Мой лучший враг

《...Umut her şeyden muaf

Надежда ни от чего не зависима.

Dönmedim geri, çıkmıyor üstümden geçmişin kiri

Я не повернул назад. С меня не смывается грязь прошлого.

Gözüm kör, zihnim hep tetiktedir

Мои глаза не видят, мое сознание всегда настороже.

Bugün olmuyor istediklerim

Сегодня не случится то, чего я жажду...》

(с) Kalbim Çukurda –Gazapizm feat. Cem Adrian)

***

Со слезами на глазах, Фадиме смотрела в зеркало на свои волосы. Она держала в пальцах косичку, что отрезала Зарифе, длиной она была чуть ниже подбородка. В голове словно калейдоскоп проносились воспоминания с родителями: вот папа дарит ей коробку с бусинами и она маленькая восхищается ими. А вот мама заплетает их в косички, обнимая и говоря, какая же она красавица. И снова: папа гладит ее волосы... Мама расчесывает, и говорит что у нее очень красивые пряди. А после их смерти Адиль... Её старший брат долгое время пытался научиться плести косички. Его пальцы путались в ее волосах, и косички получались либо не аккуратными, либо слишком слабыми. Маленькая Фадиме смеялась с неуклюжести брата, а он улыбался видя что ей весело. Бусины и волосы было единственным, что у нее не смог отнять никто... До недавнего времени... Чёртовы Фуртуна! Они забрали и это! Им было мало пролить кровь ее отца и деда, мало было того что из-за них умерла мама. Им нужно было забрать ее память, забрать те крохи что она помнила о родителях! Брат осторожно подошёл к двери ее комнаты, заглянул. Сердце его сжималось от боли за сестру и ненависти к врагам. Фуртуна всегда так грязно играли. Жизни людей для них были просто разменной монетой, а использовать женщин в своих коварный планах было обычном для них делом. Сестра оглянулась на него и он вошёл в комнату. Помассировав лоб от усталости, он кинул куртку на кровать и повернулся к ней. Мужчина сжал руки на ее плечах. Он поцеловал ее в голову, а затем положил подбородок на ее макушку. Их глаза встретились в отражении зеркала. — Я не хочу волос, к которым они прикасались, брат. — решительно, но с дрожью в голосе, проговорила она. Девушка до сих пор ощущала фантомные прикосновения Зарифе и поглаживания Исо, от чего у нее бежали мурашки. Интересно, он жив еще? Кажется, когда Оруч забирал его, говорил что он не дышит. Неужели действительно умер? Тогда ее гнев уляжется в груди? Может, стоя у его могилы она сможет простить его? Что-то внутри нее противно сжалось от мыслей о смерти Фуртунчика. "Конечно, — убеждала она саму себя, — Он должен долго страдать, а не просто так умереть!" Она заметила как глаза Адиля покраснели и увлажнились после ее слов. Он видел как больно ей было, но не был в силах что либо исправить, или повернуть время вспять. Мужчина взял волосы сестры в руки, и опустил их все на спину. Его руки взяли одну из косичек и стали выпутывать из волос бусинку жёлтого цвета. Фадиме снова заплакала, чувствуя как рушится то последнее, что соединяло ее с родителями. Теперь ничего не осталось, только воспоминания. Уж их Фуртуна не смогут отнять у нее! Из глаз Адиля полились слезы, когда к жёлтой бусине прибавилась розовая. Затем он взял одну из прядей сестры, и отрезал ее. Фадиме прикрыла глаза снова слыша звук ножниц, как тогда в пещере. Адиль отстригал прядь за прядью, и вскоре около его ног была кучка ее волос. Кочари чувствовал боль сестры как свою, и с каждой прядью волос в нем что-то ломалось и разбивалось на осколки. А где-то из глубины души появлялось огромное желание мести. Он снова поцеловал макушку сестры, когда закончил, и произнес: — Клянусь тебе, они заплатят за каждый упавший волос. Его руки сжимали плечи Фадиме, а она сжимала руку брата на своей коже. Девушка поднялась со стула и нырнула в родные объятия единственного дня нее родного человека. Она знала, что он сдержит свою клятву и отомстит им, а она будет рядом как было всегда.

***

— Фадиме, иди сюда, иди. — проговорила Эсме, поднимая с корточек девушку. — У меня есть идея, давай иди. Та удивлённо смотрела в спину любимой брата, но пошла за ней. Неужели у нее была какая-то идея как спасти коз? Сердце Фадиме разрывалось от боли из-за страдания любимых животных. — Сейчас послушай, — проговаривает она, чуть наклонив голову, смотря на сестру Адиля. Все Кочари были заняты животными и никто не обращал на них внимания. Адиль закричал, когда на его руках умерла одна из коз. Фадиме повернулась на крик брата, чувствуя подкатывающие к глазам слезы. — Ты позвонишь Исо, хорошо? Заставь его попросить у Шерифа противоядие. — сказала невестка Фуртуна. На что девушка поморщилась от ее предложения. С того момента, как она сидела около него в медпункте, прошла пара дней. Ее до сих пор злило, что он похитил ее. А также она ощущала какое-то странное смятение, из-за того что он извинился. Это буквально сбивало ее с толку, заставляя думать об этом. Он действительно сожалел? Или это была очередная уловка врага? — Давай, девочка, давай! — подталкивала ее к действиям Эсме. Тяжело вздохнув, Кочари посмотрела на нее, испытывая огромное нежелание звонить ему. В принципе, любому человеку показалось бы странным, что у них были номера друг друга. Но при обучении в школе, их классный руководитель госпожа Лейла заставила весь класс обменяться номерами. Наивная, наверное надеялась хотя бы таким образом сплотить класс. Но разве это было возможно? Ни в этом мире, ни в загробном Кочари и Фуртуна не могут быть никем иным друг другу, кроме как врагами. Фадиме сомневается и смотрит на Эсме, та кивает ей, ожидая результат их разговора.

***

Исо спустился на кухню, захотев что-то перекусить, когда его телефон зазвонил. Увидев кто ему звонит он в спешке вышел из дома и взял трубку. — Когда твоя мать резала мои косы, я видела, как ты стоял там и смотрел. Ты не смог сказать:"не трогай косы девочки" — обвинительно начала разговор Фадиме Кочари. — Но когда твой брат бросал меня под стадо, ты тоже стояла и смотрела. — напомнил ей Исо. Сердце Кочари дрогнуло, вспомнив сколько ран было на нем и в каком ужасном состоянии его вытащили из загона и бросили на землю. Если бы не Элени с ее спасательной грудной трубкой, возможно они бы с ним сейчас не говорили. Возможно сейчас его труп лежал бы под землёй, а ее брат был бы в тюрьме за убийство... — Потому что ты это заслужил! — отогнав страшные мысли, закричала она. — Теперь ты спасешь то стадо, которое тебя топтало Исо Фуртуна! Если ты сожалеешь о том что сделал, как ты говорил раньше. Это было не просто сложно, а не возможно! Шериф Фуртуна был полон ненависти к Кочари, и зависти к его прошлому с Эсме. — Фадиме... — Мы враги, но из-за этой вражды не должно быть столько жертв. Спаси моих коз, Исо, возьми это противоядие у дяди. — в отчаянии говорила она. — Фадиме, он скорее умрёт, но не даст... — возразил парень. — Да накажет вас всех Аллах! — крикнула девушка, заплакав и отключив вызов. — Вот, твоя идея на этом закончилась! — закричала она Эсме, и пошла к брату. Но Эсме остановила ее, тронув за руку. — Я знаю Исо, он тысячу раз пожалел что похитил тебя. Он попытается узнать, вот увидишь. Нет, этот противный даже пальцем не пошевелит из-за ее просьбы, она знала какой он человек.

