Сводные братья

Перт чувствовал, как внутри него закипает первобытная ярость. Ему хотелось догнать  отчима, высказать всё, что он копил годами, но сейчас Санта был важнее.  Младший сидел на стуле, обхватив себя руками, и в его глазах застыл настоящий ужас. Для него, всегда старавшегося быть «хорошим сыном», этот ультиматум стал сокрушительным ударом. — Тише, милый, смотри на меня, — Перт опустился на колени перед Сантой, взяв его холодные ладони в свои. — Дыши. Слышишь? Я не позволю этому случиться. Никакой свадьбы не будет. Я найду выход, клянусь тебе. Ты не достанешься никому, кроме меня. Он мягко усадил Санту за кухонный стол и принялся готовить его любимое какао, стараясь занять руки, чтобы они не дрожали от гнева. Запах шоколада и молока немного разрядил атмосферу. Перт поставил перед ним кружку и сел напротив. — Нам нужен план. Винай бьет по самому больному — по твоей карьере здесь и по моей репутации. Если мы останемся, он перекроет нам кислород во всем Таиланде... В этот момент тишину кухни разрезал резкий звонок телефона. Перт взглянул на экран — высветился международный код Лондона. Это был его личный секретарь из британского филиала. — Да, Сомбун, я слушаю, — сухо ответил Перт, жестом показывая Санте, чтобы тот пил какао. — Господин Танапон, извините за поздний час, — голос секретаря звучал взволнованно. — Помните мистера Харрисона? Вашего ключевого партнера по инвестиционному фонду в Англии? Он хочет обсудить расширение сделки и ждет вашего приезда. Перт замер. Его мозг, заточенный под бизнес-стратегии, мгновенно выстроил логическую цепочку. Мистер Харрисон был не просто миллиардером. Он был владельцем одного из крупнейших спортивных холдингов в Европе и близким другом главного тренера национальной сборной Англии по баскетболу. — Сомбун, соедини меня с мистером Харрисоном лично. Прямо сейчас, — голос Перта стал стальным. — Переведи звонок на мою защищенную линию. Через минуту в трубке раздался густой баритон с британским акцентом. — Перт, мой дорогой друг! Рад тебя слышать. Мы как раз обсуждали твои вложения в наш новый стадион... — Джордж, — перебил его Перт, и в его глазах загорелся азартный огонек. — Забудь на минуту о стадионах. У меня есть для тебя предложение, которое может заинтересовать твоего друга из сборной. Ты ведь искал «новую кровь» и таланты из Азии для международного продвижения? Санта поднял голову от кружки, внимательно вслушиваясь в разговор, ведь английским он владел достаточно неплохо. — Через день состоится решающий матч лиги здесь, в Бангкоке, — продолжал Перт, глядя прямо в глаза младшему. — Там будет играть один парень. Его зовут Санта. Он — лучшее, что случалось с этим спортом за последние десять лет. Скорость, техника, чтение игры... Джордж, я хочу, чтобы ты и тренер посмотрели этот матч в прямом эфире. Я пришлю вам закрытую ссылку на трансляцию. Если он вам понравится — я подпишу тот контракт на ваших условиях, но с одним дополнением: контракт для Санты в Англии. На другом конце провода воцарилось молчание, а затем послышался смешок. — Ты так уверен в нем? — Я уверен в нем больше, чем в самом себе, — твердо ответил Перт. Положив трубку, Перт глубоко вздохнул и накрыл ладонь Санты своей. — Слушай меня внимательно. Завтрашняя игра — это не просто финал. Это твой билет в другую жизнь. Это будет международный уровень, другая юрисдикция. Ты уедешь в Лондон официально, как профессионал высшего класса. А я... я вернусь туда вместе с тобой. Глаза Санты расширились. — Ты все-таки согласен, чтобы мы... бросили всё здесь? — Да, я хочу, чтобы мы были свободны, — Перт нежно погладил его по щеке. — Ты покажешь им всё, на что способен. Ты просто будешь играть в свой баскетбол, а я позабочусь о том, чтобы весь мир увидел твой триумф. Пусть Винай планирует свадьбы — мы планируем твое будущее в мировой лиге.  — Спасибо, что держишь меня за руку в эти дни, — шепчет Санта, держась за руку Перта.  — Всегда, Санти. Мы справимся вместе, я обещаю, — отвечает Перт, улыбаясь. Их взгляд встречается; Перт встает, наклоняется и целуя Санту в лоб, как бы давая понять, что он здесь и сейчас пытается сделать всё возможное, чтобы Санте было спокойно. Затем они осторожно обмениваются лёгким поцелуем в губы, коротким, но тёплым, как знак доверия и поддержки. Пока курьер вез еду, на кухне всё еще царил хаос. Пакеты, которые Перт выронил в порыве ярости, превратились в месиво. Перт вздохнул, закатывая рукава дорогой рубашки, и принялся собирать осколки тарелок, лежавших также в пакетах. Санта тут же опустился рядом, пытаясь помочь, но его руки всё еще немного дрожали. — Эй, осторожнее, порежешься, — тихо сказал Перт, перехватывая его запястье.  