Сэлфхарм

«Танос! Я прикончу тебя, слышишь, прикончу!» Танос проснулся уже во вполне себе приличные два часа дня. Все как положено. Все, кроме криков Сэми и непонятно шевеления где-то сбоку. Ну да, спал он не слишком чутко, и усмехнулся с неожиданности, увидев темноволосую макушку, показавшуюся из-под одеяла. Танос повернулся на бок. «Намсу. Я, ваще-то, ценю свое уединение», — это была правда, но на самом деле Танос не чувствовал никакого раздражения и удивился с этого сильнее, чем с постороннего присутствия в своей кровати. «Было холодно, — пробормотал он в ответ, медленно моргая. — И ваще, где твое гостеприимство? Мог бы и уступить кровать». «Ну ахуеть. Ты в таких случаях всегда лезешь к кому-нибудь в постель?» — с утра им овладевал ехидный настрой. «А ты всегда ходишь по дому без футболки?» «Эй! Мой дом — мои правила». Намгю забрал себе все одеяло, но Танос был не из мерзлявых. У него в любую погоду были открыты окна. Прошедшей ночью он сидел над альбомом часов до пяти утра. А еще из головы совершенно вылетело, что они с Сэми планировали встретиться. С ним такое часто случалось. Хотя бы раз в месяц они выбирались в какую-нибудь хипстерскую кафешку, чтобы попить оверпрайснутых напитков и поболтать — у Сэми всегда было полно сплетен. Она настаивала, что это хорошо сказывалось на поддержании его ментального состояния. Каким образом? Танос не углублялся в детали. «Пожалуйста, скажи, что это не твоя чокнутая девушка. Две за одну ночь даже для меня уже чересчур», — Намгю все-таки показался из-под одеяла, потягиваясь. «Кое-кто пострашнее», — ответил Танос, садясь и проверяя телефон. Восемь пропущенных. Ну пиздец. «Ты женат?» — с искренним ужасом в голосе прошептал Намгю, и Танос рассмеялся. Сэми показалась в дверном проеме, и ее взгляд выражал чувства лучше слов. «Сеньорита! Я знаю, что ты хочешь сказать. Да, я придурок. Да, я опять проебался. Да, я снова не спал, типа, до пяти утра и забыл отписаться». «Что-то еще?» — Сэми не меняла своего строгого выражения, пока не бросила быстрый взгляд на Намгю, и Таносу показалось, что на ее лице все же проскочило удивление. Впрочем, она быстро перевела фокус обратно. «Я куплю тебе кофе?», — с надеждой уточнил Танос. Сэми вздохнула, быстро сдаваясь. «По рукам». Легче легкого.

***

Намгю пришлось конкретно поднапрячься в попытках вспомнить, где же он мог ее видеть раньше. Он сразу понял, что она его узнала, и воспоминания эти явно не имели положительного окраса. Неудивительно — Намгю мало с кем ладил. А потом он вспомнил, хотя лучше бы и дальше оставался в неведении. Дело было года полтора назад. Джихун тогда напился, потому что, будучи трезвым, он все же старался держать себя в руках на публике. Может, он впоследствии даже жалел об этой выходке, потому что после в Пентагоне никогда не показывался. Хотя этот гадюшник всегда был ему не по вкусу. Кароче, придурок застал Намгю врасплох. Так что он немного втерпел чисто с неожиданности.

