To live and survive

«За это лето многое изменилось» — мысль, засевшая в головах сразу четырёх человек. Стив Харингтон — король школы в прошлом и почти безработный в настоящем — считал, что сам бог свёл его с Эдди. Их схожие проблемы, неуверенность в будущем и желание хотя бы просто выжить — помогли им найти ту нить, что связала их судьбы. Может, всё пойдёт не по плану и они перестанут даже просто здороваться через пару недель… Но пока что они ехали на машине Стива в бар дяди Эдди на стажировку, а значит, в ближайшие сутки всё будет более менее стабильно. Эдди Мэнсон — барабанящий по коленкам в такт песне, играющей по радио, — считал, что это лето размазало его по тосту тонким слоем и прожевало, оставив лишь жалкие крошки. То, что начиналось как весёлое и динамичное лето, завершилось ужасным эмоциональным выгоранием и разбитым сердцем. Уилл Байерс — сидящий рядом с Майком в автобусе, уложив свою голову ему на плечо, — улыбался и чувствовал, что его жизнь начала налаживаться. Он попросил маму перевести его в другую школу, и она с радостью согласилась, узнав, что у него там уже есть друзья. В его планах было ходить каждый день в библиотеку к Майку, а потом вместе с ним возвращаться домой. Или на встречи с компанией. Или друг к другу в гости. Или на свидания… Майк Уилер — прикрывший глаза, наслаждающийся теплом своего парня под боком, — был полностью удовлетворён и уверен в своём будущем. У него есть работа, отношения и вдохновение развивать свои навыки писателя. По ощущениям, будто солнце светило ярче, а птицы пели радостнее. Он был влюблён.

***

Дядя Эдди — Уэйн Мэнсон — оказался не таким, каким его представлял Стив. Он был спокойным, будто вся взбалмошность, которая могла бы хоть частично принадлежать ему, перешла к Эдди, оставляя мужчине спокойствие, уравновешенность и серьёзность. Несмотря на это, Уэйн был мягким и добрым по отношению к Эдди. Это невозможно было не заметить. То, как Уэйн крепко обнял племянника при встрече, то, как он подбадривающе похлопывал его по плечу, и то, как слушал его рассказ о Стиве. Самому Харингтону было немного неловко слушать, как Эдди нахваливает его, учитывая, что работу Стиву уже дали. Когда в помещение вбежала взмыленная Робин, Уэйн начал стажировку. Ничего сложного на первый взгляд не было: просто наливай выпивку посетителям и мой рабочее место. Однако после двухчасовой лекции об алкоголе, который был в наличии, голова Стива начала пухнуть. — Так, ребятки, — Уэйн обошёл барную стойку и сел на стул. — Вижу, некоторые подустали от моего трёпа. Попробуете попрактиковаться? — Дядь, да какой устали-то? — Эдди выглядел свежим и полным энергии. Стиву это казалось странным. Ещё пару часов назад он казался живым трупом: безэмоциональным, не идущим на контакт, зато сейчас глаза его горели. — На друзей своих глянь, — по-доброму осадил его мужчина. — Стив, запомнил, что я говорил о видах виски? — Ну, — Стив обернулся на стену, увешанную полками с десятками бутылок алкоголя. — К виски относят скотч, бурбон… — Верно, — Уэйн кивнул и посмотрел на Робин. — Как отличишь, в каком из бокалов скотч, а в каком — бурбон? — Бурбон темнее. — Отлично, вы хотя бы не безнадёжны. — А дегустация будет? — Робин прикусила губу, и Стив прямо заметил, как девушка начала себя винить, что не удержала язык за зубами. — Дорогая, — Уэйн засмеялся. — Когда-нибудь — обязательно. Но пока только лекции от старого деда. — Ты не старый, — Эдди покачал головой. Внимание всех присутствующих привлекло дуновение ветра из открывшейся двери. В следующую секунду в бар вошёл крупный мужчина в тёмном костюме и с продолговатым кейсом чёрного цвета. — Дерек, — Уэйн махнул ему рукой, подзывая к ним. — Знакомься, это наши новые бармены: Робин и Стив. — Приятно познакомиться, — Дерек протянул руку Стиву и приветливо улыбнулся. — Я Дерек. Привет, Эдди, всё-таки решил продолжить семейное дело? — Здравствуй, — Эдди кивнул. — А ты так и продолжишь занимать сцену каждый вечер? — А ты уже собрал группу? Если да, то я уступлю вам место, вдруг новых клиентов Уэйну привлечёшь своими криками. — Это не крики. Это рок. Наблюдая за этой перепалкой, Стив не заметил, как Уэйн вернулся за бар. — Тебе как обычно? — Если нет чего-то новенького, то да, — Дерек сел на барный стул, который раньше занимал Уэйн. — Могу добавить карамельный сироп. — Стив удивлённо посмотрел на Уэйна. Дерек не был похож на мужчину, который стал бы пить алкогольный коктейль с сиропом. — Давай, разнообразим мои серые горькие будни чем-то сладеньким, — он улыбнулся, вытаскивая на барную стойку несколько мелких купюр. — Так, ребятки, сейчас я научу вас варить кофе. Кто-то уже этим занимался? Стив выдохнул, всё это время разговор шёл не об алкоголе. Кофе варить никто, кроме Эдди, не умел, так что мастер-класс от его дяди был весьма полезным. — Не заставляю вас рисовать все эти финтифлюшки на первых порах, просто варите вкусно. А уже потом, если приловчитесь, то будете молодцы, — он поставил чашку с горячим капучино перед Дереком. — Спасибо, это то, что было мне нужно. — А на чём вы играете? — завела разговор Робин, уже отошедшая от своей неожиданной «просьбы» выпить на рабочем месте. — Я — саксофонист. — О, — девушка оживилась. — А я на трубе в школьном оркестре играла. Стив почувствовал себя лишним, когда выяснилось, что и Уэйн умеет играть на фортепиано и что познакомился с Дереком он именно на одном из конкурсов юных дарований ещё в средней школе. Харрингтон был к музыке близок так же, как Робин к рисованию, — то есть совершенно далёк. Воспоминание о том, как Робин однажды рисовала палочных человечков в попытке развеселить его, снова всплыло в сознании, и Стив улыбнулся.