Он отставил в сторону мусорный пакет и внимательно посмотрел на Санту. Тот выглядел таким беззащитным в свете кухонных ламп, что у Перта сжалось сердце. Он потянул парня на себя, заставляя сесть на колени прямо на чистый участок пола. — Перт, я сам могу… — начал было Санта, но Перт мягко коснулся пальцами его подбородка, заставляя замолчать. — Твои руки нужны мне целыми для предстоящей игры, — прошептал Перт. Он наклонился и нежно, почти невесомо, коснулся губами кончика носа Санты, а затем перешел к его губам. Это был медленный, успокаивающий поцелуй, пахнущий мятой и домашним теплом. Санта выдохнул в его губы, наконец-то расслабляясь и обвивая шею старшего руками. В этот момент разбитые продукты и угрозы отца казались чем-то бесконечно далеким. Когда доставка наконец приехала, Перт решил не садиться за строгий обеденный стол, который напоминал им о тяжелых семейных ужинах. Вместо этого он расстелил плед прямо в гостиной на ковре. Они ели горячий пад-тай прямо из коробок. Санта, проголодавшийся после тренировки и стресса, забавно раздувал щеки, пережевывая еду. — У тебя соус... вот здесь, — улыбнулся Перт, указывая на уголок рта Санты.  Санта попытался вытереть его салфеткой, но Перт перехватил его руку.  — Позволь мне. Он придвинулся ближе и вместо салфетки слизнул каплю соуса языком, заставив Санту густо покраснеть и замереть с палочками в руках. Перт не отстранился, он заглянул в его темные глаза и мягко накрыл его губы своими. Поцелуй был со вкусом специй и арахисового соуса — теплый, живой и очень интимный. Санта чуть приоткрыл рот, отвечая на ласку, и Перт почувствовал, как напряжение окончательно покидает тело младшего.  — Ты такой вкусный, — прошептал Перт в самые губы, прежде чем снова вернуться к еде, оставив Санту смущенно улыбаться. Позже, когда ужин был закончен, а план побега в Лондон обсужден до мельчайших деталей, они оказались в спальне. Санта лежал на груди Перта, слушая его мерное сердцебиение. Тишина комнаты действовала целительно. —  Перт, а если у нас не получится? — тихо спросил Санта, водя пальцем по пуговицам рубашки Перта. Перт перехватил его руку и прижал ее к своим губам, целуя каждую косточку на пальцах.  — У нас нет варианта «не получится». Я построю для нас новый мир, если старый нам не подходит. Он приподнялся на локтях, нависая над Сантой, и посмотрел на него с такой безграничной любовью и решимостью, что у того перехватило дыхание. Перт запустил пальцы в волосы Санты и снова поцеловал его — на этот раз глубоко, властно и собственнически. В этом поцелуе было всё: и клятва верности, и желание защитить, и страсть, которую они так долго скрывали от мира.  Когда они отстранились друг от друга, оба тяжело дышали. Перт прижался своим лбом ко лбу Санты. — Ты — мой единственный дом, Санта. Спи. Он еще раз коротко чмокнул его в губы и крепко прижал к себе, засыпая под мерный шепот кондиционера. ____________________________________ Ресторан на крыше небоскреба. Ветер шумит за панорамными стеклами, внизу расстилается ночной город, но внутри зала царит мертвая тишина. За столом Винай, Санта, Перт и молодая наследница отельной империи — Мина и ее родители . Винай выглядит торжествующим. Санта одет в строгий костюм, который, кажется, душит его. Перт сидит сбоку, в тени, выполняя роль «старшего брата и менеджера», но его глаза горят холодным гневом. Винай поднял бокал с коллекционным вином, глядя на Мину и её отца, сидящего рядом. — Мы долго ждали этого момента, — начал Винай, его голос разносился по залу с властностью короля. — Мой младший сын, Санта, подает огромные надежды. Он — будущее нашего имени. А Мина... она станет той опорой, которая нужна чемпиону. Я официально объявляю о помолвке. Свадьба состоится сразу после финала национального чемпионата. Санта почувствовал, как мир вокруг него начал вращаться. «Свадьба? После финала? Почему так скоро?». — Папа... — голос Санты был едва слышным. — Мы же еще обсуждали... учебу за границей. Винай даже не посмотрел на него. Он продолжал улыбаться Мине. — Учеба никуда не денется, дорогой. Мина может поехать с тобой. Женатый мужчина выглядит солиднее в глазах спонсоров. Перт, ты ведь согласен? Ты должен понимать, какой