To live and survive

Смех разливается по машине, заполненной сизым дымом. Стив слабо бьёт Эдди по бедру, прижимая палец к губам. — Тише, — он смотрит прямо в карие глаза, и, когда Эдди задерживает дыхание, чтобы сдержать смех, прорывает уже Харингтона. — А сам-то, — их смех сливается в одну мелодию, и никто из парней уже и не помнит, с чего всё это началось.

***

Час назад

Стив завершил обход по территории около двух часов ночи. Отчитался перед Нэнси и пошёл к озеру. Это лето было насыщенным. Он привык каждый год приезжать в Изнанку, но всё равно из раза в раз чувствовал себя странно. Усталость граничила с восторгом. Новые дети, новые проблемы и новые приятные воспоминания. Ему хотелось в последний раз перед отъездом пройтись по берегу, намочить ноги в прохладной озёрной воде, может, даже окунуться разочек. Лес привычно шумел: стрекотание ночных жучков, уханье совы и шелест ветра в кронах деревьев — всё это успокаивало. Харингтон заметил Эдди сразу: парень сидел на бревне у кромки воды, неподвижно смотря вдаль. Стив бы не сказал, что они сдружились за лето. Они точно не враждовали, и уже это было хорошо. Живя под одной крышей с Мэнсоном, Стив отметил, что тот оказался довольно аккуратным и уважительным. Эдди не шумел, убирал за собой и лишь изредка мог вкинуть какую-нибудь обидную шутку. За внешностью двинутого рокера-неформала скрывался понимающий и милый парень. Стиву было приятно жить и работать с ним всё это время. Пока он бесшумно продвигался вперёд, слабо пиная песок под ногами, Эдди шумно шмыгнул носом. Это было не то чтобы громко, но Стив стоял уже в метре он Мэнсона. Звук был настолько неожиданным, что Харингтон замер на секунду. Могло ли что-то случиться или Эдди просто было грустно, что лето подошло к концу? Имел ли Стив право вмешиваться в его пространство сейчас? Они не были хорошими друзьями. Сам Стив не хотел бы, чтобы его со слезами увидел тот же Эдди. Он уже дёрнулся, чтобы развернуться и уйти, но Мэнсон, видимо, почувствовав, что он уже не один, обернулся. — Стив? — голос был хриплым то ли от слёз, то ли от усталости за день. — Хэй, — Харингтон слабо махнул рукой, делая нерешительный шаг вперёд. — Я тут порефлексировать пришёл. Но я могу уйти, если тебе нужна тишина. Лицо Эдди было тёмным, света луны хватало лишь на то, чтобы Стив видел слабые очертания глаз, губ и носа. Несмотря на это, Стиву показалось, что брови Мэнсона дёрнулись вверх. — Ты не помешаешь, — он отвернулся лицом к воде, двигаясь на край бревна. — Хорошо, — Стив сел рядом, укладывая руки на колени ладонями вниз. Несколько минут их молчание нарушали только плеск волн и тяжёлое дыхание Эдди. Стив слегка покачивал ногой, рассыпая песок. Неловкость пропитывала воздух вокруг. Харингтон кусал губы, стараясь не обращать внимания на тихие остаточные всхлипы Эдди. — Звёзды сегодня необычайно яркие, — всё же выдавил из себя Стив. — Они всегда красивы, — улыбнулся Мэнсон, запрокинув голову к небу. — Я иногда думаю: так странно, что мы тут. Просто живём… Там же миллиарды звёзд, планет и всего такого. Зачем я тут вообще нужен? Стив повернул голову: профиль парня светился в отражённом озёрной гладью сиянии звёзд и луны, волосы трепетали от слабого ветра, а на лице была грустная улыбка. Харингтон пожал плечами, привлекая внимание Эдди. — Часто думаешь о смысле бытия? — Да не то чтобы, — он в последний раз шмыгнул носом и повернулся всем корпусом к Стиву. — Но неужели ты ни разу не задумывался, в чём смысл твоего существования? Что ты можешь дать этому