***

Первый рабочий день его вымотал. Но он бы соврал, сказав, что ему не нравится это чувство усталости. Несколько дней стажировки стоили того, чтобы сегодня он чувствовал себя уверенно, предлагая посетителям бара конкретные напитки. Сегодняшнюю смену Стив провёл на пару с Эдди, а следующая должна была быть с Робин. Было приятно и привычно работать с друзьями. Ему это нравилось. Несколько лет подряд они с Робин работали вместе: то в ларьке мороженого, то в прокате фильмов. С Эдди он провёл всё лето, и работать с ним ему тоже нравилось. Было что-то потрясающее в том, как из взбалмошного и с трудом удерживающего язык за зубами человека Эдди превращался в сосредоточенного и ответственного юношу. Да, он всё ещё оставался собой и мог вступить в словесную перепалку с кем-то из старых посетителей бара, но он также оставался вежливым с теми, кого видел впервые или просто не так часто, как тех, с кем мог разговаривать без этой маски. Стив так не умел, по крайней мере, он сам так считал. Он не умел быть собой — в том, чтобы быть вежливым и подстраиваться, проблем не было. Но из-за постоянных рабочих ужинов в родительском доме и в целом из-за необходимости держать себя настоящего под замком даже дома Стиву требовалось много времени, чтобы отпустить себя рядом с кем-то. Ему это не мешало. Наоборот, это была своего рода броня. Пусть иногда и хотелось уметь себя отпускать так же, как это делал Эдди, Стив уже давно смирился со всем этим. После работы он подбросил Эдди домой в трейлерный парк, а сам поехал к себе. Ночные дороги были пустыми. Тихое радио, которое включил Эдди, сменило уже не одну песню к моменту, как Стив подъехал к дому. Свет в окнах не горел, что было ожидаемо — никто из родителей не стал бы ждать его позднего возвращения с работы. Темнота и тишина дома всегда напрягали его. Их дом, пусть и был роскошным и большим, казался безжизненным. Редкие фотографии на стенах, и те не окрашивали атмосферу теплом и уютом. Хотя многие, кто приходил к ним в гости, говорили о том, что тут находиться приятно и успокаивающе. Стив с ними был не согласен. Он прожил тут всю свою жизнь, и единственным его стойким желанием по отношению к этому дому последние пару лет было поскорее отсюда убраться. Накопить денег и купить собственное жилье.