***

Где-то с неделю он проебывался по знакомым. Это нарушало негласное правило — проебываться можно было сколько угодно, пока он отвечал на сообщения и раз в пару дней показывался дома. Правило это устаканилось после одного очень дерьмового случая, из-за которого Намгю по сей день выплачивал долги. Такие меры позволяли сохранить какой-никакой баланс, и в обычное время Намгю бы не стал так преувеличивать масштабы драмы, просто… важен был ебучий контекст, окей? Недавно он еле-еле пережил ломку, и теперь очень старался не сорваться. Стоило ли говорить, как это было тяжело, когда он сам встречался с таким же наркоманом. В том числе поэтому он и пропадал в последнее время больше обычного. А потом Джихун притащил героин к ним домой, решив уколоться прям у него под носом. Намгю знал, что доебывать его претензиями на отходах — хуевая идея. Знал, и все равно доебался. Результат — налицо. И теперь он находился в крайне невыгодном положении. Джихун схватил его за локоть и держал близко к себе. Намгю так удивился его появлению, что даже не одернул руку и стоял пару минут, послушно выслушивая пьяные возмущения. Видно, запал у Джихуна весь иссяк, пока он тащился сюда, и надолго его не хватило. Вскоре он звучал даже чутка виновато, хотя Намгю не верил этим, как ему всегда казалось, фальшивым интонациям. «…Че ты, все еще обижаешься? Каждый раз говорю, не лезь под руку». Ладно, зато Джихун не звучал разозленно. Он мог сгладить углы, чтобы не дошло до скандала. Намгю бегло глянул по сторонам. Не особо он привык к такой открытости на всеобщее обозрение. На баре зависало всего несколько человек, и их, кажись, не слишком волновали чужие разборки. Генсу тоже куда-то пропал. Ну и хорошо. Он рвано выдохнул, поворачиваясь обратно. «Какого хуя тебе надо?» Грубо прозвучало? Блять, надо было помягче как-нибудь выразиться. Опять он все портил. Стоило взять уже за привычку думать, прежде чем говорить. «Мне надо?» — Джихун даже рассмеялся, и это было не обнадеживающе. От алкоголя он становился вроде как и более веселым, но при этом с легкостью переходил на агрессию, и улавливать эту грань получалось через раз. «Это тебе надо перестать страдать херней». Хватка на руке чуть усилилась, и теперь стойка неприятно упиралась ему в позвоночник. Как бы так решить все побыстрее и без последствий? С каждой секундой вероятность, что сцену заметит кто-нибудь из его драных коллег, увеличивалась. В таких ситуациях он всегда чувствовал себя жалко и наверняка со стороны выглядел так же. «Давай так, — аккуратно начал он, положив руку на чужое плечо в попытках сохранить дистанцию. — Я сегодня приду домой, а ты не будешь тут ничего… устраивать». Он опять оглянулся и на этот раз заметил Генсу, вопросительно смотрящего в ответ, которого, впрочем, тут же отвлекла девчонка, подошедшая к бару. «Пожалуйста», — с нажимом добавил он. «Точно? Сразу после работы?» Намгю даже улыбнулся, кивая и с облегчением выдыхая. Кажется, пронесло. «Сразу после работы». Только он почувствовал, как хватка ослабла, руки тут же дернулись поправить волосы. Джихун невольно проследил за движением, и Намгю сразу понял, что проебался. На шее виднелись следы, оставшиеся с его последней, так сказать, ночевки. «Это че за хуйня?» Отношения у них были, типа, почти свободные. Они как бы знали, что оба проводили время на стороне, но Джихуну не очень-то нравилось видеть вещественные подтверждения. Намгю так и вообще засосы как концепция не особо устраивали. Но иногда его не то чтобы спрашивали. «Чувак, если у тебя какие-то проблемы, я охрану позову», — Генсу вклинился в так хорошо складывающуюся ситуацию со своей ненужной участливостью. Блять. «Генсу. Отвянь», — нервно одернул его Намгю. Становилось все хуже и хуже. «А тебя ебет?» — с новоприобретенным запалом прикрикнул Джихун. «Не обращай на него внимание, — Намгю подтолкнул его в сторону выхода, очень надеясь, что тот не станет упираться. — Давай на улице поговорим». Джихун оттолкнул его с такой силой, что Намгю влетел прямо в девчонку, собравшуюся отойти от стойки с напитком в руках. Алкоголь тут же оказался на его лонгсливе. «Не лезь не в свое дело, уебок, — кинул напоследок Джихун, после оборачиваясь на него. — А ты — чтоб дома сегодня был». В нос ударил запах пролитого мартини, и Намгю поморщился, ощущая как холодит кожу прилипшая ткань. Он обернулся — девчонка, с явной брезгливостью в выражении лица, проводила Джихуна взглядом, а потом перевела внимание на Намгю. Его тут же взбесило это ее недовольное лицо, взбесил Генсу, вечно пытающийся лезть со своими переживаниями. В пизду вас всех, — подумалось ему. «Смотри, куда идешь, сука», — прикрикнул он на нее, прежде чем свалить, подальше от всех расспросов и объяснений.