***

Исо еще какое-то время смотрел в потемневший экран телефона, а потом тяжело вздохнул. Он сделает все от него зависящее, попробует конечно, но сомнение, что дядя даст противояд было просто огромным. Она с таким отчаянием просила его... Эти ее огромные глаза, полные слез... Он не мог видеть ее слезы. Из-за этого был готов разбиться в лепешку, но сделать все чтобы помочь. Чёртово чувство вины! Он спустился вниз и обнаружил всех в гостиной. Бабушка сидела в кресле у окна задумавшись, мама на диване у стены, уперев руки в колени, а Шериф ходил из стороны в сторону. Они с невесткой злостно обсуждали Оруча и Элени. Ведь они, найдя маленькую зацепку сорвались в Стамбул, чтобы найти мать девушки. — Дядя всех дядь! — воскликнул Исо в своей привычной манере и раскинув руки в стороны. — Черт! Как хорошо ты сделал! Уничтожил Кочари, уничтожил! Дай поцелую своего дядю! Блондин прижимается щекой к дяде, и обнимает. Как бы подвести все к тому, чтобы он хотя бы сказал название противоядия, ну или название яда? Он же ничего не заподозрит? Смотрит он как то подозрительно на него, словно ждёт чего-то. — Дядя? — М-м? — Где ты нашёл этот яд? И противоядие от него у тебя, да? Мужчина спокойно смотрел на младшего племянника и прекрасно знал к чему ведёт разговор. Эти мальчишки совсем расслабились с женским воспитанием, пока он сидел в тюрьме! В их венах текла кровь, а не жгучая ненависть к Кочари! — Да у меня, — подтвердил мужчина. — Что это за противоядие такое? — в надежде на ответ, спросил блондин. Шериф тяжело вздохнул, с разочарованием глядя на него. — Когда ты похитил Фадиме, моя мать пришла меня навестить, сказала: "Молодец, Шериф! Исо хорошо же ее спрятал? А где они?" И я, как дурак, все рассказал. — Рассказал? — шокированно произнес Исо, переводя взгляд на бабушку, та виновато смотрела на внука. Вот значит как Адиль так быстро нашёл их! Бабушка сказала ему, чтобы в очередной раз спасти своего сына. Дядю бабушка всегда ставила выше всех, вот и в этот раз. Она пожертвовала жизнью внука, взамен на жизнь сына. Интересно, кто нибудь подумал хоть на миг о том, что Кочари мог просто убить его? — Да, я как дурак все рассказал! В этой семье я даже матери не доверяю. — ответил он, посмотрев на пожилую женщину. — Оручу как известно тоже, отдал деньги Кочари! Тебе я тоже сейчас не доверяю! — произнес мужчина, притянув парня за шею к себе. — Не доверяю тебе тоже, не доверяю. — смотря в глаза проговорил он, а потом с пренебрежением, оттолкнул его от себя, из-за чего парень схватился за бок, что от резкого движения заныл. — Иди покажи себя, докажи! – кричал он.— И не сердись, племянник мой.

