Воспитание маленького чудовища / Raising Little Monster

      Глава 1. Игра начинается       Ранним утром солнце мягко осветило просыпающийся город. В «городской деревне» в самом центре мегаполиса трудолюбивые владельцы малого бизнеса уже развернули свои палатки с завтраками. Офисные работники один за другим выходили из жилых зданий и по пути к метро покупали у придорожных торговцев жареные полоски теста ютяо и булочки баоцзы.       Когда ютяо опускали в кипящее масло, раздавалось аппетитное шкварчание, разносящее повсюду аромат повседневной жизни.       В одной из квартир жилого дома телефонный звонок разбудил Тан Сяо, который только-только заснул, просидев за компьютером большую часть ночи.       Тан Сяо поднял голову, чувствуя себя совершенно дезориентированным, и бросил взгляд на лежащий рядом телефон. Определитель номера показал: «Сяо Лицзы». Это был видеозвонок.       Движением длинного тонкого пальца он принял вызов, и на экране появилось красивое лицо, знакомое ему с самого детства.       — У тебя такие жуткие круги под глазами. Опять вчера засиделся допоздна?       — Ага, вчера давали двойные награды, — зевнул Тан Сяо. Темные круги под его глазами были настолько тяжелыми, что он вполне мог составить конкуренцию пандам — «национальному сокровищу» страны.       Ли Му на другом конце провода цокнул языком:       — Слышал от твоего соседа по комнате, что ты вчера прогулял занятия?       В перерывах между попытками запустить свою игру Тан Сяо ответил сиплым от недосыпа голосом:       — Тебе что, заняться нечем? Нашел время расспрашивать о моих прогулах.       — Есть немного. Лабораторный проект, над которым я работал в последнее время, провалился, и «босс» в ярости. К счастью, во время эксперимента мы получили побочный результат, и сейчас переключились на это направление... Нет! Ты мне зубы не заговаривай! Ты так и не ответил! — Ли Му едва не позволил другу сбить себя с толку.       Тан Сяо переложил телефон в другую руку.       — Не волнуйся, я знаю, что делаю. Я всё равно не собираюсь зарабатывать на жизнь этой специальностью. Мне просто нужно получить диплом.       — Ну, это правда. Если ничего не выйдет, всегда можешь вернуться и работать в компании семьи... — пробормотал собеседник. Видя, что у Тан Сяо есть свои соображения, он не стал больше настаивать. В конце концов, его друг детства явно не умрет с голоду. — Раз уж ты так хочешь стать игровым стримером, почему бы тебе не попробовать одну популярную сейчас новинку? Она невероятно сложная, многие про-игроки на ней погорели. Если у тебя получится её пройти, ты сможешь прославиться в один миг.       При упоминании сложной игры Тан Сяо проявил интерес:       — И как она называется?       — «Эпоха грибов».       Тан Сяо вышел из игры, которую только что запустил, и открыл почтовый ящик. Тот был забит спамом, но он безошибочно отыскал нужное письмо.       «Эпоха грибов приглашает вас принять участие в бета-тестировании».       — И правда, пришло, — пробормотал Тан Сяо и начал искать информацию об «Эпохе грибов» в интернете.       Странно, но хотя игра вызвала бурные обсуждения в сети, скриншотов и видеороликов было крайне мало. Тан Сяо долго искал, но нашел лишь общие сведения. Говорили, что игровой мир — это реальность, захваченная грибками, где люди выживают на базах, из последних сил борясь за существование.       Внезапно рука Тан Сяо замерла, и курсор мыши остановился.       Перед ним была редкая фотография — изображение странного существа кроваво-красного цвета.       Это была красная форма жизни размером примерно с тарелку.       Именно «форма жизни» — некоторые пользователи даже сомневались, животное ли это, потому что у существа не было привычных костей и кожи. С первого взгляда становилось ясно, что это не природное создание. Видимая часть состояла из чего-то похожего на мышечные волокна, сбитые в бесформенные комки. Когда волокна раздувались, между ними обнажались многочисленные глазные яблоки, которые смотрели в камеру злобным и свирепым взглядом.       Всего одного взгляда хватило, чтобы Тан Сяо оказался заворожен этим странным существом.       У него были весьма специфические вкусы. Тан Сяо мало интересовали пушистые зверьки, которых так любят люди; напротив, ему нравились существа вроде новорожденных карликовых игрунок или звездоносов, которые казались обывателям пугающими.       Его очаровывала абсурдная красота, выходящая за рамки человеческого воображения.       Большинство фотографий в альбоме его телефона были снимками различных биологических организмов в высоком разрешении. Когда он подавал документы в университет, он вписал факультет биологии третьим вариантом, потому что подсознательно хотел изучать этих странных существ, не зная, существуют ли они на самом деле.       Конечно, после поступления он понял, что реальная биология сильно отличается от его фантазий. А вот монстры, появляющиеся в играх, гораздо больше соответствовали его чувству прекрасного.       Просмотрев на фото пять минут, Тан Сяо медленно выдохнул и нажал кнопку «Сохранить».       Он уже начал с нетерпением ждать начала игры.       ...       Три дня спустя ему доставили шлем виртуальной реальности.       Тан Сяо немедленно надел его и запустил систему.       Страница входа выглядела довольно заурядно: футуристичные синие тона, никакого выбора внешности или класса. Вместо этого высветилось игровое соглашение.       «Данная игра находится на стадии бета-тестирования. Если во время игрового процесса вы почувствуете недомогание, немедленно покиньте игру. В настоящее время функция воскрешения отсутствует, пожалуйста, действуйте с осторожностью».       «Пожалуйста, относитесь к этому миру как к своей второй жизни».       «Довольно любопытное заявление».       Тан Сяо не бездельничал в ожидании шлема. Он изучил все доступные гайды. Говорили, что игра управляется продвинутым искусственным интеллектом и не ограничена никакими рамками — это была абсолютно свободная и реалистичная «песочница». Даже основные задания у каждого игрока были разными.       Самое главное — игра была сложной, запредельно сложной. Согласно жалобам пользователей, механизма возрождения не существовало. Умер в игре — значит, проиграл окончательно. Некоторых игроков монстры убивали сразу после входа, так что те даже не успевали понять, что произошло.       Эта высокая сложность, несомненно, подстегнула азарт Тан Сяо.       Уголки его губ под шлемом приподнялись. Он нажал кнопку «Я понимаю» и без колебаний начал игру.       «Желаем вам успешного выживания и приятной игры».       Холодный механический голос прозвучал в ушах, и Тан Сяо открыл глаза в темноте...       — Быстрее, снимай одежду.       «Ничего себе, какое интригующее начало».       Тан Сяо огляделся и понял, что находится в помещении в холодных тонах, напоминающем раздевалку или дезинфекционную комнату.       — Снимай одежду и проходи дезинфекцию. — В комнате был еще один человек в белом халате, похожем на одежду исследователя, с эмблемой на груди. Он холодно взглянул на Тан Сяо, который всё еще не шевелился. — И это нынешнее качество новобранцев? Как тебя вообще отобрали?       [Фердинанд Бэббит, исследователь организации «Третий глаз»]       Тан Сяо дернул уголком губ и последовал примеру остальных: продезинфицировал руки, снял свою куртку и надел приготовленный белый халат.       Когда процедура закончилась и охрана ушла, Бэббит повел их по коридору, попутно объясняя ситуацию:       — Для вас большая честь быть выбранными «Третьим глазом» на роль ассистентов лаборатории. В лаборатории необходимо соблюдать множество мер предосторожности...       Слушая его, Тан Сяо начал собирать информацию.       «Он» играл роль мелкого сотрудника, который только что присоединился к исследовательскому институту организации и в будущем станет научным работником.       «Третий глаз» в этой игре был печально известной зловещей организацией — пристанищем безумных ученых, специализирующихся на создании всяческого биологического оружия.       Тан Сяо не ожидал, что его забросит в самое логово врага сразу после входа. Что это, уровень сложности «Ад» со старта?       Похоже, основной сюжет будет разворачиваться в этом институте. И какова цель? Уничтожить его? Или работать под прикрытием?       Пока Тан Сяо размышлял, как активировать сюжетную линию, Бэббит привел их в центральную зону лаборатории. На его лице появилась загадочная улыбка.       — Вам повезло, что вы успели взглянуть на это до того, как объект будет утилизирован. Наблюдайте внимательно, новички. Это один из подопытных главного исследовательского проекта «Третьего глаза». Если этот проект увенчается успехом, весь мир содрогнется под его мощью.       Все присутствующие с любопытством подняли головы. Тан Сяо не был исключением — он уставился на зону, отделенную пуленепробиваемым стеклом.       При первом же взгляде его зрачки сузились, а пульс, отслеживаемый игрой в реальном времени, участился.       Это существо соответствовало его вкусам даже больше, чем он мог вообразить.       Между фото и реальностью была огромная разница.       Кроваво-красный маленький монстр медленно извивался за стеклом лаборатории, оставляя за собой липкие нити. Невооруженным глазом было видно, что эти волокна — не мышцы, а скорее некое нитчатое вещество, напоминающее мицелий.       Словно тонкие кровеносные сосуды, они отделялись от тела и кожи, зависая в воздухе. Между сплетениями мицелия едва виднелись оранжево-желтые вертикальные зрачки. Они могли появляться на любой стороне бесформенного комка, подобно неньютоновской жидкости.       Странно и пугающе.       Гриб? Животное? Или растение? Трудно сказать. Казалось, оно обладало характеристиками всех трех видов, но в то же время было чем-то совершенно иным. Монстр полностью противоречил всем известным биологическим знаниям. Его невозможно было классифицировать — он словно стоял за гранью науки.       Глубоко в генах проснулся инстинктивный страх, кричащий о том, что от этой твари нужно держаться как можно дальше. Лица присутствующих изменились — они словно встретили своего естественного врага в пищевой цепи.       Лицо Тан Сяо тоже изменилось: на щеках появился невольный румянец, а мышцы глаз мелко задрожали. Разум и безумие вступили в схватку: разум велел немедленно уйти, в то время как безумие требовало подойти ближе.       «Посмотреть еще разок... на этого прекрасного монстра».       Тан Сяо подсознательно сделал шаг вперед. В этот момент он выделился из толпы новичков, даже не заметив, как над его головой медленно заработала вентиляционная система.       В это мгновение поток воздуха изменился.       Монстр замер на две секунды.       Под шокированными взглядами людей объект размером с тарелку мгновенно метнулся из угла лаборатории и ударился о пуленепробиваемое стекло.       Несколько новичков, стоявших рядом, вздрогнули и едва не повалили лабораторный стол позади себя. Тан Сяо тоже очнулся от наваждения. На прозрачной стеклянной стене извивались кроваво-красные волокна, глазные яблоки прижались к стеклу. Они вращались, как у волка, почуявшего мясо; монстр использовал рецепторы, о существовании которых никто не подозревал, чтобы уловить каждую молекулу запаха в воздухе.       Волоски на затылке Тан Сяо встали дыбом. Его сердце забилось чаще, система едва не выдала предупреждение.       «Что... оно чует?»       Тан Сяо невольно отступил в толпу. Вокруг шептались испуганные новички, но он не чувствовал себя в безопасности.       Потому что этот странный оранжево-желтый вертикальный зрачок смотрел прямо на него.       Ладони Тан Сяо вспотели. Почему-то при взгляде в глаза этого красного чудовища по его телу пробежали мурашки. В этом единственном глазу читались настолько сильные эмоции, что их мог бы расшифровать даже человек. Взгляд был таким злобным и отвратительным, что у Тан Сяо похолодело внутри.       Это были жадность и аппетит... превышающие всё остальное.       В этот момент, несмотря на то что монстр был заперт в лаборатории, Тан Сяо не чувствовал себя защищенным. Напротив, он ощущал себя добычей в клетке, которую вот-вот разделают и подадут к столу на ужин этому чудовищу.       Все присутствующие были так напуганы, что их дыхание стало тяжелым. Светловолосый парень робко спросил:       — Доктор Бэббит, это стекло прочное? Оно видит, что происходит снаружи?       — Нет, оно не видит, — мрачно ответил Бэббит. — Не волнуйтесь, эта экспериментальная зона сделана из самых прочных материалов, даже вентиляция защищена покрытием PESA... Оно никак не могло почуять наш запах.       — Материал PESA... — блондин облегченно выдохнул, услышав это.       Бэббит подошел к операционному столу и нажал кнопку. Внутреннее стекло внезапно пропустило мощный разряд тока. Монстр, прильнувший к стене, мгновенно получил ожог от высокой температуры и отвалился от стекла.       — Обычно он выглядит полудохлым, не знаю, чего он так разбушевался сегодня. Что ж, не беспокойтесь, «428-й» не сможет выбраться из этой клетки. Это просто неудачный экземпляр, через несколько дней его утилизируют.       [Основной сюжет начат]       Когда Тан Сяо встретился взглядом с плавающими глазами монстра, перед ним внезапно всплыла игровая панель.       [Задание основной ветки: Вырастите «428-го» и сделайте его Королем грибов. Добейтесь максимального уровня благосклонности «428-го».       Награда: Титул «Заводчик Короля грибов» (Примечание: обладатель этого титула получает частичный контроль над грибковыми организмами)].       Тан Сяо на мгновение оцепенел. «Что за чертовщина? Кто такой 428-й? Этот монстр?»       «Погодите, вы шутите? Это что, симулятор свиданий? И объект любви даже не человек? Неужели нынешняя игровая индустрия зашла так далеко?»       — Вы сказали, что это неудачный экземпляр? Но разве это не главный исследовательский проект? — пока Тан Сяо пребывал в шоке от системного сообщения, блондин задал очередной вопрос.       — Я также сказал «если». К сожалению, эксперимент провалился. Мы слишком долго провозились. У руководства лопнуло терпение, и этот подопытный будет уничтожен, — ответил Бэббит, и на его лице не было ни капли сожаления. — Главный проект, о котором я упоминал — это общая цель института, но над ним работают многие лаборатории. Эта — лишь одна из них. Впрочем, вам не о чем беспокоиться, еще неизвестно, в какую лабораторию вас распределят в итоге.       Услышав это, остальные мгновенно расслабились. Никто не хотел тратить жизнь в лаборатории, которую вот-вот закроют. Все они мечтали о повышении и прибавке к зарплате.       Однако Тан Сяо нахмурился. Утилизируют? Если его уничтожат, что станет с заданием?       Но времени на раздумья не было. После этого инцидента Бэббит не захотел здесь задерживаться и повел новичков осматривать другие помещения.       — Пойдемте, я покажу вам остальные зоны.       Остальные поспешили за Бэббитом. Тан Сяо уходил последним. Какое-то необъяснимое чувство заставило его обернуться в последний момент, прежде чем дверь закрылась.       Монстр, состоящий из пучков кроваво-красного мицелия, приподнял большую часть своего тела от холодного пола. Его оранжево-желтые глаза, обжженные током из-за близости к стеклу, теперь казались обугленными. Глазные структуры погрузились в волокна, но кончик существа всё еще извивался в воздухе, тянясь к двери, за которой скрылся Тан Сяо.       Тан Сяо почувствовал легкое онемение в затылке, быстро отвернулся и поспешил за группой.       Поэтому он не увидел, как после их ухода кроваво-красный монстр начал медленно карабкаться к вентиляционной шахте.       Материал крепления, который должен был быть невероятно прочным, начал медленно плавиться под воздействием кислоты, выделяемой монстром!              Комментарии к переводу:       Тан Сяо (唐笑): Его имя, означает «улыбка».       Ли Му (李牧): Друг детства Тан Сяо. Фамилия Ли (李) — самая распространенная в Китае, а имя Му (牧) может означать «пастух» или «управлять».       Сяо Лицзы (小李子): Так Тан Сяо записал друга в телефоне. Префикс «Сяо» (маленький) — это ласковое или дружеское обращение. «Лицзы» — это и «слива», и ироничное прозвище (так в старину могли называть евнухов, но здесь это просто дружеская подначка).       Ютяо (油条): Традиционное китайское блюдо на завтрак. Это длинные полоски теста, обжаренные во фритюре до золотистой корочки. Обычно их едят, макая в соевое молоко.       Баоцзы (包子): Популярные паровые булочки с начинкой (мясной, овощной или сладкой).       Национальное сокровище (国宝): Так в Китае называют больших панд. Тан Сяо сравнивают с ними из-за огромных темных кругов под глазами от недосыпа.       Бета-тестирование: Пробная стадия игры, когда доступ к ней получает ограниченное число игроков для выявления ошибок.       Песочница (Sandbox): Жанр игр, где игроку предоставляется полная свобода действий и нет четко прописанного линейного пути.       Механика воскрешения (Resurrection): Возможность персонажа ожить после смерти. Отсутствие этой функции делает игру «хардкорной».       Гайды (Strategy materials): Руководства по прохождению, советы от других игроков.       Симулятор свиданий (Dating sim): Жанр игр, где основная цель — построить романтические отношения с персонажами.              Глава 2. «Гнездо» и «Странное древо»       Осмотрев жилые корпуса института, группа подошла к зданию общежития.       — Мы на месте. Это жилая зона, здесь вы все будете обитать в будущем, — Бэббит повел их внутрь. — Технические характеристики этого здания почти такие же, как у лаборатории. Даже если что-то случится, вам не о чем беспокоиться, пока вы находитесь внутри. — Бэббит усмехнулся. — Конечно, система безопасности всего института совершенна. С момента постройки не было ни одного инцидента. Это просто меры предосторожности.       «После таких слов авария обычно случается в ту же секунду», — подумал Тан Сяо.       В тот же миг по всему институту взвыли сирены и замигали красные огни.       Хм? Неужели он в придачу ко всему открыл талант «вороньего карканья»?       Лицо Бэббита мгновенно исказилось:       — Проклятье!       Возможно, из-за того, что его слова были опровергнуты реальностью так быстро, выражение лица исследователя стало пугающим, но он тут же остановил нескольких запаниковавших новичков.       — Не бегайте кругами! Стойте смирно в холле. Стены и стекла здесь из того же материала, что и в лаборатории, так что тут безопасно.       — Прошу прощения, — спокойно произнес Тан Сяо. — Но если тревога вызвана побегом кого-то из института... и если это «что-то» смогло вырваться из лабораторного корпуса, не значит ли это, что оно так же легко ворвется и сюда?       