ЖЕРТВА ПРИНЦЕССЫ КИРЫ

_______________________

ОБСЕРВАТОРИЯ

Гипсовая арка. Кровь. Женские крики. Лоза. Распустившийся цветок. Аплодисменты. Боль. Смех. Теплица с цветами. Оборванные крылья. Рыжая девушка. И крик: — УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ! Тишина. Темнота. Из-за спины, почти шепотом обдавая холодом: – Говори. — Кира! Я резко сел на кровать и помотал головой отряхиваясь от сна. Стало тяжело дышать, мой взгляд метался по комнате. Я схватился за грудь и съежился. Агат придвинулся ближе и слегка склонился. Он помахал рукой перед моим лицом. — Ты кричал во сне. Я проморгался. Замер и повернулся к нему сжимая кулак у ключиц. – Я слышал женские крики. – слезы потекли ручьем, но растворялись в пространстве не дойдя то помятых простынь. — Тебе снились прошлые жертвы? — он с интересом выгнул бровь склоняясь ближе. Я сомкнул губы и начал бегать глазами по его лицу. Оно выражало не и спокойное равнодушее, а скорее что-то чарующее, понимающее или успокаивающее. Я смог выдохнуть полной грудью. — Думаю, да… Агат кивнул, внимательно всматриваясь в мое лицо. – Было что-то еще? – Не помню… – Агат вздохнул. – Тогда забудь и отдышись. – потом усмехнулся и добавил. – Хорошо спиться? Я театрально закатил глаза. — Издеваешься над испуганным духом! — Раскинув руки, я рухнул обратно на кровать. Агат хмыкнул и ничего не ответил. Он отошел куда то в сторону. Я продолжил лежать пялясь в потолок. Решение спать вместе не было решением. Скорее моей маленькой шалостью. Агату же, кровать не нужна, особенно ночью, а большую часть времени это лакомое место пустовало. Я просто этим воспользовался, а молодой господин, видимо, в очередной раз просто смирился. — Какие планы на день? – через пару минут я снова начал свой беззаботный лепет. — Продать камни на рынке, чтобы найти деньги на ремонт. Все последние средства ушли на замену окон, — Агат натягивал кофту — И я очень надеюсь, что сегодня будет спокойнее. В этот момент за новым окном грянул гром. Я подпрыгнул и пригнулся. Был слышен шум ливня. — Накаркал. — я усмехнулся. Он закатил глаза. — Как обычно, конечно. В карете я крутился и пытался поднимать подушки. Агат еле сдерживал смех, глядя на мою неуклюжесть и провалы сквозь пол. — Слезай с карниза. — шёпотом упрекнул меня он. Естественно, я упал на землю. — Дурачок. — он прикрыл улыбку руками. На улицах столицы было пусто. Неудивительно: слякоть, снег, лёд. Даже я брезговал наступать на эту грязную землю, предпочитая перемещаться по крышам и порхать рядом с молодым господином. — …а ещё физическая, лишь концентрированная магия… — я присел рядом с ним, рассказывая о том, что узнал прошлым вечером. Агат иногда кивал, иногда поднимал брови, иногда ухмылялся, но ничего не отвечал, крепко сжимал шкатулку, пряча ту под пальто. Дойдя до таверны, он постучал в дверь. — Что? — отозвался крупный мужчина с русой бородой. — Агат Фраэро, —он понизил голос. — Проходите. — мужчина распахнул дверь. Я пролетел сквозь стену и оказался в зале: деревянные столы, группы пьющих людей, музыканты и подпевающая толпа. — Жди тут. — шепнул Агат, следуя за мужчиной. — Наслаждайся. — добавил он, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Я замер на секунду, но не в силах скрывать озорную радость принялся порхать в помещении, изучая каждую деталь и поведение людей. Высокий потолок не скрывающий балконы второго, скорее всего жилого этажа с комнатами, давал мне возможность забраться повыше и оглядеться с высоты. Оказывается на перилах очень даже удобно сидеть. Особенно когда ты не имеешь тяжести и страха разбиться. — А потом я её — ух! — пьяница, шатаясь, показал кулак куда-то в слушающую его толпу. — Аха, ну а чё она колдовала без спроса. Ик! — засмеялся его товарищ. — И веря в правду‑у‑у, я найду оплату‑у… — хором пели три девушки рядом с музыкантами. — Налейте ещё! — женщина за стойкой громко стукнула стаканом о пол. Я спустился вниз в центр