это блестящий пиар-ход. Перт медленно поставил бокал на стол. Звук соприкосновения стекла и дерева был подобен выстрелу. Он посмотрел на Санту. Младший был мертвенно бледным, его губы дрожали. Перт видел, как рука Санты, лежащая на колене, судорожно сжимает ткань брюк. — Это не пиар-ход, господин Винай. Это жизнь твоего сына, — произнес Перт низким, опасным тоном. — Именно поэтому я и принимаю решения, — отрезал Винай, и его улыбка мгновенно исчезла. — Санта еще слишком юн, чтобы понимать, что для него благо. Мина, заметив напряжение, попыталась разрядить обстановку. Она протянула руку и накрыла ладонь Санты своей. — Мы станем отличной парой, Санта. Я всегда восхищалась твоей игрой. Санта дернулся, словно от удара током. Прикосновение чужой женщины обжигало его. Он не мог дышать. Он посмотрел на Перта, ища в нем спасения, но Перт сидел неподвижно, хотя его костяшки пальцев побелели.  Под столом Санта отчаянно нащупал руку Перта. Он схватился за его ладонь, как утопающий за соломинку. Перт ответил на это крепким, почти болезненным сжатием. Это было их единственное тайное общение — пальцы, переплетенные в темноте под скатертью, пока наверху обсуждались условия их разлуки. Винай громко рассмеялся, отпивая вино. — Мой сын — максималист. Он сказал, что завтрашний матч будет лучшим в его карьере. И я верю ему. Это будет отличный подарок к помолвке, верно, Санта? Прямо с площадки — в костюм и в храм. Санта почувствовал, как в зале стал заканчиваться кислород. Сразу после матча. Отец даже не оставил ему ночи, чтобы сбежать.  — Простите, мне нужно освежиться, — выдавил Санта и почти выбежал на террасу. Перт подождал минуту, слушая, как Винай рассуждает о «семейных ценностях», а затем тоже встал. На террасе. Санта стоял, вцепившись в холодные перила. Ветер трепал его аккуратно уложенные волосы. Когда дверь скрипнула, он даже не обернулся. — Перт, я не смогу, — голос Санты сорвался на шепот. — У меня руки немеют. Я сегодня на тренировке трижды промазал из-под кольца. Простейшие броски... Перт подошел вплотную и развернул парня к себе. Лицо Санты было мокрым от слез. — Посмотри на меня, — твердо сказал Перт. — Завтра в 10 утра по лондонскому времени мой друг включит трансляцию. Он ждет только тебя. Ты понимаешь? Это твой билет в один конец. Из этой страны, из этого дома, от этого брака. И самое главное в совместное будущее со мной. — А если я промахнусь? — Санта схватил Перта за лацканы пиджака, встряхивая его. — Перт, а если я не покажу блестящую игру? И тогда... через два часа после финального свистка отец притащит меня в этот чертов храм. Я уже видел приглашения! Там стоит завтрашняя дата! Санта уткнулся лбом в плечо Перта, его плечи сотрясались от беззвучных рыданий.  — Он всё просчитал. Он поставил свадьбу сразу после игры, чтобы у меня не было сил даже спорить. Я проиграю, Перт. Я просто чувствую, что проиграю... Перт обхватил лицо Санты ладонями, заставляя его поднять голову. Его большие пальцы бережно вытирали слезы с его щек.  — Послушай меня внимательно, — голос Перта был тихим, но в нем звенела сталь. — Завтра на трибуне буду я. С телефоном в руках. На той стороне экрана — твоя свобода. Не думай о Мине, не думай об отце. Когда ты выйдешь на паркет, представь, что в зале только ты и я. И каждый твой точный бросок — это еще один километр между нами и этим адом. Перт прижался своим лбом к лбу Санты. — Ты не оплошаешь. Потому что если ты не забьешь... я сам похищу тебя прямо из раздевалки. Но я хочу, чтобы ты ушел отсюда победителем, а не беглецом. Ты лучший центровой, которого я видел. Заставь Англию влюбиться в тебя завтра. Санта шмыгнул носом, глядя в решительные глаза Перта. В них не было сомнения. Только слепая, абсолютная вера. — Ты правда будешь транслировать? Весь матч? — прошептал Санта. — Каждую секунду. Я уже отправил ему ссылку на пре-вью. Он впечатлен твоими прошлыми играми, Санти. Ему нужно просто увидеть твою форму в реальном времени. Один рывок. Всего один матч, милый. Санта глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь. — А если отец увидит, что ты снимаешь для кого-то? Перт горько усмехнулся и коснулся губами виска младшего.  — Пусть смотрит. Он подумает, что я делаю контент для соцсетей. Он даже не представляет, что я готовлю его самое крупное поражение.  В этот момент за стеклом показалась фигура Виная. Он постучал по стеклу кольцом, указывая на часы. Пора было возвращаться к «невесте».