***

В воздухе повисло не особо скрываемое напряжение. Намгю сидел за стойкой на кухне, напротив — Сэми. Она разглядывала его, чуть сощурив глаза, и он почти мог слышать, как она оценивает его. До сих пор он не понимал, какого хера Джихун решил тогда доебаться до него на работе. Он так раньше не делал — слишком много требовалось усилий (это ж надо было добраться до клуба), а еще он никогда не рвался скандалить на людях. Еще и эта Сэми. Конечно, тогда ему было совершенно наплевать. А сейчас он пытался вспомнить, как много она могла услышать и увидеть. Может, она только узнала в нем знакомое лицо из клуба. Без особых подробностей. Он очень на это надеялся. Что она точно запомнила, так это как он назвал ее сукой. Это было ясно по одному ее взгляду. Плевать, его волновало не это. Наверняка он все надумывал, но остановить цепочку переживаний уже не получалось. Он попытался представить себя на ее месте — насколько очевидно все было со стороны? Наверное, ни насколько. Вряд ли она посмотрела, как он срется с каким-то челом, и тут же решила — да, этот чувак точно гей. Не то чтобы это была какая-то великая тайна. Просто Намгю не любил про это говорить, вот и все. Танос вроде и не выказывал плохого отношения к меньшинствам, но Намгю пока только прощупывал почву и не хотел, чтобы тот знал о его ориентации. Пиздеть на личные темы всегда лучше поменьше, просто на всякий случай. И ваще, все это было подозрительно. Че-то Намгю сомневался, что Танос мог просто дружить с девчонками. Кароче, она ему сразу не понравилась. Только Танос делал вид, что не замечает ничего необычного, маяча где-то сзади, занятый приготовлением кофе. Намгю попросил сварить по-нормальному, без всякой растворимой бурды. Это была гребаная компенсация за все растраченные сигареты. Сэми перевела внимание на Таноса, когда тот уселся рядом с Намгю, ставя перед ним чашку. «Почему ты без футболки?» — спросила она. «Реальный вопрос в том, почему всех это так ебет? Ваще, это даже хорошо, что вы пересеклись. Сэми, это — Намс–» Прежде, чем он успел договорить, Намгю зарядил ему локтем под ребра. Не просто для вида, а с силой. Танос шикнул, возмущенно поворачиваясь на него. «Jesus, man! Сэми, это — Намгю, — он недовольно потер бок. — And he can't take a fucking joke, apparently». «Шутка перестает быть смешной на сотый раз, козел». «А ты че такой душнила, а? Ты просто не выкупаешь моей игры слов–» «И давно вы общаетесь?» — перебила его Сэми, все время следившая за перепалкой. «Не особо, — Танос закинул руку ему на плечо, и Намгю чуть не расплескал кофе от резкого движения, звонко стукнув чашкой об стол. — У нас, типа, творческое объединение». «То есть, вы на этой почве познакомились?» Намгю не мог понять, к чему она клонила, но на всякий случай решил нагрубить заранее. «А тебе какое дело?» «Вроде того, — ответил Танос, не обращая на его выкрутасы никакого внимания. — У меня, наконец, душевный подъем. До утра накидывал тречок». «Ты же знаешь, я не принимаю это за аргумент». «А могла бы! Ты просто не представляешь, что такое реальное вдохновение». Танос не спешил убирать руку, и теперь, наверняка неосознанно, водил большим пальцем по его плечу. Намгю как-то чересчур сфокусировался на этом ощущении, совершенно теряя нить разговора. Он чуть ли не задерживал дыхание, стараясь не шевельнуться и не спугнуть касание, и при этом пытался корчить максимально невозмутимое лицо и вслушиваться в разговор. Между прочим, тоже не такая уж простая задача — у Таноса по утрам голос звучал еще более низко, чем обычно, а ведь он и так… Кароче, нихуевая такая многозадачность. От пронизывающего взгляда напротив Намгю не мог не то что в полной мере насладиться моментом, но и вообще хоть сколько-нибудь расслабиться. Приходилось держать лицо, а он не рассчитывал на такое с утра пораньше. Футболка с дурацким мультяшным принтом не работала в его пользу. И синяк на челюсти все еще выглядел впечатляюще. Боже, со стороны он наверняка выглядел фриковато. Пока он раздумывал о том, как херово выходило выстраивать показушное равнодушие, Танос прекрасно справлялся с заполнением напряженной тишины незатейливой болтовней. «Хочешь с нами?» — вдруг спросил он, а Сэми на это вскинула брови. Намгю нахмурился, вконец забывшись в мыслях. «Куда?» «В кафешку. Там, типа, дорогущий кофе и всякие булки». «Я не хожу по дорогущим кафешкам», — напряженно ответил он, кидая взгляд в сторону Сэми. Кое-кого вся эта ситуация явно не приводила в восторг. Она по большей части молчала, но делала это крайне выразительно. Почему она могла относиться к нему с таким презрением? По порядку — во-первых… Черт, теперь, когда он больше об этом думал, она же могла тупо недолюбливать геев. Во-вторых, он назвал ее сукой. Подумаешь, ясно ведь было, что у него тогда вышел стрессовый вечер. Могла бы и войти в положение. В-третьих… Ее взгляд скользнул по его трясущимися рукам, и он это заметил. Они смотрели друг на друга, и Намгю ждал, скажет ли она что-нибудь. «Неудивительно. Тебе и так есть, на что тратиться», — заявила она с легкой усмешкой. Все вдруг стало ясно. «Сука», — он просто не мог сдержаться. Она, блять, считала себя лучше него. «Так. Я понять не могу, am I missing something? Давайте, блять, жить дружно, — Танос выразительно посмотрел на него. — Не обзываться». Намгю хмыкнул, отводя взгляд и пряча руки под стол. «Не выделывайся! Я хочу, чтобы моя лучшая подруга ладила с моим… — Танос запнулся, а Намгю обернулся на него с поднятой бровью. Пусть только попробует выдать какую-нибудь хуйню. Он и так был не в духе и предчувствовал, что психанет к херам, если Танос скажет че-то не то. — …С моим Намгю». Они с Сэми пару секунд молча пялились на него, и Танос неловко улыбнулся от затянувшегося молчания. Сэми закатила глаза. «Танос. На пару слов».