***

Исо придерживая рану на боку, вернулся в свою комнату. Он очень хотел помочь, но что он мог сделать? Он не обладал такой проницательностью как Шериф Фуртуна, не имел столько власти как бабушка, хитрости как мать и уважения в глазах других как Оруч. Он всегда и для всех был младшим Фуртуна, его не воспринимали всерьёз, считая что он просто смешной балагур. И он ненавидел это! Хотел бы он изменить это, стать тем, с кем тоже считаются! Но чтобы он не делал — это не приносило плодов. Исо из-за своих попыток только попадал в неприятности. Разочарование в глазах этой маленькой мафиозницы обожгло его, он не хотел больше видеть этого. Но что он мог сделать? Не получилось обмануть дядю, он был слишком хитер. Исмаил хотел сам решить эту проблему, хотел убрать хотя бы этот пунктик в ее списке "почему она ненавидит Фуртуна", но и тут не вышло. Остался только один человек, который действительно всегда был на его стороне и казалось мог сделать ради него невозможное. Немного подумав, Исо набрал его номер. — Брат, дядя отравил стадо Кочари! Оруч перевел взгляд с брата, на испуганное лицо Элени. Их поиски матери девушки можно было назвать удачными. Удалось найти женщину что работала в том роддоме, где родилась Элени. Но только насколько будет продуктивным разговор были сомнения, ведь женщина болела Альцгеймером. — Что? — переспросил Оруч. — Брат, если Кочари не вернёт земли, погибнут тысячи коз! – объяснил Исо. — Я не знаю что за яд, не знаю что за противоядие! Клянусь я сойду с ума брат! Помоги мне, умоляю! Парень и девушка переглянулись снова и распрощались с Исо, набрав Адиля. Вскоре, на экране появился взъерошенный и напуганный мужчина. Молодые люди встали так, чтобы мужчина видел их обоих в видеозвонке. — Элени, потом, — проговорил он. — Кочари, — начал Оруч. — Даже если мой дядя получит землю, он может не дать противоядие, ты же знаешь? Адиль тяжело вздохнул, он был на грани нервного срыва от всего происходящего на его ферме. Уже несколько десятков животных погибло, многим становилось хуже, и счёт шёл на минуты когда и они умрут. — Но у меня есть решение. Элени, расскажи. — сказал парень, и на экране появилась только девушка. — Адиль, Адиль! — взволновано начала девушка. — Нико искусственный интеллект, ты же знаешь. Он может найти все яды в мире по симптомам у этих животных. Покажи мне больных животных. — Подожди, стой, подожди. Мужчина быстро вернулся к стаду, в душе его зародилась надежда на лучший исход событий, может удастся спасти хотя бы малое количество коз? — Приблизь камеру, — снова раздался голос Мирьяны, и Адиль сделал как она говорит. — Посмотри-ка, мой дорогой. — попросил Адиль у одного из животных. Оруч поморщился от вида животного, в то время как Элени начала поиск. — Зрачки расширены, язык посинел, даже стал синим. Какой это яд по симптомам? — Синий язык уникальный симптом. Отравление нитритом. — проговорил Нико. — Нитрит? — она вскочила на ноги и начала взволнованно ходить по номеру. — Это нитрит... Разве противоядием не является метиленовый синий? — Правильно, метиленовый синий, продаётся в аптеках. Так же в больших количествах для случаев шока у животных. — Чакыр, забирай парней и расходитесь. Эрсин, Араклы, в Трабзон, все аптеки, все медпункты, откройте все! Найдите этот антидот, давайте, вперед! Вперед! Быстрее! — закричал Адиль. — Элени, Элени, дочка нашим ребятам туда и обратно понадобится два часа, — проговорил Гезеп. — Выдержут животные? — Нам надо замедлить действие яда. Они должны продержаться до прибытия антидота. Нужна аскорбиновая кислота, витамин C. Они замедлят действие нитрита. Еще нужен сахар и бикарбанат. Если смешать все три, они смогут продержаться часами. — Кочари, – вторгся в разговор Оруч. — Растолчите капусту и шиповник — это витамин C, скипятите воду в большом котле, добавьте сахар, что найдёте. Добавьте туда же капусту и шиповник и для бикарбоната добавьте пищевой соды. — Щелочная вода, щелочная вода, будет нейтрализовать яд, понятно? Давайте ее тоже, но по немногу, понятно? — добавила Элени. — Вы слышали? Вперед, расходитесь! — Вперед! Вперед! — подгоняла Фадиме. Оруч и Элени напряженно ходили по комнате, ожидая что же будет. Парень встал у стены, в то время как девушка опустилась у дивана, облокотившись на него спиной. Никто не знал, сколько прошло времени, когда девушка вновь встала и нервно заходила по комнате, встречаясь глазами с парнем. Затем они оба сели, посмотрев в экран телефона, и периодически переглядываясь. — Пусть начнут пить, когда остынет — сказала Элени, сложив руки в замок. Они следили за тем, как все село Кочари спасало стадо. Все сплотились в одной страшной беде. Сотни людей сегодня не спали, а отпаивали коз Кочари, в надежде спасти их. Из динамика телефона раздался голос Чакыра, который закричал: —Брат! Брат! Мы нашли антидот! Нашли! — О, Аллах, слава тебе! — закричал Адиль. — Аллах, я стану твоей жертвой! — взволнованно произнес Гезеп. — Слава Богу! — радостно закричала Элени, давая ладошкой пять Оручу. Она подхватила телефон и встав с дивана, немного отошла. — По одной капле метиленового синего на каждый литр, напоите их. Животным в очень плохом состоянии, ветеринар пусть ведёт внутривенно, хорошо? Раствор пять промилле. Улыбающаяся Элени, радостная от того что смогла помочь, повернулась к Оручу и встретилась с его изучающим взглядом. Он так пронзительно смотрел на нее, что она смутилась и опустила голову, смотря в пол. Парень снова напомнил себе, что он почти женатый человек, и все что он чувствует к этой девушке — это грех. — Хвала Аллаху, — произнес он, когда они с Элени снова сели на диван и девушка поставила телефон, чтобы было удобно видеть происходящее им обоим. Мирьяно продолжала улыбаться, безудержное счастье от того, что она помогла спасти жизни коз, захватила ее. Фуртуна пытался заставить себя не смотреть на нее, но каждый раз его взгляд оказывался на ней. Словно насмешка судьбы, он ведь старался! Правда старался, но не выходило! Его взгляд снова и снова был прикован к ней. Что эта девушка делала с ним?! Она снова посмотрела на него с улыбкой, и он взглянул на нее в ответ. — Хвала Аллаху, — снова сказал он. — Хвала Аллаху, — повторила она. Оба улыбнулись, смущенные чувством что ощущали внутри по отношению к друг другу. Что-то нежное, хрупкое, как первый цветок после зимы, такое тёплое и прекрасное разливалось у обоих в груди. И этому чувству было все равно на какие-то доводы разума, предрассудки, разные религии и менталитет... И имя этому чувству было — любовь.