таверны. Я не ощущал температуры, в груди определённо было тепло. За одним из столов пахло клубникой и гарью. Девушка осторожно дула на небольшой порез у ногтя, что в секунду зажил, а мужчина рядом с ней взмахом поджигал сигару. Примесь запахов меня дурманила. Вдруг свет погас. Люди недовольно засвистели. В следующий момент молния ударила в потолок, разметав его и пол в щепки. Все вскочили и бросились врассыпную с криками. Я дернулся и отпрыгнул. Молния сверкнула снова — и люди вдруг отшатнулись от меня. Я приоткрыл рот от удивления. Они бегали глазами, словно что‑то искали. Ещё одна вспышка — и они снова закричали, глядя прямо на меня. Я развернулся, но за спиной никого не увидел. Только опустевший стол с остатками вина и закусок. Новая вспышка длилась дольше, и у меня не осталось сомнений: меня видно. Я взмахнул крыльями и нырнул в тень, заметив, как Агат с капюшоном на голове спешит ко мне, перепрыгивая через перекладины лестницы. Снова вспышка. — Вот оно! — кто‑то запустил в меня пульсар. Я замер. Даже не дрожал. Только и ожидал смерти. Пульсар не долетел, он растворился в воздухе. Я прерывисто выдохнул. В груди раздался импульс. Он растекся и застрял где то внутри оттягивая меня вниз. — Уходим! — крикнул Агат, глядя в мою сторону. — Никто не уходит! — выкрикнул кто‑то из толпы. — Убьём эту тварь! Вспышка снова проявила меня и я вновь оказался под прицелом. Стоял и смотрел, как передо мной растворяются магические снаряды. После десятка ударов боль в груди все таки заставила меня опуститься на колени. Я пытался проглотить этот ком, но он упорно выбилась обратно наружу. Уже на языке играла гарь. — Хватит! — Агат бросился вперёд, заслоняя меня, но ещё один пульсар полетел в него. Яркая огненная вспышка отозвалась бликом в глазах, словно кровь на Рицисиле. Меня затошнило, передернуло, тепло в груди усилилось и забилось. Я выдохнул, подлетел, прошёл сквозь Агата и, взмахнул крыльями. Вначале растерялся и осекся, но гарь в носу выбивала из паники. Людей волной отбросило к стене. Той же гарью и чьей-то мятой. Звук грома и дождя стих, оставив лишь шепот. Мы бросились к выходу. Почти успели добежать до двери, но кто‑то схватил за руку Агата. — Грешник! — мужчина замахнулся ножом. Я обернулся. Замер. В эту секунду все звуки притихли. Я сжал кулак. Собрал эту гарь в запястье и оттолкнул человека, потом схватил его нож, взялся за горло и приставил острие к коже. «УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ!» — звучало в моей голове. Вспышка. На мужчине сидел дух. Длинные растрепанные волосы стекали с плеч, кулак держал нож у самой глотки. На искривленное ужасом лицо капнула слеза и тут же растворилась. Мои руки дрожали, а лицо исказилось ненавистью. – За что? – шопотом, сквозь зубы я проглотил слезы. Еще вспышка — и я исчез. Мужчина резко встал, пятясь назад: — Где оно?! Агат бежал по лужам, а я летел рядом. Как только мы оказались в карете, он приказал ехать. — Второе пришествие! На нас напали! — запыхавшись, объяснял он кучеру. Я залез в карету и свернулся калачиком покачиваясь. «УБЕЙ» — это преследовало меня. Руки дрожали и я всё ещё чувствовал, как сжимаю нож. В глазах мелькало лицо мужчины полного страха. — Кира… — Агат попытался обнять меня, но его рука прошла насквозь. — Мы едем домой, всё в порядке, — он не оставлял попыток дотронуться до меня. Он не унимался и метался рядом. Я отводил глаза ящя, во чтобы зацепиться, удержаться и не провалившись под землю. – Кира. – я дернулся и застыл. Смотрел на Агат, но на самом деле всматривался в чужие содрогающиеся лица. Я так ужасен? Я метнулся с одного глаза в другое и задержав дыхание опустил плечи. Агат осторожно кивнул. Я сдался. Продолжил всхлипывал в истерике, затем, собрал уже ведшуюся гарь и придвинулся к его груди, так и не коснувшись. Но я улыбнулся, почувствовать тепло, пусть и очень слабое. Вот так, минуту назад я использовал магию отметая людей и держа