миру? — Предпочитаю не вгонять себя в экзистенциальный кризис. — Стив видел, как Эдди буквально загорается потребностью объяснить ему всё. — Нет, смотри… Следующие полчаса они говорят обо всём. О науке, об истории, о родителях и о планах на будущее. Они ловят тот самый контакт, когда с виду разные люди понимают, что разные у них лишь имена и внешность. Эдди с энтузиазмом рассказывает Стиву о музыке и о том, что по возвращении хотел бы собрать группу, а Стив в ответ делится своим увлечением спортом. Многие ошибочно считают, что это что-то глупое и скорее для показухи, но для Стива это жизнь. Ему нравится то, как мышцы напрягаются, когда он берёт вес чуть больше прошлого. Нравится сравнивать себя сегодняшнего со вчерашним и видеть прогресс. И ему безумно нравится ощущение силы, которое течёт по венам: это дает спокойствие, стабильность и уверенность, что, даже если завтра мир рухнет, он сможет позаботиться о безопасности своих близких. — Слушай, — Эдди щёлкает пальцами. — А не хочешь со мной поработать в баре? Мой дядя ищет барменов. Думаю, ты довольно ответственный для подобной работы. — А чего ты Майка не позовёшь? Вы же лучшие друзья. — Стив замечает, как плечи Эдди резко падают вниз, а взгляд мрачнеет. Это странно, ведь раньше, когда Стив спрашивал что-то или просто упоминал Майка в их разговорах, Эдди улыбался, кивал и будто наполнялся новой энергией для разговора. — Он... — Мэнсон тяжело вздыхает, запрокидывая голову. — Он же работает в библиотеке, так что ему некогда будет ещё и в баре тусоваться. — Эдди выглядит потерянным. Стиву не хватает света, чтобы быть уверенным, но выглядит Мэнсон явно напряжённо. Атмосфера вокруг чуть сгущается. — Ясно, — Стив цокает, сцепляя руки в замок перед собой. — Ну, я бы с радостью поработал. Мы с Робин ещё не обсуждали возможное трудоустройство, но не думаю, что она обидится, если мы пойдём в разные места. Эдди, кажется, ловит момент, чтобы сменить тему разговора, и благодарно кивает ему. — Я могу спросить у дяди про неё. Может, все вместе устроимся. Всяко веселее будет. Харингтон соглашается. Робин действительно была такой. Она могла развеселить даже в самый никчёмный день. Когда она появилась в его жизни, это было похоже на пришествие весны после долгой и холодной зимы. Она вытягивала его каждый раз, когда Стив погружался в сугробы своих чувств к Нэнси. Робин неустанно напоминала ему, что мир не заканчивается на Уилер, что есть и другие девушки, и Стив каждый раз позволял ей вытянуть себя. Верил ей и старался двигаться дальше. Но хватало одного взгляда на шатенку, одного пересечения где-нибудь в центре города, — Стива вновь накрывало. Он любил её. Нэнси помогла ему понять, что не всё в жизни можно купить, что необязательно быть мудаком для движения вперёд. Да, он упустил свой шанс, но отпустить её у него не было сил. — У меня есть травка, хочешь? — предложение прозвучало настолько резко и не к месту, что Стив удивлённо хлопнул ресницами. — Травка? — Ага, — Эдди вытянул из кармана жилетки косяк. — Я хотел покурить чуть позже, перед тем, как спать пойти. Но раз уж ты тут, могу поделиться. — Мы же в детском лагере. — Стив не осуждал его, ему и самому хотелось бы расслабиться и отпустить навязчивые мысли на пару часов. — А ты прям послушный или прикидываешься? — Эдди облизнул губы, уже вытягивая зажигалку, чтобы закурить. — Идём ко мне в машину, так больше шансов, что не спалят. — Чувак, — тянет Эдди и встаёт с бревна, протянув Стиву руку, помогая подняться. — Обожаю тебя. У меня был дико стрёмный день.