После этих слов лица присутствующих побледнели, а Бэббит пристально уставился на Тан Сяо.       — С чего ты взял, что кто-то сбежал?       — Просто предположение.       Как только Тан Сяо закончил фразу, свет вокруг них внезапно погас.       — Электричество отключили? — пробормотал кто-то. Тут же включилось резервное питание. Бэббит с потемневшим лицом бросился к выходу и попытался открыть дверь картой доступа, но та не сработала.       — Тц, замок общежития запитан от основной сети института, — в голосе Бэббита промелькнула тревога. Вероятно, на него подействовали слова Тан Сяо. В конце концов, если тревога и правда поднялась из-за побега подопытного, они оказались в ловушке.       — Нет-нет, это не так. Даже если кто-то сбежал, выход из института находится в другой стороне. Да, мы будем в порядке, — зашептал кто-то, пытаясь успокоить себя.       — Т-ш-ш, — Тан Сяо приложил указательный палец к губам, призывая всех к тишине.       В наступившем молчании звуки становились всё громче и ближе. Все инстинктивно прижались друг к другу, глядя в сторону темного выхода.       Тонкое красное волокно просочилось сквозь щель в дверях.       При виде этого кроваво-красного мицелия у всех присутствующих словно почва ушла из-под ног, а страх и тревога начали бесконтрольно расползаться по телу.       Зрачки Бэббита сузились. Грязно выругавшись про себя, он выхватил тепловой пистолет и прицелился в дверь. В следующую секунду преграда, которая, по заверениям, была сделана из сверхпрочного материала, просто растворилась, и монстр, которого они видели раньше, влетел внутрь подобно вспышке красной молнии.       Бэббит даже не пытался целиться — с его точностью попасть в такую мишень было несбыточной мечтой. Пока кровавое существо атаковало новичков, он бросился к образовавшейся в дверях дыре.       — А-а-а-а-а!       — Не подходи! Не приближайся!       Монстр был невероятно быстр. Тан Сяо мгновенно затерялся в толпе, как только тварь ворвалась в холл. Новичков, которые в панике окружили его, тут же забрызгало кровью. Блондин пал первым: его голову буквально сорвало с плеч. Увидев, как Бэббит убегает, Тан Сяо закричал, скрываясь за спинами остальных:       — Дверь! Бегите к двери!       Хаотичная толпа, подобно послушным ягнятам, ломанулась к выходу. Бэббиту уже удалось проскользнуть в дыру, проеденную кислотой монстра. Тан Сяо использовал людей как камуфляж. Его сердце бешено колотилось; используя весь свой многолетний игровой опыт, он пытался уклоняться и маневрировать. Интуиция подсказывала ему: монстр пришел именно за ним.       Когда Тан Сяо был уже совсем близко к выходу, он внезапно споткнулся — чья-то мощная сила дернула его назад, повалив на пол.       Он посмотрел на свою лодыжку. Тонкую ногу обвивали кроваво-красные мышечные волокна, похожие на щупальца осьминога, вышедшего на охоту.       «Черт».       Красный монстр игнорировал трупы вокруг. Оранжево-желтые вертикальные зрачки, которые каким-то образом уже восстановились, пристально смотрели на Тан Сяо сквозь щели в волокнах, излучая жадность и вожделение.       И впрямь, он пришел за ним.       Лоб Тан Сяо покрылся холодным потом. Вся симпатия, которую он испытывал к монстру из-за его «эстетичного» вида, мгновенно испарилась. В душе поселился настоящий ужас.       Странно. Тан Сяо играл в игры так долго, что даже если его убивал самый жуткий босс, он не вел и бровью. Но сейчас какой-то первобытный инстинкт внутри него вопил: «Беги! Беги! Тебя не должны съесть!»       Что это за объект для романтики, который жрет главного героя?! Разработчики не боятся обанкротиться из-за гнева игроков?!       Тан Сяо отчаянно извивался на полу, перебирая в уме способы активировать сюжет. Он ругался, умолял, молился и даже пытался смириться с судьбой, но хватка на его ноге не ослабевала.       В конце концов белый свет, символизировавший надежду на спасение, был поглощен тонкими кровавыми нитями мицелия. Тьма дюйм за дюймом застилала зрение, затягивая его в бесконечную бездну.       Пульс в игровом мониторинге продолжал расти, пока не достиг критической отметки.       Тук-тук. Тук-тук.       В ушах стоял лишь звук собственного сердцебиения.       [Предупреждение! Предупреждение! ОЗ снижаются].       «Ах...»       Тан Сяо давно отключил болевые сенсоры и ничего не чувствовал. В полузабытьи он вспомнил фразу, прочитанную где-то раньше: грибы — это редуценты. Разлагатели.       Какая подходящая метафора.       В темноте мысли путаются. Хотя боли не было, он словно «видел», как его плоть и кровь постепенно поглощаются и разлагаются мицелием, превращаясь в прах, пока не обнажились белые кости.       Кроваво-красный монстр пробрался внутрь его тела, жадно пожирая внутренние органы и мышцы, не оставляя ничего. Даже когда осталась лишь пустая оболочка, мицелий не пожелал уходить. Он бережно опутал скелет, превращая его в уютное гнездо для своего роста.       [Очки здоровья: 0. Игра окончена].[Вы разблокировали CG: «Гнездо»].       Тан Сяо снова оказался на странице входа. Он всё еще пребывал в легком оцепенении, когда перед ним всплыла полученная иллюстрация.       В тусклом зале кроваво-красный мицелий заполнил каждый угол, но гуще всего он разросся вокруг одного тела.       Трупа... который давно превратился в скелет.       Красный монстр стал еще больше. Он крепко обнимал кости под собой, словно жадный дракон, охраняющий сокровища, не желая уступать ни пяди этого пространства. Красные нити грибницы прорастали сквозь щели в костях, символизирующих смерть — это выглядело чарующе и жутко, словно акт перерождения.       [Описание CG: «Вы стали гнездом для его роста»].       Тан Сяо: «...»       Что? И это всё?!       Тан Сяо закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Он не удержался и снова взглянул на CG.       Уровень рисовки в этой игре был просто запредельным. Несмотря на жуткий сюжет, сочетание бледных костей и кровавых грибов, образы смерти и возрождения, противоречивая аура движения и покоя — всё это чертовски соответствовало эстетическим вкусам Тан Сяо.       Но только при условии, что жертвой охоты был не он сам!       Ощущение того, как тебя затягивает в бездну, кажется, всё еще отдавалось в коре головного мозга. Тан Сяо молча потер предплечья, сердито размышляя. Неудивительно, что игра считается сложной — кто вообще сможет её пройти при таких условиях?! И что это за странный основной сюжет!       Тан Сяо немедленно открыл раздел поддержки, чтобы отправить жалобу. Причиной он указал «нелепый любовный сюжет» и то, что «объект любви ест игрока».       Но сколько бы писем он ни отправлял, техподдержка отвечала холодно и шаблонно: «Игра в стадии беты, все проблемы зафиксированы, основную ветку сюжета нельзя изменить после активации и т.д. и т.п.».       Это звучало почти как: «Хочешь — играй, не хочешь — катись».       Разве Тан Сяо мог это стерпеть?       Он влепил игре одну звезду в рейтинге и за отношение поддержки, уже собираясь выйти. Но стоило ему оставить плохой отзыв, как ледяной тон службы поддержки мгновенно изменился, будто там сменили сотрудника.       «Мы получили ваш отзыв. Хотя основную сюжетную линию изменить нельзя, в качестве извинения мы добавили функцию сохранения. Пожалуйста, воспользуйтесь ей и приложите все усилия, чтобы пройти игру!»       На экране всплыло уведомление:       [Желаете вернуться к точке сохранения?]       Тан Сяо опешил. Он открыл системное меню и действительно увидел там кнопки «Сохранить» и «Загрузить». Когда он входил в игру первый раз, их точно не было.       Новая функция?       Тан Сяо задумался. С выходом можно и подождать. Он проверил точку сохранения — она была всего одна, в момент первого входа в институт. Условием для открытия второй точки было завершение первого этапа основного задания.       То есть — получение благосклонности маленького монстра.       Вспомнив, чем закончился прошлый раунд, Тан Сяо помрачнел. Какого черта? Он меня сожрал, а я еще должен добиваться его симпатии?       Как игровой стример Тан Сяо перепробовал многое, но никогда не играл в симуляторы свиданий. Он был «стальным» натуралом. Сражаться с монстрами и разгадывать загадки — пожалуйста, но в делах сердечных он был полным профаном.       Это заставило его колебаться. Может, поискать чужие аккаунты в сети? Он чувствовал, что не справится с этим грибом.       Поразмыслив, Тан Сяо решил сыграть еще несколько раз, чтобы прощупать почву.       Однако игра будто ополчилась против него.       Во втором раунде он забежал в общежитие еще до появления монстра, но всё равно был убит.       В третьем раунде Тан Сяо попытался сбежать из института сразу после входа, но его поймали и выдворили. Монстр прорвался наружу, догнал его и снова сожрал.       В четвертом раунде Тан Сяо решил сменить тактику и действительно попытаться заслужить благосклонность, чтобы не погибнуть в финале. Оказавшись в лаборатории, он, пока никто не видел, отключил питание систем сдерживания, пытаясь «спасти» монстра. Однако Бэббит в ярости приказал охране скрутить его.       И как раз в тот момент, когда его собирались пристрелить на месте, маленький монстр выбил окно и унес его прочь из института.       До этого момента раунд казался Тан Сяо максимально близким к атмосфере симулятора свиданий. Всю дорогу грибной монстр надежно защищал его, принимая на себя все пули.       Всё, что представляло угрозу, устранялось заранее.       Даже Тан Сяо, при всей своей «стальной» прямолинейности, невольно улыбнулся после того, как монстр несколько раз спас его. Ему показалось, что он наконец нащупал верный путь.       Но стоило им скрыться от преследователей, и Тан Сяо уже приготовился к развитию романтической линии, как монстр притащил его в безопасную пещеру.       Густой мицелий стелился по земле, словно слой лишайника, сотканный из крови.       Когда Тан Сяо опустили на это ложе, он почувствовал неладное. Монстр по-прежнему смотрел на него холодными, жадными глазами. Даже не играя в симуляторы свиданий, Тан Сяо понимал: так на возлюбленных не смотрят.       Его совершенно точно считали едой!       Как только монстр снова прижал его, Тан Сяо из последних сил выхватил спрятанный тепловой пистолет (который он успел стащить у Бэббита) и выстрелил прямо в сплетение мицелия.       Луч высокой температуры сделал свое дело. В массе волокон образовалась дыра, кровавый лишайник лопнул. Тан Сяо попытался сбежать, но разъяренный мицелий мгновенно уволок его обратно вглубь пещеры.       Внезапно Тан Сяо почувствовал странное покалывание.       В игре не было боли, но осязание она не блокировала. Тан Сяо опустил голову и увидел, что мицелий разделился на бесчисленные крошечные гифы, невидимые глазу. Они ввинчивались в его тело, проникая всё глубже под пульсирующую кожу.       Он не мог пошевелить ни единым мускулом.       Ужасающее покалывание атаковало мозг. Тан Сяо затрясло: казалось, каждая клетка его организма подвергается вторжению.       Нет, скорее всего, так оно и было.       Перед смертью по сетчатке глаз поползли черные пятна. В мозгу, словно кадры кинохроники, пронеслись обрывки воспоминаний. Он вспомнил фотографии, которые видел когда-то.       Настоящий хозяин леса — не деревья, а незаметные грибы, живущие под ними. Их гифы проникают в клетки корней деревьев, становясь их «корнями», чтобы высасывать воду и питательные вещества.       У выкорчеванных деревьев внизу всегда обнаруживается густая сеть белых нитей — это их истинные господа.       И сейчас эти гифы проделывали то же самое с ним. Те нити, что он видел на снимках, теперь прорастали сквозь него.       Когда он осознал, что он и этот монстр сливаются на клеточном уровне, страх накрыл его волной, не давая дышать. Тан Сяо отчаянно вызвал системную панель, пытаясь принудительно выйти из игры, и одновременно выкрикнул:       — Погоди! 428-й, я не...!       Мицелий, почувствовав отчаянное сопротивление добычи, обвил его еще крепче. Жертва не могла даже пальцем шевельнуть. Красные нити заклеили юноше рот, не давая издать даже предсмертный стон. Все мышцы уже были под контролем грибницы.       «Твою мать! И вы говорите мне, что это игра про любовь?!»       В пещере воцарилась тишина, нарушаемая лишь едва слышным хрипом в горле. Гифы проникали в тело через рот, насильно растягивая гортань, чтобы добраться до внутренних органов.       Насекомые и летучие мыши, обитавшие здесь, казалось, в ужасе покинули свои гнезда, почуяв нечто пугающее.       В пещере остались только монстр и его жертва. Красный лишайник напоминал алтарь, залитый кровью белоснежного подношения. Красивый юноша в белом халате был намертво прижат к этому алтарю, а его вытянутая белая шея напоминала шею умирающего лебедя.       Перед тем как сознание окончательно угасло, Тан Сяо встретился взглядом с оранжево-желтыми зрачками монстра.       В глубине этих глаз была лишь холодность, пристальное изучение и тень удовлетворения — так хищник смыкает челюсти на шее добычи и спокойно ждет её кончины.       В этот момент Тан Сяо вдруг всё понял.       Разумеется, охотник не влюбляется в свою добычу. Тигр не влюбляется в кролика, а человек не испытывает чувств к блюду на своей тарелке.       Потому что с самого начала они не были равны. Монстр жаждал его так же, как медведь жаждет меда. И никому нет дела до того, что думает мед, или какие странные движения совершает кролик, пытаясь спастись.       До этого момента маленький монстр просто защищал свой трофей. Он искал абсолютно безопасное место, чтобы жадно поглотить его, обеспечив себе полное обладание. И в этом процессе воля самого Тан Сяо не учитывалась вовсе.       Потому что монстр никогда не воспринимал его действия всерьез.       «Черт возьми».       Пульс достиг пика. Активировав устройство принудительного выхода, Тан Сяо, дрожа всем телом, в глубине души показал монстру средний палец.       «Ну погоди, дедушка еще вернется!»       [Очки здоровья: 0. Игра окончена].       [Вы разблокировали CG: «Странное древо»].       [Описание CG: Люди могут никогда не узнать, откуда взялось это странное древо, они лишь знают, что оно росло очень быстро и в мгновение ока захватило землю].              Комментарии к переводу:       Накаркал / Воронье карканье (乌鸦嘴, wūyāzuǐ): В оригинале используется идиома «рот вороны». В китайской культуре ворона — предвестник беды. Если кто-то говорит о чем-то плохом, и это тут же случается, про него говорят, что у него «вороний рот».       Дедушка (爷, yé): В конце главы Тан Сяо называет себя «дедушкой» (ye). В китайском языке это не означает возраст, а является дерзким и самоуверенным способом обращения к себе, подчеркивающим превосходство или крутость (аналог нашего «папочка здесь» или «твой господин»).       Редуценты: Биологический термин. Это организмы (бактерии и грибы), которые разрушают отмершие остатки живых существ, превращая их в неорганические соединения. Очень жуткая метафора для «любовного интереса».       CG (Computer Graphics): В играх (особенно визуальных новеллах) это специальные коллекционные иллюстрации, которые открываются в ключевые или финальные моменты сюжета.       Мицелий (грибница): Вегетативное тело гриба, состоящее из тонких разветвленных нитей.       Гифы: Те самые нити, из которых состоит мицелий. В главе описывается процесс их проникновения в тело, что очень похоже на паразитизм.       Материал PESA: Скорее всего, вымышленный высокотехнологичный полимер, используемый в мире игры для защиты от агрессивных сред.       Точка сохранения (Save point): Место в игре, куда игрок может вернуться в случае неудачи. Тан Сяо буквально «выбил» эту функцию у техподдержки своим плохим отзывом.       ОЗ (HP): Очки здоровья. Когда они падают до нуля, наступает «Game Over».              Глава 3. Кто теперь добыча?       — Кха-кха, кха-кха-кха!       Вернувшись на страницу входа в игру, Тан Сяо всё никак не мог перестать кашлять, стоя на одном колене.       Ему даже не хотелось смотреть на только что полученную иллюстрацию.       Ощущение того, как его горло насильно растягивают, всё еще преследовало его разум, вызывая такое мучительное чувство, что хотелось умереть.       Тан Сяо переиграл во множество VR-игр, но это был первый раз, когда проект довел его до такого плачевного состояния. Игра была слишком реалистичной; если бы не отключенная чувствительность к боли, он бы всерьез поверил, что мутирует.       Но...       Тан Сяо сжал кулаки, вспоминая взгляд монстра в конце прошлого раунда. Его губы невольно растянулись в пугающей ухмылке.       В нём проснулся соревновательный дух.       Игроки могут проигрывать, но их не стоит недооценивать!       Он не станет менять аккаунт и ни за что не поверит, что этот сюжет — единственный вариант!       Однако сила маленького монстра намного превосходила ожидания Тан Сяо. Грубо говоря, это было похоже на встречу с финальным боссом прямо у ворот «деревни новичков». В конце концов Тан Сяо настолько привык к смерти, что перезапускал игру при малейшем признаке неудачи.       В его сердце осталась лишь волна гнева, которая разгоралась всё сильнее.       Так продолжалось до тридцать девятого раунда.       — Наблюдайте внимательно, новички. Это один из подопытных главного исследовательского проекта «Третьего глаза». Если этот проект увенчается успехом, весь мир содрогнется под его мощью.       Как только Бэббит закончил свою речь, он увидел, как красивый новобранец вышел из группы и прижался ладонями к стеклу, подойдя так близко, что почти касался его носом.       ...Вообще-то, не было нужды рассматривать объект настолько пристально.       Но стоило Бэббиту открыть рот, чтобы остановить его, в лаборатории произошло нечто странное.       «428-й», который до этого казался полуживым, внезапно метнулся из угла и врезался в стеклянную стену. Его гифы раскрылись подобно сети, усеянной глазными яблоками, и все они уставились на человека, стоявшего у окна.       — Твою мать!       — До смерти напугал!       Стоявшие рядом новички тут же засуетились, пытаясь отойти подальше.       Лишь один человек продолжал стоять на месте.       Новобранец по имени Тан Сяо, казалось, был слеп к этой ужасающей сцене. Перед стеклом, затянутым кроваво-красным мицелием, он в своем безупречно белом халате выглядел как добыча, попавшая в гигантскую кровавую сеть.       Перед лицом монстра выражение лица «добычи» не дрогнуло. Его взгляд медленно скользнул по липким нитям и остановился на многочисленных глазах.       Ужасное чувство онемения и зуда от прошлых вторжений мицелия всё еще, казалось, тлело в его теле.       