нож у чьего-то горла, а сейчас конструировал ее в себе чтобы согреться. Как только аромат растворился, я растекся по сиденью проходя сквозь Агата. Он пересел в кресло напротив и склонился, чтобы что-то сказать. — Я не смог его убить… – я отвернулся к окну проводив столицу. — Ты и не должен был. – Агат собрал замок пальцами и опустил локти на колени. — Я мог. — Но не сделал. – Агата пробрал смешок. — Я мог… – я прикрыл рот ладонью, а второй рукой сжал плечо поджимая колени. Он вздохнул и покачал головой. — Когда я взял нож – я посмотрел на ладонь – и приставил лезвие к горлу и посмотрел в его лицо, – я набрал в грудь воздуха – то сначала разозлился, очень! – я выдохнул – от зависти, что живя он хотел убить мертвого, потом — за то, что он напал на тебя… Потом на себя… – я выпрямился и покачал головой – Я же… я почти сделал то же самое, что и та гнида… — Кира. – он помахал рукой перед моим лицом заставь взглянуть на себя. – Это нормально, – протянул Агат – убивать тяжело. – он запнулся – и не нужно… Сегодня уж точно. – он прокашлялся. Агат не пытался пошутить, чему я удивился. Хотя стоило — было очевидно, что он предупреждал меня. — На самом деле, я рад, что ты поступил именно так. — он выпрямился. – Я тоже… – кивнул я выдыхая. В имениях нас сразу нашла Рубин. Она поспешила к Агату, чтобы обсудить случившееся. Из её рассказа и моего искреннего возмущения стало ясно: сын не предупредил её об отъезде в таверну. — Принцесса Кира определённо жаждала мести! Нападения духов — это ненормально! — Она задрала нос и начала расхаживать по кабинету, куда завела Агата. Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и пил чай. Я устроился за ним, прижимая ладони к изголовью у его шеи. — Кстати, хочу поблагодарить тебя. — продолжила Рубин. — Твои украшения хорошо продались. Я уже отдала деньги за ремонт, только не уверена, есть ли смысл… — Она приложила палец к губе и села в другое кресло. — Ужас какой‑то. — Матушка, не тревожься. — Агат отхлебнул чай и поставил чашку на блюдце. — Я думаю, это послание о силе. — Что ты несёшь, Агат? — Она цокнула языком и отмахнулась. – Ещё и твоя магия… — Окстись. — Он взмахнул рукой с благородной улыбкой. — Может, новая сила — предвестник сирими? — Ати… — Она вздохнула и устало посмотрела на сына. Я приподнял бровь. «Ати» — прозвучало так нежно и по‑домашнему. Образ Рубин тут же изменился: из властной придворной дамы она превратилась в заботливую мать. Возможно, именно от неё Агат унаследовал свою чуткость, я хмыкнул, и двойственность. Он прокашлялся. — Я хотел кое‑что попросить у тебя. — Агат быстро перевел тему. — Слушаю. — она выпрямилась, явно готовая выслушать деловое предложение. — Я думаю, моя новая способность — он начал осторожно, медленно, проговаривая каждое слово – может помочь Королевству. Не могла бы ты написать письмо его величеству? Будем честны: твоё слово он заметит быстрее. Уверяю, – отстранился Агат – у меня есть план. Рубин отвела взгляд прижимая костяшку пальцев к губам. Мое сердце замерло. — Записи. – выпрямилась она. – Отошлю прямо сейчас. – Агат кивнул. – Как прочитаю – напишу. Я улыбнулся — Хорошо, матушка. Мы шли по коридору, чувствуя лёгкое воодушевление. Я радостно кружил вокруг Агата. Сначала от восторга сработанного плана, а затем и с вопросами о его имени. — Почему именно так? А если «Гат»? Или «Ага»? — Кира. — он понизил голос с долей неловкости отводя глаза. — Меня, к примеру, так ласково не называли! — Я возмутился и преградил ему путь. Агат раздраженно закатил глаза и вздохнул, проходя сквозь меня. —Потому что «и» — это приставка южного диалекта. — сдался он и вздохнул качая головой. — На столичном она означает «дорогой» или «милый». — В королевстве есть диалекты!? — воскликнул я округляя глаза. Агат хмыкнул. — Аш два. Я открыл рот не в силах издать какой-либо звук. От меня скрывали даже такие детали? Агат остановился. Из-за угла вышли слуги и заинтересованно