Грязь. Цена фамилии.

Теплый свет лампы падал на стол, освещая края тарелок и свежий хлеб, только что разломанный. Запах запеканки с сырной корочкой смешивался с ароматом дождя, тянувшегося из приоткрытого окна. Мира, с усталыми морщинками у глаз, ставила блюдо, напевая старую мелодию. Ее улыбка была мягкой, но тени под глазами выдавали бессонные ночи. Напротив сидел Даймонд, высокий, с сединой на висках, теребя кольцо на пальце - старый талисман. Его взгляд на жену был теплым, но с привкусом тревоги, будто он листал альбом, зная, что последняя страница вырвана. Осень тогда была вязкой, тихой, той, что приходит только в начале двухтысячных: мокрая листва, холодный воздух и что-то невысказанное в каждом дыхании. За столом сидели двое мальчиков. Восемнадцатилетний Энцо, крепкий, с уже взрослым взглядом, резал мясо с точностью часов. Ричард, десятилетний, с растрепанными темными волосами и глазами, черными, как уголь, рисовал пальцем узоры на запотевшем стекле. Для них это была обычная осень - та, что еще пахла детством. Последняя мирная. - Энцо, я сегодня Мэда обвел на поле! Он прямо в грязь шлепнулся!- Ричард ткнул вилкой в воздух, будто мяч все еще летел. Энцо усмехнулся, но глаза остались серьезными. - Ешь, герой. А то мама опять скажет, что тарелку не дочистил. - Я не мою посуду!- Ричард надул губы, пряча кусок хлеба под стол, для соседской собаки. Мира рассмеялась, поправляя скатерть. Ее рука дрогнула, когда она наливала воду. Даймонд заметил. Его пальцы сжали кольцо. Дом дышал. Смех, звон посуды, скрип половиц. Живой. За окном шел дождь, где-то лаяла собака, вдалеке смеялись прохожие. Обычный вечер. Стук в дверь. Резкий. Как выстрел. Мира замерла. Даймонд нахмурился, встав. - Сиди,- сказала она, голос чуть дрожал.- Я открою. Он хотел возразить, но кивнул. Мира пошла к двери, напевая тише, будто успокаивая себя. Половицы скрипнули под ее шагами. Выстрел. Один. Пронзительный, как треснувший лед. Мира рухнула, платье пропиталось кровью, теплой, с запахом железа. - Мира!- Даймонд опрокинул стул, бросился к ней. Его взгляд метнулся к сыновьям.- Энцо, спрячь Ричарда. Быстро! - Отец, я останусь!- Энцо вскочил, кулаки сжаты.- Я не ребенок! - Подумай о брате,- рявкнул Даймонд, выхватывая пистолет из-под рубашки. Он исчез в коридоре, где тени глотали свет. Энцо схватил Ричарда за руку. Глаза распахнуты, но слез нет. - Энцо, это… игра?- прошептал Ричард, голос тонкий, как нитка. - Тихо.- Энцо потащил его к старому шкафу в углу. Дверца скрипнула, пахнуло пылью и мышами. Он втолкнул брата внутрь, сжал его плечи. - Ни звука, Рич. Слышишь? Ни одного. - Но ты вернешься?- Ричард вцепился в рукав брата.- Ты обещал, как в сарае… Энцо кивнул, провел рукой по его макушке, как тогда, когда учил его кататься на велосипеде. Держи крепче, Рич, не бойся,- говорил он, смеясь. Сейчас смеха не было. Он достал из комода нож- старый, с потертой рукоятью- и вложил в ладонь брата. - Если кто-то придет… режь. Прямо в сердце.- Его глаза потемнели.- Я вернусь. Дверца хлопнула. Тьма. Ричард сжал нож, ногти впились в ладони. Запах пыли душил. Он вспомнил, как Энцо учил держать нож: Он- твой друг, Рич. Тогда это была игра. Теперь сердце колотилось, как пойманный зверь. Он шептал: Это не по-настоящему. Энцо вернется. Снаружи - голоса. Чужие, резкие. Выстрел. Еще один. Тяжелое падение. Ричард прижался лбом к стенке шкафа, не дыша. Брат сказал - сидеть. Энцо вбежал в гостиную, скользя по паркету. Даймонд стоял на коленях над Мирой. Ее платье пропиталось кровью, пальцы дрожали. Она еще дышала, слабо, как угасающий свет. Над ними - трое в черном. Без масок. Один, с перстнем в виде змеи, смотрел, как на шахматную доску. Другой, со шрамом через бровь, сплюнул. - Мама…- Энцо упал рядом, коснулся ее щеки. Ее глаза нашли его. - Ричард?