Красная грибница и оранжево-желтые зрачки когда-то составляли основу его кошмаров. В этом взгляде не было признания в нём личности; скорее это был взгляд на невероятно вкусную еду, добычу или даже пустой контейнер.       — Привет, маленький монстр.       На этот раз он точно найдет верную тактику.       Они были так близко, что казалось, лабораторный монстр вот-вот проломит окно. Сантиметр или два преграды превратились в непреодолимую пропасть. Тан Сяо смотрел на существо, которое пожирало его бесчисленное количество раз, приподнял уголки губ и вызывающе прошептал:       «Ну же, убей меня еще раз!»       В ответ на провокацию глазные яблоки монстра слегка задрожали. Его мицелий мазнул по стеклу прямо напротив глаз Тан Сяо, словно в ответ.       «Так вкусно пахнет...»       «Пахнет вкусно, вкусно, вкусно, вкусно!»       С того момента, как Тан Сяо сделал шаг вперед, в теле «428-го» зарычало дикое желание.       Жажда, идущая из самых глубин его генов, заставляла его захватить, выследить, поглотить и слиться с обладателем этого аромата.       «428-й» совершенно не осознавал, что Тан Сяо говорит или делает. Обонятельные рецепторы, распределенные по всему его телу, работали на полную мощь, улавливая каждую молекулу запаха, принадлежащую этому человеку.       Но этого было мало.       Он никогда раньше не встречал столь манящего присутствия. Это было похоже на тот раз, когда группа людей в белых халатах впервые выпустила его на траву, чтобы он научился охотиться — первобытное, обнаженное желание мгновенно захватило его разум.       «428-й» не удержался и «лизнул» глаза мужчины своим мицелием. Хотя, как и ожидалось, он лишь скользнул по стеклу и получил сильный удар током.       Тот человек ушел.       Молекул запаха становилось всё меньше. «428-му» было плевать на ожоги от электричества. Куда больнее было то, что его добыча отдалялась.       Кровавый монстр отбросил привычную лень и уставился всеми глазами на вентиляционное отверстие. Его зрачки моргнули одновременно, словно придя к согласию.       «Слиться с ним, поглотить его и эволюционировать».       Это казалось миссией и инстинктом, вшитым в его генетический код.       ...       Тан Сяо, следуя маршруту из прошлых раундов, прошел в общежитие с другими новичками. Умело воспользовавшись темнотой при отключении света, он стащил тепловой пистолет Бэббита, прокрался на кухню и нажал кнопку нагрева фритюрницы с маслом.       За предыдущие попытки он выяснил, что высокая температура — слабость монстра. Тепловой пистолет был единственным оружием, которое он мог достать, а кухня — лучшим местом для боя.       Тан Сяо тихо ждал в темноте. Вскоре снаружи послышались крики.       Пришел.       Поначалу никто не понял, что произошло, пока «428-й» не выломал дверь общежития. Толпа мгновенно превратилась в стадо перепуганных овец.       «428-й» прикончил нескольких человек, преградивших ему путь, но не стал тратить время на остальных.       Запах манил его вглубь здания.       Толпа разбегалась кто куда, но «428-й» направился прямиком к кухне и мгновенно погасил там свет. Помещение погрузилось во мрак.       Из глубины кухни донесся тихий, испуганный возглас, и отголосок этого голоса невольно задрожал в воздухе.       «428-й» вспомнил олененка, на которого охотился в первый раз.       Тогда люди в белых халатах впервые вывели его в открытый мир и поставили перед ним маленького пятнистого оленя.       Дрожащие ноги оленя, полные страха глаза и подсознательная попытка развернуться и убежать — всё это мгновенно пробудило в «428-м» охотничий инстинкт.       Сейчас всё было точно так же.       Услышав дрожь в голосе на кухне, «428-й» снова почувствовал этот азарт. Перед глазами возник образ олененка, но этот «олененок» пах слишком хорошо и обладал чем-то, чего монстр отчаянно жаждал. Если бы это было возможно, он бы даже не стал съедать этого человека за один раз, боясь, что это будет слишком расточительно. Он хотел вплести его в свой мицелий, сделать частью своей плоти и крови.       Мицелий расползался по всей кухне, плетя огромную бесшумную сеть ради единственной добычи.       Он слышал неровное дыхание юноши, который пытался увернуться. Тот в панике метался по маленькой кухне, каждый раз чудом избегая атак мицелия.       В этот момент «428-й» не был настороже и не воспринимал ситуацию всерьез. Ему даже казалось, что он поддается своей добыче.       В конце концов, этот юноша был слишком слаб в его глазах.       Как и во время первой охоты, он с порочным интересом наблюдал за тем, как пятнистый олень бесцельно бежит через лес.       Обычно «428-й» не играл с едой, но сейчас он наслаждался этим сбивчивым дыханием и усиливающимся ароматом.       Он и впрямь был чересчур жадным охотником.       Но пора было заканчивать игру, иначе он не успеет в полной мере насладиться сладостью добычи.       С этой мыслью «428-й» ускорился. Нити грибницы сплелись воедино, становясь тверже стали и острее ножа.       Словно взмах косы бога смерти, они устремились к ногам жертвы. На этот раз монстр не замедлился, но его встретил оранжево-красный луч высокой температуры!       Лазер на миг осветил пространство. Он увидел дрожащие тонкие губы своей прекрасной добычи. Глаза юноши за линзами очков были скрыты тенью, и выражения лица не было видно, но дуло его теплового пистолета было на удивление устойчивым.       Высокая температура мгновенно уничтожила два глаза монстра. «428-й» взвыл от боли и временно прекратил атаку, снова скрывшись в темном углу за кухонным шкафом.       «Спланировано? Или случайность?»       «428-й» не был уверен. Даже безобидные травоядные будут драться до смерти копытами и рогами, если их загнать в угол.       Но чаще всего это означает, что они на пределе своих сил.       «428-й» хотел проявить осторожность, но время поджимало. Снаружи уже слышались шаги подкрепления. Если он хочет забрать эту невероятно вкусную добычу, нужно действовать сейчас.       Маленький монстр атаковал. Он намеренно швырнул стакан в лицо жертве, но настоящий смертельный удар скрыл в другом направлении.       Юноша подсознательно вскинул пистолет и выстрелил в летящие осколки стекла, из-за чего пропустил истинную угрозу сбоку.       — Попался!       «428-й» будто снова увидел того пятнистого оленя, загнанного в тупик: его хрупкая шея была беззащитно вытянута, и охотник, прятавшийся во тьме, без малейших колебаний атаковал уязвимое место.       Кровь мгновенно окрасила белый халат. Юноша рефлекторно поднял руки, чтобы защитить грудь; его кожа и плоть разрывались монстром, который карабкался по нему, словно роза, расцветающая в кровавой бойне.       Рассудок «428-го» уступил место инстинктам в тот самый миг, когда он коснулся кожи Тан Сяо. Голод заполнил все мысли, и поэтому маленький монстр не заметил, что на лице этой «особенной добычи» не было страха — лишь триумф и лихорадочное возбуждение от успеха.       Тан Сяо оскалился в темноте, и в его облике проступило безумие, которого он сам раньше за собой не замечал.       Пятнистый олень действительно был загнан в тупик. Он стоял на краю обрыва, заросшего травой, и использовал себя в качестве приманки.       В момент прыжка охотника роли поменялись.       «428-й» невольно поднял голову, встретившись с холодным, неживым взглядом за линзами очков своей добычи.       Это был взгляд охотника.       У мицелия нет сердца, но в тот миг все биологические сигналы и нейроны «428-го» пришли в хаос. Его душа, не знавшая сомнений с самого рождения, яростно содрогнулась. Странная, сложная эмоция распространилась по каждой гифе, хотя сам он еще не понимал, что она означает.       Тан Сяо без колебаний развернулся и опустил руку вместе с вцепившимся в неё монстром в раскаленное масло. Его кожа и плоть мгновенно сварились, а кровавый мицелий начал стремительно увядать.       В невыносимом жару охотник был увлечен добычей на самое дно бездонной пропасти.              Комментарии к переводу:       Деревня новичков (Newbie village): Стартовая локация в большинстве RPG-игр. Ситуация, когда босс убивает тебя прямо на старте, считается в геймерской среде признаком «сломанного» баланса или экстремальной сложности.       Тепловой пистолет (Heat gun): В мире игры это компактное энергетическое оружие, излучающее высокую температуру. Как выяснил Тан Сяо, это единственный эффективный инструмент против грибковых организмов на начальном этапе.       Роза в бойне: Описание того, как мицелий прорастает сквозь плоть Тан Сяо, — это отсылка к эстетике «гуро» или хоррора, которая так нравится главному герою.       Обонятельные рецепторы: У грибов нет носа, но они способны чувствовать химические сигналы (феромоны, аминокислоты) всей поверхностью мицелия. «428-й» буквально «пьет» запах Тан Сяо.       Нейроны мицелия: В современной науке есть гипотезы о том, что грибницы могут передавать электрические сигналы, подобные нервным импульсам. В игре эта особенность доведена до абсолюта, наделяя монстра зачатками разума.              Глава 4. Разве жизнь подопытного ничего не стоит?       Шкварчание масла и аромат, заполнивший кухню, на мгновение сбили его с толку. Это было так похоже на запах жареных ютяо, который он чувствовал утром у своего дома.       Тан Сяо подсознательно облизнул губы.       В этот момент в кухню наконец ворвался вооруженный отряд. Солдаты, бежавшие впереди, яростно закричали:       — Руки вверх!       Тан Сяо послушно поднял руку, которую только что вытащил из фритюрницы. Кожа на ней полностью сварилась, а остатки мицелия — едва ли четверть от прежнего объема монстра — бессильно осыпались на пол.       Эта жуткая сцена заставила всех присутствующих вскинуть оружие и прицелиться в Тан Сяо, стоявшего перед чаном с кипящим маслом.       Их можно было понять: он выглядел до крайности странно. Несмотря на плачевное состояние — грязный, перепачканный кровью белый халат, растрепанные волосы и съехавшие набок очки — его лицо оставалось пугающе спокойным. Рука представляла собой сплошной кроваво-красный ожог, кожа слезала лоскутами, но в глубоких черных глазах не было и тени агонии. Бледный, изящный, он воплощал в себе какую-то причудливую, зловещую красоту.       Бывает красота здоровья, бывает красота болезненной хрупкости, а бывает — «эстетика ран».       Тан Сяо и сам не подозревал, насколько ему шел этот образ «сломленного, но не покоренного» бойца. Глядя на него, невольно хотелось увидеть, как он сломается окончательно.       Бойцы отряда и выжившие новички на мгновение замерли, завороженные этим зрелищем. Светловолосый парень и вовсе уставился на Тан Сяо, не в силах отвести взгляд.       — ...Ты из нынешних новичков? — пока солдаты колебались, из-за их спин вышел мужчина средних лет. Его взгляд, полный любопытства, остановился на юноше. — Имя, личный номер и краткий отчет о ситуации.       Тан Сяо облизнул пересохшие губы и четко ответил:       — Тан Сяо, DF203. Как видите, подвергся нападению на кухне. Пришлось использовать раскаленное масло, чтобы спастись.       В этой игре не было этапа создания персонажа или выбора имени, и если бы Тан Сяо не потратил прошлые циклы на изучение своего удостоверения, он бы не смог ответить.       — Невероятно, что тебе удалось выжить после атаки «428-го».       Тан Сяо опустил взгляд и промолчал — он просто не знал, что сказать. Стоявший рядом с мужчиной Бэббит недовольно нахмурился, но не успел вставить ни слова, как лидер внезапно указал на остатки грибницы на полу:       — Схватить его!       Жалкий остаток «428-го», крошечный комок мицелия, пытался незаметно уползти в сторону вентиляции. Внимание отряда мгновенно переключилось на него. Тан Сяо, после быстрой проверки, позволили отойти в тыл.       Он оказался как раз рядом с мужчиной, который задавал вопросы.       — Ты догадался использовать кухонную фритюрницу?       Тан Сяо мельком глянул на его нагрудный знак.       [Бадэ, ученый пятого уровня, руководитель лаборатории]       Бэббит, который проводил для них экскурсию, каким-то чудом остался жив и теперь подобострастно стоял за спиной этого руководителя. Рядом сгрудились еще двое-трое выживших новичков. Тот самый блондин всё еще смотрел на Тан Сяо каким-то странным взглядом.       Тан Сяо лишь скользнул по нему глазами — сейчас его больше интересовал новый NPC. Похоже, именно этот человек был здесь главным.       — Да, — осторожно ответил Тан Сяо.       Бадэ кивнул и больше ни о чем не спрашивал.       Тан Сяо только успел выдохнуть, как со спины раздался восторженный голос:       — Привет, Тан! Ты просто нереально крут!       Он обернулся и увидел ровесника — голубоглазого блондина. Его лицо светилось энтузиазмом, он активно жестикулировал:       — Так сильно ранить этого монстра! Это потрясающе! Кстати, меня зовут Декстер Лоци. Приятно познакомиться!       Тан Сяо сдержанно кивнул. Блондин воодушевился еще больше и хотел что-то добавить, но шум возобновившегося боя заставил всех обернуться.       Казалось, монстр оказался в ловушке.       Высокая температура масла действительно стала для него фатальной. Он не погиб, но был тяжело ранен, а тепловые пушки солдат били без жалости — явно на поражение.       Маленькое чудовище, так сильно пострадавшее от рук Тан Сяо, постепенно теряло силы. Мицелий даже не мог собраться в единое тело, монстр уменьшился вдвое, но всё равно продолжал отчаянно сопротивляться.       В его единственном уцелевшем оранжевом зрачке Тан Сяо увидел запредельную волю к жизни. Существо больше не смотрело в его сторону. Возможно, оно понимало: если его поймают, то немедленно уничтожат. Сопротивление было яростным — пару раз ему почти удалось прорвать окружение.       Монстр был невероятно быстрым. Тан Сяо знал это по собственному опыту, оплаченному десятками смертей. Он смог ударить его только благодаря знанию паттернов поведения и предугадыванию движений, иначе у него не было бы ни единого шанса.       А эти солдаты — всего семь-восемь человек — подавляли монстра с помощью какого-то высокотехнологичного оружия.       «Похоже, охрана лаборатории куда мощнее, чем я думал».       Тан Сяо оценивал боевую мощь организации, но и сотрудники лаборатории в это время были втайне поражены. Особенно Бадэ и бойцы отряда, которые знали реальную силу «428-го».       «Этот новичок... в одиночку противостоял монстру так долго? И даже смог его покалечить?»       Бадэ искоса поглядывал на спокойного Тан Сяо. Он был не единственным: другие новички смотрели на юношу с нескрываемым обожанием и трепетом.       Те, кого отобрал «Третий глаз», не были дураками. Они прекрасно понимали, насколько опасен этот объект. Для обычного человека встреча с ним была равносильна превращению в закуску, если только ты не обладаешь суперспособностями.       А чтобы в ситуации смертельной опасности не просто выжить, а использовать обычную фритюрницу для контратаки... Для этого нужны удача, интеллект, выдержка и решительность в равных пропорциях.       Бадэ заранее изучал досье этой группы. Сверхлюдей среди них не было. Значит, Тан Сяо победил исключительно благодаря своим личным качествам. Похоже, этот парень — самый талантливый из всего пополнения.       Тем временем Тан Сяо, наблюдая за боем, почувствовал неладное. Разве в таких случаях не приоритетнее захватить объект живьем?       — Его не нужно оставить в живых? — спросил Тан Сяо сиплым голосом. — Всё-таки это подопытный образец.       — Хм? Нет необходимости, — равнодушно отозвался Бадэ, глядя на корчащегося «428-го». — Его и так планировали утилизировать. Эксперимент признан неудачным, для нас он больше не имеет никакой ценности.              Комментарии к переводу:       Бадэ (巴德): Его имя по системе Палладия звучит как Бадэ. Фамилия Ба (巴) часто встречается в именах, связанных с наукой или авторитетом в новеллах.       Декстер Лоци (德克斯特·洛奇): Блондин-новичок. Китайская транскрипция его имени — Дэкэсытэ Лоци. Я адаптировала его как Декстера, так как это явно западное имя в контексте игры.       Эстетика ран (战损, zhansun): Популярный в китайском фэндоме термин, означающий особую привлекательность персонажа, когда он ранен, в разорванной одежде или в пылу битвы. Тан Сяо идеально вписался в этот троп.       Утилизация (销毁, xiaohui): В контексте лабораторий «Третьего глаза» это означает полное уничтожение биологического объекта.       DF203: Личный номер Тан Сяо в системе лаборатории. Буквы часто указывают на подразделение или уровень допуска.       Тепловая пушка / Радиационное ружье: Вид оружия в игре, стреляющий направленным тепловым излучением. Самое эффективное средство против грибковых мутантов.       Регенерация: В главе упоминается, что «428-й» быстро восстановил глаза, но потерял массу тела. Грибковые организмы могут жертвовать частями мицелия, чтобы восстановить критически важные органы, но это требует огромных затрат энергии.              Глава 4 (часть 2). Кто теперь добыча?       «Эксперимент провалился?»       Действительно, в одном из прошлых циклов Бэббит упоминал, что проект закрывают. Просто тогда Тан Сяо был слишком увлечен попытками пережить первую встречу с монстром и не придал этим словам значения.       «Постойте, а как же тогда мое основное задание?!»       Тан Сяо посмотрел в сторону маленького чудовища. Сейчас его окончательно прижали к стене; выстрелы гремели один за другим, целясь в жизненно важные точки. Объем кроваво-красного мицелия на глазах становился всё меньше и меньше.       Жизнь в глазах монстра постепенно угасала. Инстинкт смерти бил в его мозгу тревожным набатом, но даже в таком состоянии он продолжал сверлить взглядом Тан Сяо и Бадэ. Когда Бадэ произнес «бесполезен», существо забилось в агонии еще яростнее.       Однако это не могло изменить того факта, что силы были неравны. Тело монстра таяло на глазах, пол был засыпан серо-белыми обрывками мертвой грибницы. Сопротивление слабело, но в каждом движении твари всё еще чувствовалась отчаянная решимость дорого продать свою жизнь.       Оно неумолимо соскальзывало в бездну уничтожения.       — Подождите.       Хриплый голос Тан Сяо заставил присутствующих невольно обернуться.       Оказавшись в центре внимания, юноша почувствовал, как затекли кончики пальцев. Пересилив себя, он продолжил:       — Лучше оставить его в живых.       Бадэ с любопытством приподнял бровь:       — И какова причина? Ты хоть представляешь, сколько средств требует поддержание такого проекта?       Тан Сяо никогда не работал в лаборатории, но он не был полным профаном. Его семья занималась подобными проектами, и он не раз слышал жалобы отца на то, что лаборатории — это бездонные ямы, пожирающие золото, а результат в них — вещь почти мистическая. Ли Му тоже частенько жаловался по пьяни на колоссальное давление.       