враждебный бойкот!       Ссылка в квадрате!       Осточертели!       — ИХ ПО ГОЛОВЕ УДАРИЛА ЗОЛОТАЯ КУВАЛДА, И ОНИ НАМЕРЕВАЮТСЯ ВЫЗВАТЬ ДУХ КОРОЛЯ АБЕСИНСКИХ ПИРАТОВ! А ОН – СРАНЫЙ ДАЭДРА, ПЕРЕРЕЗАВШИЙ ДО НИХ ЦЕЛУЮ ГОРУ УЧЕНИКОВ! ЕСЛИ ПОДОБНОЕ ПРОИЗОЙДЁТ ПРИ МНЕ, ПИШИ — НЕ ПИШИ Я ДОНОС, СТОИТ ТОЛЬКО РАСПРОСТРАНИТЬСЯ СЛУХАМ, И СЮДА НАГРЯНУТ ТАЛМОРСКИЕ ИЩЕЙКИ В ПОИСКАХ «ОПАСНЫХ» АРТЕФАКТОВ ДЛЯ «УПРЕЖДАЮЩЕГО» ИЗЪЯТИЯ. А ОНИ МНЕ ТУТ НЕ СДАЛИСЬ КАК ГРИБОК НА ПАЛЬЦЕ! И ПОВЕРЬ ТЕБЕ ТОЖЕ. ИБО НА ТВОЮ БЕСТЕЛЕСНУЮ ОБОЛОЧКУ ОНИ ТОЖЕ ПОЗАРЯТСЯ! ТАК ЧТО, ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ ВТЫКАТЬ МНЕ ПАЛКИ В КОЛЁСА, ЛУЧШЕ ТЕБЕ БЕЗ УВИЛИВАНИЙ СКАЗАТЬ ВИДЕЛ ТЫ ИХ ИЛИ НЕТ!       И опять эта тишина с утекающим сквозь пальцы временем!       Мысленно сплюнув, Анкано развернулся обратно к выходу продолжить поиски, но тут Авгур наконец подал голос:       — Почему ты не поступил проще и не сообщил учителям?       — Ко мне бы прислушались?       Время. Он терял время.       — Нет. — без раздумий ответил дух.       Вот вам и «советник» которого никто не слушает.       — Тогда не давай мне глупых советов, НЛО.       — Я не даю глупых советов. — возмутился бывший бретонец, блеснув синим светом. — В Миддене ощущаются четыре живых сигнатуры ниже по коридору. И моё имя Авгур Данлейнский, а не Эн-лэ-о.       Получив неохотную подсказку, эльф выскочил за дверь в указываемый коридор.       — Не стоит благодарностей! — с сарказмом крикнули ему в след.       — А я и не собирался! — так же зубоскало бросил альтмер через плечо.

***

      — Тупые, безмозглые, альтернативно одарённые бестолочи…       И ещё 20+ синонимов для отсутствия мыслительных процессов крутилось у Анкано под черепом, пока он активно пытался спасти чужие черепа от отделения с шей посредством отрубания их скимитаром.       — Вы пожалеете, что связались с Велеком Сейном!       Анкано уже пожалел. И о том, что встал с кровати — тоже. Ученики бы с ним согласились, если бы в этот момент не жались за его спиной в общий комок страха, слёз и соплей.       — Клянусь, если выживу — спущусь в Винтерхолдский кабак и напьюсь до беспамятства в самом темном и чистом углу.       Даэдра с рыком понёсся прямо на причитающего альтмера и…       Поскользнулся на подтаявшей от тепла огненных заклинаний ледяной корке.       Кинжал вошёл в неприкрытую доспехами грудину как в желе. По самую гарду.

