День, когда мир поглотила Тьма

■■■.04.06

10:15

Шух Звук раскрывающихся занавесей. — [ Доброе утро, мой дорогой друг! Как вам спалось? ] Это был Браун, пришедший разбудить меня. Я не торопясь раскрыл глаза. Меня ослепил свет, исходящий от окна. Едва продрав глаза, я поторопился дать ему ответ. — Доброе утро, Браун. — Я приподнялся, готовясь встать с кровати. — Да, спасибо, я выспа... Стоило мне принять сидячие положение, как меня резко прошибла головная боль. — [ О нет, господин Солым, вы плохо себя чувствуете? ] — Обеспокоенным голосом спросил Браун. Да... Я правда плохо себя чувствовал. Такое бывает, когда много спишь. Мало спать вредно, но и перебарщивать со сном тоже. Теперь на протяжении всего дня меня будет беспокоить головная боль, давящая на глаза. Неприятно конечно, но ничего страшного. — [ ... Мой друг, кажется, вы не сможете сегодня принять участие в шоу. Ваше первое появление за столь долгий срок должно быть безупречно, но в таком состоянии ничего толкового не выйдет, к сожалению. Это я виноват, что не позаботился и не подумал о таких неприятных последствиях... ] В голосе Брауна чувствовалась искренняя печаль, разочарование и нотка упрёка. — [ Что ж, ничего не поделать. Тогда перенесём ваш дебют на завтра! А сегодня этот Браун, как ваш хороший друг, позаботится о вашем состоянии. ] Ага, хорошо. Спасибо тебе. — [ Что вы, друг мой, это моя обязанность – следить за вашим здоровьем! ]

***

■■■.04.07

11:03

— [ Как вам, мистер Солым? Это мой фирменный салат «Цезарь»! ] Очень вкусный, спасибо. — [ Ха-ха, рад, что вам нравится! Тогда добавлю его в ваш основной рацион. ] М? Какой рацион? — [ А, сейчас я формирую список того, чем буду вас кормить на основе ваших предпочтений из здорового балансированного питания. ] А, понятно. — [ Возможно, у вас есть какие-то пожелания? ] Хм... Добавь кимчи. — [ Как скажет мой друг! ] Я продолжил завтракать. Не сказать, что я был голоден, но отказываться не было смысла. Браун же всё это время просто сидел напротив и наблюдал с плавающей на экране улыбкой. Как только я закончил с салатом, тарелка исчезла и на её месте появился лимонный чай с десертом. Я неторопливо перевёл взгляд на мужчину, сидящего на против. Он же в ответ немного наклонился, подперев свою теле-голову рукой. Такое ощущение, что смайлик на его экране засиял ещё ярче. Словно солнце... — [ Ха-ха, какая милая аналогия! ] Теперь на экране ведущего действительно появилось солнышко.

[☀️]