бросили взгляд на говорящего с самим собой молодого господина. — То есть, ты приезжий! — я пытался снова обратить его внимание на себя. — Мы переехали в имения, когда матушка выкупила столичную шахту. — шепотом пояснил он кивнув проходящи слугам. – Матушка? А разве… – Агат перебил меня вздохом. Он посмотрел на пол, задумался. Прикусил губу, затем осмотрел на дверь слева по коридору сбавляя темп. – Не здесь. – он совершил размашистый шаг сворачивая. — Куда мы? — Сейчас всё увидишь. Я молча последовал за Агатом. Даже представить трудно, что молодой господин Фраэро желал мне показать. Мы вошли в дверь и оказались на винтовой лестнице. Пока Агат поднимался я уже был наверху — в небольшой комнате. Последнюю перекладину он преодолел с легкой одышкой. Смотря вниз мне показалась, что высота была куда приличнее трехэтажного дома, но до башни не дотягивала. А в его имениях есть башни? Даже разглядеть как-то не удавалось. Открыв еще одну дверь, на этот раз скрипучую, мы вышли в огромное просторное помещение. Я открыл рот. — Вот это да! Задрав голову я видел потемневшие облачное небо, просвечивающее из под стеклянного потолка, по которому снаружи лилась дождевая вода. Приглушенный звук ливня колыбельной протекал по комнате. Мелодичный стук капель о стекло успокаивал и отзывался все еще непривычным чувством уюта. Круглое помещение было заполнено различными инструментами и стеллажами с книгами. В центре располагался круг из пуфиков. На полу лежал бордовый ковёр — наверняка мягкий и тёплый. — Нравится? — ухмыльнулся Агат скрестив руки на груди следя за моим зачарованным взглядом. — Очень! — закружился я на месте задрав голову к небу. — Это называется обсерваторией. Здесь мы смотрели на звёзды, когда я был маленьким. — он мягко улыбнулся, проходя в центр и опускаясь, кивая на место рядом с собой. Я осторожно опустился на пуфик. Агат поджал ноги и откинулся назад опираясь на руки, а я на пятках, сложив ладони на коленях. — За тем столом меня обучала няня. — он указал на большой стол слева от выхода, прижатый к круглым стенам. Сейчас тот пустовал. — Там я учился читать, — он показал на отдельный пуф возле книжных полок. — Из тех подушек я строил шалаши. — теперь Агат улыбнулся кончиками губ. Меня заворожила эта улыбка не меньше, чем сама обсерватория. Признаю. Она шла ему гораздо лучше, чем мне моя язвительность и снова поймал себя на мысле, что хочу видеть ее на этом лице почаще. Точнее, эта мысль была со мной всегда. В углу, про который говорил Агат, лежали аккуратно сложенные подушки у деревянных карнизов. — Ну, а здесь — он похлопал по белым сидушкам — мы и смотрели на звёзды. Агат поднял взгляд на льющийся дождь. Притих. Он со вздохом рухнул на спину раскинув руки. Я лёг рядом — наши головы оказались на одном уровне, а ноги — по разные стороны. Я слышал как он дышал. Ровно, но с проскакивающей дрожью. Потом вздох. Агат набрал воздуха в легкие, замер и выдохнул. — Мой отец… — спустя секунду неуверенно он выдавал из себя слова. — Даний Карлан, был астрономом. Я обернулся проследив за изменившейся складкой на лбу. Немного припухший нос Агата сморщился, но тень ностальгической ухмылки еще не исчезала. — Первым, что он приказал построить, была эта обсерватория. — он лежа покрутил головой обводя купол. Получилось комично и я не сдержал тихой усмешки. — А первым моим словом была «звезда». — Агат издал два смешливых толча — Папа рассказывал, что мама сильно обиделась из‑за этого. Он прикрыл глаза и положил левую ладонь себе на глаза. — Он проводил очень много времени со мной… — Агат шмыгнул носом. Мое сердце сжалось от этого звука. Такого пронзительного. Я же сам много плачу, Агат так же замирает от моих всхлипов? —Я думал, что твой отец был Фраэро. — тихо и неуклюже обранил я. Агат хмыкнул и слегка поник. —Нет. Мама наследница рода. Рубин. В своё время, она и завоевала этот титул… Это обратило на себя внимание в столице, ну, юная девушка