Одна ночь.

Пустота уже вообще не казалась тихой. Она будто жила своей жизнью. Чёрный дым медленно ползал вокруг, а разломы то открывались, то закрывались сами по себе. Иногда вообще без причины. Полицефал стоял рядом с Ёхоном и внимательно смотрел по сторонам. — Не двигайся. Спокойно сказал он. — Просто смотри. Ёхон только молча кивнул. Сердце стучало так сильно, что ему уже казалось, будто этот звук слышит вся пустота. Перед ним медленно открылся очередной разлом. Сначала ничего. Потом... Тот самый коридор. Та самая комната. Роза. Ёхон сам не заметил, как сделал шаг вперёд. Перед глазами снова появился тот вечер. Только теперь... Он видел всё. Без дыр в памяти. Без каких-то странных обрывков. Всё полностью. Роза держала его за плечи. Но теперь он видел почему. Не потому что пыталась его удержать силой. Она просто не давала ему упасть. — Смотри на меня... Тихо сказала она. И только сейчас Ёхон понял одну вещь. Раньше ему казалось, что это был приказ. Будто она специально заставляла его смотреть. Но сейчас... В её голосе вообще не было этого. Там был страх. Самый обычный человеческий страх. Следующий кусок воспоминаний появился почти сразу. Чёрный дым. Её способность. Попытка быстро его успокоить. Попытка помочь. И... Ошибка. Самая обычная ошибка. Что-то пошло вообще не так, как она рассчитывала. Ёхон ещё несколько секунд молча смотрел. Потом появился следующий разлом. Уже с ним самим. После того вечера. Пустые куски памяти. Потом лаборатория. Синяя капсула. Эмоции начали лезть наружу одна за другой. И только сейчас он наконец понял. Он сам додумал всё остальное. Память не дала ему ответ. И мозг просто придумал самый логичный вариант. Потому что человеку всегда легче поверить хоть во что-нибудь, чем вообще ничего не понимать. И он... Поверил. Настолько сильно поверил в свою версию, что перестал искать другую. Ёхон медленно опустил голову. — Я... Голос дрогнул. — Я сам всё себе придумал... Он тяжело выдохнул. — Просто поверил в самый логичный вариант... Полицефал ничего не ответил. Он тоже молча смотрел на разлом. Даже белые помехи на его экране почти исчезли. Ёхон сделал шаг назад. Внутри будто всё оборвалось. Злость совсем исчезла. Осталась только вина. — Чёрт... Тихо сказал он. — Роза... И в этот момент... Вся пустота вздрогнула. Не один разлом. Не дым. А вообще всё вокруг. Будто по всему этому месту прошла какая-то огромная волна. Полицефал сразу поднял голову. Экран резко покрылся белыми помехами. Он напрягся. По-настоящему. — Уходим. Только было уже поздно. По всей пустоте сразу раздался голос. Он звучал будто вообще отовсюду. Сверху. Снизу. Справа. Слева. Везде одновременно. — НЕДОПУСТИМО. От одного этого слова всё пространство пошло рябью. Разломы начали закрываться один за другим. Чёрный дым поднялся вверх. Ёхон резко обернулся. Перед ними медленно появился огромный экран. Потом две огромные когтистые руки. Они с грохотом опустились на поверхность пустоты. Следом показалась и вся огромная фигура. Белый свет экрана был настолько ярким, что смотреть становилось тяжело. Полицефал сразу выпрямился. Как солдат. — ... Через секунду он тихо сказал: — Здравствуй... Небольшая пауза. — Брат. Экран повернулся прямо к нему. — Ты... Голос был настолько тяжёлым, что казалось он давил на само пространство. — Ты был единственным... кому я позволял приходить сюда без моего вмешательства... Белый свет стал ещё ярче. — И что я вижу теперь? Экран медленно опустился ниже. — Ты привёл сюда человека... Полицефал молчал. — Это жалкое... смертное создание... Ёхон даже голову поднять не смог. Давление было слишком сильным. — В мой мир... Экран вспыхнул ещё сильнее. — Ты пал настолько низко... И вдруг пустота снова дрогнула. Один за другим начали открываться новые разломы. Первой появилась Роза. Она явно вообще не понимала, как оказалась здесь. Но почти сразу заметила Ёхона. Вернее... Чёрный дым, который полностью окутывал его. — Ёхон?.. Следом появился Ларри. — Да вы серьёзно... Он хотел сказать что-то ещё. Но увидел огромную фигуру. И сразу замолчал. Потом появилась Роззи. Она только посмотрела вперёд. И тихо сказала: — Не может быть... И почти сразу после этого пространство снова дрогнуло. Но уже намного сильнее. Даже Джеффри повернул экран в сторону. Перед всеми появился ещё один гигант. Титан телевизеонщиков. Он ничего не сказал. Просто спокойно сделал шаг вперёд. И встал между Джеффри... И всеми остальными. Ещё один шаг. Теперь между ними оставалось всего несколько метров. Джеффри медленно опустил экран. Всё ниже. Пока тот почти не оказался напротив лица Титана. Белый свет сразу стал намного ярче. Будто это был немой протест. Будто он одним этим светом говорил, что не согласен. Но Титан даже не моргнул. Он просто стоял. И смотрел прямо вперёд. — Ты тоже решил выступить против меня? Раздался голос Джеффри. Титан ответил спокойно. — Нет. Небольшая пауза. — Но его судьбу решать не тебе. — Он нарушил запрет. — Он вторгся в мой мир. — Он опозорил наш род. Каждое слово звучало всё громче. Белый свет снова усилился. Но Титан не сделал ни шага назад. — Он уже заплатил за свою ошибку. Джеффри молчал. Титан продолжил: — Теперь он под нашей ответственностью. Он сделал ещё один шаг вперёд. И спокойно сказал: — Это приказ. Наступила полная тишина. Экран Джеффри медленно приблизился ещё сильнее. Белый свет вспыхнул так ярко, что почти вся пустота стала белой. Несколько секунд вообще никто не понимал, что сейчас будет. Потом свет начал медленно слабеть. Джеффри продолжал смотреть прямо на Титана. И наконец произнёс: — Приказ... Небольшая пауза. — Закон. После этих слов его фигура начала растворяться. Сначала исчезли руки. Потом экран. Потом весь силуэт ушёл обратно в чёрный дым. Через несколько секунд пустота снова стала тихой. Титан ещё немного смотрел туда, где только что стоял Джеффри. Потом повернулся к Ёхону. Парень всё так же стоял с опущенной головой. Он выглядел полностью вымотанным. В глазах читалась только вина. И сожаление. Титан ничего не сказал. Просто подошёл. Положил руку ему на плечо. И вокруг них снова начал собираться чёрный дым. Остальные молча подошли следом. Никто уже ничего не говорил. Слова сейчас были вообще не нужны. Через несколько секунд дым полностью накрыл их. Разломы начали закрываться. Один за другим. И пустота медленно исчезла. Последнее, что увидел Ёхон... Был взгляд Розы. Она ничего не сказала. Но именно из-за этого ему стало тяжелее всего. Потому что только сейчас он понял... Иногда страшнее всего не узнать правду. А слишком поздно понять, что всё это время ты сам поверил в историю, которую придумал себе же.