... Это мило. Правда мило. — [ Хотите дотронуться? ] А? До чего? — [ До солнышка! Проверьте, действительно ли оно такое тёплое. ] Солнышко на теле-экране плавно покрутилось вокруг себя, излучая свет. Браун говорил настолько несвойственным ему ласковым голосом, что меня посетила мысль, не сон ли это. Но для сна всё было слишком реалистично, да и, признаться, они мне уже не снились долгое время. Подобное поведение могло бы кому-то показаться глупым, ну или же милым кокетством. Но это выглядело как минимум странно в исполнении такого существа как Браун. Но... Почему-то, я не мог сказать, что мне это не нравится. Думаю, он это делал как-раз потому, что мне это нравится. И он, разумеется, это прекрасно знал. — [Что, не хотите? Ну же, не бойтесь! Вы не обожжётесь. ] Сказав это, Браун аккуратно обхватил мою руку и переместил её к себе на экран. Прямо туда, где находилось солнышко. И правда теплое... Хотя, оно и очевидно. Экран Брауна в целом тёплый, как и он сам. И вот, сам того не заметив, я уже вовсю рассматривал и лапал экран Брауна. Я словно был им поглощён, и меня больше ничего не волновало. Тук-тук Раздался стук в дверь, мигом вытащивший меня из этого состояния. Я резко отстранился от Брауна. Дверь открылась, и в неё вошёл безликий сотрудник студии. Так как у них нет ртов, логично было бы предложить, что они не умеют разговаривать. Однако, это не совсем так. Они могут передавать информацию между собой, и, естественно, Браун тоже понимал, что они «говорят». Они начали между собой разговаривать... Хм? Мне показалось, что в голосе Брауна была небольшая, еле заметная ноткая раздражения и досады. И насколько я понял, их разговор был связан непосредственно с ток-шоу (очевидно) и рекламой. Стоило сотруднику уйти, как Браун сразу же переключился обратно на меня, словно не было ничего важнее нашей бессмысленной беседы. — [ Ха, и вот снова меня засыпают кучей предложений о рекламе каких-то товаров на моём шоу. Сколько ещё раз надо им повторить, что я не собираюсь втюхивать какую-то низкосортную хрень своим зрителям?! ] И вот, разгорячённый ведущий продолжал возмущаться на счёт всех «прелестей» шоу-бизнеса, попутно поливая «хорошими словами» всех кого не лень. А я в свою очередь попивал чай, внимательно его слушая, и время от времени вставляя пару слов. И вот... — [ Ох, друг, что-то я слишком разговорился, хаха. Мне и вам уже пора начинать готовиться к шоу! ] ... Браун, слушай. — [ Ммм? Что такое, мой милый друг? ] Браун явно был в приподнятом настроении. Видимо, ему действительно понравилось с кем-то поносить раздражающих его существ... Мне теперь было даже как-то неловко об этом говорить, но я всё таки решился. Возможно ли перенести моё появление на другой день? На мгновение в Брауне что-то изменилось, но он тут же вернулся в своё прежнее состояние. Только уже не чувствовалось того же приятного беззаботного ощущения... — [ Вам снова нездоровится, друг? ] Да... Нет — [ Но как же так, только пару минут назад с вами точно было всё в порядке. ] Кхм... Браун, ты просто слишком разговорился и не заметил этого. Пиздеж чистой воды! — [...] Он же поверил? Ведущий встал, подошёл ко мне и... Шух-шух Ласково погладил по голове. — [ Мой друг, не стоит врать этому ведущему. ] Больше ничего не сказав, он ушёл, судя по всему, заниматься подготовкой к шоу. А меня оставил одного в моей комнате... Видимо, это можно было расценивать за положительный ответ.

***

В последующие дни я всё так же постоянно придумывал отмазки, чтобы отвертеться от участия в ток-шоу. В первое время Браун реагировал относительно спокойно, пусть ему это явно и не нравилось. Но потом, в один из дней, а если точнее 12 апреля, он отказал мне. Ну, как, он сказал, что сегодня, так уж и быть, я ещё отдохну и попытаюсь прийти в себя, а завтра уже я неизбежно буду участвовать в шоу.