смогла убить своего отца… Я не хотел спрашивать напрямую, но невольно усмехнулся. Такая редкость. Как часто видят такого Агата? — Свой титул я получил неожиданно… Сначала почти сразился с мамой, но… О глубоко вздохнул. Протяжно, судорожно. – Он просто напоролся на мой кинжал, думал, что это будет лучше.. — Агат всхлипнул с улыбкой, нервной. — Все знали потенциал Рубин Фраэро. Это давление на отца… Он просто не мог иначе. Если бытматушка умерла тогда, столичный интерес к нашему роду мог пропасть, не было бы заказов, денег, статуса. И сейчас я… Агат перестал улыбаться и отвел глаза от моего слегка нависшего лица. Я отодвинулся. — Когда мы осознали произошедшее — он сглотнул — Матушка добровольно оставила титул и передала имения мне после похорон… Мы не общались три года... Агат отвернулся и потер переносицу. – За то, весь этот год прошел для моей карьеры на славу. Слухи разлетелись быстро. Вот даже… – он запнулся. – Меня позвали на жертвоприношение… – Агат опустил плечи. Я лег обратно на пуф. Моя смерть. Да… А для него высшее признание. Какая же это ироничная гадость. Я придвинулся к нему. Он заметил это и выдохнув дрож тоже повернулся ко мне. Мы лежали на боку, глядя друг другу в глаза. — Я убил по ошибке. Кира… — Случайно. — он сжал ткань подушки — И мог убить намеренно. Ради рода, традиций… – Он вздохнул и прикрыл глаза — из них наконец потекла слеза. Я тоже был готов заплакать. — Сейчас я вижу, как она пытается помочь – он помотал головой взъерошив волосы, – но из‑за новых обстоятельств – Агат усмехнулся – легче не стало. – он сглотнул –Я не.. — Всегда тяжело всем, — перебил я и судорожно пожал плечами. — По моим новым наблюдениям, жизнь редко бывает счастливой. Уж точно не с такими устоями. Агат цокнул, хмыкнул не отводя взгляд от проскользнувшей во мне рассудительности. —Ты ужасно прав! Мы улыбнулись друг другу. Я снова рассматривал его лицо. Свисающая кудряшка казалась такой неуместно и неряшливой. Я все еще чувствовал ноющий пульс в груди, тяжесть. Но не сдержался. Собравшись с силами, я поднял руку и грубо вцепился в прядь. Агат съежился, но не оттолкнул. — Упругие! — довольно заявил я, оттянув кудряшку. Та подпрыгнула стукнув Агата по лбу. Он закатил глаза, слегка сощурился и снова заулыбался. Потом отвел взгляд: — Ты вот научился контактировать с моим миром, а я с твоим всё ещё нет. Несправедливость какая‑то. — театрально надул губы он, явно пародируя мои выходки. — А что? Очень хочется потрогать? — я кокетливо заправил копну белых волос за ухо и привстал, уже полностью нависая над его лицом. Из него вырвался смешок, который сопровождается пристальным взглядом на мой жест. Он чуть отстранился ничего не ответив. — Ну и молчи! — Я наигранно обиделся и повернулся лицом к небу, прислушиваясь к шуму скатывающейся воды. Агат закусил губу и тоже посмотрел на небо. Так мы лежали долго. Ни я, ни Агат больше чего-то сказать не могли. Наконец нас потревожили слуги, напомнив Агату о канцелярской работе. Он в одно мгновение помрачнел и невозмутимо встал выходя к лестнице. Я только и успел вздернуть бровь. Сколько масок он успевает менять на дню? Агат зашёл в комнату и оставил кулон вместе со мной, ссылаясь на кропотливую работу с отделом бухгалтерии. Я хотел упрекнуть его: «А я что, мешаю?», но промолчал. Подумал, что ему нужна тишина, а я ее никогда не смогу гарантировать. Я решил отвлечься и заняться экспериментами с магией. Постепенно я начал понимать, как работает мое физическое влияние. Если концентрировать полученную магию в духовном образе, он может стать осязаемым благодаря магической оболочке. У меня даже получилось взять ручку и сделать пару пометок в книге Агата. Я подписал ароматы магии над нарисованными камнями и описал особенности, что упустил молодой господин. Мой размашистый почерк комично-неуклюже смотрелся между закорючками и откровенной извилистой белибирдой. Когда Агат вернулся, я спал в обнимку с книгой.