- прошептала Мира. - В безопасности,- выдохнул Энцо. Она слабо улыбнулась - и затихла. - А вот и еще один пес Пейджей,- мужчина с перстнем усмехнулся, будто видел шутку.- Даймонд, ты выбрал не ту сторону. - Что вам нужно?- Даймонд встал, закрывая сына. Его голос был тверд, но руки дрожали. - Послание Грегори Пейджу,- сказал мужчина с перстнем, поправляя манжеты.- Матчелло не прощают. Энцо сорвался. Ударил ближайшего в грудь, рванул за ворот. Но удар в живот отбросил его к стене. Он задохнулся, но не закричал. - Храбрый щенок,- мужчина со шрамом хмыкнул.- Как папаша. Даймонд шагнул вперед, пистолет в руке.- Уходите. Или пожалеете. - Поздно жалеть,- голос с перстнем стал холодным.- Ты был верным псом, Даймонд. Но псы умирают. Выстрел. Пуля вошла в грудь. Даймонд вздрогнул, но стоял. Его глаза нашли Энцо. - Запомни: мы держим слово. Второй выстрел- в висок. Он рухнул. Энцо бросился к отцу, захлебываясь.- Папа… Холодный металл коснулся его шеи.- Сын за отца. Хлопок. Энцо упал на грудь Даймонда. Два тела слились в одно. Тишина. Только часы тикали, равнодушные. Снаружи смеялись прохожие, не зная, что их мир горит. Мужчина с перстнем оглядел комнату.- Жестоко? - Они должны были понимать кому переходят дорогу,- отозвался другой, с нервным смешком.- Матчелло не прощают. - А второй малец?- спросил третий, щурясь в коридор. - Плевать,- махнул перстнем.- Сдохнет где-то в подворотне. Они ушли, оставив запах пороха. Время тянулось, как смола. Ричард сжимал нож, сидя в темноте шкафа, где запах пыли и мышей душил его. Он шептал: Энцо вернется, но сердце знало правду. Выстрелы, падение тел, чужие голоса - все затихло, оставив только тиканье часов. Свет ворвался, когда дверца шкафа распахнулась. Ричард рванулся вперед, как звереныш, сжимая нож. Он целился в тень, но сильная рука в кожаной перчатке поймала его запястье. Нож звякнул о пол. - Ричард, остановись! Это я, Вито!- голос был хриплым, знакомым, но надломленным, как треснувшая ветка. Мужчина со шрамом на подбородке смотрел на него. Глаза Вито, обычно теплые, как у отца, когда они смеялись над его байками о старых делах, теперь были красными, полными боли. Он держал Ричарда крепко, но не грубо, будто боялся сломать. Ричард замер, узнавая шрам, голос, запах табака и кожи. Вито, который приносил ему леденцы. Друг отца. Но ярость была сильнее. - Нет!- закричал Ричард, вырываясь и царапая его руки.- Энцо обещал вернуться! Где он? Где мама? Вито опустился на колени, не отпуская запястья мальчика. Его взгляд дрогнул, будто он видел не Ричарда, а Даймонда - друга, которого не спас. - Рич… мне жаль,- прошептал он, голос сломался.- Они… их больше нет. Ричард бился, но силы таяли. Второй мужчина, с сединой, стоял позади, молча глядя в сторону. Пол был скользким от крови, ботинки хлюпали. Вито потянул Ричарда к коридору, где лампа качалась, бросая тени. Мира лежала, будто спала, с бледной улыбкой. Даймонд и Энцо - вместе, как в ту грозу, когда они спали в одной кровати, а Ричард боялся молний. - Мама спит, да?- прошептал Ричард, голос дрожал, как лист на ветру. Он не плакал. Только смотрел. Вито сжал его плечо, пальцы дрожали. - Идем, малец. Здесь опасно.