Ты останешься со мной?

Прелестная брюнетка с игривыми голубыми глазами тёплым вечером шла по улицам города Нью-Йорка. Её походка была легка и грациозна, как у кошки. На первый взгляд, она казалась милой, невинной и беспомощной дамой. Во всяком случае, таковой её видело большинство людей, а в особенности–мужчины. Эти создания вызывали у неё отвращение своим самолюбием, высокомерием и раздутым эго, которое вечно над было удовлетворять. Понятное дело, что не все они были такими, но по её наблюдением, большая их часть именно такая. Несмотря на неприязнь и отвращение она продолжала год за годом работать на них, так как просто не было другого выхода. В сфере, где работала девушка, основными заказчиками были как раз мужчины. Дороти Андервуд, бывшая шпионка советской организации Левиафан, после неудачно выполненной операции не решилась вернуться обратно в Советский Союз, потому что прекрасно понимала, что за совершённую ею неудачу она просто так не отделается. Она решила на какое-то время остаться в США и работать наёмной убийцей. Так было разумней всего. Впрочем, была и другая причина, по которой она решила остаться в этой, по её мнению, гниющей стране. Дотти зашла в какой-то совершенно непримечательный отель на окраине города–так меньше шансов попасться на глаза. Девушка мило улыбалась женщине на ресепшене и другим людям, встречавшимся ей в коридоре, и дошла до своего номера, который находился в самом конце. Дотти открыла дверь в очередной новый номер–она меняла место жительство каждую неделю. Всё могло стать для неё пристанищем, но ничего она бы не могла назвать домом–местом, где ты по праву можешь поселиться и никто не будет тебя разыскивать. Время от времени ей приходила такая мысль, что ей бы хотелось этого, но она тут же ускользала в потоке уйма других, более важных и полезных. К тому же, ей просто нет смысла где-то останавливаться. Её никто не ждёт и не держит на месте. Не создать воспоминаний, которые привязывают сентиментальных людей к какому-то уголку. Просто глупо, не так ведь? Номер наёмницы был таким же непримечательный, как и выбранный ею отель. В нём стояло два стула со столом и небольшая одноместная кровать. Дотти развалилась на кровати и уставилась в потолок безразличным и уставшим взглядом, рассматривая от скуки паутину и паучка, который поймал в свои сети глупую муху и вот-вот собирался покончить с ней. Естественный процесс жизни. Ты либо убьёшь, либо умрёшь. Так её научили. Этому принципу она оставалась верна до сих пор. Нужно было как-то выживать и добывать деньги. Пролежав так некоторое время, Дотти наконец уселась на кровати и достала из сумки недавно купленную вещь. Коричневый дневник с аккуратным переплётом. Дотти усмехнулась и швырнула его на пол. Смешно. И почему ей в голову пришло купить дневник? Пустая трата времени и денег. Однако, поразмыслив минуту другую, она подняла вещь с пола, уселась за стол, раскрыла его и начала писать элегантным мелким почерком. На бумаге были запечатлены мысли, кружившиеся в её голове долгие годы и выливавшиеся бурным потоком. Она была в отчаянии. Дотти хотела обратной связи. Ей нужен был собеседник. 8 мая 1948 года Я люблю Пегги Картер. Я каждый день о ней думаю. Я хочу находится рядом с ней. Я никогда в жизни никого не боялась, за исключением, наверно, той психопатки Уитни Фрост с её неземными способностями, но теперь я боюсь своих собственных мыслей о ней. Я становлюсь слишком мягкой. Я безжалостная убийца и не могу совладать со своей головой. Но Пегги так восхитительна. Не похожа на остальных. Почему она позволяет этим назойливым мужчинам находится рядом с ней? Они ведь как мухи. Если они рядом, их следует поймать, унизить, показать им своё жалкое существование и убить. Нет, она крутит роман сначала с тем доктором, а потом с шефом. Мне надоело. Надоело. Я хочу убить каждого, кто смеет находиться рядом с ней. Как хорошо, что ни с одним, ни с другим отношения в итоге не продлились долго. Сегодня прошло ровно два года с того дня, как