***

«Скажи, ты решил поэкспериментировать?» — первое, что спросила она, как только дверь в комнату захлопнулась. «В смысле?» Ну да, раньше он особо не парился по дизайнерской части, а теперь решил начать. Но в этом не было ничего такого уж удивительного. «Просто захотелось более основательно подхода к альбому». Сэми пару секунд смотрела на него, словно на придурка. «Танос, ты– Забей. Неважно. Тебе обязательно для этого связываться с солевым?» «Сеньорита! — он возмущенно встрепенулся. — У тебя совершенно не работает нариковский радар! Никакой он не солевой, обижаешь». «Извини, — она улыбнулась. — Не разбираюсь в сортах этого дерьма. Я просто не хочу, чтобы ты опять подсел на что-то серьезное. Ты лучше меня знаешь статистику. Вспомни про–» «Ладно-ладно. Давай без нотаций, я тебя в няньки не нанимал, — раздраженно перебил он, после переключаясь на более шутливый тон. — Не переживай, трава и только трава. Сама понимаешь, в моей сфере по-другому никак».

***

«Прямо сейчас?» — неохотно уточнил Намгю. Теперь они с Сэми поменялись местами, и пока она ждала на кухне, Намгю сидел на все еще незаправленной кровати в его комнате, выглядя при этом не слишком довольным. А Танос собирался кое-че прояснить, хотя приближать этот момент вовсе не рвался. «Ага, я и так проспал. Нужно наверстывать день, а то планов дофига, — сам он перерывал шкаф, пытаясь найти нужное шмотье и используя это как возможность собрать мысли в кучу. — Бля, я точно помню, что видел ее где-то здесь». Ему не нравилось, как скомкано все выходило. Намгю молчал, и Танос ощущал эту тишину на каком-то метафизическом уровне. «Че такое?» — не выдержал он и обернулся. Намгю смотрел в ответ. «Ничего». Походу, оба его друга сегодня решили поиграть в загадочность. В чем была ебанная проблема говорить прямо? «Просто я думал, ты покажешь наработки и все такое, — продолжил Намгю. За отсутствием длинных рукавов он перебирал край футболки. — Но я понял, ты и без меня прямо нарасхват». Танос отвернулся, возвращаясь к своим поискам и не желая поддаваться настойчивому желанию устроить допрос. Ну а че, Намгю реально выглядел жалостливо. И ведь даже не специально, как он это обычно делал, когда ему что-то было нужно. Чаще всего, конечно, целью спектакля становились таблетки. «Бля, давай в другой день. У меня еще к вечеру намечается кое-че». Кофта нашлась, и он по-быстрому натянул ее. «Кароче, хата мне нужна, типа, свободная». На днях он решил, что ему тупо надо с кем-нибудь потрахаться. А то крыша уже ехала только в путь. Теперь он шатался по комнате туда-сюда, то за кольцами на столике, то за дудкой, валявшейся на кровати, то еще за чем. Он имел привычку второпях забывать нужные штуки. Вдруг он остановился перед Намгю, затягиваясь этой самой дудкой. «Ты герыч-то отдал?» Кивок. Танос вздохнул — все приходилось клешнями вытягивать. «И как прошло?» «Как видишь, я жив». Ладно, раз ему не хотелось болтать на отвлеченные темы, оставалось только одно. Танос почти передумал затевать этот разговор, но вовремя одернул себя, потому что в таких вещах нельзя было давать спуску. Хотя очень хотелось. Ощущалось, как будто он собирался пнуть котенка, хотя, объективно говоря, Намгю сам напросился. За язык его никто не тянул. «Listen, — начал он, возвышаясь над Намгю, потому что тот все еще сидел, и от того чувствуя себя еще более странно. — В последний раз предупреждаю. Ты не можешь так разговаривать с моей homegirl, got it?» «Но она–» «Я за Сэми любому ебало набью. Так что заканчивай с этим. Я ваще упустил момент, когда вы успели поцапаться». Намгю с подозрением сощурил глаза. «Она тебе что-то сказала?» «It’s not rocket science! Кароче, если это такая тайна — хуй с ним, просто веди себя цивильно». Намгю тоже поднялся, выглядя, ожидаемо, на взводе и уже делая шаг к двери. Он когда-то успел переодеться в свои джинсы, вполне себе высохшие за пару часов. «Я пойду. Удачно попить оверпрайснутого кофе». Танос неверяще проследил за ним. «Ты не можешь на это обижаться!» «Я и не обижаюсь», — ответил он именно с таким тоном, который использовал всегда, когда злился, но не хотел этого показывать. Как же, блять. Ладно, об этом можно будет поговорить, когда он перебесится. «А футболка?» Таносу было не жалко, просто он реально не мог представить Намгю в таких цветах на людях. Намгю замер, словно только сейчас вспоминая про нее. «Потом верну», — наконец бросил он, резким движением дергая ручку двери, будто только сильнее разозлясь от собственной невнимательности. Потом, так потом.