Если проект обречен на провал, монстру не выжить. Если только...       Тан Сяо прикрыл глаза, снял очки и обожженной левой рукой с трудом придерживал оправу, пока здоровой правой медленно протирал линзы краем халата. Этот жест был нужен ему, чтобы выиграть время и привести мысли в порядок.       «Плевать. В крайнем случае — просто начну сначала».       В глазах окружающих же этот жест выглядел иначе: молодой человек, к которому обратился сам глава лаборатории, невозмутимо протирал очки, будто у него напрочь отсутствовал нерв, отвечающий за страх. Даже Бадэ терпеливо ждал, пока он закончит.       Наконец Тан Сяо снова надел очки и ровным голосом произнес:       — Материал PESA.       Бэббит нахмурился:       — И что с ним не так?       — Твердость материала PESA соответствует аэрокосмическим стандартам. Даже на специализированном заводе резка и переплавка такой стали занимают немало времени, — у Тан Сяо вспотели ладони. Он понятия не имел, что такое PESA, но использовал крупицы информации, которые выдавал блондин или которые он узнавал при прошлых проигрышах. Обычная перепродажа чужих знаний.       «К счастью, во время эксперимента мы получили побочный результат, и сейчас переключились на это направление...»       Слова Ли Му, сказанные утром, всё еще эхом отдавались в голове. Тан Сяо намеренно бросил взгляд в сторону входа в общежитие:       — Однако сколько времени потребовалось этому существу, чтобы проесть дверь из такого материала? Думаю, меньше минуты. Вещество, способное на столь стремительную коррозию, само по себе представляет огромную исследовательскую ценность.       Услышав это, Бадэ мгновенно что-то осознал. Его глаза блеснули. Он быстро вызвал на своем браслете полупрозрачный синий экран и открыл запись с камер наблюдения у входа в общежитие. Просмотрев видео несколько минут, он расплылся в широкой улыбке, после чего бросил тяжелый взгляд на Бэббита.       Бэббит съежился, обливаясь холодным потом:       — Простите, доктор... я... я так испугался, что не заметил...       Бадэ холодно хмыкнул, но, повернувшись к Тан Сяо, мгновенно сменил гнев на милость. Его взгляд скользнул по левой руке юноши, в нём читалась скрытая проверка:       — Тан Сяо, верно? Ты молодец. Но сможешь ли ты действительно принять это? Этот монстр едва не убил вас всех. А твоя рука... возможно, её придется ампутировать.       Присутствующие увидели, как юноша на мгновение замер. Тонкие брови сошлись на переносице, и он спросил с холодным недоумением:       — А разве это как-то связано с необходимостью продолжать эксперимент?       Это выражение лица — «разумеется, это неважно» — окружающие истолковали по-своему.       Для него собственные чувства и физическое состояние не имели никакого значения.       Добавьте к этому руку, едва не сварившуюся в масле, на которую он смотрел без тени боли, и интеллект, превосходящий обычный уровень...       «Синдром ученого типа бета».       Это название почти одновременно всплыло в умах сотрудников лаборатории.       На фоне участившихся природных катастроф и грибковых инвазий у человечества начали проявляться новые генетические заболевания. Синдром ученого типа бета считался одним из самых «легких» по побочным эффектам.       Обычно он проявлялся в сверхразвитом интеллекте, сопровождающемся анальгезией — нечувствительностью к боли. Больные становились фанатично преданными делу, которое выбирали. Выбрав цель жизни, они шли к ней с пугающим упорством, сгорая дотла и не щадя себя.       Если такой человек становился киллером, он превращался в идеального террориста. Если солдатом — в самоотверженного защитника. Если политиком — в беспринципного борца за интересы партии.       Они были подобны самоотверженным рабочим муравьям. Иногда — герои, иногда — демоны.       А если они становились учеными... то это были гении, граничащие с безумцами.       В истории все ученые с таким диагнозом становились яркими кометами: они прославлялись в юности и сгорали первыми, освещая путь человеческой цивилизации ценой собственной жизни.       Похоже, в этот раз организации действительно досталась козырная карта.       Теперь у Бадэ была веская причина возобновить проект и возместить убытки, поэтому он отменил приказ об уничтожении.       Когда «428-го» достаточно ослабили, бойцы принесли прозрачный контейнер под напряжением. В него поместили сжавшийся в комок кровавый сгусток. Солдаты прошли мимо Тан Сяо к выходу.       Юноша равнодушно скользнул взглядом по контейнеру и встретился глазами с монстром. Почти вся грибница была уничтожена, оранжевый зрачок почернел от ожогов, но тварь упрямо не закрывала глаз. Её тяжелый, полный сложных эмоций взгляд казался невидимой нитью мицелия, которая намертво приклеилась к юноше.       Тан Сяо холодно усмехнулся, не отводя глаз.       «Жди. У нас с тобой еще будет время».              Комментарии к переводу:       Тан Сяо (唐笑): Имя «Сяо» (улыбка) снова подчеркивает контраст с его мрачной решимостью.       PESA материал: Вымышленный сверхпрочный полимер.       Синдром ученого типа бета (β型学者症候群): Вымышленная болезнь, придуманная автором. Это важный сюжетный элемент — теперь НПС будут объяснять странности героя (отсутствие страха и боли) не его игровым опытом, а психическим расстройством. Это дает герою «защиту» от подозрений.       Анальгезия (нечувствительность к боли): Реальное медицинское состояние, но здесь оно привязано к высокому IQ.       ** 來日方長 (Láirì fāng cháng):** Китайская идиома, означающая «впереди еще много времени» или «мы еще встретимся». Тан Сяо использует её как скрытую угрозу монстру.              Глава 5.       [Поздравляем! Вводное задание для новичков выполнено!]       [Описание: Будучи новичком, вы успешно привлекли к себе определенное внимание. Для вас это одновременно и шанс, и угроза. Объект 428 заметил ваше существование. К чему же в итоге приведут ваши отношения?]       [Оценка задания: А]       [Награда: Официальное присоединение к фракции «Третий глаз», получение квалификации ассистента-исследователя, открытие магазина фракции, открытие системы очков репутации, открытие функции обмена навыков, разблокирована Точка сохранения №2].       В голове Тан Сяо прозвучала череда системных уведомлений. Сохраняя невозмутимый вид, он покинул кухню под конвоем и был доставлен в медицинский отсек. Всего за десять минут врачи полностью вылечили его руку, которой еще недавно пророчили ампутацию.       Заметив недоумение на лице Тан Сяо, лечащий врач с улыбкой пояснил:       — Если бы тебя лечили «снаружи», ампутация и впрямь была бы неизбежна. Но наши медицинские технологии куда совершеннее внешних. К тому же доктор Бадэ распорядился предоставить тебе третий уровень медицинского обслуживания. Тебе крупно повезло.       — Кстати, возьми это. С сегодняшнего дня ты официальный член «Третьего глаза». Все свои полномочия можешь проверить на браслете.       Тан Сяо взял черный браслет, надел его на запястье и, поблагодарив врача, вышел.       Вернувшись в свою комнату в общежитии, он принялся изучать информацию на устройстве. Теперь данные были куда подробнее тех, что давал Бэббит: список запретных зон, общая структура института, общественные объекты и то, что интересовало Тан Сяо больше всего.       Платформа для внутренних торговых операций.       В институте не было понятия денег — их заменяли баллы. За баллы здесь можно было выменять буквально всё: от оборудования и реактивов до подопытных мышей, оружия и драгоценных металлов. Зарплата каждый месяц начислялась на счет в виде этих самых баллов.       Похоже, это и был обещанный системой «Магазин фракции».       Чем выше должность, тем больше баллов начислялось ежемесячно. Такие новички-ассистенты, как Тан Сяо, получали всего по тысяче баллов в месяц, зато проживание и питание были бесплатными.       Тепловой пистолет, которым он пользовался раньше, стоил 800 баллов, а разовый доступ к медобслуживанию третьего уровня — 500 баллов.       Раздался электронный сигнал: «Вам зачислены баллы».       Тан Сяо опешил и поспешил проверить баланс. К его удивлению, вместо нуля на счету красовалось 3000.       В примечании к переводу значилось:       [Награда за обнаружение нового направления исследований. — Бадэ].       Тан Сяо расплылся в улыбке. Он тут же купил тепловой пистолет, немного повоевал с жадностью и заказал термическую гранату, а оставшиеся баллы решил приберечь на черный день.       Затем он открыл панель личных характеристик.       [Имя: Тан Сяо       Пол: Мужской       Профессия: Ассистент-исследователь       Фракция: Третий глаз       Сила: 40 (Наверное, ты частенько проигрываешь в армрестлинге)       Ловкость: 45 (Твой шанс выжить — подставить подножку другому во время бегства)       Телосложение: 38 (Студент, который может легко отбросить коньки)       Интеллект/Интуиция: 63 (IQ уровня престижного университета)       Удача: 70 (Умело выбрал, в какой семье родиться)       Обаяние: 69 (Просто симпатичный парень, первый красавчик факультета)       Основные дисциплины:       Биология: ур. 0 (56/100)       Смежные дисциплины:       Биохимия: ур. 0 (10/100)       Биофизика: ур. 0 (0/100)       ... (заблокировано)       Репутация во фракции: Холодность       Набранные очки благосклонности: 10 (нажмите для подробностей)       Оценка: Один из обычных восьми миллиардов людей].       Тан Сяо: «...Что это еще за характеристика?»       Он немного покопался в настройках и обнаружил упомянутый обмен навыков. Оказалось, очки благосклонности можно обменивать на опыт дисциплин: 1 очко благосклонности давало 10 очков опыта. Однако только очки от маленького монстра считались «один к одному», а от остальных людей — всего лишь «один к половине» (0.5).       Способов повысить характеристики персонажа (силу, ловкость и т.д.) он не нашел и предположил, что для этого нужны особые задания или предметы.       Открыв детализацию, он увидел, что из 10 очков — три пришлись на «428-го», а остальные семь — на других людей, находившихся в лаборатории. Один только парень по фамилии Лоци щедро «подарил» ему целых три очка.       «И впрямь игра про любовь... Неужели тут можно открывать побочные романтические ветки?»       Тан Сяо покачал головой, решив разобраться с этим позже. Что касается обмена очков на опыт, он пока не определился, что именно ему нужно, поэтому отложил это дело.       В игровом мире уже наступил вечер. Тан Сяо прикинул время и решил выйти из системы, чтобы отдохнуть.       Когда он снова зашел в игру, наступило утро. Сегодня начинался его первый официальный рабочий день. Тан Сяо быстро собрался, надел полагающуюся форму — рубашку и черные брюки — и у самой двери обнаружил посылку с заказанным вчера оружием. Распаковав его, он прихватил снаряжение с собой.       — Эй, Тан, доброе утро!       Внезапно сзади раздался незнакомый окрик, и чья-то рука легла ему на плечо. Тан Сяо обернулся и увидел того самого блондина — кажется, его звали Декстер Лоци.       Лоци был довольно красивым юношей: золотистые волосы сияли на солнце, даже ресницы были золотыми. На вид он был ровесником Тан Сяо, с легкой детской припухлостью на щеках — казалось, он только-только перешагнул порог юношества.       Заметив, что Тан Сяо молчит, блондин перестал улыбаться и убрал руку:       — Прости. Можно мне называть тебя Тан?       Вспомнив о «пожертвованных» очках благосклонности, Тан Сяо кивнул.       Лоци заметно расслабился, и на его лице снова засияла яркая улыбка:       — Спасибо! Я-то думал, что с такими гениями, как ты, сложно найти общий язык. Рад, что ошибся.       — Гений? Я? — Тан Сяо опешил и нахмурился. — С чего ты взял, что я гений?       Сам-то он об этом не знал. Судя по системной оценке и характеристикам, тут любой встречный мог заткнуть его за пояс по знаниям.       — Ну, из-за твоей болезни... Ой, ты, наверное, хотел это скрыть? Прости-прости.       Тан Сяо ничего не ответил, лишь продолжал хмуро сверлить его взглядом.       Под этим взором у Лоци по спине пробежал холодок, и он поднял руки, сдаваясь:       — На самом деле я сам догадался. Не волнуйся, я никому не скажу. Такую болезнь не выявить при обычном осмотре, и в твоем личном деле её не будет. — «Хотя остальные, скорее всего, тоже догадываются».       «Что за бред он несет?»       — Я не болен, — отрезал Тан Сяо.       — Да-да, я понимаю, — Лоци приложил палец к губам. — Могила.       Тан Сяо: «...Нет, ну серьезно, откуда у меня взялась болезнь, о которой я сам не в курсе?»       Видя, что этот парень явно не настроен слушать объяснения, Тан Сяо лишь дернул уголком рта. Лень было тратить силы на пустую болтовню — со временем сами поймут, что никакой он не гений, и недоразумение разрешится.       — Кстати, почему ты сегодня без очков? — с нескрываемым нетерпением спросил Лоци. — Вчера ты вроде был в них.       — Те очки были не мои, я их не ношу, — честно ответил Тан Сяо. У него было идеальное зрение. Вчерашние очки он подобрал лишь для того, чтобы в нужный момент скрыть направление взгляда, да и линзы в них разбились — носить было нечего.       Услышав это, Лоци замер, его рука застыла в кармане. Тан Сяо покосился на него:       — Что такое?       Лоци неловко вытащил руку и протянул Тан Сяо очки в серебряной оправе:       — Я заметил, что твои сломались, и специально нашел точно такие же... Тебе очень идет, когда ты в очках. Это подчеркивает твой образ.       Тан Сяо уже хотел отказаться, но Лоци затараторил:       — К тому же, так ты выглядишь более... суровым. Бэббит наверняка попытается доставить тебе неприятности, а те подпевалы могут начать над тобой издеваться, так что...       Тан Сяо нахмурился:       — С чего бы Бэббиту ко мне цепляться? И откуда тебе это известно?       Лоци промолчал, лишь снова протянул руку с очками. Его большие голубые глаза умоляюще моргнули. Он сейчас чертовски напоминал соседского золотистого ретривера.       Тан Сяо иронично приподнял бровь и, решив, что это не принципиально, взял подарок.       [Вы получили: Очки-нулевки. При ношении: Обаяние +5].       «Они еще и статы повышают?» Тан Сяо тут же их надел.       Увидев Тан Сяо в очках, Лоци невольно затаил дыхание, а в глубине его глаз мелькнуло восхищение. Он не ошибся.       Тан Сяо был по-настоящему красив. Природа наградила его «глазами персика», а под правым веком виднелась крохотная родинка. Стоило ему на кого-то взглянуть, как казалось, будто он смотрит на возлюбленного. Друзья в реальности подшучивали: если бы Тан Сяо вел стримы с лицом, у него было бы в разы больше фанатов, но он сам этого не хотел.       Но теперь, когда он надел очки и застегнул форму на все пуговицы, этот томный взгляд скрылся за линзами. Юноша стал выглядеть неприступным, холодным и даже аскетичным. Этот образ идеально вписывался в стерильную атмосферу лаборатории. Лоци был прав: теперь Тан Сяо казался человеком, к которому страшно даже подойти.       Однако взгляд Лоци невольно соскользнул на полностью зажившую руку Тан Сяо. Он вспомнил вчерашнюю сцену: растрепанный вид, разбитая холодная маска и жуткий ожог на белоснежной коже... В этой картине была какая-то болезненная, жестокая эстетика.       Динь-динь! Еще +2 очка благосклонности. Тан Сяо посмотрел на Лоци как на чудака и щелкнул пальцами перед его лицом.       — Так что там за информация?       Лоци смущенно кашлянул, пытаясь скрыть румянец:       — Ты помог продлить проект, но Бэббит уже договорился о переходе в другую лабораторию. Он давно хотел отсюда свалить, а из-за тебя его планы накрылись медным тазом. Как думаешь, будет он после этого к тебе цепляться?       Тан Сяо: «...» Неужели эта игра должна быть настолько реалистичной в плане офисных интриг?       Видя молчание Тан Сяо, Лоци поспешил добавить:       — Но ты не дрейфь. Ты же гений, да еще и доктор Бадэ тебя запомнил. Бэббит при всём желании не посмеет тронуть тебя открыто. Если сможешь закрепиться в лаборатории, он недолго будет над тобой властвовать. Главное — не лезь на рожон, действуй по обстоятельствам.       «Да не гений я...» Тан Сяо мысленно вздохнул, но вслух ничего не сказал, лишь кивнул.       Вскоре они пришли в лабораторию. Всё было именно так, как описывал Лоци: Бэббит, хоть и не был большой шишкой, здесь считался мелким боссом, в чьем подчинении были «научные работяги». Увидев Тан Сяо, он мгновенно помрачнел. Оживленные разговоры новичков тут же стихли, в помещении воцарилась тяжелая тишина.       Бэббит скривил губы в фальшивой улыбке:       — В первый же день опаздываем? Нынешняя молодежь совсем распустилась...       — До семи утра, указанных в письме, еще десять минут, — Тан Сяо не собирался потакать ему и спокойно огрызнулся.       Лицо Бэббита потемнело:       — Раз уж вы в этой лаборатории, правила устанавливаю я. И если я сказал, что ты опоздал — значит, опоздал. К сожалению, все рабочие места уже заняты. Пока не появится свободный стол, будешь на побегушках: мыть посуду и собирать биоматериалы у «428-го».       Лоци сразу понял, к чему клонит Бэббит, и обеспокоенно взглянул на друга.       Юноша поджал губы, его красивые брови сошлись на переносице. Ледяная аура, исходящая от него, стала почти осязаемой. Лоци не ошибся в своих эстетических суждениях: когда Тан Сяо сердился, он выглядел по-настоящему опасным, а очки лишь добавляли его взгляду колючей стужи.       Но Бэббита это не пугало. Напротив, он только и ждал, что новичок начнет протестовать. После той ночи все понимали потенциал этого парня, но потенциал и его реализация — разные вещи. По игровым данным, Тан Сяо был всего лишь магистрантом.       В «Третьем глазе» тоже можно было повышать ученую степень — если кто-то из высокопоставленных ученых согласится взять тебя в ученики. Но для этого нужно было проявить себя, заинтересовать их своими результатами.       В мире науки правят публикации и достижения. Какой бы высокий IQ у тебя ни был, без реальных плодов это просто красивая цифра. А гениев в мире науки всегда хватало.       Бэббит явно не собирался давать Тан Сяо даже подойти к приборам. Он решил задавить его авторитетом, не давая ни единого шанса выделиться.       Лоци больше всего боялся, что Тан Сяо сорвется. В «Третьем глазе» дисциплина и иерархия были крайне жесткими. Если он начнет качать права, у Бэббита появится законный повод избавиться от него, и никто не скажет ни слова.       Тан Сяо молчал. И когда все уже решили, что он вот-вот взорвется, юноша спокойно поправил очки указательным пальцем:       — Я понял.       «Принял условия?»       