Потанцуем?

Жданов скачал себе на телефон приложение “Календарь”, в котором можно было сентиментально вычеркивать жирными красными крестиками дни до определенной даты. Костя обозначил, что уезжает на месяц. А Саша обозначил для себя примерный план дальнейших действий.       Он занимался личными вопросами, работал, посещал врачей (в чьих обследованиях нуждался до сих пор). И строил многоходовые планы по завоеванию Вараксина.       Он считал, что выставил себя довольно ограниченным человеком, зашоренным и… не готовым к большим изменениям. И был прав отчасти в своих мыслях.       Несмотря на Костин отъезд (и отсутствие дружеских пинков), Саша продолжил посещать общие тренировки. Диана косилась на него с легкой понимающей ухмылкой, но с расспросами не лезла. И только хмыкнула, когда давешняя девица снова попросила повторить связки после тренировки, а Саша вежливо слился. И пусть тренировки шли в очень лайт-режиме, он старался, потихоньку возвращаясь в былую форму.       Жданов занялся собой вплотную. И это касалось не только тренировок и занятий дома. Он сделал новую стрижку, которая подчеркивала преимущества его внешности. Вообще с волосами у него всегда были нюансы. Как бы он ни стригся, каких бы специалистов ни пробовал, всегда было не очень, и после стрижки должна была пройти хотя бы пара недель, чтоб он смог понравиться себе. Поэтому, зная этот нюанс (по большей части надуманный, психологический), Саша сходил в парикмахерскую в первые дни Костиной командировки. В целом, новая стрижка ему нравилась. И пусть она открывала больше, чем ему хотелось бы, изменить он все равно сейчас ничего не мог. Шрамы на виске, щеке, скуле и шее никуда не денутся, оставалось только примириться с этим. Однако он сходил к пластическому хирургу на консультацию. Нет! Саша не ставил себе целью изменить внешность – просто хотел помощи в подборе уходовых средств, которые бы сделали его шрамы менее заметными. Жданов полностью обновил гардероб. Не только одежду и обувь, но и аксессуары.       Такими, в общем-то, повседневными делами он потихоньку возвращал уверенность себе.       Он писал Косте каждый день. И если поначалу Вараксин отвечал немногословно и нечасто – командировка выдалась непростой и выматывала Костю до донышка, у него едва хватало сил дотащиться “до дома” и завалиться спать – то спустя неделю, когда он пообвыкся и первые сложные дни остались за спиной, время на общение стало появляться чаще.       Несмотря на жёстко обозначенные в тот последний разговор после клуба рамки, несмотря на уверенность, что им обоим нужно время, чтобы определиться, держаться холодно и на расстоянии у них не получалось. И никак нельзя было назвать их общение нейтральным. Саша, радовавшийся каждому полученному сообщению, думал, что ведет себя как пубертатный подросток. Но, признавшись, как Костя и хотел, в своих желаниях в первую очередь СЕБЕ, ждал будущих отношений с нетерпением. Сейчас, во всех этих переписках и разговорах, они были настоящими: их планы, жизнь, представление о будущем. Но все, о чем они говорили, станет реальностью, осязаемой и настоящей, только тогда, когда Костя вернется домой и они, глядя друг другу в глаза, скажут все, что думают.       А сейчас все походило на игру. Получая сообщения – фото, видео, аудио – и отправляя аналогичные в ответ, они открывались друг другу, не чувствуя дурацкого смущения, делились желаниями, опасениями и страхами. – Сейчас, минутку! Выйду, воткну наушники и перезвоню! – надиктовал Саша сообщение и, бодро подхватив сумку, вышел из студии. Сегодня он занимался один: договорился с Дианой о небольшом зале на пару часов. Она, сверившись с расписанием, выделила время с 20:00 до 22:00. – Саша, ключи оставишь ночному администратору, ладно? – Диана кивнула на прощание и выпорхнула на улицу. Она доверяла “своим”, поэтому без опасений оставила Жданову помещение “без присмотра”. – Привет, малыш! – с улыбкой ответил Костя, едва прошел звонок. – Как тренировка? – Хорошо… Но очень медленно возвращаюсь в форму. Некоторые элементы не могу делать… – Да тебе и нельзя до фига чего с пластинами в ключице! Надеюсь, ты там аккуратно? – На руки не встаю, если ты об этом… Да и вообще, нагрузку даю по минимуму.. Саша шел вдоль улицы и вдыхал прохладный воздух. Лето пролетело незаметно, и, вечерами особенно, уже пахло осенью. Разговор был неспешный, уютный… правильный. Костя рассказывал, как проходила его работа и как