***

Прошатавшись весь день в чужом шмотье, Намгю появился на работе с опозданием в полчаса, причем сделал это чисто из принципа, ведь заняться ему, ваще-то, было нечем. Домой он так и не заходил. Генсу посмеялся с его аутфита, и Намгю угрюмо застегнул молнию на кофте, хотя низ кислотно-салатовой футболки все еще торчал из-под нее. Остаток ночи после смены он провел в одной из гримерок, отсыпаясь, а на следующий день кое-как намутил себе досуг на вечер. Денег не осталось, а закинуться хоть чем-нибудь очень хотелось. Мысли о героине создавали монотонный фон всем прочим, не позволяя слишком надолго отвлечься от них. Как тупорылая жужжащая муха, бьющаяся в стекло. Хотя ее, по крайней мере, можно было прихлопнуть. Так что теперь Намгю стоял под козырьком подъезда с одним из чуваков, которым он вернул долги накануне. Каждому по мелочи, но всего таких набралось штук десять. «Опять побираешься?» Намгю курил сигарету, тоже не свою. «Я же тебе все вернул. Можно и обновить счет». Из минусов завязки — теперь ему приходилось контактировать со знакомыми на трезвую. Просто смотреть на них уже было невыносимо — так сильно они напоминали его самого. Пришлось отыскать человека, который хотя бы сидел не на медленных. Джихун был прав, когда говорил, что у Намгю нет друзей. С его окружением дружить можно было только в угашенном состоянии, а иначе единственное, что им всем требовалось друг от друга — доза, деньги на дозу или, на худой конец, план для добычи денег на дозу. «А че, вы опять посрались?» Ну, и простую человеческую тягу к сплетням никто не отменял. «Спрашиваешь, будто это не очевидно». «Не обижайся, — пиздатое начало. — Но я бы тебя уже точно бросил с этими твоими похождениями. Даже если ты и ниче такой. Хотя я не пидор, так что не могу стопроцентно утверждать. Ну, ты понял, кароче». «Спасибо за мнение», — буркнул он. «А я сразу сказал — не обижайся. Знаешь, че с обиженными делают?» «А мы тут, вроде, за этим и собрались», — ехидно подметил Намгю. Ну, то есть, он-то здесь ради мефа. Не самый лучший вариант, но, при отсутствии других опций, пойдет. «Джихун тоже со всеми подряд спит», — он зачем-то попытался оправдаться. «Это другое». Намгю повернулся к нему, чувствуя, как закипает. Нахер он это все продолжил, только взбесился лишний раз. «Схуяли?» «Ты ж на его деньги живешь». Хорошенько затянувшись в последний раз, он кинул бычок в сырую траву. Надо было успокоиться, а то хер он получит свой меф. Вдох-выдох, сука. Уже через полчаса, лежа на чужой кровати и ощущая, как отдает болью синяк на челюсти, он ждал только, когда ему наконец дадут нюхнуть. Цветастая футболка висела на стуле и резала глаз своей яркостью. И вдруг на одно мгновение, на самое коротенькое мгновение, Намгю, столько времени проведшему среди наркоманов, правила такого образа жизни признавшему как бы за законы природы, показались и эта конкретная ситуация, и вообще вся жизнь чем-то вроде сумасшедшего дома, причем он сам в этом во всем и был самым главным сумасшедшим.