я раскрыла свою личность перед ней. Я её поцеловала. Интересно, что она чувствовала в этот момент? Смятение? Наверняка. Предательство? Несомненно. Но нравилось ей это в том плане, в котором нравится мне? Ведь мы неплохо ладили до того момента, как мне приказали её убить. Она причина, по которой я не могу просто вернутся обратно и жить как прежде. Как я это ненавижу. Я ненавижу Пегги Картер. Я её люблю, но одновременно ненавижу. Я хочу её убить, но не смогла сделать это тогда и вряд ли сделаю сейчас. Мне не составит труда выследить её и прокрасться ночью к ней в спальню. Я постоянно за ней слежу, если мне удаётся выкроить немного свободного времени. Она мило спит в своей кровати с огнестрельным оружием в обнимку. Впервые в жизни я не смогла сделать то, что нужно. Я ведь была лучшей.. но теперь просто размазня. Кураторы не выбили из меня всю дурь. Один изъян они просто не заметили или считали, что побороли его и он никогда больше не даст о себе знать? Я без труда убила подругу. Я уже даже не помню её имени. А её не смогла… Что в этом такого трудного? Дотти остановилась. Она устала. Мысли продолжали кружить вихрем в переутомлённой голове. День выдался тяжёлым. Жертва клиента оказала немалое сопротивление, и Дотти немного задержалась. «Теряю хватку,—подумала она про себя уже в который раз,—зато завтра я свободна». Дотти было необходимо доказать самой себе, что она чего-то стоит. Всё должно было быть идеально. Если ты не совершенен, тогда ты жалок. Все вокруг были в её глазах жалкими, кроме Пегги. Дотти признала её себе равной. Она единственная, кого она не смогла убрать со своего пути. Но может совершенство не так уж и важно? Образ независимой женщины вертелся у неё перед глазами довольно часто, а во снах появлялся ещё чаще. Дотти не могла отделаться от мыслей о ней и ненавидела себя за это. Она снова взяла в руку ручку и продолжила писать. Ревность съедает меня изнутри. Мне надоело столько времени наблюдать за ней со стороны. Я оставляла пару записок в её комнате, где просила её прийти в какое-то место одной. Но она обязательно тайком, видимо, для подстраховки тащила с собой кого-нибудь на нашу личную встречу: то шефа, то Дживса, думая, что я не замечу их. Невозможно, что бы она считала меня настолько глупой. Она боится идти ко мне одной. Всё не решается. Тем не менее она не игнорировала мои сообщения и всегда приходила. Всё-таки я до сих пор одна из разыскиваемых ими лиц, хотя СНР, кажется, уже потеряло всякую надежду на мою поимку, ведь я всегда ускользаю и ловко прячусь. Каждая такая встреча, даже с человеком в засаде, была великолепной. Мне безумно нравится смотреть в её карие глаза. В них видны опасение и интерес. Они горят желанием меня поймать. Пегги боится, но всё равно идёт за мной. Я думаю, стоит снова дать о себе знать. Завтра 9 мая. День Победы. Особенный день… Может быть вернуть ей ту помаду?

***

Пегги Картер возвращалась сегодня позднее обычного. Ночь давно наступила. Было новолуние. Звёзды слабо светились на бескрайнем, безоблачном небе. Пегги решила поехать в резиденцию Говарда и позвонила мистеру Джарвису, чтобы тот её забрал. Ночь была тёплой и спокойной, хотя её что-то тревожило. Завтра выходной для обычных граждан, но не для сотрудников тайных служб, в том числе и СНР. Каждый год надо останавливать каких-нибудь шпионов, стремящихся испортить День Победы и снова развязать войну. Ей тоже хотелось беззаботно провести этот день. С другой стороны, работа не даст ей возможности отвлекаться на чувства, на недавнее расставание с Дэниелом, на постоянно меняющееся настроение, из-за которого она потеряла прежний интерес к работе, а самое главное—на неё. На Дотти. Советская шпионка ассоциировалась у неё с этим днём. Два года назад Пегги с командой остановили её и Фенхоффа в попытке распылить газ над городом. В тот день она выкинула Дотти из окна, но та всё равно умудрилась сбежать. Пегги была поражена и навсегда запомнила, что от Дотти избавиться трудно. Она была достойной