***

Утро вторника началось очень даже удачно: к моменту его пробуждения родители уже уехали на работу. Раньше он часто пересекался с ними по утрам, когда они все вместе завтракали и спешили по делам. Тогда он с Робин работал в кинопрокате. Начинать день с кофе и тишины — было его любимым занятием. Никто не кричал, не спешил и не смотрел недовольно, одним взглядом спрашивая, когда нерадивый сын наконец возьмётся за голову. Сегодня они с Робин спланировали до начала смены сходить прогуляться и поесть чего-нибудь вместе с Викки. Рыжая девушка вызывала у Стива только светлые чувства, скорее больше потому, что Робин рядом с ней, казалось, расцветала. Бакли заслуживала быть счастливой и любимой, и то, что это чувство взаимности и принятия даёт ей девушка с лицом ангела, нравилось Стиву. Глядя на них, внутри зарождалась надежда, что и в его жизни когда-нибудь появится девушка, что ответит взаимностью на его чувства, и с которой они станут самыми счастливыми на этой планете.

***

Его первый выходной день выпал на пятницу. Робин должна была работать в первую смену, а во вторую Эдди выходил вместе с Уэйном. Стив договорился подойти в бар к концу первой смены и посидеть пару часиков, потягивая пиво и слушая джаз. До восьми вечера было ещё уйма времени, и Харингтон решил не терять его зря. Рычаг передач уже несколько дней западал, плохо переключаясь, и вот наконец у Стива появилось время покопаться во всём этом. Он уже сталкивался с подобной проблемой, когда отец только передал ему машину. Потому, оставив машину в гараже, он побрёл пешком в автомагазин. Погода была хорошая. — О, Харингтон, — владелец небольшого магазина запчастей для BMW приветственно ему улыбнулся, когда спустя сорок минут прогулки Стив заглянул к нему. — Что с красоткой случилось в этот раз? — Привет, Джек, мне нужны втулки и пара болтов. Днище снова разболталось, — Стив подошёл к прилавку. — Ох, малышка уже не та… Помню времена, когда твой отец хвастался ею, — он наклонился к коробке, вытаскивая всё, что попросил Стив. — Я так ему завидовал тогда. — Она ещё хоть куда! Вот сейчас подлечу — и будет как новенькая. — Повезло ей с тобой, — Джек пробил товары и упаковал всё в пакет. — Как у тебя дела? — Да вот, в бар устроился. — Это тот, что на углу Центральной? Ни разу там не был… Его же Мэнсоны держат? — Неудивительно, что ты, закоренелый трезвенник, туда не ходил. Но у нас там бывают вечера живой музыки, заглядывай. Я тебе кофе сварю. — О, — он отсчитывает сдачу. — Дженна будет в восторге, может, зайдём в воскресенье. Кстати, — Джек протянул ему мелочь. — Крисси вернулась в город, хочешь зайти на ужин? Поболтаете? — Малышка Крисси? — Стив почти не помнил девочку. Его отец иногда приглашал Джека с женой и дочерью на званые ужины, но девочка чаще всего стеснительно сидела в углу комнаты и читала книги. — Да, она закончила музыкальный пансион в Мичигане. Вот приехала провести время со своими стариками, пока решает, что делать дальше. — Джек любил свою дочь. Это было слышно по тому, как он рассказывал про её достижения, как гордился ею. — Сводил бы ты её куда-нибудь, а то она со своей музыкой совершенно никого себе не найдёт. — Джек, — Стив покачал головой. Он не был настроен на новые знакомства, но отказывать не хотелось, да и что ему сделает парочка прогулок с дочкой приятеля отца? — Приходите в бар все вместе, думаю, Крисси тоже оценит джаз, а там и посмотрим.