***

Если б имелись лишние деньги, он бы тупо купил себе новую одежду, лишь бы не показываться дома. Ему не нравилось третий день подряд ходить в одном и том же. Танос написал ему пару часов назад, попросил забронить випку. Как результат, Намгю вновь довелось наблюдать за ним и его сбродом. Приходилось постоянно повторять про себя у меня нет права собственности на Таноса словно ебанную мантру. Ему тяжело давался весь этот здоровый подход к межличностным отношениям. Ваще не давался, если конкретнее. Пускай у Таноса были друзья. Подруги. У большинства людей так, не стоило из-за этого беситься. Смирение — ебучая добродетель, так ведь? Вот его Намгю и практиковал. Пытался практиковать. На самом деле, ему не нравилось много вещей в Таносе. Не нравилось, как он называл его Намсу, не нравилось, когда он пропадал или игнорил его сообщения. Не нравилось, что Танос почти ничего о нем не знал, и не важно, что Намгю сам ничего не рассказывал. Иногда Танос мог быть очень внимательным, но никогда не лез, если понимал, что это не в тему. Звучало, ваще-то, как плюс, но это только для всяких там проработанных и уравновешенных долбоебов. Намгю осознавал полезность такой черты, но больше, чем нарушение выдуманных личных границ — это словосочетание он про себя произносил не иначе, как с издевкой — его бесило равнодушие. Может, Танос ваще не думал про него, когда они не находились вместе. Эта девчонка, Сэми, явно не слышала про Намгю раньше. А они с Таносом, типа, лучшие друзья. Эта мысль в особенности выводила его из себя. Наверно поэтому он решил немного помотать нервы и себе, и всем остальным. На самом деле, иногда он и сам не мог понять, зачем так делал. Ему даже не всегда в такие моменты по-настоящему хотелось злиться. Злость отнимала много сил. «Are you still mad? — Танос выглядел слишком жизнерадостно. В одной руке он держал бутылку пива, а второй перехватил Намгю под локоть. — Come on, это несерьезно. И ты все еще в моей футболке». Между прочим, Танос не был его единственной заботой, под конец недели собрался полный клуб народа. «Мне некогда с тобой болтать». Он планировал ненадолго сбежать туда, где его не достанут пьяные посетители, но Танос имел наглость пойти за ним, и табличка STAFF ONLY его нисколько не смутила. «Да погоди ты, я же по делу. Меня так-то тоже ждут». «И если тебе от меня что-то надо, лучше не упоминай, кто именно». Он прошел вглубь коридора, и Танос, все еще державший его под руку, не отставал. «Чем тебе так не угодили девчонки, а?» «А чем тебе они так угодили?» Танос непонимающе уставился на него, явно не ожидая такого язвительного тона. «То есть, ты все еще обижаешься». «А что, заметно?» «Слегка. И только потому, что я сказал тебе не обязываться?» «Ну, ей ты ничего не сказал». «Она и не называла тебя сукой!» «Поверить не могу, — Намгю резко остановился, поворачиваясь к нему. — Сука — это ничего личного. Просто оскорбление. А она… Не прикидывался, ты видел, как она на меня смотрела! Ты встал на ее сторону». Он распахнул первую попавшуюся на глаза дверь. Конкретного пункта назначения не было, хотелось просто посидеть пару минут в тишине, что не слишком сочеталось с начинающимися