Лоци замер, Бэббит тоже на мгновение опешил, а затем нахмурился:— Ну и чего стоишь? Иди мой стаканы.       Тан Сяо беспрекословно подчинился. С каменным лицом он принялся за работу, не выказывая ни тени недовольства. Бэббит, лишившись возможности продолжить скандал, раздраженно цокнул языком и пошел раздавать указания другим исследователям.       В середине рабочего дня, улучив момент, когда Бэббит отвернулся, Лоци подкрался к Тан Сяо:       — Я думал, ты начнешь сопротивляться. Хорошо, что ты этого не сделал.       Вчерашнее впечатление было слишком сильным: ради поимки монстра Тан Сяо пожертвовал рукой. Все считали его решительным и жестким человеком, который не терпит обид. То, что у него хватило выдержки и хитрости промолчать, заставило Лоци зауважать его еще больше.       Слушая очередные уведомления о росте благосклонности, Тан Сяо сохранял невозмутимость. На самом деле причина его смирения была проста.       Был ли хоть малейший шанс, что он, будучи в реальности второкурсником-прогульщиком, не провалится при проведении сложного эксперимента в первый же день?       Напротив, Бэббит, сам того не зная, помог ему сохранить репутацию «гениального ученого», которую ему приписали окружающие.       — Но что ты будешь делать дальше? — Лоци был полон тревоги. — Бэббит заставит тебя собирать образцы. Он явно хочет тебя подставить.       Все знали, что собирать образцы сейчас нужно только у «428-го». Не самое приятное занятие, учитывая, что они вчера не на шутку поссорились.       Тан Сяо промолчал. Время шло за рутинной работой, и, как и предсказывал Лоци, Бэббит не собирался оставлять его в покое.       — Что ж, будь добр, собери образцы кислоты, — с нескрываемой злобой в голосе произнес Бэббит, всовывая в руки юноше пробирки и инструменты. Он похлопал Тан Сяо по плечу: — Удачи. Вчера ты смог покалечить эту тварь в одиночку, а теперь, с нашей помощью, у тебя тем более всё получится.       Он явно надеялся, что монстр внутри «тепло» встретит своего вчерашнего обидчика. Если новичок «случайно» погибнет в камере, никто и слова не скажет.       Тан Сяо скривил губы в подобии улыбки:       — Конечно, господин Бэббит. Кстати, доктор Бадэ вчера прислал мне письмо с личной благодарностью. Он сказал, что хотел бы пообедать со мной. Интересно, когда у него найдется свободное время?       При виде того, как перекосило лицо Бэббита, улыбка Тан Сяо стала искреннее. Надев защитный костюм, он вошел в буферную зону. Дверь перед ним открылась, словно пасть морского левиафана, открывая вид на безмолвную тьму.       Он невольно глубоко вздохнул. Пальцы мелко дрожали — тело, помня ужас прошлых циклов, уже почуяло запах хищника. Ощущение того, как тебя поглощают, как в тебя проникают нити грибницы, всё еще зудело в нервных окончаниях.       Он знал, что монстр там. Этот кроваво-красный клубок нитей, безумный пес, одержимый желанием сожрать его. Самый сложный «уровень», самый непонятный босс.       Но игрок никогда не отступает.       Еще когда он просил спасти это существо, он знал, что им придется встретиться снова. И он не собирался бежать. Даже если это непривычный для него жанр игры, он просто будет относиться к этому существу как к «финальному боссу».       Скрыть лезвие за лаской, спрятать жажду убийства за словами.       Он — игрок. Сколько бы сил ни потребовалось, сколько бы раз ни пришлось загружаться, он обязательно «добудет» этого монстра. А когда задание будет выполнено, он обязательно найдет способ жестоко отомстить этой твари.       Тан Сяо усмехнулся и шагнул в темноту. Его силуэт мгновенно поглотила тень великана.       [Точка сохранения №2 перезаписана].              Комментарии к переводу:       Глаза персика (桃花眼, táohuāyǎn): Популярный в Китае тип разреза глаз. Считается очень привлекательным: глаза напоминают лепестки персика, они длинные, с приподнятыми уголками. Взгляд таких глаз кажется туманным, влажным и очень соблазнительным.       Слезинка / Родинка под глазом (泪痣, lèi zhì): Маленькая родинка под нижним веком. В китайской физиогномике считается знаком чувствительной натуры и приносит обладателю удачу в любви (хотя по легендам это «застывшая слеза» из прошлой жизни).       Ассистент-исследователь: Первая ступень в карьере ученого в рамках организации.       Магазин фракции: Стандартная механика RPG, где за выполнение заданий внутри группы (фракции) можно покупать уникальные предметы.       Очки благосклонности (好感度, hǎogǎndù): Уровень отношений с персонажами. Тан Сяо обнаружил, что их можно «скармливать» системе ради получения опыта в науках.       Очки-нулевки / Плоские очки: Очки без диоптрий, используемые как аксессуар. В играх такие предметы часто дают бонус к характеристике «Обаяние» (Charm/Appeal).       Биофизика и биохимия: Дисциплины, которые Тан Сяо придется «прокачивать». Ирония в том, что в реальности он прогуливал эти лекции, а в игре от них зависит его жизнь.       Биоматериал / Сбор образцов: В лабораториях это стандартная процедура, но в условиях данной игры это смертельно опасное задание, похожее на «кормление тигра с рук».              Глава 6. Кто теперь охотник?       Чтобы попасть к месту содержания монстра, необходимо было пройти через зону дезинфекции.       Тан Сяо выглядел полностью экипированным: на нём был защитный костюм и противогаз. После тщательной санитарной обработки последняя герметичная дверь наконец открылась.       Поскольку «428-й» уже однажды сбегал, его перевели в более защищенное помещение. Пока ученые не проанализировали свойства выделяемой им кислоты, стены здесь облицевали новым, еще более прочным материалом. За камерой велось круглосуточное наблюдение, а в каждую стену вмонтировали систему подачи высокотемпературного тока. Стоило монстру проявить хоть каплю лишней активности, и вся комната в мгновение ока превратилась бы в микроволновку или аэрогриль.       По неизвестной причине свет внутри не горел. Стоило Тан Сяо войти, как дверь за его спиной захлопнулась, погружая его в кромешную тьму.       Человек испытывает инстинктивный страх перед темнотой. Возможно, он унаследован от далеких предков, чей покой в ночи нарушали хищники. Вот и сейчас Тан Сяо отчетливо осознавал: в этой черноте за ним пристально наблюдает чудовище.       Тук-тук... тук-тук...       Пульс начал медленно ползти вверх.       Тан Сяо замер, надеясь, что глаза хотя бы немного привыкнут к темноте. Но Бэббит, явно решивший проучить наглеца, не собирался ждать. Его голос раздался из динамиков, подгоняя юношу:       — Чего застыл? Живее за работу! Мы ждем биологические образцы.       На заднем плане послышались издевательские смешки.       Тан Сяо глубоко вздохнул и с каменным лицом шагнул в темноту. Ему показалось — или в воздухе действительно пахнет ржавчиной?       Он почти ничего не видел, а потому не мог заметить, что эта холодная тюрьма уже давно превратилась в логово зверя.       Всего за одну ночь монстр, размером не больше тарелки, увеличился в несколько раз. Мицелий покрыл почти все поверхности. В самом дальнем от входа углу в беспорядке валялись кости крупных животных, а в центре, словно паук в паутине, восседало ядро грибницы. На его бесформенном туловище десятки оранжево-желтых зрачков, не мигая, следили за юношей, который медленно шел вглубь западни.       Кровавые нити зашевелились. Они бесшумно скользили за спиной Тан Сяо, облепляя единственную дверь и перекрывая путь к спасению.       Каждая ниточка мицелия вибрировала от возбуждения, передаваемого основным телом. Оранжевые глаза не отрывались от Тан Сяо, жадно ловя его запах.       Охотник был обманут добычей, тяжело ранен и снова пойман.       По идее, «428-й» должен был ненавидеть Тан Сяо, но притяжение, которое он испытывал к этому человеку, было сильнее всякой ненависти.       Олененок, который, как он думал, больше не вернется, сам пришел к нему в объятия.       Обладай «428-й» человеческим телом, он бы сейчас не сдержал торжествующей ухмылки. Но такой функции у него не было, поэтому глаза просто неподвижно фиксировали каждое движение Тан Сяо. Тонкие нити грибницы следовали за его шагами, пока юноша не оказался в самом центре камеры — всего в метре от ядра монстра.       «428-й» ожидал, что безрассудный олененок сам прыгнет в центр паутины, и тогда он окутает его целиком. Однако добыча, кажется, почуяла неладное и остановилась.       Но было уже поздно.       Почувствовав на лодыжке знакомое прикосновение липкого мицелия, Тан Сяо вздрогнул. Он попытался стряхнуть его резким движением, но вязкие нити лишь крепче обхватили ногу, поползли выше по коже. Несмотря на защитный костюм, Тан Сяо казалось, что эти жгутики ищут малейшую щелочку, чтобы пробраться внутрь.       — Подожди! — Тан Сяо схватил мицелий руками, пытаясь отодрать его от голени, но грибница была упряма и уже тянулась к его рукам.       Одновременно с этим он почувствовал что-то холодное у левой ноги, за поясом и даже на затылке.       Волоски на руках встали дыбом, на лбу выступил холодный пот. Глаза наконец немного адаптировались к темноте, и он смог различить призрачные тени. До этого он видел лишь несколько светящихся зрачков, потому и остановился, но теперь перед ним открылась полная картина.       Лучше бы он оставался в неведении.       Вся комната была заткана кровавой грибницей, превратившись в подобие желудка гигантского зверя. А он сам был пищей, которая добровольно в этот желудок зашла.       Нити мицелия осторожно окружали его со всех сторон, слой за слоем, выжидая момент, когда добыча перестанет сопротивляться.       Оранжевые глаза пристально следили за каждым вдохом. Стоило дыханию юноши сбиться, как грибница получила сигнал. Она мгновенно стянулась, намертво сковывая Тан Сяо в кокон, а мягкие до этого нити стали острыми, как бритва.       Раздался треск разрываемой ткани защитного костюма. Тан Сяо дернулся к тепловому пистолету на поясе, но монстр оказался быстрее. Тонкая плеть выбила оружие, а остальная масса грибницы, словно приливная волна, приготовилась захлестнуть жертву.       В этот критический момент Тан Сяо не потерял самообладания. Из разорванного рукава он выронил небольшую сферу прямо туда, где теснились оранжевые глаза.       Вспышка! Сфера взорвалась, обдав всё вокруг жаром. Ближайшие нити мицелия обуглились и заскручивались, замертво опадая на пол. Тан Сяо мгновенно перехватил свой пистолет, направил его в центр скопления глаз и, пока «428-й» не пришел в себя, заговорил скороговоркой:       — Выслушай меня! Я пришел предложить сотрудничество! Я знаю, что ты жаждешь моей плоти и крови, но пока ты заперт в этой лаборатории, ты не сможешь поглотить меня без остатка. Как только мои жизненные показатели исчезнут, здесь активируется режим зачистки, и ты покойник!       Движение монстра в тени замедлилось. Казалось, он задумался.       Тан Сяо понимал: интеллект этой твари не уступает человеческому. Заметив, что его слушают, он продолжил:       — Но если ты оставишь меня в живых, я буду давать тебе свою кровь каждый день. Так ты сможешь достичь своей цели постепенно.       Сейчас его единственными козырями были его собственная привлекательность для монстра и военная мощь «Третьего глаза».       Но если их отношения так и останутся на уровне «охотник и жертва», основное задание никогда не будет выполнено. Даже если он вызовет у монстра какие-то эмоции, благосклонность останется отрицательной. И каждый раз, входя в эту камеру, он будет рисковать быть съеденным и начинать всё сначала.       Чтобы продвинуть сюжет, нужно договориться с монстром. Изменить их роли.       Они должны стать не просто «хищником и едой», а «преступником и сообщником», «экспериментатором и подопечным».       Если монстр достаточно умен, он поймет, что есть его прямо здесь — плохая идея. Судя по странному поведению твари в прошлом цикле, «428-й» не хотел пожирать его в опасной зоне, потому что тогда поглощение не было бы полным. А этот жадный монстр не хотел упускать ни крошки.       Сердце Тан Сяо колотилось как сумасшедшее. На него смотрели десятки глаз. Внезапно мицелий снова бросился в атаку!       У юноши упало сердце. Нити грибницы, словно канаты, опутали его ноги. Тан Сяо, не колеблясь, нажал на курок.       Почва под ногами внезапно вздыбилась и пошла волнами. Тан Сяо потерял равновесие. Сильный рывок за ноги — и он повалился на пол. Ствол пистолета вильнул в сторону. В тот же миг грибница навалилась сверху, сковывая руки, ноги и зажимая рот.       Эта знакомая сцена заставила Тан Сяо похолодеть. Неужели сейчас снова откроется CG «Странное древо»?..       Нет... Постойте. Похоже, этот монстр именно так и задумал!       Тан Сяо с трудом приподнял голову, глядя на «428-го», который взирал на него сверху вниз. Гроздья глазных яблок, уже наполовину восстановившихся, сверлили прижатого к полу юношу.       В эту секунду в голове Тан Сяо промелькнуло осознание: что именно в его словах было не так.       «Как только мои жизненные показатели исчезнут, здесь активируется режим зачистки, и ты покойник!»       Но ведь верно и обратное: если жизненные показатели не исчезнут...       Лоб Тан Сяо покрылся испариной.       Как он мог забыть? Если «428-й» — гриб или обладает чертами гриба...       Муравьи-зомби. Кордицепс.       Грибам не привыкать к паразитизму.       В этот миг Тан Сяо был готов сдаться и ждать перезагрузки. Его конечности придавило огромным весом, кости жалобно хрустнули.       Ему предстояло снова стать носителем для этого кошмарного паразита.       Стратегия провалилась. С этим монстром нельзя договориться. Он умен, но верит только самому себе. Он верит, что сможет обмануть людей снаружи, сожрать его за ночь, эволюционировать и сбежать...       Постойте... Эволюционировать?       Тан Сяо с силой укусил нить мицелия, пробравшуюся ему в рот, выплюнул её и прохрипел:       — Я... помогу тебе стать Королем грибов.       Он зажмурился от страха, но в его памяти всплыли два открытых CG. В обоих случаях облик монстра претерпевал колоссальные изменения. Если вспомнить основное задание, цель «428-го» становилась очевидной.       Мицелий замер на самой коже Тан Сяо, не проникая внутрь. Впервые за бесчисленное множество циклов этот монстр засомневался в процессе поглощения.       Тан Сяо медленно выдохнул. Он отменил команду выхода из игры. Кажется, он нащупал слабое место этой твари.       Чувство азарта пробежало по его телу, достигая кончиков пальцев. Такое он испытывал, когда впервые улавливал паттерн атак сверхсложного босса и по миллиметру сносил полоску здоровья врагу, который убивал его десятки раз.       Это чувство триумфа он не мог забыть никогда.       И сейчас это возбуждение снова захлестнуло его. Тан Сяо вскинул голову, его глаза горели. Его взгляд был подобен острому скальпелю, точно вскрывающему уязвимость монстра.       — Если подопытный выходит из-под контроля, его ждет только уничтожение. Даже если ты поглотишь меня, ты не сможешь противостоять всей организации, — холодно произнес Тан Сяо. — Ты уже видел мощь их оружия. Система мониторинга следит за нами в реальном времени. В худшем случае, как только наши показатели начнут колебаться, сюда ворвется спецназ и прервет твой обед.       — Но, если мы станем союзниками, я помогу тебе избежать утилизации. Я буду защищать тебя. Я буду выращивать тебя. Так же, как я спас тебя в прошлый раз.       С этими словами юноша с силой выпростал руку из хватки мицелия. «428-й» совсем не походил на человека, по одним глазам невозможно было понять, о чем он думает. Лишь то, с какой легкостью он позволил Тан Сяо освободить руку, доказывало: монстр не остался равнодушным.       — Поэтому... — Тан Сяо занес свободную левую руку и резко, до крови, закусил запястье.       Он не жалел себя. Сосуды лопнули, и кровь, словно алая лента, потекла по бледной коже.       Он протянул руку монстру. Остатки крови окрасили его губы. Очки давно потерялись, и в его прекрасных «глазах персика» сейчас полыхнуло безумное пламя:       — Пей мою кровь. И эволюционируй в истинное Чудовище.       Снова это чувство.       Оранжевые зрачки сузились. В них отражался юноша с окровавленными губами и ледяным, пронзительным взглядом. Он был пугающе красив.       «428-й» еще не знал, как описать то, что видел. Лишь много позже, когда он обретет человеческий облик и начнет изучать культуру людей, он вспомнит этот миг и подберет верное сравнение.       Тогда он был похож на инкуба из ада. Или на змея из Эдемского сада, который, поводя языком, протягивает руку и предлагает смертельный соблазн.       Странное чувство, нарушающее все биологические алгоритмы, захлестнуло монстра, вызывая хаос и раздражение. И в этом неведомом хаосе он почувствовал, как его непреодолимо тянет к этому человеку.       Монстр, выросший в лаборатории, обладал душой младенца или дикого зверя. У него были инстинкты, но не было человечности, и он не понимал, что с ним происходит.       Он просто подчинился природе.       Сплетенные нити мицелия, приняв форму щупальца, обхватили кровоточащую руку юноши.       Алая кровь и алая грибница смешались, превращаясь в запутанный красный клубок. Теперь их судьбы были официально переплетены.       В темноте Тан Сяо едва заметно улыбнулся. Это был его первый шаг. Первый узел на поводке, который он накинул на это прекрасное чудовище.              Комментарии к переводу:       Микроволновка / Аэрогриль: Тан Сяо использует современные бытовые аналогии для описания высокотехнологичной ловушки. «Аэрогриль» (空气炸锅) — очень популярный прибор в современном Китае.       Король грибов (菌之王): Титул из системного задания. Тан Сяо использует его как приманку для амбиций монстра.       Кордицепс (冬虫夏草): Реально существующий гриб-паразит, который берет под контроль нервную систему насекомых (чаще всего муравьев). Тан Сяо справедливо опасается, что монстр может не убить его, а превратить в марионетку.              Глава 7. Инвестиция и пробуждение в реальности       С того момента, как Тан Сяо вошел в зону содержания монстра, Лоци не отходил от пульта управления, донимая оператора:       — Ты можешь вывести изображение на экран? Безопасность гарантирована?       Оператор, мужчина средних лет, невольно покосился на подошедшего Бэббита. Получив от того едва заметный кивок, он неспешно отхлебнул чаю из термоса:       — Прошу прощения, но мониторы вчера вышли из строя, еще не починили.       — Такую серьезную поломку не могут устранить до сих пор? — возмутился Лоци.       — Вы же не знаете, что там внутри творится. «428-й» ведет себя крайне агрессивно, он очень чувствителен к наблюдению и свету, — выдавил оператор натянутую улыбку. — Камеры ломаются одна за другой. Стоит свету стать хоть немного ярче, он впадает в ярость. Только в полной темноте его удается хоть как-то успокоить.       — А прослушка?       — То же самое. — Оператор отвел глаза. Ему явно было неловко от собственной лжи, но деваться было некуда. Бэббит хоть и не входил в высшее руководство, но за долгие годы работы в разных лабораториях оброс такими связями и влиянием, которые новичкам и не снились.       Никто не станет портить отношения с ветераном ради новобранца, даже если тот — гений. Когда это в организации не хватало гениев?       Лоци крепко сжал губы, тоже осознав эту истину. Он повернулся к Бэббиту и заговорил тоном, в котором сквозило сдержанное достоинство:       — Господин Бэббит, Тан Сяо — человек, которого лично отметил доктор Бадэ.       — Ох, я знаю, я тоже переживаю, — пропел Бэббит с фальшивой усмешкой. — К тому же, разве показатели жизнедеятельности Тан Сяо не в норме?       «Ты называешь такой пульс и кровопотерю "нормой"?» — горько подумал Лоци. Он понял, что бессилен. Похоже, Бэббит твердо решил как следует «проучить» Тан Сяо.       Прошло десять мучительных минут. Бэббит наконец соизволил приказать оператору «поторопиться с ремонтом», но не успели те даже прикоснуться к технике, как дверь буферной зоны открылась.       Из неё вышел юноша, чей вид заставил бы содрогнуться любого.       Взгляд Лоци мгновенно приковало к Тан Сяо.       Целый до этого защитный костюм превратился в лохмотья, обнажая участки посиневшей кожи. Оправа очков треснула с одной стороны, губы были бледными, как папиросная бумага — казалось, тронь их, и они рассыпаются в прах. Правая рука безжизненно висела, а с кончиков пальцев лениво срывались капли крови.       Как ни посмотри, он явно потерпел там сокрушительное поражение.       Лоци бросился к нему, на ходу снимая свой белый халат и набрасывая его на плечи Тан Сяо:       — Ты как? Тебе нужно в медпункт!       Тан Сяо молча позволил укутать себя.       — Всё нормально, — сухо бросил он. Его взгляд скользнул мимо плеча Лоци и остановился на Бэббите, стоявшем со скрещенными на груди руками. Голос юноши звучал жестко: — Господин Бэббит, я полагаю, у вас сохранились записи того, что произошло внутри?       — Какая досада, сегодня и камеры, и прослушка сломались. Боюсь, ничего не осталось, — Бэббит развел руками с видом полнейшей невинности. В душе он ликовал: он предвидел, что Тан Сяо может пожаловаться Бадэ, и заранее позаботился о том, чтобы улик не осталось.       Он и не подозревал, что это было именно то, на что надеялся Тан Сяо. О союзе с монстром никто не должен был знать.       Видя, что юноша замолчал, Лоци решил, что тот подавлен несправедливостью. Чтобы избежать дальнейшего обострения конфликта, он почти силой потащил Тан Сяо к выходу:       — Сначала подлечимся. Пойдем.       Тан Сяо больше не проронил ни слова. Он бросил на Бэббита долгий взгляд, мысленно занося его в свой список «должников», и последовал за Лоци.       В медпункте дежурил тот же врач. Увидев Тан Сяо снова, он невозмутимо спросил:       — Какую категорию лечения выбираем? Сразу предупреждаю: прошлый раз оплатил доктор Бадэ, теперь придется тратить свои баллы.       — Третью категорию. Спишите с моего счета, — выпалил Лоци прежде, чем Тан Сяо успел открыть рот.       Юноша хотел возразить, но Лоци уже приложил браслет к терминалу.       — Третья категория позволит проверить, не осталось ли в теле скрытых повреждений, — пояснил он. — «428-й» — экспериментальный объект, кто знает, какие токсины он переносит. Не скромничай. Вернешь баллами, когда они у тебя появятся.       Тан Сяо пристально посмотрел на него и с недоумением спросил:       — Почему ты мне так помогаешь?       С точки зрения логики, Лоци следовало бы, как и остальным, заискивать перед Бэббитом. Однако этот парень сначала предупредил его об опасности, а теперь оплатил лечение, не боясь стать изгоем в глазах начальства.       Лоци пожал плечами:       — Считай это долгосрочной инвестицией. К тому же мне претит самоуверенность Бэббита. Он всего лишь выскочка, который кичится стажем работы, не такая уж он и важная птица.       В голосе блондина промелькнуло пренебрежение, которое плохо вязалось с его привычным образом «солнечного парня». В его словах чувствовалась скрытая острота.       Тан Сяо прищурился. Он не верил, что это единственная причина, но раз Лоци не хотел говорить, он не стал настаивать. После завершения полного цикла процедур его состояние резко улучшилось, что в очередной раз заставило его поразиться уровню местной медицины.       — Не волнуйся, Бэббит при всей своей дерзости не посмеет убить тебя сразу, — успокаивал его Лоци, видя, что Тан Сяо пришел в себя. — С технологиями этого места любая рана, кроме смертельной — пустяк. Худшее, что он может сделать — заставить тебя тратить все баллы на лечение. Будет больно, но не фатально. Он способен только на такие мелкие пакости, по-настоящему убить тебя он не рискнет.       Тан Сяо резко поднял голову:       — Он не рискнет убить «новичка» или он не рискнет убить именно «меня»?       Лоци усмехнулся:       — Конечно, только тебя. Если здесь погибнет безвестный новичок, никто и бровью не поведет.       Значит, его спасла репутация «гения» и личное внимание доктора Бадэ. Тан Сяо еще острее осознал жестокость «Третьего глаза». Стоит им узнать, что он никакой не ученый, его, скорее всего, просто скормят тому самому монстру.       Не игра, а ад какой-то. Он думал, что закрепился, но на деле он всё еще балансировал над пропастью, готовый сорваться в любой момент.       «Что ж... это просто замечательно.»       — Он что, улыбнулся?       Лоци впал в ступор, глядя на легкую усмешку, тронувшую губы Тан Сяо. Неужели нормальный человек, узнав, что перешел дорогу руководителю лаборатории, который держит в руках его жизнь, отреагирует так?       — Лоци, раз уж ты решил в меня инвестировать, я приму это всерьез.       Пока блондин пребывал в замешательстве, Тан Сяо снял разбитые очки и протянул их другу:       — Мне нужны материалы по проекту, ядром которого был «428-й». Ты сможешь их достать?       Раз уж он пообещал «428-му» сотрудничество, его ближайшей целью стало спасение монстра от утилизации (иначе — провал задания) и превращение его в «Короля грибов». Эти две задачи можно было объединить, но в одиночку Тан Сяо не справился бы. Ему нужно было понять, почему проект изначально признали неудачным.       Видя, что Лоци замер и не двигается, Тан Сяо нахмурился:       — Лоци?       — ...А, — очнулся тот и взял очки. Их пальцы случайно соприкоснулись, и от этого мимолетного тепла у Лоци екнуло сердце. Слова сами слетели с его языка: — Я поищу. Перешлю тебе на почту.       После всего случившегося Тан Сяо, конечно, не вернулся в лабораторию, чтобы лишний раз не видеть физиономию Бэббита. После разговора с Лоци он сразу отправился в общежитие отдыхать. К его радости, Лоци прислал материалы довольно быстро.       Но тут обнаружилась новая проблема.       Он ничего не понимал.       Это были настоящие, сложнейшие научные данные.       Тан Сяо, студент-второкурсник: «...Это уже чересчур реалистично».       Что за дела? Чтобы играть в эту игру, нужно быть доктором биологических наук? Разработчики, вы серьезно?!       Тан Сяо мысленно негодовал, но послушно открыл панель характеристик и навыков. Должен же быть способ обойти эту преграду. Игрок не может просто сесть в лужу.       Он сосредоточился на вкладке «Дисциплины».       Согласно правилам системы, 1 очко «чистой» благосклонности давало 10 очков опыта дисциплины. Сейчас в его запасе было... 20 очков? Откуда взялись еще десять?       Тан Сяо удивился. Оказывается, он отключил уведомления, потому что они его отвлекали. Заглянув в журнал, он увидел: 5 очков пришло от маленького монстра, а еще 5 — от Лоци. Учитывая коэффициент 0.5 для людей, это значило, что благосклонность Лоци подскочила сразу на 10 пунктов.       «Лоци и правда мировой парень», — подумал Тан Сяо.       Он решил провести эксперимент: вложил 1 очко в «Биологию». Полоска опыта продвинулась на 10 делений. Никаких изменений в сознании Тан Сяо не почувствовал. Тогда он, недолго думая, вбухал все очки, пока навык не достиг максимума.       [Уровень биологии повышен: ур. 1 (6/1000)].       Он снова взглянул в экран компьютера. И на этот раз... он действительно понял часть текста!       Мир игры развивался почти так же, как Земля, до определенного момента. Здесь грибы официально считались разумным видом. Человечество не могло с ними общаться, но знало, что грибницы пронизывают весь мир и обладают коллективным интеллектом. У них даже были свои «королевства».       В те времена дикая природа была опасной, но не до такой степени, как сейчас. Люди и грибы сосуществовали относительно мирно.       Перелом случился 50 лет назад после некоего «Великого события». Грибы начали паразитировать на животных, растениях и даже людях. Человечество было вынуждено укрыться в городах-крепостях. Дикая природа, особенно леса, стала «запретной зоной».       С тех пор слово «гриб» стало синонимом смертельной опасности. Зараженные существа мутировали, нарушая все законы биологической эволюции. В мире игры повсюду встречались причудливые монстры, владеющие чуть ли не сверхъестественными силами.       Чтобы разобраться в причинах, люди однажды отправили экспедицию в самое сердце «Грибного королевства» в Мэйчжоу, чтобы найти легендарного Короля грибов. Никто не знает, что там произошло. Вернулся только один человек, но он полностью лишился рассудка и не мог вымолвить ни слова о пережитом.       «428-й» был одной из спор, которую привезли те выжившие. Тогда она была размером всего 2 миллиметра. Предполагалось, что это спора того самого Короля.       Целью проекта было воссоздание способностей Короля грибов. По версии ученых, он мог по желанию изменять плоть, ускорять эволюцию и управлять всеми грибковыми организмами. «428-й» должен был стать биологическим оружием, дарующим людям эту мощь.       Тан Сяо увлеченно читал, когда на игровом интерфейсе внезапно всплыло несколько сообщений.       Лысый осел: «Ты где пропал? Скоро тест, старик Ли лично пришел принимать. Сказал, кто не явится — прощайте баллы за семестр!»       Ша-сэн: «Сяо-Сяо, ты еще не на месте? До начала осталось полчаса».       Ба-цзе: «Брат, я больше не могу его отвлекать. Ли уже про тебя спрашивал. Живее!»       Твою же мать!       Тан Сяо хлопнул себя по лбу. Какая там игра, какой «428-й»! Он напрочь забыл про сегодняшний тест! Срочно сохранившись, он пулей вылетел из системы.              Комментарии к переводу:       В конце главы появляются сообщения от друзей Тан Сяо. Их никнеймы — это отсылка к классическому китайскому роману «Путешествие на Запад».       Лысый осел (秃驴, tūlǘ): Грубое прозвище монахов в Китае. Скорее всего, это друг, который вечно спорит с Тан Сяо (в романе — Сунь Укун, Царь Обезьян).       Ша-сэн (沙僧): Третий ученик монаха, Ша Уцзин. Обычно самый спокойный и рассудительный в группе.       Ба-цзе (八戒): Чжу Бацзе, комичный персонаж-свинья. В компании друзей это обычно «весельчак» или тот, кто вечно попадает в переделки.       Мэйчжоу (梅州): Географическое название в игре, ставшее эпицентром заражения.       Спора (孢子): Зачаточное состояние гриба. «428-й» вырос из крошечной споры до монстра, способного убивать людей.       Биологическое оружие: В мире игры грибы рассматриваются не как растения или еда, а как инструмент для войны и эволюции.              Глава 8. Реальность или игра?       Тан Сяо, тяжело дыша, ворвался в аудиторию. В этот момент староста уже начал раздавать листки. Увидев запыхавшегося парня, он лишь удивленно вскинул брови и кивнул в сторону кафедры.       Восемнадцатилетний юноша замер. На кафедре уже восседал профессор с абсолютно седыми висками и смерил его многозначительным взглядом.       Все студенты первой группы биофака знали: «старик Ли» не любит улыбаться. Но если на его лице появлялась улыбка — чем шире она была, тем сильнее он злился внутри. А это значило, что кому-то несдобровать.       И сейчас эта улыбка, растянувшаяся минимум на 60 градусов, в глазах Тан Сяо была равносильна смертному приговору для его оценок за семестр.       Тан Сяо тут же отвесил вежливый поклон:       — Простите, профессор! Я попал в пробку и опоздал!       — Живее садись, не отнимай время у остальных, — произнес Ли сухо, с той же натянутой улыбкой.       Тан Сяо поспешил на свое место. С помощью соседа по комнате, который незаметно помахал ему рукой, он наконец уселся. Стоило его пятой точке коснуться стула, как размеренный голос профессора Ли снова прозвучал в тишине:       — Кстати. Если не сдашь этот тест хотя бы на проходной балл, забудь о баллах за посещаемость.       Тан Сяо мысленно скорчил страдальческую мину, но вслух возразить не посмел, боясь еще больше разозлить старика:       — Слушаюсь.       Раздача листков продолжалась. Тан Сяо уныло покосился на «Лысого осла», но не успел и рта открыть, как Ли холодно добавил:       — И учтите: если поймаю кого-то на списывании, последствия вы знаете.       Соседи по комнате, которые только что пытались установить с Тан Сяо зрительный контакт, мгновенно уставились в свои парты.       Всё, приплыли. Помощи ждать не откуда.       Тан Сяо со смирением смертника принял листок из рук староста, решив заполнить хотя бы те пропуски, которые сможет.       На самом деле Тан Сяо не был глупым — дураки не поступают в престижные вузы. Его беда была в том, что он угодил в одну из «гиблых» специальностей — биологию, да еще и частенько прогуливал лекции ради игр. Обычно его пределом было заветное «60 баллов — и жизнь прекрасна».       Но тесты профессора Ли никогда не были простыми. Вопросы всегда были каверзными, узкоспециализированными или касались самых передовых открытий, о которых упоминалось вскользь. Даже отличникам было непросто набрать высший балл. Обычно только половина группы справлялась с тестом, и Тан Сяо неизменно оказывался во второй половине.       Ну, по крайней мере, так было раньше.       Тан Сяо тупо уставился на листок. Пробежал глазами вопросы от начала до конца, перевернул страницу. Снова прочитал всё и снова перевернул.       Шорох бумаги заставил соседей слева и справа, которые только приготовились писать, удивленно на него уставиться. Профессор Ли нахмурился:       — В чем дело? В твоем варианте опечатки?       — Э-э, нет.       — Тогда соблюдай тишину и не отвлекай других.       Тан Сяо тут же замолчал. Он опустил голову, глядя в тест. На самом деле он хотел спросить, не слишком ли простые здесь вопросы, но вовремя прикусил язык. Если профессор Ли и правда ошибся вариантом, а он на это укажет, то станет врагом всей группы.       Но вопросы и правда были элементарными. Он знал ответы на каждый из них.       Тан Сяо застрочил. Ручка летала по бумаге, слова складывались в идеальные ответы сами собой. Он даже не заметил, как глаза «Лысого осла», сидящего рядом, начали медленно вылезать из орбит.       Это было похоже на озарение: стоило ему прочитать вопрос, как нужные знания услужливо всплывали в памяти и буквально выплескивались на бумагу.       Очнулся он, когда обе страницы были полностью исписаны.       По своей старой привычке он бы уже давно сдал работу и со спокойной душой ушел ждать приговора. Но сегодня, уже попавшись на опоздании, он решил не высовываться.       Когда час истек и все начали сдавать листки, Тан Сяо медленно смешался с толпой и положил свой вариант на стол, стараясь быть максимально незаметным. После чего он вместе с друзьями покинул аудиторию.       Стоило им выйти в коридор, как вокруг поднялся гул: все принялись сверять ответы. «Ба-цзе» проворчал:       — Тест был просто зверский. Старик Ли явно решил нас приструнить!       — И не говори. Наверняка увидел, что скоро каникулы, вот и решил устроить нам встряску, чтобы мы и на праздниках покоя не знали, — вздохнул «Ша-сэн».       Их чат в общежитии назывался «Путешествие на Запад». Имена участников идеально подходили под характеры героев: один — ворчливый, другой — вечно голодный, третий — невозмутимый слушатель.       Тан Сяо в этом чате и в телефонах друзей значился как «Сунь-обезьяна». Это почетное прозвище он заслужил тем, что постоянно испытывал терпение куратора, паря над правилами, словно Великий Пэн. Пока другие первокурсники еще боялись лишний раз вздохнуть, он уже вовсю прогуливал скучные лекции и игнорировал формальные мероприятия. Словом — настоящий «Победоносный Будда».       «Лысый осел» спросил:       — Сяо-Сяо, а ты чего так быстро строчил? Надеюсь, не писал всякую чушь, лишь бы отвязаться? Ли это сразу поймет.       — С чего бы? Просто тест был очень легкий, — выпалил Тан Сяо. — Я вообще хотел спросить, вам он правда показался сложным? Мне показалось, Ли перепутал вопросы и раздал нам какую-то ерунду.       «Ба-цзе», «Лысый осел» и «Ша-сэн» замерли и переглянулись.       — Что такое?       — Тебе показалось... что было легко? — лицо «Ба-цзе» странно дернулось. «Ша-сэн» посмотрел на Тан Сяо взглядом типа: «Народ, посмотрите на этого выскочку».       — Ну да. А вам нет? — Тан Сяо занервничал.       — Каков основной компонент клеточной стенки грамположительных бактерий? — внезапно проэкзаменовал его «Лысый осел».       — Пептидогликан и пронизывающие его тейхоевые кислоты, — на автомате ответил Тан Сяо.       — Состав плазмид лекарственной устойчивости?       — Фактор переноса резистентности (RTF) и детерминанта резистентности (r-det).       — Кратко опиши специфический рецептор на поверхности золотистого стафилококка.       — Поверхность штамма Staphylococcus aureus содержит белковый компонент, называемый белком А или spa-белком. Он связан с муреиновой частью клеточной стенки. Около 30% вырабатывается в логарифмической фазе роста... Штаммы с низким содержанием spa обладают большей способностью к адсорбции бактериофагов, — Тан Сяо на секунду задумался, но выдал ответ без запинки.       Трое друзей застыли в шоке. «Ба-цзе» через мгновение бросился лихорадочно листать учебник. Остальные двое нахмурились, пытаясь вспомнить свои ответы.       «Лысый осел»: — Черт, кажется, я пропустил два пункта в описании.       «Ша-сэн»: — Проклятье, а я вообще вписал туда знания из другой темы.       Они посмотрели друг на друга с видом товарищей по несчастью.       «Ба-цзе», сверившись с записями и убедившись, что Тан Сяо не врал, чуть не взвыл:       — Ты что, втихомолку «ботал»?! Предатель!       — Да нет же, — Тан Сяо стало обидно. Его история посещений в игре могла бы стать отличным алиби.       — И слушать не хочу! Ну всё, берегитесь! На этих каникулах я запрусь с учебниками и обгоню вас всех!       — Ага, чтобы потом привезти их обратно нераскрытыми?       — В этот раз точно буду учить!       «Ба-цзе» в ярости удалился. Тан Сяо посмотрел на оставшихся двоих:       — Вы-то мне верите? Я всё время в игру рубился, за книжки почти не брался.       «Ша-сэн» вздохнул как истинный последователь:       — Да-да, конечно.       «Лысый осел» ласково произнес:       — Ладно тебе, ничего плохого в учебе нет. Я рад, что ты встал на путь истинный. Давай, готовься с нами в магистратуру.       Понятно, не поверили.       Да что там они — Тан Сяо сам себе не верил. Откуда он всё это знает? Он же не повторял материал! Но стоило возникнуть задаче, как знания сами всплывали в голове.       В этот момент он вспомнил про свой «1-й уровень биологии» в игре.       Неужели... Но это же просто игра. Не может быть.       Тан Сяо вытащил телефон, нашел в чате группы электронный учебник и начал быстро его пролистывать. Знания, которые должны были казаться чужими, были ему до боли знакомы. Более того, прочитав заголовок раздела, он мог по памяти пересказать его содержание.       «Бред какой-то!»       Тан Сяо замер на месте. Он даже не заметил, как разошлись одногруппники. Он просто брел по кампусу, а в голове у него был полный кавардаш.       Зазвонил телефон. Он на автомате ответил.       — Сяо-Сяо? — раздался в трубке нежный женский голос. — В университете начались каникулы, верно? Как раз и твой старший брат возвращается. Водитель уже выехал за тобой, жди у ворот. Сегодня у нас семейный ужин.       — А, хорошо, мам, — отозвался Тан Сяо. Положив трубку, он, как во сне, побрел к выходу из университета, продолжая обдумывать случившееся.       У ворот его уже ждала машина. Тан Сяо сел в салон и, поколебавшись, попросил водителя сначала заехать на съемную квартиру, чтобы забрать игровой шлем, и только потом ехать домой.       Семья Тан была весьма обеспеченной. Отец владел компанией по производству лабораторного оборудования, которая сотрудничала со многими вузами. Мать в молодости была пианисткой, а теперь преподавала музыку. Ей было почти 45, но благодаря уходу она выглядела прекрасно — на её лице почти не было морщин, лишь благородное спокойствие прожитых лет.       Увидев младшего сына, она с нескрываемой нежностью посмотрела на него своими «глазами персика», так похожими на его собственные:       — Дай-ка я на тебя посмотрю. Ох, похудел.       — Да ну что ты, мам, — Тан Сяо неловко улыбнулся. — Я ем за двоих, скорее уж потолстел. Кстати, а где брат?       — На втором этаже, в кабинете отца. Общаются. Ты там будь поаккуратнее, когда пойдешь здороваться. — Мать бросила взгляд на шлем в его руках и нахмурилась. — И особенно не свети своим шлемом, а то отец опять разозлится.       — Знаю. Я сначала отнесу его в комнату. — Тан Сяо не хотел портить семейный вечер. Он поднялся на второй этаж. Его комната была в конце коридора, мимо кабинета отца. Стоило ему поравняться с дверью, как она распахнулась.       Из кабинета вышел статный мужчина с волевым лицом. Он не унаследовал материнские «глаза персика» — его взгляд был более строгим и зрелым. Его спортивная фигура и выправка выдавали военного; даже обычная черная футболка сидела на нём как мундир.       Увидев Тан Сяо, мужчина улыбнулся, и эта улыбка мгновенно смягчила его суровый облик:       — Сяо-Сяо.       — Брат! Давно не виделись! — Тан Сяо крепко обнял старшего брата. Почувствовав под руками стальные мышцы, он невольно присвистнул: — Ого, ну и бицепсы. Завидую.       — Завидуешь? Не проблема. В эти пару дней я свожу тебя в зал, потренируемся.       — О нет, пощади! — лицо Тан Сяо мгновенно вытянулось. — У меня законные каникулы, я хочу быть просто домашним затворником.       Мужчина рассмеялся. Легкая неловкость от долгой разлуки мгновенно исчезла.       Старший брат, Тан Чэнь, был на восемь лет старше Тан Сяо. В восемнадцать он ушел в армию, и с тех пор дома бывал редко. Но он всегда заботился о младшем брате, привозил подарки и был первым, кто поддержал Тан Сяо, когда тот признался, что не хочет наследовать семейный бизнес.       — Кхм. — Сзади раздалось сухое покашливание. Улыбка Тан Сяо застыла. Он выглянул из-за плеча брата и увидел хмурое лицо отца.       Юноша инстинктивно спрятал шлем за спину.       — Чего прячешь, я всё видел, — проворчал Тан Кайсюань. — Опять игры, одни игры в голове. Когда ты уже возьмешь пример с брата? Вечно маешься дурью. Если снова увижу в зачетке «неуд», то...       — Ну хватит, пап, — мягко перебил Тан Чэнь. — Мы наконец-то собрались всей семьей, не стоит начинать с нотаций. К тому же у него каникулы. Кто вообще думает об учебе на отдыхе?       Тан Сяо бросил на брата благодарный взгляд. После слов своего гордого первенца Тан Кайсюань не стал продолжать спор и с холодным видом вернулся в кабинет. Тан Сяо понял, что гроза миновала, и быстро юркнул в свою комнату со шлемом.       Однако, зная характер отца, он понимал: разговор еще не окончен.       И действительно, за праздничным ужином, пока Тан Сяо старался быть тише воды ниже травы, отец и брат завели беседу, которая в итоге коснулась и его.       — Если бы твой брат был хоть немного похож на тебя, я был бы спокоен, — вздохнул Тан Кайсюань. — Уж лучше бы он пошел в армию, чем становился безработным бездельником.       Тан Сяо невольно дернул щекой.       — Пап, сейчас другие времена. Игровой стример — это тоже работа, — терпеливо объяснил Тан Чэнь.       Тан Кайсюань фыркнул:       — Какой еще стример? Обычный тунеядец. Скажи мне, чем тебя не устраивает мой план? Отучишься на биолога, получишь научную базу, заведешь связи среди профессоров — и я со спокойной душой передам тебе ключевые дела компании.       — А потом, небось, еще и в магистратуру за границу по бизнесу отправишь?       — Именно! Дети моих друзей так и сделали. Что в этом пути плохого?       — Ничего плохого, — вздохнул Тан Сяо. — Просто мне это неинтересно. Пап, если ты доверишь мне компанию, я сам за неё буду бояться. Ну нет во мне коммерческой жилки. Я же нас всех по миру пущу на старости лет.       Мать прыснула от смеха. Отец же посмотрел на сына с досадой:       — А учиться по-человечески ты тоже не можешь? Всё время тратишь на свою дурацкую игру. Какой в ней прок? Попробуй мне только еще раз завалить экзамен.       В Тан Сяо проснулся дух противоречия:       — А если я получу высший балл?       — Высший балл? Ха! Высший балл ничего не значит. Вот если ты сдашь профильный экзамен на сто из ста, я больше ни слова не скажу про твою карьеру.       — Сам сказал, за язык никто не тянул.       Тан Кайсюань, уверенный, что знает способности сына, лишь презрительно хмыкнул:       — Хех, ты-то?       Он хотел добавить что-то едкое, но внезапно зазвонил его телефон. Увидев номер, он тут же расплылся в приветливой улыбке:       — О, профессор Ли! Какими судьбами? Что-то случилось с оборудованием в лаборатории?.. Что? Сяо-Сяо? Э-э, он дома, ужинает. Опять этот сорванец что-то натворил?       Говоря это, отец бросил на Тан Сяо угрожающий взгляд. Казалось, стоит профессору пожаловаться, и юношу ждет суровая расправа.       Мать и Тан Чэнь тоже обеспокоенно прислушались.       А затем они стали свидетелями того, как выражение лица Тан Кайсюаня изменилось на все 180 градусов:       — А? Что? Этот негодник набрал максимум на тесте? Правда? И не списывал? О-о... спасибо, профессор Ли. Да что вы, это всё ваша заслуга, вы так хорошо его учите...       Тан Сяо молча ковырял рис в своей тарелке.       Тан Кайсюань положил трубку. С крайне неловким видом он подцепил палочками кусок свинины в кисло-сладком соусе и положил его в тарелку сыну. Прокашлявшись, он выдавил:       — Кхм... Тяжело, небось, в университете учиться-то? Ешь больше, а то совсем исхудал.              Комментарии к переводу:       Тан Чэнь (唐辰): Старший брат. Имя «Чэнь» может означать «время», «звезда» или «утро».       Тан Кайсюань (唐凯旋): Отец семейства. Его имя «Кайсюань» буквально означает «триумфальное возвращение».       «Путешествие на Запад» (西游记): Великий китайский роман. Друзья Тан Сяо используют его как основу для своих прозвищ. Танский монах (Тан Сэн): Лидер, вокруг которого все вертятся. Сунь Укун (Царь Обезьян): Гениальный, но непокорный герой. Тан Сяо называют так за его дерзость. Чжу Бацзе (Свинья): Комичный персонаж, любящий поесть. Ша Уцзин (Ша-сэн): Верный и спокойный спутник.       Инволюция / Нэйцзюань (内卷, neijuan): Очень популярный в Китае термин. Означает бессмысленную и жестокую конкуренцию, когда люди работают или учатся на износ, чтобы просто не отстать от других. Друзья обвиняют Тан Сяо в том, что он «тайно впахивает» (втихомолку учится), пока они расслаблены.       Великий Пэн (大鹏): Мифическая птица колоссальных размеров. Идиома «Пэн расправляет крылья» означает человека с огромными амбициями или того, кто ведет себя очень смело и независимо.       Грамположительные бактерии: Группа бактерий, которые окрашиваются по методу Грама в сине-фиолетовый цвет.       Пептидогликан (муреин): Основной компонент клеточной стенки бактерий.       Тейхоевые кислоты: Полимеры, входящие в состав стенок грамположительных бактерий.       Плазмиды устойчивости (R-плазмиды): Генетические структуры, которые делают бактерии невосприимчивыми к антибиотикам.       Золотистый стафилококк (Staphylococcus aureus): Опасный вид бактерий.       Белок А (spa): Поверхностный белок стафилококка, который помогает ему подавлять иммунитет хозяина.       Биология lv1: Похоже, система игры напрямую передает знания в мозг игрока. Это классический троп в новеллах про игры и реальность («литРПГ»).              Глава 9       За обеденным столом мама Тан и старший брат едва сдерживались, чтобы не рассмеяться в голос, но из уважения к главе семьи оба изо всех сил старались сохранять невозмутимое выражение лица.       Тан Сяо с полуулыбкой спросил:       — А что насчёт моих дел?..       — Если и впредь сможешь удерживать такие результаты, я больше не буду докучать тебе нравоучениями, — отец Тан взмахнул рукой. В глубине души он всё ещё не оставлял надежды, что младший сын «встанет на путь истинный», но понимал, что в таком деле нельзя спешить.       Получив это обещание, Тан Сяо думал, что обрадуется, но при мысли о той странной игре радость как рукой сняло. Весь ужин он просидел как на иголках, рассеянно ковыряясь в тарелке и думая лишь о происходящем в виртуальном мире.       Отец Тан был особенно доволен переменами в сыне, поэтому откупорил бутылку дорогого вина, решив выпить с супругой по бокалу. Двое детей благоразумно закончили трапезу пораньше и удалились, оставив время для романтического ужина паре, которая, пройдя через многие бури, всё так же нежно любила друг друга.       — Сяо-сяо.       Перед тем как Тан Сяо закрыл дверь в свою комнату, его окликнул старший брат. Тан Чэнь слегка нахмурился:       — Что-то случилось? Весь ужин ты был сам не свой.       — Ничего, — машинально ответил Тан Сяо, но, вспомнив о жуткой игре, внезапно замолчал.       Перед ужином он пытался найти в сети хоть какие-то следы компании-разработчика, но, как ни странно, не обнаружил ровным счётом ничего. Он даже попросил помощи у друга, соображающего в программировании, но тот после недолгого расследования загадочно ответил, что ничем не может помочь.       Учитывая авантюрный характер этого приятеля, трудно было представить, что в мире существует нечто, за что он побоялся бы взяться. Если только...       Подумав об этом, Тан Сяо невольно взглянул на Тан Чэня. Брат всё так же спокойно стоял в коридоре. Его высокая фигура в свете лампы словно рассекала пространство на свет и тень, создавая мощное ощущение давления. Глубокие черты лица скрывались в полумраке, но взгляд, направленный на младшего брата, оставался мягким и понимающим.       Работа старшего брата была окутана тайной. После демобилизации из армии он вступил в некую секретную структуру с государственным фоном. Он редко бывал дома, и даже родители не знали, чем именно он занимается.       Поколебавшись мгновение, Тан Сяо набрался смелости и прямо посмотрел брату в глаза:       — Брат, ты слышал об игре под названием «Эпоха грибов»?       На лице Тан Чэня не дрогнул ни один мускул:       — Нет, а что?       — На самом деле, я получил приглашение на тестирование. Немного поиграл... и она показалась мне очень странной, — пока Тан Сяо говорил, он наконец заметил крошечную трещину в безупречной «маске» брата.       — Ты тоже получил приглашение? И что теперь? Игра закончилась? — всегда сдержанный Тан Чэнь не выдержал и засыпал его вопросами.       — А? Нет, не закончилась, — ответил Тан Сяо. Хотя первый раунд завершился быстро, он ведь уже начал новые сессии. Пока есть желание продолжать, игра вряд ли закончится так скоро.       Услышав это, Тан Чэнь заметно расслабился. Заметив любопытствующий взгляд брата, он понял, что его реакция была слишком резкой.       Тщательно подбирая слова и стараясь не выдать государственную тайну, он туманно произнёс:       — Эта игра... что ж, она действительно не так проста, как ты думаешь. Но не забивай себе голову, это не что-то плохое.       — Что это значит? — не унимался Тан Сяо.       — Я не могу говорить много... Просто воспринимай её как обычную игру, — после недолгой паузы добавил Тан Чэнь. — Не нервничай, но постарайся продержаться в ней как можно дольше.       В голове Тан Сяо вихрем пронеслись догадки. Значит, получение новых знаний в игре — это не его личная галлюцинация, дело действительно в самой игре!       Вспомнив слова друга-программиста и видя, как брат уходит от прямого ответа, Тан Сяо окончательно убедился: за этим проектом стоит правительство.       Получается, это государственная разработка? Но почему тест такой ограниченный и секретный?       Мысли уносили его в области научной фантастики, но он был не настолько глуп, чтобы расспрашивать дальше. По лицу брата было ясно: проект сверхсекретный, и, скорее всего, Тан Чэнь даже не подозревал, что его младший брат попал в число тестеров.       Раз брат сказал не волноваться и постараться выжить, значит, это принесёт какую-то выгоду.       Вспомнив, что прокачка характеристик реально отражается на его теле в реальности, Тан Сяо почувствовал азарт.       «Неужели и правда существуют такие "чёрные технологии"?»       Осознание того, что он участвует в чём-то настолько масштабном, да ещё и в своей любимой сфере — играх, полностью развеяло его страхи, сменив их безудержным энтузиазмом.       — Брат, не переживай! Я обязательно покорю эту игру! — уверенно заявил Тан Сяо. — Может, в других делах я и не мастер, но в играх я профи!       — Не надо! — внезапно повысил голос Тан Чэнь.       Тан Сяо замер в недоумении:       — ?       Тан Чэнь понял, что снова сорвался, и смягчил тон:       — Я имел в виду, что не нужно действовать слишком агрессивно. Важнее всего твоя безопасность внутри игры, понимаешь?       — А-а... — протянул Тан Сяо, задумчиво моргнув. — Кроме безопасности, есть ещё что-то, о чём мне стоит знать?       — Ах ты, хитрюга, — беспомощно усмехнулся Тан Чэнь и легонько щелкнул брата по лбу. — Ладно. Слушай: если сможешь сам пробудить сверхспособности — это будет идеально. Если нет — держись как можно дальше от тех, кто их пробудил.       — Сверхспособности?! — глаза Тан Сяо загорелись. — В игре есть такие шаблоны? А какие условия для пробуждения?       — Лишь немногие способны на это. Как правило, чем сильнее стимул, тем выше шанс. Например... состояние на грани смерти, — серьёзно произнёс Тан Чэнь. — Но ты ни в коем случае не должен рисковать жизнью ради этого. Иначе останешься ни с чем, потеряв последнее.       — Эх... ладно, — вздохнул Тан Сяо. Вспомнив, сколько раз он уже умирал в предыдущих попытках, так и не пробудив никакой силы, он решил, что ему это не дано. Лучше уж спокойно проходить сюжет.       Тан Чэнь взъерошил волосы брата и напоследок повторил:       — Будь умницей. Если доживёшь до конца — это уже будет огромным достижением. Ты ведь способный мальчик, Сяо-сяо, ты понял, о чём я?       Тан Сяо кивнул.       — Вот и славно. Иди в комнату.       Проводив взглядом закрывшуюся дверь, Тан Чэнь нахмурился. В его душе поселилась тревога. Он вернулся к себе, но и не думал ложиться. Достав из ящика стола абсолютно чёрный телефон без единого приложения, кроме функции звонка, он набрал номер.       — Брат Тан? Что случилось? Ты же в отпуске.       — Сяо Чэ... Кое-кто из моей семьи получил доступ к закрытому тесту той игры.       — А... — на том конце провода повисло тяжелое молчание.       Тан Чэнь стоял у панорамного окна, глядя в ночную тьму. Его лицо казалось мрачным и осунувшимся.       — Всё будет хорошо, — наконец заговорил собеседник, пытаясь его успокоить. — Раз это твои родные, с ними точно ничего не случится.       — Хотелось бы верить, — тихо отозвался Тан Чэнь.       В памяти всплыли образы прошлого. Он рано покинул дом, следуя зову долга, и отправился в армию. Из-за специфики службы он однажды пропал без вести на целых три года. Он знал, как страдали в это время родители. Если бы не младший брат, оставшийся с ними, они бы просто не выдержали.       Поэтому, когда Сяо-сяо подрос и решил следовать за своей мечтой, Тан Чэнь поддержал его без колебаний.       Просто эта беда пришла слишком внезапно.       О существовании игры «Эпоха грибов» Тан Чэнь знал не понаслышке. Более того, он понимал, что игровой мир пугающе близок к реальности — уровень детализации и искусственного интеллекта там был недосягаем для современных технологий. Некоторые разработки, перенесённые игроками из виртуального мира в реальный, действительно работали. Именно это и привлекло внимание государства.       По логике, власти должны были запретить доступ к игре и изолировать её, но по непонятной причине правительство позволило проводить ограниченное тестирование среди граждан, не вмешиваясь в их решения и лишь создав особый отдел для изучения контента.       Тан Чэнь был одним из тех, кто владел информацией, хотя ещё не вступил в эту структуру официально. Он колебался... но теперь, когда его семья оказалась втянута в это дело, сомнений не осталось.       — Сяо Чэ, я принимаю твоё приглашение.       — Если бы ты сказал это полчаса назад, я бы прыгал от радости, — ответил тот. — Но сейчас... радость уже не та. И всё же, брат Тан, я не лгу: с твоей семьёй всё будет в порядке.       — Хорошо. Я верю тебе.       Тан Чэнь убрал телефон, продолжая смотреть на беззвёздное небо.       В комнате Тан Сяо всё ещё горел свет. Старший брат знал: Сяосяо уже вошёл в ту загадочную игру, не подозревая о скрытой в ней правде.       