соперницей. Дотти вызывала в Пегги интерес, приносила какое-то разнообразие в жизнь. Она была непредсказуемой, в этих игривых глазах были уверенность и азарт, которые так и манили. Запретный плод сладок. Хотелось попробовать, но моральные рамки, поставленные самой же Пегги, возвращали с небес на землю, напоминая, что с ней лучше не связываться. Через 15 минут дворецкий подъехал к зданию СНР. —Добрый вечер, мисс Картер,—любезно поприветствовал Джарвис. —Скорее ночь, уже 10 минут второго,—заметила Пегги, открыв дверь и усевшись в машину. —Тоже верно. Как прошёл день? —Ничего особенного, обычная бумажная волокита. В последнее время всё тихо. Это хорошо, но скучно. —Да, вы человек действия. Завтра, возможно, вы не заскучаете,—предположил дворецкий.—Завтра праздник. Улицы будут переполнены, а кто-то опять попытается что-то выкинуть, так что не заскучаете. —Может и так,—неохотно согласилась Пегги, облокотившись на руку и смотря в окно на улицы города, которые не особо пустовали. Ехать было недолго. Несмотря на то что Пегги целый день безвылазно просидела в офисе, она сильно устала. Трудно сидеть и ждать чего-то без дела. Во всяком случае ей. Они доехали до резиденции. Пегги быстро поспешила внутрь дома. Пройдя знакомые коридоры с портретами Говарда Старка, она зашла в свою комнату, бросила сумку на стол и плюхнулась на кровать. Состояние было уставшим, но спать почему-то не очень хотелось. Пегги уселась и заметила аккуратно сложенный маленький конверт на подушке. На нём лежала красная хризантема. Девушка невольно расплылась в улыбке. Это мог оставить только один человек. Тот человек, который мог заинтриговать её лучше всех. Давно не было от неё вестей. Но Пегги тут же приняла серьёзный вид, ведь Дотти всё-таки Дотти. Она раскрыла конверт и взглянула на его содержимое. «Привет, Пегс. Соскучилась? Ты знаешь какой завтра день. Приходи к Манхэттенскому мосту в 12. На этот раз я не собираюсь устраивать террор на праздник. Но, увы, я кажется стащила пару вещичек из твоего гардероба, может ты хочешь их вернуть? Возьми отгул на пару дней. И на этот раз можно без сопровождающих? Я думаю, что ты достаточно большая и умная девочка, чтобы дойти куда надо самой. Считай, что это свидание, а не попытка тебя убить. Целую, твоя Дотти<3 P. S. Посмотри под подушку». В записке Дотти оставила след от поцелуя. Пегги посмотрела под подушку и увидела помаду «Sweet Dreams». —Это та самая? Она всё это время её хранила?—прошептала удивлённая Пегги, взяв в руки оставленную вещь. Она открыла помаду и понюхала. Запах точно тот же.—А след? Он оставлен той же помадой? Кажется да. Пегги сидела некоторое время, не отрывая глаз от текста, перечитывая его снова и снова. «Считай, что это свидание»? Она не могла поверить в написанное. Но она и цветок оставила. До этого такого не было… Да и помаду вернула спустя два года. Потом Пегги открыла свой шкаф, чтобы понять какие вещи Дотти взяла с собой. Пропал её фирменный тёмно-синий костюм и юбка вместе с красной шляпкой. «Она серьёзно? Решила снова прикинуться мной?»—недоумевала Пегги.—А это ещё что? Ещё записка? Небольшой клочок бумаги лежал на её бордовом платье. В записке было написано: «Надень это платье. Оно мне нравится больше всего. И помни: ты идёшь одна. В противном случае я действительно испорчу всем день. Это не угроза, а предупреждение. До встречи». «Неужто Дотти думает, что я так просто возьму и приду? Она настолько в этом уверена?»—спрашивала себя Пегги. Самое страшное то, что она была готова пойти. Это было что-то новое. Пегги не ожидала, что под определением «что-то новенькое» будет именно это, но она была не против. Она почему-то доверяла Дотти. Агент Картер прекрасно осознавала, что играет с огнём и ходит по тонкому льду, общаясь с ней, но ей нравился этот адреналин. Она поняла, чего ей так не хватало, отчего было грустно и тяжело на душе. Ей нужно было общение с Дотти, её колкие шутки и эти ощущения бабочек в животе при виде неё. Она стоит того, чтобы рискнуть.