разборками. «Че? Нихуя я не вставал ни на чью сторону, — Танос глотнул пива, проходя следом и явно не воспринимая все это всерьез. — Не выдумывай, Намсу». Намгю так и не понял, с чего его так переклинило, но он решил наговорить всей той херни, которая вертелась в голове, чтобы заодно посмотреть, пошлет его Танос нахуй окончательно или все-таки нет. Нет, он вовсе не преувеличивал, просто обычно старался хоть немного сдерживаться. В конце концов, бардак в башке — это только его проблемы. «Намгю! — он сам удивился тому, как громко прозвучал собственный голос. — Намгю. Намгю. Намгю. Сколько можно повторять. Скажи честно, тебе настолько на меня поебать, что ты не можешь запомнить мое ебаное имя?» «Помню я, как тебя зовут! — Танос явно не ожидал перехода на повышенные тона и теперь сам звучал куда более эмоционально. — Поебать? Да я только и делаю, что помогаю тебе». Намгю сразу понял, что его это задело, Танос нахмурился и всякое веселье окончательно пропало из его взгляда, он даже отставил бутылку пива на ближайшую полку стеллажа. «Ну извини, что я такой проблемный». «Да я не– Так, — Танос потер переносицу, резко выдыхая. — Че началось-то? Давай потом поговорим. А то я, блять, точно въебу сегодня кому-нибудь». Ну уж нет. У Намгю на этот разговор большие планы — они еще не дошли до крайностей. «Конечно, вали. Какие-то левые телки куда важнее. Я же в этой иерархии иду сразу после шлюх». Чересчур? Да и плевать. Наверно, Танос часто слышал подобные фразочки от своих подружек. А чем Намгю хуже. «Ахуенная предъява! А ебаться мне тоже с тобой предлагаешь? Мы о чем, блять, ваще спорим». «О том, что я, видимо, недостаточно хорош для тебя». — Намгю пожал плечами. Нечестно было предъявлять за то, о чем Танос и понятия не имел. Но он не собирался нихрена объяснять. «Скажи это тому, кто не подбирал тебя с притона», — фыркнул Танос в ответ. А вот об этом лучше было не напоминать. Злость тут же закипела в венах, она появлялась всегда, когда речь заходила о его зависимостях. Ногти врезались в ладони, и он с вызовом задрал подбородок. «Я не хуже вас всех только потому, что колюсь!» «Я и не говорил–» «И я не просил тогда помогать мне. Иди ты нахер! Вместе со своей осуждающей сукой, которая считает себя лучше других!» Вся эта ситуация начала давить сильнее, чем Намгю рассчитывал изначально, и он пихнул его в грудь, уже собираясь смотаться куда подальше, но Танос толкнул его в ответ, куда с большей силой, припечатывая к стене. «Следи, нахуй, за базаром!» «А то что? — он подался вперед настолько, насколько позволяла чужая хватка. — Сука. Твоя подружка сука». Сердце стучало в ушах, он был уверен, что вот-вот Танос точно ударит его, но тот только пристально смотрел, словно выискивая в его выражении лица что-то особенное. Намгю почувствовал, как сильнее сжались чужие руки у него на плечах. А потом Танос просто отпустил его, неверяще покачав головой, и от этого на душе стало только хуже. Он отвернулся, и в профиль стало заметно, как напряжена его челюсть. Наверняка он очень пытался сдержаться. «Я, бля, теперь понимаю, почему ты вечно побитый», — кинул он напоследок, на выходе все-таки хлопнув дверью.