***

Оруч поморщился от боли во всем теле. Как же неудобно он спал, шея и бок затекли. Он тяжело вздохнул и открыл глаза, поднимая голову. Повернувшись на яркий свет из окна, он увидел что на его плече спала Элени. Оказывается, они так и уснули вчера, сидя на диване в ее номере. Воспользовавшись моментом, когда она спит, он залюбовался ею. Она тихо посапывала. Ее щеки раскраснелись ото сна, а длинные густые ресницы оставляли тени на щеках и казались еще длиннее. Она забавно выпячивала нижнюю губу во сне. Губы сами по себе расплылись в улыбке, парень тяжело выдохнул, из-за чего волосы девушки упали на ее лицо. Оруч протянул руку убрать непослушную прядь, чтобы она могла еще немного поспать. Он согласен вот так сидеть хоть всю жизнь, лишь мы чувствовать приятную тяжесть на своём плече и слышать ее дыхание. Оруч протянул руку и словно удар током — кольцо... Севджан... Его обещания другой девушке... Рука сжалась в кулак и он отвернулся. Брови сошлись на переносице и снова тяжесть всего мира опустилась на его плечи. Как же это было тяжело. Сглотнув ком в горле и глубоко вздохнув, он похлопал Элени по плечу. — Элени, — позвал он. — Элени, мы тут уснули, вставай. Девушка встала с его плеча и потянувшись, снова легла на подушку, что была на диване. Сердце парня заходилось в бешеном ритме от щемящей нежности к ней. Он поднялся с дивана и прошел в ванную. Задрав рукава рубашки, помыл руки, постоянно оглаживая кольцо, которое жгло его палец. Умылся холодной водой, снова смотря на кольцо и выключил воду. — Приди в себя! Приди в себя! — в гневе сказал он своему отражению. — Бесстыдник! Прости Господи, прости Господи! В это время, сладкий сон Элени был прерван внезапно раздавшемся стуком в дверь. Она сонно открыла глаза и пошла открывать. Какого же было ее удивление, когда за дверью оказался Адиль! Сон как рукой сняло! — Адиль? Ты... Ты почему приехал? — Клянусь, девочка, я не понимаю этих стираний и прочего. Со вчерашнего дня мне это уже надоело и я приехал. Мирьяна чувствовала как защипало в носу от подступающих к глазам слез. Она была так рада видеть его! Чувство вины за все сказанные в гневе слова, так и сидело внутри, постоянно напоминая о том, как сильно она обидела человека, который протянул ей руку помощи и стал почти что отцом. — Ты... Ты очень правильно сделал! Адиль чувствовал, что камень на его душе словно становился меньше, его лицо расслабилось и беспокойство за девочку начало отпускать. — Так говоришь? — спросил он. — Говорю, — ответила девушка, часто моргая. — Я говорю, иди сюда. Мужчина улыбнулся тому, что девушка почти плакала. Значит не он один страдал после вчерашнего их разговора. Кочари прошел вслед за ней, закрыв дверь. Девушка плакала, мужчина улыбался. — Я очень-очень рада, что ты приехал. — Иди сюда, мелкая! — не выдержал Адиль, привлекая в свои объятия Элени, что заревела в голос. В объятиях Адиля было так тепло и безопасно, он был словно родительский дом. Но не тот дом, что был у нее в Греции, где было все стерильно и холодно как в операционной. А именно тот дом, куда хочется возвращаться когда тебе хорошо или когда плохо. Где будут радоваться твоим успехам и плакать из-за твоих бед. Где всегда будут люди, готовые тебя защитить от любой проблемы, готовые на все ради твоего счастья. Наверное так себя ощущают дочери в руках любящих их отцов? Адиль и был ей как отец, она ощущала себя самой любимой дочкой в его руках. Кочари чувствовал, словно был не полной часть себя самого, пока не знал Элени, но сейчас, обнимая ее он был полноценным и очень счастливым. Мужчина даже не мог представить, когда смог так сильно полюбить эту девочку, словно своего ребёнка. Он точно знал, стоило ее кому-то обидеть и этот человек встретиться с ним лицом к лицу. Он весь мир сожжет, если потребуется, чтобы уничтожить ее обидчиков. Поэтому он сделает все возможное и невозможное, но воссоединит эту девочку и с матерью, и с отцом. — Я... Я боялась, что потеряла тебя! Что-то с треском разбилось внутри Кочари. Элени, была еще такой малышкой! Она была ребёнком, который не знал родительской любви, но так остро нуждался в ней. Адиль решил, что даст всю отцовскую любовь что у него есть, этой девочке. Пусть у него не было детей, но Фадиме он вырастил сам, и теперь пришло время стать отцом для еще одного нуждающегося ребёнка. — Почему ты испугалась? Ты же так хорошо меня вычеркнула? — подтрунивал он над ней. — Я сказала это со злости! Я никогда не смогу тебя вычеркнуть! — Скажи же, что ты осталась на моей шее! — улыбнулся он и девушка рассмеялась. — Осталась, да. И я поступила правильно. Мужчина погладил ее по волосам, ответив: — Ты поступила очень правильно. И еще, — они разжали объятия, но руки Адиля остались на плечах девушки. — И еще, ты спасла моих животных. Большое спасибо. — Не только я спасла, я видела на экране. — хитро улыбаясь, сказала девушка. — Эсме тоже спасала! Как вы там черноморцы говорите? — на пару мгновений она задумалась. — Вы... Выглядили очень сладкими вместе, как мед. Мужчина весело посмотрел на нее. Этот ребёнок доведёт его со своими словами об Эсме. Дернул же его шайтан рассказать о том, что в молодости они очень любили друг друга. — Ну конечно. Элени снова рассмеялась. — Дикий мед! Больше одной ложки и в кому. — пошутил он. Мирьяно засмеялась, украдкой смотря на Адиля, на что он вдруг стал серьёзным и произнес: — Убери эту ухмылку с лица! — Хорошо, — улыбаясь, ответила она. — Скажи-ка мне, удалось ли вам найти, какую нибудь зацепку о твоей матери? — Нашли, сегодня мы пойдём навестить тетю, которая раньше работала в больнице. Ты тоже пойдёшь, да? — Конечно пойду! Они улыбались и в это время открылась дверь ванной. Улыбка с лица Кочари тут же исчезла. Растерянный и напуганный Оруч смотрел то на Адиля, то на Элени. Девушка заметив взгляд мужчины, тут же убрала улыбку. Он осмотрел ее внешний вид, отмечая то что девушка была в халате с ушками и снова уставился на Фуртуну. — Черт, — произнес он. — Адиль, нет, нет! — понимая что сейчас будет, просила девушка. Оруч прикрыл глаза, тяжело вздохнув. Получать по лицу от Кочари, скоро войдёт у него в привычку. Он вздохнул, посмотрел на Элени, которая все приговаривала: — Нет‐нет, — словно это могло успокоить взбешенного мужчину. — Что ты делаешь в номере этой девушки?! — закричал Адиль и тут же ударил Оруча кулаком в лицо. Элени поморщилась.

***

Несколькими часами позже

Фадиме стояла в аэропорту, около своей машины. Брат должен был уже скоро прилететь вместе с Элени. Она не смогла усидеть дома, и решила что поедет и встретит их. После того как они прибудут, сразу поедут искать ту акушерку, что могла что-только знать о матери Мирьяно. Конечно девушка заметила машину Фуртуна что подъехала, но решила просто игнорировать сам факт его существования. Возможно это было по детски, да, но она ничего не могла с собой поделать, он безумно ее раздражал. И хоть Элени вчера и упоминала в разговоре, что именно Исо попросил у них помощи, Фадиме была непреклонна. Парень вылез из машины и выдохнул, увидев сестру Адиля. Облизав пересохшие губы и поправив куртку, он направился прямиком к ней. — Самолёт не приземлился? — спросил он, первое что пришло в голову, чтобы хоть как-то начать разговор. Девушка смерила его сердитым взглядом, оглядев с головы до ног. — Ты что здесь делаешь? — Что за дела? — спросил он, приблизившись к ней ближе. Посмотрев прямо в глаза девушки, и снова облизав губы, он сообщил: — Ты на нашем участке ждёшь. Девушка неосознанно повторила его действие, тоже облизав губы и расслабленно произнесла: — Ну допустим, — она перевела взгляд на него. — И что ты сделаешь? Исо наклонил голову к ее лицу, попадая в эти темные омуты с длинными ресницами. — Не огрызайся, полумафия, — смерив ее взглядом, ответил он. — Я тоже так-то пришел встретить брата, спросил прилетел ли самолёт. Девушка отвернулась от него, и смотрела прямо перед собой. Один только вид парня разжигал в ней ненависть, а он еще так близко встал! Но конечно же, она не могла двинуться, еще подумает, что она его боиться! — Я не собираюсь тебе отвечать. Парень вздохнул, закатил глаза и отвернулся. Затем они оба повернулись на звук приземляющегося самолёта Кочари. Исо улыбался, ожидая встречи с братом. Фадиме первая пошла к самолёту и Фуртуна младший последовал за ней, качая головой и тяжело вздыхая. Она была просто невыносимой! Из самолёта вышел Оруч, затем Элени и Адиль поблагодарив пилота, они пошли к выходу с территории аэропорта. Кочари обнял девушку одной рукой, а она шла и улыбалась. На встречу им уже бежала Фадиме, а за ней шёл Исо. Элени переглянулись с Адилем. Сестра Адиля буквально впечаталась в Мирьяно, обнимая ее. Оруч пожав руки с братом, тоже обнялись, но взгляд каждого из них был устремлен на девушек. Исо смотрел на Фадиме, а Оруч на Элени. Они подошли к семье Кочари. — Не знаю как и благодарить, но... — говорила Фадиме, держа в своих руках ладони Элени. — Моих коз похоже ты спасла, спасибо. Элени кивнула с улыбкой, она немного смущалась, ведь делала это от чистого сердца, не ждала благодарностей. Адиль стоял с улыбкой и гордостью, смотря на своих девочек. Фадиме повернулась на братьев Фуртуна и улыбка на ее губах погасла. — И тебе спасибо, – сказала она, глядя на Оруча. Его брат засмеялся, на что старший тоже улыбнулся. — Спасибо-спасибо, — ответил Оруч, Кочари кивнула. — В Трабзоне розовый снег пойдёт, Фадиме Кочари поблагодарила Фуртуна. — довольно произнес Исо, идя спиной, смотря на семью Кочари. — Не испытывай удачу, маленький Фуртуна! — напомнил Адиль, на что Исмаил нахмурился, переводя взгляд с брата на сестру и обратно. — Что сделали, сестренка? — Брат Гезеп поехал на плато, в Балтаджи, дом кажется там. — Тогда и мы поедем. — ответил мужчина. — Наши дороги тут расходятся, Фуртуна. Берегите себя. Фадиме постоянно ловила на себе взгляды этого несностного Фуртунчика. Но пыталась игнорировать их. Что ему вообще было надо от нее? — Увижу, передам, Кочари. — ответил Оруч. Адиль открыл дверь с водительской стороны, когда заметил что Элени с улыбкой смотрит на Оруча, а ему это не нравилось. Парень был почти женат, к тому же он из Фуртуны, а все они были предателями или убийцами. — Смотри вперед, смотри. — проговорил он, когда девушка обернулась на него и споткнулась. Она грозно подошла к нему, зеркаля его выражение лица. — Тш, — он приставил палец к губам, намекая чтобы она молчала. — Проходи. Элени выдохнула и закатив глаза, села в машину.

