Невеста чародея. Сквозь туман к алтарю.

«Сон. Бал. Запах пудры и парфюма. Стук каблуков. Вальс. Свечи. Он. Кто он?» Я еще не открыла глаза, хотя давно проснулась. Часто люблю так делать: лежать и размышлять о сне, который увидела ночью, или просто собираться с силами, чтобы наконец-таки встать. Такое чувство, что я спала вечность. Но нет, нужно открывать глаза. ​ Элиас сидел, облокотившись на спинку кровати. Он смотрел вперёд, словно видел что-то сквозь вещи. Как обычно, его что-то беспокоило. — Привет, — нарушила тишину я. Элиас повернул голову ко мне: — Привет, Чисэ. Он смотрел на меня долго — так же завороженно, как и на стену мгновение назад. Поднявшись и прислонившись к спинке рядом с ним, я спросила: — Можно я прочту твои мысли? Сначала в глазах Элиаса ярко вспыхнули, а после притухли красные огоньки. Он наклонился и положил голову мне на колени. — Пожалуйста, — ответил он. Я начала проводить пальцами по его рогам, по лбу, перешла к шее и плечам, слегка помассировав их. А потом наклонилась и, прикоснувшись своим лбом к его, прошептала: — Тебе приснился сон обо мне. Огоньки снова загорелись, Элиас посмотрел на меня вопросительно: — Как ты узнала? Разве ты тоже что-то видела? — Да, мне снилось что-то про бал... зелёное платье, юноша, вальс и музыка. Но всё это очень расплывчато. — Мне снилось нечто похожее, — отозвался он. — Тогда, возможно, мы были в одном сне, — улыбнулась я. — Возможно, — он снова закрыл глаза. ​— Элиас, не засыпай. — Чисэ, прости меня, — он дотронулся своей багровой израненной ладонью до моей щеки. — Прости. Я не хочу причинять тебе боль. Обещал, что буду защищать, но не могу защитить даже от самого себя. Ты так красива... — Элиас, я… — я замолчала на полуслове, а потом добавила: — Ничего. Побудь сегодня рядом, хорошо? Не уходи. Элиас кивнул: — Хорошо. И не только сегодня. У нас впереди так много времени. Скажи, что ты хочешь делать? — Элиас... — Ммм?.. — не открывая глаз, отозвался он. — Я хочу на прогулку. Мне не хватает воздуха. — Хорошо. А что ещё? — Пока не придумала. Элиас открыл глаза, и красные огоньки внимательно уставились на меня: — Тогда, если позволишь, давай придумаем что-нибудь вместе? — Хорошо, Элиас. — Скажи ещё раз... — Что? «Пока не придумала»? — Нет, не это. А то, что после. — Хорошо, Элиас. Это? — Да. Мне нравится, когда тебе хорошо. И нравится, как ты произносишь моё имя. Я приблизила лицо к нему и прошептала прямо в губы: — Хорошо, Элиас. Он замер, перестав дышать. Настала неловкая пауза. Элиас кашлянул в руку и, приподнявшись, отодвинулся от меня. Затем не спеша встал с кровати и подошёл к окну. — Сегодня такой густой туман, — заметил он. — Осень ведь. Элиас обернулся: — Хватит, пора вставать, а то так и целый день можно проваляться в постели. — А я и не против. — Нет, поднимайся! Он подошёл к кровати и, наклонившись, начал меня щекотать. По комнате раздался звонкий смех. Дом, розы в вазе, мебель — казалось, во всё это мы вдохнули жизнь своим весельем. Элиас смеялся так искренне, пока я пыталась от него отбиться. Этот момент длился не минуты, а вечность. Мне так хотелось остаться здесь навсегда. «Элиас, ну как ты не понимаешь моих чувств? Как объяснить, что смысл жизни — не вещь и не человек, а его присутствие рядом, его забота. Любовь исцеляет. Возможно, ты еще не вырос для этого чувства... Я буду ждать тебя столько, сколько придется. Но не заставляй меня ждать слишком долго. Мой путь уже написан в книге жизни, а конец — в книге смерти». ​— Чисэ, тебе пора. Я присела на кровать рядом с ним. — Хорошо. Встретимся на кухне. Я хотела уйти, но он удержал меня за руку. Элиас двумя руками сжал мою ладонь у себя на коленях и долго смотрел на неё. Потом поднял взгляд. Пусть я не видела выражения его лица, мне показалось, что он очень грустит. — С тобой всё в порядке? — Чисэ, прости меня. — Опять? За что? — За то, что не смог защитить тебя, когда ты так нуждалась в помощи. Тогда, в детстве. Мне бы так хотелось забрать твою боль себе. Я бы принял любое наказание и любое проклятие, лишь бы ты была счастлива. — Элиас, не говори так. Я счастлива с тобой, и другой жизни мне не нужно. — Нет, послушай. Раз я ничего не могу изменить для той маленькой Чисэ, я сделаю всё для тебя сегодняшней. Поэтому я хочу найти твою семью. Брата и отца. Я уже отправил запросы. Как только что-то станет известно, я всё тебе расскажу. Я замерла в шоке. Тело будто отделилось от сознания — два разных существа. По щекам покатились слёзы, внутри бушевала буря. Элиас аккуратно притянул меня к себе и обнял: — Мы найдём их, Чисэ. Не переживай так сильно. Только будь готова к любому ответу. — Да... я понимаю. Он долго не выпускал меня из объятий. Потом мы вместе вышли из комнаты. Он всё так же крепко держал меня за руку. Лишь у дверей моей спальни он отпустил ладонь и, похлопав меня по плечу, сказал: — Ты справишься. Я буду рядом. Всегда. Я улыбнулась в ответ и коснулась его локтя: — Конечно. Закрывая за собой дверь, я успела заметить, что Элиас так и остался стоять в коридоре, глядя мне вслед. Я села на кровать, обхватив колени руками. «Что я помню из детства? Маму, на которую я так похожа. Отца, несущего на шее маленького братика. Я — посреди этой идеальной семьи. А дальше... уход отца, смерть мамы. Дар, который тянет в могилу. Родственники, которым я была не нужна. Пустота в груди. Огромная дыра, которую бессмысленно заполнять сладостями или вещами. Есть только одна валюта, способная исцелить нас навсегда, и она всегда будет в цене. Это любовь. Вещи ломаются, еда гниёт, металл окисляется. Что остается в итоге? Только любовь». Я переоделась в джинсы и футболку и вышла из комнаты. Элиас всё еще стоял под дверью. — Ты чего? Почему не на кухне? — Не хотел оставлять тебя одну. Понимаю, как это неожиданно. И утаивать это от тебя я тоже не хотел. — Спасибо, что сказал правду. — Ну что, пойдем вниз? — Хм, — я кивнула. ​Мы спускались как равные. На кухне уже всё было готово. Силки стояла у плиты. Увидев меня, она подбежала и крепко обняла. — Всё хорошо, дорогая, — тихо сказала я ей. Мы сели за стол и начали завтракать.