***

■■■.04.13

20:34

— [ Ну как вам, друг мой? ] — Браун говорил взбудораженным голосом, будто бы ожидая в ответ от собеседника восторженной реакции. Я посмотрел в зеркало, висевшее напротив. В отражении я увидел себя, стоящего в элегантном высококлассном костюме, явно сшитым специально под меня на заказ. Он идеально облегал фигуру, подчеркивая всё самое важное. Что до внешнего вида, то это был чёрный классический костюм-двойка, с белой рубашкой и бордовым галстуком. Выглядит... Дорого. — [ Ха-ха, для этого ведущего цена не имеет значения. Лучше скажите, что думаете на счёт его внешнего вида. ] ...... Почему-то, этот вопрос поставил меня в тупик. Ну, он красивый... — [ Ах, мой дорогой друг, этот костюм создан лишь для того, чтобы подчёркивать вашу красоту. Он будет не более чем обычной тряпкой, если нацепить его на какого-нибудь уро... Далёкого от изыск человека. ] — [...] Браун, всё это время стоящий позади меня, аккуратно взял меня за плечи и повернул в свою сторону, схватив за подбородок и слегка приподнимая мою голову вверх, приблизил свой экран ближе к моему лицу и сказал низким, приглушённым голосом, походившим на шёпот. — [ Я хочу сказать, что мистер Солым настолько красив, что на нём всё что угодно будет смотреться изумительно. ] Я покраснел. Это... Немного смущало. Браун отстранился на пару шагов, и с прежней улыбкой на своём теле-экране продолжил. — [ В любом случае, я несказанно рад, что этот день наконец-таки настал. День, когда я снова буду стоять на одной сцене вместе с моим другом! ] — [ И на этот раз никакие надоедливые ящеры мне не помешают... ] Тихо, почти неслышно пробормотал Браун. — Ага... — немного помедлив, я продолжил, цепляясь за последний шанс оттянуть неизбежное. — Слушай, Браун. А нельзя ли всё-таки снова перенести моё появление на другой день?.. Я боялся, что не смогу сейчас справиться с образом «энергитичного друга Брауна» и сорву шоу. А что будет в этом случае, представить нетрудно. Явно ничего хорошего. Да и настроение не распалогало. — [... Ох. Мистер Солым, неужели вы плохо запомнили сценарий? Или снова плохо себя чувствуете? ] В голосе Брауна чувствовалось беспокойство. Но я знал, что на самом деле оно было поддельным. Он задавал эти вопросы заведомо зная, что это не так. — Нет, я просто ещё не готов выступать. Боюсь, я могу сорвать твоё шоу. Последнюю часть я добавил специально, ведь для Брауна подобное происшествие равносильно концу света. И он явно не захочет рисковать... Тем более, он ещё не объявлял о том, что я возвращаюсь. Так что зрители не будут ничего ожидать от сегодняшнего выпуска, следовательно, и разочарования не будет. Но... Почему-то, ответ на мои слова последовал не сразу. — [ Друг... ] По спине пробежали мурашки. — [ Почему вы СНОВА не готовы выступать? Сценарий вы уже выучили, костюм я для вас приготовил, и вам уже нанесли макияж.] Сделав небольшую паузу, будто бы что-то обдумывая, Браун продолжил. — [ Ах! Или же неужели мой друг сомневается в своих способностях? В таком случае, я могу вас заверить, что вы отлично справитесь с выступлением. ] Почему ты так уверен, что я справлюсь? Я же... — [ «Я же» что? Неужели, вы ДО СИХ ПОР не оправились от случившегося? ] — Голос стал чуть резче, с лёгким, едва уловимым раздражением, которое он тут же подавил. — [ Ха-а... Мой друг, знаете, в жизни каждого актёра случаются непредвиденные беды. Это неизбежно, жизнь – это череда плохих и хороших событий. ] Браун сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. — [ Но зрителей это не волнует. Что бы у актёра ни случилось, он не должен это выносить на сцену. Ваши проблемы принадлежат лишь вам, но не вашему персонажу. ] Но... Браун, ты же мой хороший друг. Не зритель. — [ ... О, я понял. Мой друг хочет, чтобы этот Браун его поддержал в трудной ситуации, ведь именно так и поступают хорошие друзья! ] ... Да, наверное. — [ ... Что ж, тогда хочу вам кое что напомнить перед тем, как начну сеанс терапии. Так уж вышло, что этот ведущий далёк от понимания человеческих чувств, а тем-более сочувствия. В конце концов невозможно полностью понять то, что никогда сам не испытывал. Я это говорю к тому, что, возможно, вас могут не устроить мои методы поддержки. ] Я это знаю. — [...] Ведущий, больше ничего не сказав, щёлкнул пальцами и перенёс нас в какую-то другую комнату. Прежде я не был в ней... Комната была просторная и уютная, в ней была кровать, диван, столик и прочая мебель, характерная для спальни или комнаты отдыха. Затем Браун подхватил меня на руки и перенёс к двум небольшим диванчикам, между которыми стоял чайный столик. Он усадил меня на один из них, а сам сел напротив. По щелчку пальцев возле меня на столике появилась кружка горячего шоколада и небольшая тарелочка сладостей. Меня одолело странное чувство ностальгии, но я не стал зацикливаться на нём. Я посмотрел на ведущего, сидящего напротив меня, вальяжно закинув ногу на ногу. — [ Мой друг, расслабьтесь. Выпейте горячего шоколада и покушайте сладостей, это поможет вам немного отвлечься.] Браун говорил мягким заботливым голосом, будто бы хотел утешить ребёнка. Нет... Скорее, усыпить его бдительность. Я вновь посмотрел на чашку горячего шоколада. ... Из стакана исходил манящий сладковатый запах. В конце концов, я осторожно поднёс кружку ко рту и сделал глоток. Горячо... — [ Пейте не торопясь, а то мало ли обожжётесь.] Как и хотел того Браун, я не торопясь допивал напиток, а он в свою очередь просто молча наблюдал за мной. Когда чашка опустела, ведущий нарушил тишину. Голос его был таким же ровным, каким всегда бывает перед важным, серьёзным разговором. — [ Мой друг, а теперь, давайте поговорим о вашем состоянии в последнее время.] А? — [ Я прекрасно понимаю, как нелегко вам сейчас приходится, но... Как долго вы планируете продолжать это? ] Что ты имеешь ввиду? — [ Да, ваши коллеги погибли, и