***

На подъезде к плато, их ждала ловушка Фуртуны. Гезеп и Адиль угодили в перестрелку, но силы были не равны. Тринадцать Фуртуны и всего два Кочари. Фадиме и Элени были в машине, гречанку трясло от всего происходящего. Фадиме следила за своими братьями через лобовое стекло. Хоть Адиль и сказал оставаться на месте, она не смогла, не усидела. Они с Гезепом рисковали своими жизни, разве она могла оставаться в стороне? Разве это подходило ей, прятаться как трусихе? Она схватила пистолет из бардочка машины, из-за чего Элени испуганно закричала: — Что ты делаешь? — Не смей выходить из машины, — проговорила Кочари. — Фадиме, что ты делаешь? Не выходи! Не выходи! Нет, Фадиме! — плакала Элени, поддавшись вперед, в надежде остановить своенравную девушку, но ее рука схватила пустоту. Она уже вышла. Шатенка быстро преодолела расстояние от машины где они сидели до той, за которой прятался ее брат. — Зачем ты вышла? Сядь в машину! — Ни за что! — возразила Кочари, пуская несколько пуль в сторону проклятых Фуртуна. Спустя буквально пару минут, пистолет Адиля дал осечку и он сказал: — У меня кончились патроны, садись в машину! Ну давай! — Нельзя! — тут же воспротивилась его сестра. — Я защищу! — Вы не смогли подстрелить двух людей! — выругался на своих людей Гекхан. Спустя еще несколько выстрелов, в пистолете Фадиме тоже кончились пули. Она обреченно посмотрела на оружие в миг ставшее бесполезным. Брат притянул ее ближе к себе, пряча. Гезеп что стоял дальше от них, тоже разочарованно опустил пистолет. Адиль погладил сестру по волосам в попытке успокоить, и его рука осталась на ее плече. Фуртуна не встречая ответного огня, поняли что пуль у Кочари не осталось, это поняла и плачущая в машине Элени, проговорив тихое: — Держитесь! Гекхан встал на ноги и пошел в сторону Кочари, сделав пару выстрелов в воздух. Ответа не было, и он показал своим людям знак, чтобы они окружали врагов. Счастливо улыбаясь, он лично пошел к Адилю. Брат и сестра Кочари медленно опускались на корточки. Адиль улыбался, ожидая неминуемое, а Фадиме только испуганно сжимала его ладонь. Элени смотрела по всем окнам машины, в надежде что прибудет помощь, в надежде что появиться Оруч. Он же тоже собирался на плато! Почему их машина так сильно отстала? — Свидетельствую, что нет Бога, кроме Аллаха, — уже прощаясь с жизнью, проговорил Гезеп. Адиль с тоской посмотрел на сестру, понимая что видит ее в последний раз. Страх за нее и Элени сковал его, мешая нормально думать и искать выход. А был ли он вообще, выход? Из-за машины за которой они прятались, вышел Гекхан, и Кочари тут же поднялись на ноги. Адиль вскинул голову, решая встречать смерть с гордо поднятой головой. Фадиме вцепилась в его локоть, трясясь всем телом и испуганно смотря на прихвостня Шерифа. — Ты подошёл к концу пути, да, Кочари? – ухмыльнулся он, подняв пистолет. Фадиме дернулась всем телом в попытке закрыть собой брата, но Адиль крепко держал ее. — Сестра! — крикнул он, в надежде удержать ее на месте. В надежде, что сейчас убьют только его. А девочки смогут спастись. — Нет! — возмутилась она. — Брат! — Иди назад! Элени вцепилась в кресло руками, смотря на страшную картину перед ней. Адиль, ее названный отец был в шаге от того, чтобы умереть. Её сердце замерло и она словно окаменела, не в силах пошевелиться. В Гезепа целились все остальные люди Шерифа, в то время как он сам стоял с улыбкой и раскинув руки. Для этого сумашедшего смерть была словно подарком. Фадиме стояла за спиной брата плача, ладошкой закрывала грудь, где билось его сердце. Она так сильно боялась его потерять, что сделала это неосознанно, словно это могло спасти его жизнь, уберечь от вражеской пули. Девушка в мыслях начала умолять Аллаха оставить в живых ее брата, ведь у нее итак никого не осталось. Молила о любой помощи. Адиль кивнул Гекхану. Элени в машине сразил новый приступ слез и паники. Когда казалось бы что все кончено, Гекхана сшибла разогнавшаяся машина Исо Фуртуна. И он упал на асфальт, простонав от боли. Адиль повернулся на машину, когда из нее вышли оба брата Фуртуна. — Гекхан! — закричал Оруч, тыкая пальцем в парня. — Убери этот пистолет! Кочари растерянно переглядывались между собой. — Не вмешивайся в это господин Оруч! — проговорил он. — Гекхан! — начал Исо, держа перед собой телефон, — Я позвоню в полицию! Позвоню! — Исо, это пустые угрозы! — ответил он совершенно не боясь. — Пока они приедут, мы пятьдесят раз убежим. — сказал Гекзан, направляя оружие на Адиля. Мужчина стоял ровно, в упор смотря на своего убийцу, в то время как его сестра буквально повисла на нем, пытаясь защитить хоть как-то. Внезапно раздалась сирена полиции, все удивлённо обернулись, но машин пока что видно не было. Из машины вышла Элени, тут же сказав: — Я уже давно позвонила, они приехали. Все взгляды обернулись к ней: гордый Адиля, благодарный Фадиме, непонимающий Гекхана. — Сейчас Гекхан, либо ты убегаешь, либо я дам показания в полиции. — давил на него Оруч. — Я скажу, что это люди Шерифа Фуртуна. Скажу что это вы сделали! Давай, забирай своих людей и уходи! — Это на мне, Гекхан, давай! Давай! — повторила за братом Исо. — Пусть будет так, — ответил он, посмотрев на брата и сестру Кочари, заметив взгляд девушки, полный ненависти. — Давайте! – крикнул он своим людям. — Собирайтесь. Занимайте свои места! Гезеп подошёл к своим кузенам, в то время как остальные наблюдали как люди Шерифа уезжают. Фадиме все ещё держалась за локоть брата, не в силах поверить что все прошло. Гезеп похлопал по плечу Адиля, когда раздался голос Элени: — Простите... Нико, можешь выключить сирену. — Выключаю, — ответил ее виртуальный помощник и наступила тишина. Все снова удивлённо переглянулись. — Как? — спросил Адиль. — Это был Нико? Разве полиция не едет? Заплаканная Элени смущенно улыбнулась и все рассмеялись от облегчения. — Спасибо тебе, братец Нико! — сказал Оруч. — Не стоит благодарностей, братец Оруч. — ответил голосовой помощник. Кочари стояли в объятиях друг друга, и протянули руки в сторону Элени. — Иди сюда, иди. — позвал Адиль и девушка нырнула в их руки. — Я преклоняюсь перед твоим умом! — сказал Гезеп. Исо смотрел на всех, ничего не понимая. — Кто этот брат Нико? Я ничего не понял, объясните мне. Оруч улыбаясь, кивнул брату. Младший Фуртуна сделал несколько шагов к семье Кочари, раскинув руки и поддавшись какому-то странному порыву всеобщей радости. Но тут же осекся и почесав голову, вернулся к брату. — Хорошо, Оруч Фуртуна. — заговорил Адиль. — Почему Фуртуна преградили нам путь когда мы ехали искать бабку, которая продала Элени? Старший Фуртуна поморщился. — Я тут не причём. Это не моё дело. — Это мы уже поняли. В конце-концов вы нас спасли, спасибо. Оруч кивнул и взглянул на Элени, их взгляды встретились. Она стояла в объятиях Гезепа, который крепко прижимал ее к себе. — Это дело Шерифа Фуртуна, это мы тоже поняли, но почему? Оруч смотрел в сторону, Адиль продолжал: — Интересно почему твой дядя не хочет, чтобы мы нашли бабку, которая продала Элени? Фадиме постепенно расслабляясь, позволила себе посмотреть на Фуртуну младшего. Он тоже внимательно следил за ней и не заметно ни для кого, она слегка кивнула ему. Поблагодарив за спасение брата, он тоже слегка кивнул в ответ. — Давай сначала найдём ее, — миролюбиво предложил Оруч. — А остальное потом поймёшь. Адиль кивнул. Фуртуна сели в машину. Кочари смотрели друг на друга, не в силах поверить что и из этой передряги, они смогли выбраться. Гезеп улыбался, Элени облегченно смеялась, а Адиль прижимал к себе все еще не до конца успокоющуюся сестру.

