Перестань убегать от моих поцелуев

На четвёртый день продюсер вызвал их в кабинет: — Интервью набрало миллион просмотров за сутки. Фанаты в восторге. Особенно от вашего «взгляда». Они называют это «slow burn romance». Сонхён похолодел: — Мы не… — Не волнуйтесь, — перебил продюсер. — Мы не будем это развивать. Немного химии – хорошо для имиджа. Но без перегибов. Когда они вышли, Конхо остановился и сказал: — Слышишь? Даже они видят. Только мы притворяемся, что нет. — Это работа, — ответил Сонхён. — А если я не хочу, чтобы это было работой? — спросил Конхо. — Тогда уходи, — сказал Сонхён. Конхо резко развернулся: — Ты снова это говоришь. Проверяешь, уйду ли я? — Может, и проверяю, — ответил Сонхён. — Я не уйду. — Тогда я уйду сам, — ответил Сонхён. Тишина. — Ты не уйдёшь, — сказал Конхо. — Потому что боишься, что без меня ты снова станешь тем парнем, который прячется в туалете после провала. Сонхён вздрогнул. — А ты боишься, что без меня ты снова будешь тем, кто улыбается в камеру, но плачет в одиночку, — ответил он. Конхо ничего не сказал, только кивнул и ушёл.

***

Вечером Сонхён зашёл на кухню. Конхо стоял у раковины и мыл чашку. Услышав шаги, он обернулся: — Я принёс твой свитер. Ты оставил его в студии. — Спасибо. — Конхо… — начал Сонхён. — Да? — Если бы не было группы, фанатов, всего этого… ты бы всё ещё хотел меня? Конхо медленно выключил воду, повернулся и посмотрел ему в глаза. — Каждый день, — сказал он. Сонхён вздохнул: — Тогда прости. — За что? — спросил Конхо. — За то, что не могу дать тебе этого. Конхо сделал шаг вперёд, поднял руку, как будто хотел коснуться лица Сонхёна, но остановился. — Ты не должен извиняться, — сказал он. — Ты просто не готов. Он повернулся, чтобы уйти. — Подожди, — окликнул его Сонхён. Конхо остановился: — Я просто хочу, чтобы ты знал: я тоже хочу. Но не могу. Конхо кивнул: — Этого достаточно. Он развернулся и вышел. Сонхён остался один. На столе лежал свитер. Он поднял его, прижал к лицу и вдохнул смесь одеколона и запаха Конхо.

***

На следующий день на репетиции Конхо подошёл к Сонхёну в перерыве: — Завтра у нас выходной. Все уезжают. Мы останемся одни в общежитии. Сонхён замер: — И… что? — Я не буду просить тебя ни о чём, ни о поцелуе, ни о словах. Просто будь со мной. Хотя бы один день. Сонхён посмотрел ему в глаза. — Хорошо, — сказал он. — Один день.

***

Общежитие опустело. Мартин уехал в Пусан к родителям, Джеймс отправился на романтический уикенд с загадочной девушкой, а Джухун уехал в горы для «лечения души после трёх месяцев без выходных». Остались только двое. Конхо и Сонхён. Весь дом был в их распоряжении, тишина принадлежала им. Сонхён проснулся раньше обычного, когда солнце едва коснулось жалюзи. Он лежал в тишине, прислушиваясь к ровному дыханию Конхо, но тот уже не спал. Сонхён поднялся, надел халат и направился на кухню. Через минуту Конхо появился в дверях в футболке и домашних штанах. Они сели за стол, наслаждаясь тишиной. — Я боюсь, — тихо сказал Сонхён. — Чего? — Что скажу «да» и пойму, что недостоин тебя. Конхо встал, подошёл к Сонхёну и сел на корточки рядом со стулом, не нарушая личное пространство. — Ты достоин всего, даже того, о чём я не умею просить, — спокойно сказал он. — А если я не смогу быть таким, как ты хочешь? — Мне не нужно, чтобы ты был кем-то другим. Я хочу тебя таким, какой ты есть. Сонхён опустил взгляд, слёзы навернулись на глаза. — Хорошо, попробую. Конхо кивнул и тихо произнёс: — Спасибо.

***

Днём они гуляли по парку, ели мороженое, а после смотрели в кинотеатре старый фильм. Конхо положил голову на плечо Сонхёна, и тот не отстранился. Ближе к вечеру начался дождь, они вернулись домой, сели на диван у камина, укрылись пледом и пили горячий шоколад. — Помнишь, как мы впервые поцеловались? — спросил Сонхён. — После репетиции. Ты был зол, что я фальшивил, и сказал: «Если споешь правильно, поцелую». — Я поцеловал, но ты всё равно фальшивил, — рассмеялся Сонхён. Конхо улыбнулся, а затем его взгляд упал на губы Сонхёна. — Конхо... — тихо произнёс он. — Поцелуй меня. Сонхён не двинулся, лишь смотрел в ответ, словно ожидая. Конхо наклонился. Его губы нежно коснулись губ Сонхёна. Сонхён сначала замер, затем осторожно ответил, словно делая первый шаг за черту, которую так долго боялся переступить. Шаг к уязвимости. Губы Сонхёна дрожали, но он прижался ближе к Конхо. Тот углубил поцелуй, мягко и неторопливо, давая Сонхёну время привыкнуть и раствориться в моменте. Его руки скользили по спине Сонхёна, стирая границы между их телами, прошлым и настоящим, страхами и реальностью. Внутри Сонхёна что-то сломалось, раскрылось. Годы сдерживания, контроля и страха исчезли в этом прикосновении. Пальцы Сонхёна потянулись к лицу Конхо, нежно касаясь сначала его щеки, затем подбородка. Конхо шумно выдохнул. Поцелуй углубился. Он был наполнен признанием, которое они не могли выразить словами. Когда они отстранились, оба тяжело дышали. Их лбы остались прижатыми, глаза Сонхёна были закрыты. Конхо нежно провёл пальцем по нижней губе Сонхёна. Он открыл глаза. В них больше не было сомнений или страха. — Люблю тебя, — прошептал Конхо. — С первого дня. — Я знаю, — ответил Сонхён, обнимая его крепче. — Я тоже тебя люблю. Конхо поцеловал его снова — медленно, глубоко.

***

Когда угли в камине почти догорели, Сонхён поднялся. — Пойдём, — сказал он, протягивая руку. Они шли по коридору, пока не дошли до их общей комнаты. — Ты уверен? — спросил Конхо у двери. — Никогда так не был уверен, — ответил Сонхён. Он закрыл дверь и шагнул вперёд. Страха больше не было.

***

Сонхён проснулся от солнечных лучей. Конхо спал рядом, обняв его крепко. Его лицо было спокойным. Сонхён провёл пальцем по щеке Конхо, и тот открыл глаза. — Доброе утро, — прошептал он. — Доброе. — Ты теперь мой? — спросил Конхо, приподнимаясь и целуя его в губы. — Всегда был. Просто боялся сказать, — ответил Сонхён, прижимая его к себе. — Больше не бойся. За окном начинался новый день, но для них началась новая жизнь.