А вот Тан Сяо не терзал себя лишними думами. Получив крупицы информации от брата, он отбросил сомнения, надел шлем и загрузил последнее сохранение.       Открыв глаза, он увидел знакомый экран компьютера. Там всё ещё висело письмо от Лоци о приостановке проекта по изучению маленького монстра.       Биологические термины первого уровня по-прежнему давались с трудом, но теперь, понимая значимость игры, Тан Сяо буквально «вгрызался» в текст. Несмотря на сложность, он наконец уловил общую суть исследований.       Он как раз раздумывал, не обменять ли накопленные очки симпатии на знания по биологии, как вдруг в ушах зазвучали уведомления о резких скачках репутации.       【Симпатия 428: -10】       【Симпатия 428: +2】       【Симпатия 428: -6】       Тан Сяо опешил: «Что за американские горки?»       Он своими глазами видел, как с трудом набранные крупицы расположения то росли, то падали, а затем и вовсе устремились к нулю.       Пусть набранные баллы для прокачки и не отнимались, но это было его честно заработанное расположение персонажа!       Тан Сяо вскочил с кровати, быстро натянул ботинки, набросил белый халат и решительно направился к лаборатории.       Он обязан был выяснить, что заставляет симпатию маленького монстра так лихорадочно скакать.       Было уже за одиннадцать вечера, но исследовательский центр сиял огнями. Лаборанты-бедолаги трудились не покладая рук, словно муравьи в бесконечных туннелях муравейника.       Ещё не дойдя до дверей своей лаборатории, Тан Сяо услышал чей-то смех.       — И правда соображает?       — А то! Иначе как бы он сбежал в прошлый раз? Проверка интеллекта — обязательная часть эксперимента. Гляди.       — Эй, не слишком ли жёстко?       — Да не парься. Его всё равно нужно периодически ослаблять. Хочешь, чтобы повторилось то, что было? Если не довести его до полумёртвого состояния, мы образцы нормально не возьмём.       — Тоже верно.       Бз-з-з-т!       Раздался резкий звук электрического разряда, затем что-то с глухим стуком ударилось о пол, сопровождаемое общим хохотом:       — Ха-ха, гляди, как его подбрасывает! Забавно прыгает.       — Где твоя былая спесь? Ну-ка, попробуй сбеги ещё раз!       — Си... си...       — О? Оно ещё и звуки издаёт?       — Похоже на то, но это просто обрывки звуков. Оно слишком тупое, чтобы говорить.       Дурное предчувствие Тан Сяо усилилось. Он ускорил шаг и заглянул внутрь. Лицо его мгновенно потемнело.       Подопытного 428 перевели из закрытого бокса в смотровую камеру с прозрачным стеклом — точь-в-точь как при их первой встрече. Но материалы здесь явно были другими, со встроенной системой подачи тока.       Несколько новых исследователей возились с панелью управления. Из потолка камеры выдвинулся манипулятор с электрошокером, который раз за разом бил 428 разрядами. Тот пытался увернуться, но движения его были вялыми.       Очевидно, эти люди пользовались случаем, чтобы выплеснуть на монстре свою злобу и страх.       Сейчас алый монстр не походил на ту огромную сеть грибниц, что заполняла всю комнату. Он сжался в крошечный комок — то ли пытаясь скрыться, то ли от тяжелых ран.       У Тан Сяо по коже головы пробежал холодок. Он понимал, что уйти незамеченным уже не получится. Пусть исследователи стояли к нему спиной, но бесчисленные глаза на теле 428 точно зафиксировали его появление.       Подтверждением тому стали безумные уведомления, посыпавшиеся градом.       Тан Сяо мгновенно пожалел, что пришёл именно сейчас. Разумнее было бы сделать вид, что он ничего не видел. Ведь на нём тоже белый халат. Он — один из них, один из мучителей. Для 428 его облик был воплощением ненависти.       И он увидел это. В оранжево-жёлтых глазах монстра горела такая ярость и жажда мести, что, казалось, они вот-вот прожгут стекло.       Симпатия, едва державшаяся на отметке «5», рухнула до нуля.       Тан Сяо: «...О-охо. Приплыли».       Его драгоценное, с таким трудом нажитое расположение!.. 😭              Комментарии к переводу:       Сяо Чэ (小车) — «Сяо» здесь является уменьшительно-ласкательной приставкой «маленький», а «Чэ» — фамилия или часть имени.       «Остаться ни с чем, потеряв последнее» — перевод китайского фразеологизма péile fūrén yòu zhé bīng (赔了夫人又折兵), что буквально означает «потерять жену и в придачу лишиться солдат». Используется в значении «потерпеть двойную неудачу, пытаясь обхитрить кого-то».              Глава 10       Несколько молодых исследователей вовсю развлекались, измываясь над подопытным, как вдруг во всей лаборатории погас свет.       Их движения мгновенно замерли.       — Ч-что случилось?       — Электричество вырубило?       На лбах новичков выступил холодный пот. В памяти невольно всплыли сцены прошлого побега. Они повскакивали со своих мест, испуганно озираясь.       — Почему свет погас так внезапно?       — Не знаю...       — Может, пробки выбило? Пойду проверю.       — Я с тобой!       Они поспешно бросились к выходу. Тот исследователь, что вёл себя наглее всех, увидев, как быстро разбегаются остальные, тоже запаниковал:       — Эй! Вы что, оставите меня здесь одного?! П-подождите меня!       В охватившем его страхе он рванулся следом, но в кромешной тьме лаборатории ничего не было видно. Он споткнулся обо что-то под ногами и с грохотом растянулся на полу. Пока он возился, остальные уже скрылись из виду, и звуки их шагов затихли вдали. Шорох, раздавшийся за спиной, заставил волосы на затылке исследователя встать дыбом. Он даже не посмел оглянуться, чтобы посмотреть, обо что споткнулся, и на четвереньках, едва дыша от ужаса, пополз к выходу.       Когда последний человек покинул помещение, Тан Сяо подождал пять минут. Убедившись, что никто не возвращается, он вышел из своего укрытия.       В лаборатории было темно и тихо — точь-в-точь как тогда, когда он впервые попал на территорию 428-го.       Честно говоря, будь у него выбор, Тан Сяо развернулся бы и ушёл не оглядываясь. Но он понимал: если сейчас ничего не предпринять, все его прошлые усилия пойдут прахом.       Когда глаза привыкли к темноте, Тан Сяо глубоко вдохнул, сохранился и, натянув нервы как струны, шагнул в опасную зону.       Стоило ему войти, как что-то обхватило его за щиколотку и резко дернуло. Тан Сяо повалился на пол, и неведомая сила потащила его вглубь комнаты.       — 428-й! — вскрикнул Тан Сяо, покрепче перехватив свое оружие. В следующий миг он поднял голову и столкнулся взглядом с множеством оранжево-жёлтых глаз.       Скопление грибницы то сжималось, то расширялось, напоминая вздымающуюся от тяжелого дыхания грудную клетку. Вертикальные зрачки монстра в упор уставились на Тан Сяо, источая неприкрытую ярость. Крошечный комок грибницы, который он видел минуту назад, мгновенно разросся, заполнив собой всё пространство. Это никак не вязалось с той слабостью, которую 428-й демонстрировал исследователям.       Тан Сяо даже услышал, как затрещали кости в его лодыжке под чудовищным давлением.       В этот момент его осенило: монстр притворялся слабым. И причиной тому, скорее всего, было желание усыпить бдительность мучителей.       Если так, то интеллект 428-го превосходил все ожидания.       И, разумеется, его злопамятность и гнев на всё человечество тоже были вполне логичны.       — Слушай меня, я не с ними! — быстро заговорил Тан Сяо. — Помнишь? Мы ведь партнеры. Я пришёл помочь тебе!       Он говорил, но видел, что в глазах монстра не было и тени сомнения. Напротив, эмоции в них постепенно угасали, сменяясь той самой пустотой, которую Тан Сяо видел в те разы, когда монстр его пожирал.       «Конец».       Внутри у Тан Сяо всё похолодело. Он понял, что окончательно теряет доверие этого существа. Нужно было срочно что-то предпринять, чтобы исправить положение.       «Я защищу тебя. Я выращу тебя».       Лжец.       428-й смотрел на ненавистный белый халат на теле Тан Сяо и думал: «Как я мог забыть? Он ведь один из них».       Эти «белые халаты» вкололи в него бесчисленное количество препаратов, проводили странные эксперименты и раз за разом кромсали его тело острыми скальпелями.       Если бы дело было только в этом, он бы еще мог стерпеть — у 428-го почти не было болевых рецепторов, и со временем он привык.       Но помимо инстинкта выживания, в самой его сути, на генетическом уровне, жила жажда эволюции.       Он не знал, как этого достичь. Только слова этих «белых халатов» хоть немного соответствовали его представлениям об эволюции. Ради этого он терпел их опыты. Однако те исследователи, что раньше восхищались им как «шедевром творца», превозносили уникальность его жизненной формы и пророчили ему великое будущее — все они исчезли.       Прошло всего несколько месяцев, и их взгляды стали бегающими и неверными. Они ставили над ним всё больше экспериментов, начали раздражаться, орать, а в итоге и вовсе бросили его, считая «неудачным образцом», мусором и отбросом.       Он думал, что этот человек будет другим.       Когда 428-й впервые увидел этого юношу в лаборатории, он почувствовал странное влечение и поначалу воспринял его лишь как еду, как добычу. Но на той темной кухне, а затем и в лаборатории, взгляд юноши отличался от взглядов всех остальных.       Но теперь стало ясно: те слова были лишь ложью. Он просто притворялся, чтобы выжить.       ...Он обычный лжец.       В тот миг, когда юноша снова вошёл сюда, 428-й перестал подавлять жажду, тлеющую в глубине души. Он намертво оплёл грибницей щиколотку человека и, словно поймав первую в жизни добычу, подтащил его к своей пасти. Одежда юноши в процессе борьбы задралась, обнажая бледную шею.       Грибница мгновенно потянулась туда. 428-й по опыту бесчисленных охот знал: шея — самое уязвимое место любого млекопитающего. Он инстинктивно обвил её своими нитями.       Однако в ту же секунду он почувствовал, как тело добычи под ним напряглось, а затем медленно расслабилось.       — ...Хорошо, — «добыча» перестала сопротивляться и подняла глаза. Тан Сяо посмотрел на него своими черными, глубокими глазами, в которых читалась лишь беспомощная покорность. — Ешь меня.       О чем... он говорит?       Юноша выпрямился и раскинул руки. Под ошеломлённым взглядом 428-го он сам подставил охотнику самое уязвимое место.       — Я знаю, тебе страшно, — тихо сказал Тан Сяо. — В твоих глазах я такой же человек, как те, кто ставил на тебе опыты. Я ничем не отличаюсь от них, я признаю это, ведь моя цель тоже в том, чтобы увидеть твою эволюцию в совершенную форму. Но есть одно отличие: я никогда тебя не брошу.       Тан Сяо ладонью мягко коснулся кроваво-красной грибницы монстра и прошептал:       — Прости, я пришёл слишком поздно. В качестве компенсации...       Тан Сяо пальцами оттянул ворот халата, открывая белые, четко очерченные ключицы:       — Ты можешь поглотить меня. Прямо здесь. Стань сильнее.       «...»       В нейронных связях 428-го произошёл сбой. Сигнал об ошибке.       Он не мог этого понять. Это был первый раз, когда добыча сама приблизилась к когтям и зубам хищника, сама вложила свою хрупкую шею в его руки.       Этот поступок, полностью противоречащий здравому смыслу, поверг незрелый разум 428-го в полный хаос. Его интеллект только-только зародился, он был ещё слишком далек от понимания таких сложных существ, как люди.       Добыча не сопротивлялась. Казалось бы, стоит радоваться и приступать к поглощению. Но почему-то сейчас 428-й ощутил внутри странную пустоту.       «Нет... нет, не забывай, он лжец».       Грибница долгое время оставалась неподвижной, но в конце концов всё же обвила тело юноши. Мягкие нити осторожно миновали ткань одежды, проскользнули под неё и впились острыми кончиками в белоснежную кожу.       Лицо Тан Сяо не изменилось. Он заранее отключил болевые ощущения. Поскольку это не было слиянием, как в случае с «чудовищным деревом», а обычным разложением и поглощением, он не чувствовал даже ужасного зуда. Если честно, это было довольно странное ощущение: видеть, как твоя плоть сереет, а затем усыхает.       Процесс поглощения у 428-го напоминал природное разложение, только в супер-ускоренном темпе. Тан Сяо уже пару раз испытывал это в момент смерти, так что теперь, будучи живым, находил этот опыт даже по-своему интересным.       У него даже не шла кровь, потому что грибница сразу высасывала всё из сосудов. На запястье, где раньше был порез, остался едва заметный шрам; несколько нитей грибницы с какой-то тоской потерлись о него, а затем поползли к груди.       Когда грибница уже собиралась вонзиться в плоть, Тан Сяо перехватил её рукой.       — Не спеши добираться до органов и конечностей, — прошептал он и, проигнорировав недовольное подергивание нитей, прижал их к своему животу. — Здесь больше питательных веществ. Видишь, я не сопротивляюсь. Ешь, пока не насытишься.       И грибница подчинилась. Она медленно переползла с ладони на кожу живота.       Процесс надевания узды на дикого зверя требует величайшей осторожности. Нужно дать ему пищу, дать тепло, позволить выплеснуть внутреннюю тревогу. Только так можно поймать момент, когда он будет наиболее беззащитен.       Тан Сяо наблюдал, как грибница 428-го, напитавшись, становится всё ярче. Этот великолепный цвет уже вышел за рамки простого кровавого оттенка, он стал похож на жидкий драгоценный камень, в глубине которого вспыхивали искры.       Раньше 428-й напоминал то животное, то растение, но теперь Тан Сяо казалось, что монстр всё больше обретает человеческие черты. В голове невольно всплыли данные из того самого закрытого проекта.       «Фабрика по переработке плоти, превосходящая все законы биологической эволюции» — вот в чем заключался секрет опаснейшего Короля Грибов в Грибном Царстве.       Именно поэтому в дикой природе встречалось так много странных существ — всё это были его рук дела. Он неизвестным способом ускорял эволюцию видов, превращая обычных животных в монстров и управляя ими через паразитические грибы.       И этот секрет теперь пытались обуздать люди.       К сожалению... проект провалился на ранней стадии, так как 428-й не выказывал способности к свободному отбору генов. Споры Короля Грибов могли поглощать гены растений или животных, но не могли их фильтровать, из-за чего 428-й и вырос таким причудливым уродом. Он также не развил в себе желанную для людей способность контролировать другие грибы.       Но сейчас, кажется, всё изменилось.       Находясь так близко, Тан Сяо заметил, что под слоем грибницы начали формироваться подобия внутренних органов. Если присмотреться, количество оранжевых глаз постепенно уменьшалось, а в районе шеи наметилась структура, похожая на голосовые связки.       Точно. Он эволюционировал с невероятной скоростью.       Тан Сяо и подумать не мог, что станет свидетелем этого процесса. Он не мог отвести взгляд. Его былая любовь к аномальным существам вспыхнула с новой силой. Он смотрел во все глаза, воочию наблюдая этот рост, нарушающий все законы природы.       Тревога в душе 428-го постепенно утихала, уступая место теплу поглощаемой плоти. Ему стало лениво и спокойно, словно он погрузился в теплую, влажную и темную землю.       Вертикальные зрачки всё так же пристально следили за темными глазами юноши, но монстр обнаружил, что в них нет ни капли страха. В них не было даже прежней настороженности — лишь странная, почти фанатичная одержимость. Он иногда видел подобный блеск в глазах исследователей, но никогда прежде это не приносило ему такого странного чувства покоя.       Однако пустота в его душе так и не исчезла. Напротив, в этих черных глазах, в которых можно было утонуть, она ощущалась еще острее. Она даже начала подавлять его инстинкты. Движения грибницы становились всё медленнее.       В этот момент снаружи послышались человеческие голоса.       — Эй, а куда все делись?       Грибница замерла. Заторможенный разум 428-го на мгновение прояснился. Он поднял голову и уставился на стеклянную стену. Тьма не была для него преградой: монстр четко видел приближающийся «белый халат». Человек явно шел прямиком сюда.       Времени не осталось.       428-й инстинктивно взглянул на Тан Сяо, но юноша по-прежнему не выказывал намерения звать на помощь. Он лишь спокойно смотрел на монстра, и в его взгляде даже читалось некое ободрение.       «...»       Рассудок 428-го взял верх. Он понимал: скоро человек включит свет, набежит толпа других «белых халатов», и если здесь обнаружат труп, его самого быстро уничтожат. А самое главное — он не успеет закончить поглощение Тан Сяо, и тогда он, возможно, больше никогда его не увидит.       Грибница медленно, словно нехотя, отпустила добычу.       Тан Сяо лежал на полу, опустив голову, будто не сразу осознав происходящее. Тогда грибница настойчиво подтолкнула его, направляя к выходу.       Только тогда юноша пришел в себя. Он сделал шаг к двери — препятствий не было.       Под челкой глаза Тан Сяо лихорадочно блеснули, а в уголках губ заиграла едва заметная улыбка. В темноте его рука крепко сжимала коммуникатор. На экране светилось открытое окно сообщения, адресатом которого был Лоци.       Похоже, в этот раз его ставка снова сыграла.       Тан Сяо сделал еще два шага к выходу, но в самый последний момент почувствовал сопротивление — грибница вновь обхватила его за лодыжку. Сердце, было успокоившееся, снова забилось в горле.       Обернувшись, он увидел, что жуткое скопление кровавых нитей начало обретать в темноте едва различимые человеческие очертания. У этого алого силуэта в районе подбородка открылась щель — рот, который только что закончил эволюционировать.       Существо открывало и закрывало его, словно немой, впервые пробующий свои голосовые связки.       — Ся... ся... о...       — Ся... о... Сяо.       — Сяо-сяо.       Зрачки Тан Сяо сузились. В этот миг на его лице впервые отразилось не запланированное, а искреннее потрясение.       Монстр использовал свой первый в жизни звук, чтобы с трудом произнести его имя. Точно так же, как до этого, когда над ним издевались те люди, он пытался использовать свою недоразвитую гортань...       Чтобы позвать его на помощь.              Комментарии к переводу:       Сяосяо (笑笑) — уменьшительно-ласкательная форма имени Тан Сяо. Удвоение последнего слога имени — это традиционный китайский способ образования ласковых прозвищ для детей или близких людей. То, что монстр сразу выбрал именно эту форму, подчеркивает его особую эмоциональную связь с героем.       Король Грибов (菌之王) — в оригинале используется иероглиф Wáng (王), что означает «король», «правитель» или «монарх». В контексте игры это указывает на высшую ступень эволюции или босса фракции.