***

— Элени! Элени, ты в порядке? — спросил Оруч, когда все вышли из машин, приехав по адресу. Парень видел как она заламывает руки в нервном напряжении, поэтому и спросил. Адиль и Гезеп пошли впереди, а молодёжь немного отстала от них. — Я не знаю... Все так запутано. Я в замешательстве. — Это нормально! Такая принцесса как ты оказалась в центре перестрелки. Что еще могло произойти? — проговорил Исо, идя снова спиной вперед. — Ага, это действительно от этого! Не сглазить бы, какой у тебя ум! — ответила ему Фадиме, чем тут же обратила на себя все его внимание. Он повернулся спиной к Оручу и Элени и тут же ответил: — Это нужно похвалить твой ум, скольких ты там застрелила? — Что случилось? Ты разучился считать, Фуртунчик? — спросила она с издевкой. Они с ним шли буквально бок о бок, их плечи то и дело соприкасались. — Смотри на меня! Не зови меня так, меня это раздражает! — возмутился он, снова идя перед ней. — Реально раздражает! Оруч схватил его за руку и оттащил от улыбающейся ему в лицо Фадиме. — Шагай, блин! — сказал он ему. А в спину донеслось: — Фуртунчик! На что он обернулся, зло посмотрев в ее веселящаяся глаза. — Мелкий мафиозник! — сказал он. — Шагай давай, Исо! Шагай! – сказал ему Оруч.