вам больно. Однако, каждому человеку предстоит однажды пережить расставание, но это же не повод впадать в... Такое подавленное состояние. ] Да, но это же естественная реакция... — [ Естественно? Да, конечно, если так подумать, то ржавчина на клинке, разъедающая сталь, тоже естественный процесс! Ха-ха. ] — [ Но... Разве в таком случае не оттачивают лезвие вновь, искореняя проблему? ] Но я же не.. — [ Да-да, друг. Понимаю. Больному всегда трудно признать то, что он болен. ] Я не болен... Я просто... ... — [ О, мой друг. Мой маленький, заблудший, нуждающийся в помощи друг... ] — Ведущий говорил ласковым и снисходительным голосом. — [ Знаете, первый шаг к выздоровлению – осознание проблемы. И... Вам несказанно с этим повезло! Ведь у вас есть такой хороший друг как я. Я укажу на источник вашей боли, вскрою его... И проведу необходимую процедуру. ] ... Думаю, мне просто стоит ещё побыть наедине со своими мыслями и немного отдохнуть... — [... Ха-а. ] Ведущий замучено вздохнул, а затем наклонился вперёд, и свет его экрана мягко осветил моё лицо. Не ослепил, а именно осветил, как софит, выводящий актёра из тени. — [ ВЫ, мистер Солым, сами просили поддержки. И я, как ваш хороший друг, окажу её вам. Я помогу вам. Помогу вам прийти в норму и вновь обрести счастье. Со мной. Вы ведь хотите вернуться ко мне, на сцену, к тому, кто вы есть на самом деле? Верно? ] Я хочу кивнуть. Отчаянно хочу. Потому что где-то часть меня, погребённая в глубине моей души, откликалась на эти слова. Что-то тёплое, сонное и безумно счастливое. Я должен вернуться. Хочу вернуться... К нему. Но здесь и сейчас, во мне всё сжималось в ледяной ком. Я... Я не знаю. Я просто не готов сегодня. Давай перенесём. Чуть позже. Я обещаю. — [ Мистер Солым, не к чему подавлять свои истинные желания. ] Нет... Это не мои желания. — [...] Ведущий неторопливо встал, и подойдя ко мне, встал на одно колено так, чтобы наши лица были на одном уровне. Затем положил свою огромную ладонь мне на грудь. Прямо на сердце. Туда, где находилась татуировка. — [ Мой друг, я прекрасно понимаю, что вы чувствуете. ] Нет. Но я хочу в это верить — [ Вы боитесь забыть их... Боитесь оставить всё это в прошлом и обрести новое счастье, новую жизнь. Со мной... Вашим другом. ] Я... — [ Я понимаю, как нелегко это может быть. Вы считаете, что это вы виноваты в их смерти. И теперь, когда они все мертвы, вы, мистер Солым, тот, кто остался жив, якобы не имеете права на счастливую жизнь...] — [ Но это не так! Друг, вы прилагали все свои усилия, и даже больше... Я считаю, что вы имеете полное право на хороший отдых.] Его рука прикоснулась к моей щеке, и начала её ласково поглаживать. Тепло его ладони заставляло меня невольно расслабиться, немного успокоиться, и ответить на мягкие аккуратные поглаживания. — [ Ну же, расслабьтесь. ] ...Не могу. — [ Почему же? Неужели вы не помните, как были счастливы, когда работали у меня? И... ] — Ведущий сделал паузу, словно желая сделать акцент на следующем предложении. — [ Как несчастны после увольнения, когда вернулись к привычной серой жестокой реальности?.. ] Нет... Это не так. — [ Хм? И в чём же я не прав? Ответьте, друг. ] Я посмотрел на его потухший экран, в котором виднелось моё бледное, потерянное отражение. Браун, я... Не был тогда по-настоящему счастлив. — [...] Руки Брауна на моих плечах едва заметно сжались. Не со злобой, а с глубокой, ранящей его лично, обидой. — [ Друг, ответьте мне, вы дорожите нашими отношениями? ] ... Да. Конечно, ты же мой еди— — [ Единственный друг. Верно. Я ваш единственный друг, но... Как вы поступаете со своим другом? ] Он поднялся, а я следом за ним. Нет, я не вставал. Просто Браун тут же схватил моё тело и швырнул его на кровать, стоящую рядом. — Агх... Браун, что ты.. Стоило мне открыть глаза, как я увидел массивную фигуру, нависшую прямо надо мной. Сердце забилось как бешеное. — Кх... Его пальцы сомкнулись на горле, перекрывая дыхание. — [ Мне больно, друг. ] А?.. — [ Мистер Солым даже и не представляет, какую боль мне причиняет... Ваши слова, ваши действия... режут мою плоть подобно лезвию ножа. ] Хватка усилилась. — [ Да... Представьте, этот ведущий тоже может испытывать чувства! Неожиданно, не так ли? ] Угх... Браун, я не могу больше... — [ Да, друг, я тоже больше не могу терпеть такое отношение к себе с вашей стороны. ] Как... Что не так с моим отношением? — [... Всё. ] Мороз прошёл по коже. — [ Друг, вам правда интересно? Если я расскажу, вы обещаете исправиться? ] Да, хорошо, только отпусти меня... я правда сейчас задохнусь. Но он не отпустил, наоборот, сжал только сильнее. Боль пронзила шею, смешавшись с паникой. Такое ощущение, что моя шея сломается, если надавить ещё хоть немного... — [ Знаете, что огорчает меня больше всего? ] Откуда мне знать? — [ То, что даже сейчас, когда у вас остался только я, все ваши мысли заняты не мной, а теми, кого уже нет.] ... Что? — [ Я ненавижу это. Почему вы, МОЙ друг, не можете думать только обо МНЕ? Почему вы постоянно думаете о тех, кого уже даже не существует, а не обо мне, том, кто сейчас рядом с вами? ] Браун... — [ Зачем беспокоиться за тех, кого нет? Почему нельзя сосредоточиться на том, кто рядом? На том, кто нуждается в этом... Друг, мертвецу будет всё равно, сколько бы вы о нём ни думали. А меня, вашего друга, ранит прямо в сердце подобное холодное отношение. ] Возможно, он прав?.. И вдруг хватка ослабла. Та же рука, что только что передавливала мою шею, переместилась на щеку, ласково поглаживая кожу. — Ха... А-х-а... Я сразу же начал судорожно затягивать воздух. — [ ...Ах. ] Его голос смягчился, стал почти умиротворённым. — [А вот сейчас вы идеальны. Все ваши мысли, наконец, заполнены лишь мной...] Он наклонился ещё ближе, его экран почти касался моего лица. Шипение динамиков слилось со звоном в моих ушах — [Так и должно быть. Всегда. ]