***

«Ты сказал ему что?!» Послышался звук разбившегося стекла. «Немного драматично, не думаешь? — Танос хмуро глянул на разлетевшиеся осколки, после замечая неподдельно шокированное выражение лица Генсу. — А че такого? Ну может, немного грубо, но, чувак, он оскорблял мою подругу ваще с нихуя!» «Танос, ты знаешь, я люблю тебя. Как артиста! — уточнил он. — Но сказать хуже надо было еще постараться. Да, Намгю иногда бывает немного психованным… «Немного? Иногда?» …Но есть вещи, предъявлять за которые тупо низко. Одно дело, когда тебе прилетает на вписонах, потому что ты слишком много выебываешься — что, окей, случается у Намгю с определенной периодичностью. Но совсем другое, когда… Слушай, он реально убьет меня, если я закончу свою мысль, так что просто поверь мне на слово — было очень дерьмово так говорить». Танос задумался. А в каких еще случаях люди обычно получают в ебало? Если не считать случайных стычек, оставалось только что-то типа домашнего насилия. Он почти рассмеялся с этой догадки, настолько мысль о том, что у Намгю были отношения, казалась нереалистичной. Во-первых, кто бы что ни говорил, а женщины почти всегда находились на принимающем конце. Да и ваще, он ведь жил с каким-то хреном. Мужского пола. Во-вторых, Намгю ненавидел женщин. Конечно, это было крайне непрогрессивно с его стороны, но за то время, пока они общались, тот если и упоминал девушек, то только в контексте трешовых историй, в которых они выступали исключительно “суками”. Глобально — Таносу было поебать, но теперь он задумывался о всех тех ситуациях, в которых Намгю выказывал свою нелюбовь к противоположному полу, и о всех его гейских замашках, за которые ему бы точно дали пизды в родном городе Таноса. То, что у него самого были цветные волосы и ногти еще нихера не значило. Дело ваще не столько во внешнем виде, сколько в поведении — Намгю слишком много игрался с рукавами и ваще был подозрительно тактильным. Что бы все это могло значить? Танос не считал себя тупым. Да, наркота немножко заруинила его когнитивные способности, но он все еще мог выстраивать логические цепочки. Дело в том, что когда сам особо не рассматриваешь возможность собственной принадлежности к меньшинствам, то просто не думаешь о них. Типа, никогда. Так что этот вектор мыслей был в новинку. «Ебанный рот, Генсу, — начал Танос с видом человека, на которого снизошло озарение. — Намгю че, реально гей?» «Я тебе этого не говорил! Или, знаешь, давай так — я вообще тебе ничего не говорил». Генсу явно собирался съехать с обсуждения, Танос это понял по его бегающему взгляду. «Не-не-не, погоди, у него есть, типа, бойфренд? Он говорил, что живет с кем-то». «Спроси это у него сам! — воскликнул Генсу. — Или, на самом деле, лучше не спрашивай, он терпеть этого не может». А Танос уже и не слушал, потому что к нему, пускай запоздало, пришло второе озарение. «Ебаный рот, Генсу. Я просто конченный еблан». Все, абсолютно все вдруг начало иметь куда больше смысла, чем казалось поначалу. Конечно, непоняток еще оставалась целая куча, но он нисколько не отказывался от своей идеи расколоть Намгю. Несмотря на его истерики. Он попытался посмотреть и на ситуацию с Сэми под этим углом, но, походу, пока разгадка все же была ему недоступна. В конце концов, нельзя было исключать вариант, что Намгю просто сошел с ума. Даже применив фантазию, он не мог предположить, какого хрена тот так взбесился от простой и абсолютно логичной просьбы. В чем он, сука, был не прав? Кароче говоря, он был в ахуе, что часто случалось, когда речь шла о Намгю.