***

— Акушерка Султан кем приходится Хиджран? — спросил Адиль, удивлённый открытием. Мало того что они не встретили эту самую Султан, а только женщину переодетую в нее, так в этом еще была замешена Хиджран! — Акушерка Султан моя мать, а Хиджран ее племянница. — ответила кудрявая Балы, зоркими глазами смотря на всех по очереди. Оруч стоял словно громом пораженный. В его мозгу промелькнула догадка, от которой казалось, подкосились ноги. "Двадцать лет назад пес Кочари влюбился в девушку из Фуртуна" — сказал дядя. "Мой покойный муж покончил с собой, когда Эсме попыталась сбежать с Кочари" – сообщила Шукрие. Он прикрыл глаза, отгоняя навязчивые воспоминания. Ну нет! Нет! Нет могло такого быть! "Твой дядя продал нам Элени" — в голове раздался голос Мелины. "Продал, да. Я сказал ее матери что ребенок умер" – снова дядя. "— Если ты был влюблен в Эсме Чавуш, почему она тогда стала невесткой Фуртуна? — Мы Кочари, вы Фуртуна, мы либо предадим друг друга, либо убьём. " — вспомнился их разговора с Адилем в самолете. "Я же сказала что ищу свою мать и кажется смерть ищет меня. А он сказал может смерть ищет тебя, потому что ты ищещь свою мать?" — говорила Элени недавно. "— Кто эта женщина? Кто мать этой девочки? — Эта тайна уйдёт со мной в могилу." — заявил Шериф Фуртуна. Пазлы в голове Оруча сложились и получилась целостная картина. Адиль разозленный, повернулся к братьям Фуртуна и достал пистолет. — Значит те, кто продал Элени, это Фуртуна, так? Исо дернулся на помощь брату, но в его грудь упёрся пистолет Гезепа. — Говори! Говори что ты знаешь!— кричал Адиль. Элени качала головой, к глазам поступали слезы. — Кто мать этой девушки? — Адиль он ничего не знает. Адиль отпусти — умоляла Элени, плача. — Нет, знает — стоял на своём Кочари. — Знает, будет говорить! Говори! Или он скажет тебе кто твоя мать, или уйдёт в могилу вместе с тайной. Исо взволновано смотрел на брата. И не понимал что с ним. Парень выглядел точно так же как в медпункте, когда Исо очнулся. Но в то время Оруч узнал что именно дядя продал Элени. Что произошло сейчас за пару минут? — Ты немедленно отпускаешь его и мы уходим отсюда. Иначе я откажусь от поиска своей матери, сяду на первый самолёт и покину этот ад, полный вражды. — сказала Элени. — Ты ничем не будешь отличаться от тех Фуртуна которые пытались меня похитить! Ты станешь таким же как они! Оруч сидел пораженный. Неужели то, что пришло ему в голову было правдой? Неужели?... Адиль посмотрел на гречанку, нахмурившись. Ну почему она постоянно защищает этого Фуртуна? Неужели?... Да нет! — Ты из Фуртуна, Адиль, или ты Кочари? — спросила она. Оруч нахмурился, поник плечами, брови его сдвинулись к переносице, во рту пересохло. Он отвёл от них взгляд, словно происходящее не имело к нему никакого отношения. Возможно, он даже был бы рад пуле Адиля, только бы не ощущать весь спектр вины и стыда за свою семью. Адиль закричал, выстрелив в воздух, ударил прикладом пистолета Оруча и тот упал. Гезеп словно по команде ударил Исо. — Гезеп, забери девушку, мы поговорим. — Давай! Давай! Давай, иди! — подтолкнул Балы, Гезеп. Фадиме повернулась на Элени, положив руку ей на плечо и вместе они пошли за Кочари. Исо подбежал к брату, проверяя все ли с ним в порядке. Он очень обеспокоен был его состоянием. — Минутку, — попросила Элени, посмотрев на Фадиме. — Хорошо, — согласилась она, оглядываясь на уходящую девушку. Что она могла поделать, если гречанка полюбила этого чертового Фуртуну? Фадиме очень сочувствовала ей, ведь понимала что ничего из этой любви не выйдет. Лишь бы не было все настолько печально как у ее брата и Эсме. — Я верю тебе, — проговорила Элени несмело, заставив Оруча проклясть всю свою жизнь и семью. Он сморщился под чувством вины. Элени вернулась к ждущей ее Фадиме и обнявшись, они пошли догонять Гезепа и Адиля. Младший Фуртуна помог подняться старшему и обнял его. Оруч был в своих мыслях, не ощущая своего тела, будто тряпичная кукла, еле стоя на ногах. — Давай брат, давай. Я думал, что Адиль не поверит, что ты не знаешь кто мать Элени. Я думал он тебя убьёт. К счастью, Элени верит, что ты не знаешь. — пытаясь успокоить брата, сказал Исо. — Я знаю... — обреченно проговорил Оруч, на что его брат даже открыл рот от удивления. — Что? — Я знаю мать Элени. Я только что понял. — ответил он. — Что ты понял? — Акушерка, которая продала Элени, является тётей Хиджран. Исо кивнул, они с братом наблюдали за тем, как машины Кочари уезжают с плато. — Мой дядя мне признался. Он сказал что продал ребёнка Кочари и Фуртуна. Фуртуна знающий об этом, взял девушку в жены. Что мы узнали? Эсме и Адиль были влюблены... — Брат... Что ты пытаешься сказать? Я ничего не понимаю. — Девушка, которая забеременела от Кочари – Эсме Чавуш, чей ребенок был продан. Человек который знал об этом и взял ее в жены – Шериф Фуртуна. — то что он собирался сказать дальше буквально застряло у него в горле, но сглотнув, он произнес: — Элени... Дочь Эсме и Адиля. Исо шокировано смотрел на брата, а потом повернулся вслед давно уехавших машин.

***

— Акушерка Султан умерла, ты плачешь из-за того что мы не сможем найти твою маму? — спросил Адиль, присаживаясь на диванчик около своего дома, где уже сидела Элени. — Мы могли бы узнать у Оруча, но ты не захотела. — Оруч ничего не знает! – закричала она, защищая парня. Доктора итак было жалко, Адиль постоянно срывался на нем, Элени было почти физически больно видеть эти синяки на его лице разной давности. А еще, Адиль чуть не выкинул Оруча из самолёта! — Хочешь я тебе скажу самый большой урок в жизни? — спросил он, но девушка молчала. — Если доверишься любимому человеку, будешь вот так плакать. Элени подняла взгляд на Адиля. Ей не нравилось, что все на свете говорили о том что она влюблена в Оруча! И спустя пару мгновений выпалила: — Я его не люблю! —Дай Аллах, ты его не полюбишь, мелкая! Адиль ушёл в дом, девушка осталась сидеть на диване и плакать, уже сама не зная причину своих слез.

***

Элени осторожно вошла в комнату к Фадиме. Та сидела на кровати, смотря что-то в телефоне. Несколько минут назад ей звонила Севджан, невеста Оруча и приглашала посмотреть приданное, которое она привезла в дом жениха. Гречанка не очень поняла что девушка имела ввиду, но сердце почему то сжималось от боли каждый раз, как в экране появлялось лицо Оруча, что виновато смотрел на нее. — Это... Что значит приданное? — задала она вопрос, ради которого и пришла в комнату. — Вот те на! — удивилась Фадиме. — Откуда взялось приданное в такой час? Элени заламывала руки, ожидая ответа. Придётся признаться и снова слышать слова о ее неравнодушии к Фуртуне! — Севджан позвала меня завтра посмотреть приданное в доме Оруча... — Да ну?! — Фадиме вскочила на ноги оказываясь рядом с девушкой. — Настолько? Настолько плохо? — заволновалась гречанка. — Приданное не настолько... Но то что тебя позвала Севджан, да! — Да что это такое? Фадиме знала о нежных зарождающихся чувствах Элени к Оручу, и ей действительно было жаль девушку. Оруч не был плохим парнем, но был Фуртуной. А там выбор был не велик – либо убийца, либо предатель. В их случае, явно второй вариант. — Да что это за приданное? Фадиме взяла в свои руки ладошки Элени и они сели на кровать. — Смотри, дорогая Элени. Приданное — это вещи невесты. Его несут в дом жениха за которого выходят замуж. Его привозят незадолго до свадьбы, раскладывая в доме жениха. — Так значит свадьба Оруча уже скоро? Фадиме с грустью смотрела на девушку, у которой разбивался мир и первые чувства были затоптаны в грязь Фуртуна. Она аккуратно погладила ее плечо, пока девушка отвела от нее взгляд, сдерживая слезы. Не будет она плакать по чужому жениху!