____________________________________________________

Примечания: Бля, я чувствую себя зверем. На каком моменте всё пошло не так?... Как всегда, всё пошло не по моему первоначальному плану, вхаха. Изначально в этой главе Солька должен был просто выйти на сцену вместе с Брауном, но его дальнейшая судьба переломилась на моменте, когда он заикнулся об очередном переносе даты выступления. А, и все эти мини эпизоды других дней я добавила уже в самом конце, ведь надо было обосновать срыв Брауна. Типо, он не сразу же налетел на Сольку со своим лечением, а уже спустя продолжительное время. Он на протяжении недели каждый день получал отказы и отмазки Соля, чтобы не участвовать в шоу, опять же, из-за своего хуевого состояния. Из-за чего это хуевое состояние? Из-за его каких-то нищих коллег (я так не считаю, это проецирование позиции Брауна). Так он ещё и постоянно думает о них! Сплошное издевательство. И Браун понял, что если он ничего не предпримет, то Соль так и продолжит гнить в кровати и горевать по каким-то людишкам. А он же хороший друг, верно. Он не может допустить такой грустной судьбы для своего любимого друга... Да и на, самом то деле, Браун не так уж и неправ. Все его выводы вполне логичны, но они сильно искажены из-за того, что он Тьма. И, казалась бы, первоначально "обычная забота и беспокойство о друге", перелилась вот в это вот нечто... Так сказать, помог как смог. А вообще, по итогу я пиздец как запарилась вот с этим диалогом... И их конфликтом. Т.к у меня мало опыта в писательстве, мне было особенно трудно выдержать нужную атмосферу и эмоции в таком напряжённом моменте. Надеюсь, вышло неплохо. Следующая глава выйдет, скорее всего, аж в воскресенье (до этого выходили по пятницам и субботам). Хотя, возможно и раньше