***

Полвосьмого Стив припарковался у бара. Джазовая музыка по радио зарядила его позитивом. Он заглушил мотор и вышел из машины, слабо пританцовывая в такт песне, что остаточно звучала в его голове. В баре его уже ждали Робин и Эдди. Мэнсон выглядел подавленно, что-то чиркая в блокноте. Робин в это время занималась стандартным делом бармена — протирала стакан. — Приветик, как смена проходит? — Стив опустился на барный стул возле Эдди. — Всё супер, — Робин подмигнула ему. — А ты чего такой весёлый? — Просто день хороший. Ещё и машину отремонтировал. — Это то, на что ты мне жаловался позавчера? — включился в разговор Эдди. — Ага, про передачи. Я думал, ты меня не слушал… — Тебя попробуй не послушай, — Эдди захлопнул блокнот. — Ты слишком громко говоришь. — Будто ты себя тише ведёшь, когда говоришь о D&D или о музыке, — Стив наблюдает, как Мэнсон захлопывает блокнот и хватается за грудь. — Ты ранишь мои чувства! — О, да брось, — Харингтон улыбается. Такой Эдди ему определённо симпатизирует больше, чем грустный. — Нам предётся развестись, Харингтон. Ты только что оскорбил самое дорогое, что есть в моей жизни, — он всплёскивает руками, а в уголках глаз появляются смешные морщинки. — Ты так-то тоже не особо поддерживаешь мои разговоры о машинах. — Но я тебя слушаю, — Эдди приподнимает брови. — Вот, скажи мне, о чём я тебе рассказывал на прошлой смене? — Я тоже тебя слушаю, — Стив включается в игру, делая свой тон снисходительнее, будто говорит с ребёнком. — Ты говорил о проблемах с поиском… Вот, чёрт, Эдс! — Стив почти подпрыгивает на стуле. Эдди хмурится. — Ты не помнишь, да? — Нет! Чёрт, мне кажется, я могу помочь тебе, — Стив чувствует воодушевление, что буквально покалывает его пальцы рук. — Что? — Группа. Ты говорил, что никто не откликается на объявления. У моего отца есть знакомый, его дочь закончила музыкальный пансионат. — М, — Эдди кривится и машет рукой. — Девчонки не увлекаются тяжёлой музыкой. Тем более такие девчонки, которые вертятся в твоём кругу. — Чем тебя мой круг не устроил? — Боже, — они оба оборачиваются к Робин, которая подала голос. — Вы похожи на старых супругов, вы вообще в курсе, как это выглядит со стороны? — Мы — друзья, — возмущённо вздыхает Стив. — Он не в моём вкусе, — цокает Эдди. — Старые супруги тоже так говорят, — Робин дважды вскинула брови вверх-вниз. — Прекращай, — в голос говорят парни.