***

      Вылезать из магического подвала с висящими на его плечах рыдающими детьми — последнее, о чем мечтал Анкано, когда ложился спать в холодную кровать с жестким козьим одеялом.       — Какая… неожиданность.       Встреча с Архимагом в окружении половины преподавательского состава Коллегии под хлещущей по лицу метелью — тем более.       Значит, у Авгура всё же был способ связаться с кем-то из магов на поверхности. Анкано почти уверен, что этим кем-то мог оказаться сам Архимаг. Раз так, то почему они всей дружной компанией ждали здесь, пока мер разберется с королем пиратов, вместо того, чтобы спуститься на помощь своим драгоценным ученикам? Или, а-а-а…       Всё ясно.       Жизни нескольких учеников приемлемая цена за избавление от талморского надзирателя «чужими» руками. Авось — не справится, и даэдра окажется сильнее надоедливого альтмера.       Талморец с воза — Коллегии легче, так?       Вот жеж беспринципное сборище инфантильных остолопов!       Избавятся от него — Талмор пришлёт другого на замену.       Который, в отличие от Анкано, строчить будет как примерный мальчик о каждом неверном вздохе, чихе и отрыжке.       Но у здешних фокусников, видимо, зуб подточен чисто на Анкано по дефолту. Канонично и не поддаваясь здоровой логике.       А, впрочем… хрен с ними! Анкано тоже не намерен терпеть их больше положенного.       — Неожиданность — это то, что в этой мажьей богадельне хоть кто-то проснулся от громкого шума. — без угрызений совести окатил ядовитыми словами Архимага альтмер, поднимаясь из люка наземь и отшвыривая учеников ближайшему магу в «объятия», словно нашкодивший пушистый выводок. Магом оказался выглядящий столь же измотанно, как и талморец, — Финис Гестор, чуть не свалившийся навзничь от столь радушного подгона полутрупов.       Не робей, Гестор. Ещё чуть-чуть подшаманить — и готовые подопотные прям по твоей части. Не склочный альтмер, но тоже ничего улов.       А Анкано их «весёлую» компанию, пожалуй, покинет. До утра — уж точно.       Лишь бы не видеть эти зае… надоевшие рожи.       Под хлопанье кожаного подола талморсого плаща, мер развернулся в сторону полуразрушенного моста с намереньем исполнить свою недавнюю клятву.       Толпа чародеев разошлась перед ним подобно водам Черного Моря, или как от прокажённого заразной хворью. И только одна рука в конце сборища на мгновение приостановила его, слабо придержав за предплечье.       — Ты в порядке? — единственный голос, не вызывающий прогорклого раздражения. Разумеется, это она. Единственный человек на весь Хогвартс курильщика, ещё не потерявший банального чувства порядочности.       А ведь, правда: В порядке ли Анкано, господа «хорошие»?       Не задел ли его даэдра? Не получил ли он сотрясение? Внутреннее кровотечение? Яд с лезвия? Сломаные кости? А не стоит ли его проверить, хотя бы для виду доказывая свою компетентность, м? Эксперт Колетта Маренс, как думаете? Нет? Ну, тогда так в следующем письме «начальству» и напишем — маги в Коллегии Винтерхолда — бездари!       Касание к плечу заметно затянулось, но и с ответом бретонка его не торопила, как и прочий мажий сброд, столпившийся наседками возле виновников переполоха, но при этом краем глаза наблюдая за взаимодействием всеми ценимой коллеги с нежелательным элементом.       Да не сожрёт же он её! Честное слово! Что с ними не так?       — В полнейшем.       Краткость — сестра таланта. И друг социопатов.       И Анкано рискует заработать себе сие отклонение в ближайшее время. С таким-то окружением.       Ему даже не нужно было дёргать плечом, отпустили сразу же, как отозвался.       А потом он, в возможно-травмированном-виде, поперся среди ночи по скользкому, извилистому мосту с частично обрушенными в море ограждениями и каменной кладкой.       В город.       Неблагородно пить неблагородное поило в неблагородной обстановке.       Но уж лучше там, чем среди тех, кто так легко отпустил его в подобном состоянии.