он, по случайности, чуть было не включил не ту презентацию: – Я, клянусь, проскользил последние метры до проектора, как хренов супергерой!! Но успел вовремя! Там ничего такого, но показывать коллегам нашу с тобой первую танцевальную импровизацию я бы не хотел. – А мне ты не показывал видео… – с обидой сказал Саша. – Зато сам пересматривал сотню раз! – Ладошки в кровь не стер? – Я пользуюсь смазкой! – Я скучаю, Кость! – заявил Жданов. Получилось немного надрывно, но он ничего не мог с этим сделать. Саша даже остановился. Он слышал в трубке дыхание Кости – чуть сбившееся, если честно, слышал гомон улицы и то, что звуки становились тише: видимо, Костя свернул в тихий двор. – Я тоже, Сань… Уезжая, я хотел сбежать хоть на недельку от всего этого… и от своих мыслей, в том числе. А сейчас очень хочу обратно…

***

Жарко… Влажные простыни неприятно липли к телу, было очень душно, и солнечный лучик неприятно светил в глаз. Саша перекатился по кровати и чуть было не рухнул с нее, окончательно запутавшись в постельном белье. На улице, несмотря на легкое дыхание осени, было по-настоящему жарко. Детские крики с улицы не способствовали продолжению сна и Саня, кажется еще не проснувшись, поплелся в ванную. Стоя под прохладными потоками воды, он восстанавливал в голове события вчерашнего вечера. Ноги приятно гудели после тренировки и длительной прогулки. Тот разговор по телефону, а после и сообщения до полуночи – жаркие, распаляющие… Острое желание проверить телефон, убедиться, что ему ничего не приснилось, заставило Жданова покинуть прохладу ванной комнаты. Толком не вытершись, он рванул в спальню и нашарил среди постельных принадлежностей телефон. Он перечитал переписку, улыбаясь и удивляясь своей… отчаянности, что ли. Все эти сообщения не были флиртом, они были откровенной провокацией.       И фотографии… Первое фото Саша отправил после того, как сделал и отбраковал целую серию снимков. Он делал фото в кровати, на балконе, на диване. Но все они были какими-то глупыми. Тогда он сделал селфи на кухне. Положил руку с телефоном на стол и, отпивая глоток холодной минералки, сделал несколько кадров. Фото получилось очень удачное. Все, что надо – подчеркивалось: плоский живот, грудь с аккуратными ореолами вокруг небольших сосков, красивые четко очерченные ключицы. Все, что не надо – шрамы от ожогов и операции – скрыты падающей тенью. Не давая себе времени передумать, он отправил фотографию Косте и, смущаясь сам себя, ушел курить. Он еле сдерживался, чтоб не обновлять страничку каждую минуту, ожидая хоть какой-то реакции. И реакция, надо сказать, не заставила себя долго ждать. Вскоре пришло ответное сообщение в виде короткого видео. Костя вел рукой по своему животу, покрытому короткими волосками, спускаясь ниже и сжимая в горсти напрягшееся в штанах хозяйство. Видос воспроизводился по кругу. Раз, второй, третий. А Саня, замерев в кресле, забыл про тлеющую в руках сигарету, рассматривая приятную волосатость тела и внушительный бугор в штанах. Во рту пересохло, а ответная реакция организма продемонстрировала его весьма однозначную заинтересованность. Видимо, Костя устал ждать ответа и прислал следующее сообщение: *Ну же, малыш, не оставляй меня одного в таком состоянии…* “Смотрю на повторе и сглатываю липкую слюну,” – Жданов тут же поправил член в штанах и сделал фотку: только бедра, где под тонкой тканью белья просматривались рельефные очертания его заинтересованности. *Не сглатывай, малыш! Плюнь на ладошку и размажь по члену…* Костя прислал следующее видео. Штаны и белье спущены, и в кадре только одно его бердо и рука, явно скользящая по члену в неторопливом ритме. Члена видно не было, но по движениям руки было понятно, что происходит за кадром. Прочитав сообщение, Жданов не сдержался и застонал. Вот стервец. Он переместился на кровать и потянулся за смазкой, когда на телефон упало еще одно сообщение. Видео, на этот раз со звуком. Костя гладил свою грудь, пощипывал соски и выдыхал так, что от этих звуков у Саши заинтересованно дернулся член. Вараксин вел рукой по животу и мышцы напрягались, обозначаясь четче. Ладонь закрывала все интересное, но Костя, сжав ее, застонал так, что мурашки побежали по коже от резкого эротизма и возбуждения. Саша, пачкая простыни, налил смазку на свой член. Несколько грубоватых движений – и в унисон с повторяющимся видео он кончил. Стараясь отдышаться, чувствуя пальцами липкую горячую сперму, он второй рукой нащупал брошенный на кровать телефон. Включил камеру и снял видео: заляпанный спермой живот и руку, собирающие эти капли. Он задел чувствительный член и несдержанно простонал. Пересмотрев видео и проверив, чтоб не было ничего “лишнего” в кадре (все же светить свой член в интернет он бы не хотел), Саша подумал, что его стон звучит слишком пошло. Но учитывая, какими видео они с Костей обменивались, отправил, как есть, без редактирования. Ответа не было долго. Саша успел сходить обмыться. А вернувшись, обнаружил в мессенджере фото испачканного живота и сообщение: *Я хочу тебя*       Жданов посмотрел на календарь. Прошло три недели. 