***

— Чакыр? — удивлённо спросила Элени заметив его в медпункте Фуртуна. С утра позвонил Оруч и просил приехать, потому что здесь было много раненых. Но то что раненные были из Кочари удивило ее. А еще утром Эсме хотела о чем-то с ней поговорить, но из-за звонка Фуртуны им не удалось пообщаться. — Доктор, Эйюпхан сильно ранен. — проговорил побитый Чакыр, провожая ее внутрь. — Какова степень тяжести травмы? — тут же спросила она у Оруча, не смотря на него. — Займись Эйюпханом, у него сильное кровотечение, мы применили компрессию, установили венозный доступ. У Исо и у него одинаковая группа крови, сделали переливание. Исо стоял рядом и совершенно не был в восторге от этого. Дать кровь человеку которого ненавидешь так себе идея. Он просто не хотел чтобы на руках его брата кто-то умер, пусть это и был самый ненавистный из Кочари. — Остальные четверо стабильны, у них нет приоритетов, займёмся ими позже. — сообщил Оруч. — Хиджран, УЗИ. — проговорила она, сев около парня. — Эйюпхан, Эйюпхан, смотри на меня, смотри на меня. — Не говори моему боссу. — Почему мне не говорить Адилю, Эйюпхан? Эйюпхан! Оруч, почему не поехали в больницу? На этот раз кто не должен сесть в тюрьму? Ради кого это? — спросила гречанка. — Ради тебя. Ее сердце дрогнуло от его слов, внутри зашевелился тот хрупкий цветок, который она всю ночь пыталась вырвать с корнем. Девушка попыталась взять себя в руки. — Ради меня? — Это работа Гекхана, но он не сядет в тюрьму, нам надо заставить его говорить. Может быть он знает что-то о твоей матери. — пояснил Исо. Элени была огорчена, но в тоже время смущенна таким вниманием к своей скромной персоне. Она поймала на себе пристальный и колючий взгляд Хиджран, казалось он проникая прямо в ее душу. — Не волнуйся, сестра Хиджран тоже знает, что мы ищем твою мать. — пояснил Оруч. — Приезжал Адиль, он допросил мою бабушку, мою мать, всех нас. — Элени... — раздался голос Эйюпхана. — М-м? — И не говори моему отцу, — он закашлялся. — Иначе они придут сюда. Пусть сначала найдут Гекхана, не говори. Девушка промолчала, посмотрев на трубку, что перекачивала кровь. — Спасибо за кровь, Исо! — поблагодарила она. Исо посмотрел в лицо Эйюпхана, и даже просто смотря на него испытывал ужасное раздражение. Он попытался улыбнутся, но не смог. — Всегда пожалуйста, — ответил только.

***

Несколько часов спустя

Оруч вышел перед Кочари, наконец собравшись с духом. Все что сделала его семья раной лежало на его спине. Почему то он должен был платить за то, что произошло много лет назад. За то, что сделала его семья, когда ему было всего восемь лет, а Исо пять. За то, что его мать, дядя и Хиджран обманули молодую Эсме и продали ее ребёнка грекам. Он говорил что сможет пойти ради Элени на все, посадит в тюрьму даже собственную мать, и это было правдой. Но рассказав всю правду, он знал что его мать не отправиться в тюрьму, а ляжет в землю. Адиль никому из них не простит потерянные двадцать лет. — Я отдам вам мать девушки... Я... — проговорил Оруч, несмотря на Элени. Адиль и Элени переглянулись удивлённо. — Ты? Ты знаешь мою мать? Со страхом он посмотрел в ее чистые зелёные глаза, в которых всегда видел теплоту. Он уговорил себя последний раз посмотреть в них, запомнить, чтобы потом вспоминать... — Знаю... Девушка выдохнула, с предвкушением смотря на Адиля и щипая его руку. — Кто? — спросил Адиль. Оруч замешкался. В нем боролись противоречивые чувства — любовь к матери и трепетные чувства к Элени. Боль разъедала его душу, и все что ему хотелось, это просто провалиться сквозь землю, или забыть о своей семье все что узнал. Элени с надеждой смотрела на него, и это была пытка. — Ты вернёшь мне триста миллионов, которые взял у меня.— проговорил Оруч. Адиль поморщился, посмотрев на Элени. Девушка словно оцепенела после его слов, ее глаза расширились от ужаса, и она почувствовала тиски на сердце, затем разочарование в человеке, которому открыла сердце. Это ужасное чувство, когда человек разочаровал тебя, но глупое сердце все еще любит, ждёт, и надеется на что-то, надеется что это шутка. — Ты... Ты торгуешься, чтобы назвать имя моей матери! Оруч сглотнул, со слезами смотря на девушку. Боль в ее глазах делала больно и ему. — А что ты думала, мелкая? — спросил Адиль. — Это же Фуртуна. Согласен, отдам. — Не будешь лезть в чайный бизнес, — продолжал Оруч. Элени стояла, сдерживая слезы, ее нижняя губа дрожала. Она посмотрела на Адиля, затем на Гезепа, ведь чайный бизнес принадлежал ему. Мужчина кивнул. — Не будем лезть в чайный бизнес, согласен. — сказал он. — Вы отпустите Гекхана... — продолжал он. — Ты... Кто ты? — разочарованно спросила гречанка. Оруч посмотрел в ее прекрасные глаза и все внутри сжалось от боли и несправедливости к ней. Никто не мог так сильно ненавидеть сейчас его, как он ненавидел себя сам после каждого произнесенного слова. Разочарование в ее глазах казалось оставляли раны на его сердце. Он сжал губы, смотря на нее, стараясь сдержаться от слез. — Кто же еще? Голос дяди! — объяснил ей Адиль. — Согласен! Элени трясло от предательства, казалось бы тоже близкого человека. Неужели это она считала его близким человеком, а он так не считал? Он защищал ее от всех, обнимал, утирал слезы и был рядом когда требовалось. Его поддержка и близость была ей так же необходима и сейчас, но в итоге... — И последнее... Ты вернёшь землю моей невестки Эсме! Адиль который стоял как скала, сжался после этих слов, тяжело вздохнув. Единственное что он мог отнять у Фуртуны, этот клочок земли, где мысленно жил уже двадцать лет. — Нет! — возразила Элени, впервые за весь разговор. Она знала как дорога эта земля сердцу Адиля. Там много лет назад, Адиль и Эсме любили друг друга, строили планы, и ждали счастливую будущую жизнь, но не вышло. Это земля единственная память о тех прекрасных днях и той любви. — Нет, не вернёт! Нет! Нет! Оруч отвернулся не в силах смотреть на страдания девушки. Он не знал настоящую ценность земли для Адиля, но чувствовал себя просто мерзко проговаривая все эти слова. —Нет! В Эсме... Ты влюбился в Эсме именно там! Ты забрал ее, чтобы Шериф не наступил на эту землю! Нет! — Но смотри, благодаря этой земле ты воссоединишься с матерью! — напомнил ей мужчина. Она качала головой, отрицая все что он говорил. Оруч отвернулся от них, чувствуя что слезы вот-вот прольются. — Нет! Ты же каждый раз говоришь:"вырвем с корнем". Если из-за земли меня разлучают с матерью, тогда обрушим эту Фуртуна им на головы.