***

В воскресенье ближе к шести вечера в баре появилось семейство Каннингем: Джек был одет в непривычные для Стива рубашку и брюки, его жена Дженна — в бордовом платье с закрытыми руками, Крисси рядом с родителями выглядела хорошо и гармонично в своём тёмно-синем. Несмотря на то что, в отличие от родителей, она от природы имела светлые волосы, лицом она была копией матери. — Стив, — Джек подошёл к барной стойке, представил жену и дочь, а потом достал из бумажника пару купюр. — Сделаешь нам три чашки кофе? — Конечно, — Стив забрал купюры. — Вы можете сесть за барную стойку или занять один из свободных столиков, а я принесу вам ваши напитки. — Ты во сколько заканчиваешь? Посидишь с нами? — Дженна улыбалась и с интересом разглядывала интерьер. — Через два часа придут мои сменщики, после я мог бы составить вам компанию. — Отлично, — Джек и Дженна ушли на поиски столика с видом на сцену, где уже обживался Дерек, настраивая микрофон. — Привет, — Крисси осталась у стойки и замялась, обращаясь к нему. — Могу я попросить тебя добавить чего-нибудь в мой кофе? — Привет, — Стив дежурно улыбнулся. — Да, у нас есть молоко, сахар, корица, есть несколько сиропов… — Нет, я не об этом, — её взгляд метнулся к стене алкоголя за спиной Стива. — А-а, — он обернулся. — Думаю, да, я мог бы что-нибудь добавить, но… Твои родители? — Не говори им. Я могу доплатить сколько нужно. Стив слабо кивнул. Крисси его удивила. Она казалась до кончиков волос правильной и явно не создавала впечатление девушки, что в тайне от родителей пьёт алкоголь. Однако Стива это не касалось. Девушка уже была совершеннолетней. И пока Стиву платят за работу, лишние вопросы он предпочитает не задавать. — Спасибо, — Крисси посмотрела, как на дно одной из чашек Стив вылил один шот сливочного ликёра, а потом, слабо улыбнувшись, ушла к родителям. По вечерам воскресенья, пока Уэйн не нашёл ещё одного бармена на замену, именно он выходил в паре с Робин. Стив с Эдди часто недоумевали с того, как хорошо и быстро сработались эти двое. Стив склонялся к тому, что, когда ты взрослый опытный бармен, сработаться с ответственным новичком тебе не составит труда. Вот и сегодня ему на смену пришёл сначала Уэйн, а потом подбежала и Робин. Стив переоделся в подсобке и вышел в зал. Людей заметно прибавилось, через пару минут Дерек должен был начать свой сет, а семья Джека о чём-то тихо переговаривалась. Харингтон подсел к ним, одолжив стул у соседнего столика. За непринуждённой беседой Стив ещё раз выслушал то, как Дженна и Джек гордятся дочерью. Крисси выглядела смущённой повышенным вниманием к себе, но вскоре ушла к бару за ещё одной чашкой кофе. Стив подозревал, что от кофе в этот раз там останется одно лишь предназначение чашки. Дерек прокашлялся, привлекая к себе внимание, пару раз стукнул по микрофону и поклонился. — Добрый вечер, дорогие гости, сегодня я хотел бы познакомить вас с несколькими новыми композициями. Если у вас появится желание присоединиться ко мне, поддержав музыку своими танцами, не стесняйтесь. Лучшая награда для меня — ваши улыбки и весёлые танцы. Спустя ещё полминуты музыка наполнила пространство. Дженна пыталась усидеть примерно секунды три, потом Джек подхватил её под руку и повёл в центр свободной площадки, где уже было несколько человек, что в такт музыке двигали телами. Стив дождался Крисси, девушка устало села за столик. — У тебя что-то случилось? — Стив не особо хотел лезть в её душу, но сидеть в неловком молчании хотелось ещё меньше. Да и наличие в чашке Крисси неизвестной порции алкоголя подогревало интерес Стива. Может, он и судил по себе, но какой счастливый человек втихую от родителей станет напиваться в баре? Крисси посмотрела на него исподлобья, делая глоток напитка. Она метнула быстрый взгляд в сторону родителей, что всё ещё двигались в ритмичном танце. Джек кружил Дженну, а та заливалась смехом. Им явно было сейчас не до молодых людей, сидящих за столиком. — Не то что бы. Просто ужасная неделя. Стив понимающе кивнул, а Крисси продолжила: — Я вернулась не потому, что хочу отдохнуть от учёбы и поразмышлять о будущем, — вздохнула она, противореча рассказам родителей о её планах. — А зачем? — Харингтон придвинулся на стуле чуть ближе к ней, чтобы лучше слышать её тихий рассказ. — После выпуска я отправилась в путешествие по штатам с... — она немного замялась. — С друзьями. Всё прошло не так, как я планировала. Так что и все мои планы на жизнь после выпускного полетели к чёрту. Я не знаю, что делать… — Не знаю, прислушаешься ли ты к моему совету. Но алкоголь — не решение проблем. — Я знаю. Но я так устала от этих постоянных мыслей… Ещё несколько минут они просидели в тишине. Стив вернул своё внимание к сцене, где Дерек заканчивал вторую композицию и переходил к короткой части диалога со слушателями. Через час Джек и Дженна решили, что уже поздно и пора закругляться. Они предложили Стиву и Крисси посидеть ещё недолго наедине, но девушка быстро встала, попрощавшись с Харингтоном, и вышла из бара раньше своих родителей.