21 день. Еще немного, и Костя вернется. Он не спрашивал дату возвращения, предполагая, что тот вряд ли сможет ответить. Перед ним были поставлены рабочие задачи. Как только Костя их выполнит, так вернется… Налив огромную кружку кофе и стараясь выкинуть из головы все фривольные мысли, Саша пополз к компьютеру: ему нужно было проверить проект и, если не найдет ошибок, отправить начальству. Да и вообще день обещал быть плотным на дела. – Чет я так заебался… То одно, то другое! – поделился Саня, болтая с Костей по видеосвязи. Он только вернулся домой: ездил на работу, потом по делам. – Я, наконец, закончил восстанавливать все документы! Ура! Вараксин пытался рассмотреть на небольшом экране телефона, что происходит, но Саша установил телефон где-то на кухне, но неудачно: его самого почти не было видно. В кадр попадала то рука, то живот. – А сейчас что делаешь? – спросил Костя. У него было шумно на фоне. Как он пояснил, выбрался на улицу. Вараксин, хоть и выглядел очень усталым, улыбался. Картинка на экране его телефона опять сместилась. – Готовлю! – лаконично ответил Жданов. И тут же решил подразниться. – Куриные окорочка снял с кости и протушил их в сливках с грибами. И сейчас варю…. ааааа, бляяяя…. Костя только увидел, как исходящая паром вода выплескивается на Жданова и тот, продолжая ругаться, роняет телефон. – Сань! Саня!!! – успел проорать в трубку Вараксин, но телефон молчал. – Блядь! Блядь! Блядь!! – Жданов сорвал футболку с тела и тут же стянул домашние тонкие штаны. Пытаясь удержать в руках и телефон, и кастрюльку с кипятком, он явно не преуспел. А все из-за собственной невнимательности! – Горшочек, не вари, бля!! – ворчал Саша. Болтая с Костей, он пытался сварить крупу на гарнир. Сыпанул в ковшик слишком много риса, залил водой. Но значения этому не придал. А потом оказалось, что рис еще не сварился, а вода уже выкипела. Дальше была сложная система махинаций с перекладыванием крупы в другую кастрюлю, доливанием кипяточка… И уже потом вскрылась страшная правда: крупа уже готова, а воды еще – с запасом. Ну и, поняв, что не удерживает одной рукой кастрюлю (в другой-то телефон), Саша попытался пристроить тяжелую кастрюлю обратно на плиту. Добился только того, что содержимое выплеснулось ему на одежду, когда он неловко задел ее конфорку плиты. Избавившись от испачканных шмоток, Саша убедился, что его самого не обожгло – кожа даже не покраснела – и успел вознести короткую молитву всем богам, прежде чем взять в руки телефон. – Ну отлично! Еще и телефон вырубился!... Надеюсь, включится хоть… Экран треснул, но кнопка включения сработала безотказно. Едва телефон прогрузился и отобразилась привычная заставка, Жданов, не заморачиваясь видео звонком, позвонил Косте. Тот был на быстром дозвоне. – Саня! Что, блядь, случилось?? Ты цел? – тяжело дышал в трубку Костя. В дверь трезвонили. Направляясь в коридор, Саша ответил: – Все в порядке… Я просто мудак! Залил шмотки кипятком… Щас, момент… Жданов открыл входную дверь. Неверяще уставился на Вараксина. Тот стоял с трубкой возле уха и продолжал трезвонить в дверной звонок даже тогда, когда дверь уже открылась. Саша совершенно на автомате пробормотал в трубку: – Я перезвоню. Костя жадно оглядывал стоящего в одних только трусах и носках Саню. И в его взгляде было только желание убедиться, что тот в порядке и не пострадал. – Костя… – расплылся в совершенно счастливейшей улыбке Жданов, нелепо стоя в дверях и буквально пожирая глазами того, кто занимал все его мысли. – Ты же в командировке… – Ударными темпами закончил… Кажется, в этот момент оба поняли, что не нуждаются сейчас ни в разговорах, ни в объяснениях.       Саша сделал шаг вперед, отвел Костину руку от истерично нарывающегося звонка, притянул его к себе и увлек в квартиру.