***

Оставалось ещё полчаса до двенадцати, но Пегги уже подходила к месту встречи. Любопытство съедало её изнутри. Ей хотелось поскорее увидеть, что выйдет из этой встречи. Может Дотти тоже невтерпёж и она пришла раньше? И с какой стороны её ждать? Непонятно. Но на это и был расчёт Дотти. Держать англичанку в неведении, чтобы она гадала о её появлении, было очень весело для неё. К сожалению Пегги, Дотти не спешила прийти раньше и ей пришлось мучиться в ожидании. Она посмотрела на часы: 12:03. Дотти опаздывает. Всего три минуты, но Пегги начала суетиться. Она ходила взад и вперёд, прикидывая разные сценарии. А вдруг она её обманула и это лишь маневр, чтобы отвлечь Пегги и она бы не смогла помочь коллегам из СНР? В конце концов, никто, кроме неё, не мог одолеть Дотти. 12:05. Всё ещё не идёт. Мысль о таком обмане была для Пегги ужасающей. «Она специально опаздывает, чтобы меня позлить»,—подумала англичанка. Утешением стал великолепный вид, открывающийся с Манхэттенского моста. Он её немного успокаивал. —Заждалась меня, красавица?—раздался голос шпионки из-за спины. Мурашки пробежали по коже Пегги от неожиданного появления, которое вытянуло её из раздумий. —А ты специально опаздываешь, чтобы меня позлить, да?—огрызнулась Пегги, развернувшись к ней лицом. Девушка перед ней была одета в те вещи, которые она позаимствовала. —Я всего лишь проверяла привела ты кого-то с собой или нет. Осторожность не бывает лишней, ты же знаешь,—оправдалась Дотти, ухмыльнувшись.—На этот раз ты оказалась послушней и сделала всё так, как я сказала. Как тебе мой подарок? Неожиданно, не правда ведь? —Ты имеешь ввиду помаду и цветок? Почему ты вдруг решила вернуть мне её? С чего такая щедрость? —Чтобы ты спокойно себя чувствовала рядом со мной и не отскакивала, когда я буду к тебе близко подходить,—пролепетала Дотти и подошла ближе.—А ты ей же случайно не накрасилась сегодня? —Нет, я взяла другую, чего ты так близко подошла?—Пегги сделала шаг назад. —У той помады специфический запах. Захотелось проверить, ты же любишь меня обманывать,—ответила Дотти, демонстративно надув губу. Пегги лишь закатила глаза. —И куда предлагаешь идти? Ты действительно позвала меня просто прогуляться? Может всё-таки хочешь поделиться какой-то важной информацией? —Это что, допрос? —Возможно. —Я не буду отвечать, если не захочу. Тебе это прекрасно известно. Но я в хорошем настроении и отвечу на первые два. Да, я позвала тебя на свидание и предлагаю прогуляться по этому прекрасному мосту в сторону Манхэттена подальше от забот этого города. Чтобы тебя ничего не отвлекало. Ну как, идём?—Дотти улыбнулась и протянула руку. Пегги колебалась. —Ну же, Пегги, ты что стесняешься?—сказала она и взяла её под руку.—Пошли. Некоторое время они шли в молчании. В основном, Пегги была той, кто начинала диалог и задавала вопросы, но сейчас она молчала. Дотти просто спокойно ждала, когда она заговорит, время от времени посматривая на свою спутницу. Та часто отводила взгляд куда-то в сторону. Дотти могла бы поклясться, что Пегги покраснела. —И что мы будем просто гулять?—наконец спросила англичанка. —Да, тебя это смущает? —Не верится, что всё так спокойно. До сегодняшнего дня наши отношения строились на том, что мы друг за другом бегали, дрались и всё такое,—неуверенно ответила Пегги, пожимая плечами. —Хочешь побегать? Это можно устроить, если хочешь,—усмехнулась Дотти.—Хоть сейчас. —Мне что-то не охота сейчас бегать в платье по людному мосту. —Тогда придётся поверить, что мы друг за другом не бегаем. Можем подраться. Я вполне могу сбросить тебя с этого моста,—зловеще прошептала Дотти на ухо. —Нет, спасибо. —Как хочешь,—игриво сказала Дотти. Её голос от зловещего превратился в ласковый.—Лишаешь себя веселья. «Упасть с моста—это весело?» —Ну да, конечно. Ты когда-то падала с моста? —Было дело. На войне всякое случается,—ответила шпионка загадочным голосом. —Хочешь сказать, тебе понравилось? —Всё возможно, тебе так интересно? —Вообще-то нет, просто спросила. —Интересуешься такими вещами от скуки? Агент Картер, как можно быть такой нетактичной,—наигранно сказала Дотти. —На то, что меня действительно интересует насчёт тебя, ты отвечать не захочешь. Остаётся говорить какая сегодня хорошая погода, какой прекрасный день и интересоваться насчёт того, что ты испытывала, падая с моста. Что ещё сказать? —А ты рассчитывала, что я тебе всю мою биография изложу? —Такой вид романтичный, может быть тебе захочется пооткровенничать, всякое возможно. —Вид и вправду красив, но не настолько, чтобы расчувствоваться. —Ну тебя ничего не может за душу тронуть, я поняла,—заметила Пегги. —Может и так,—согласилась Дотти.—Но также может и не всё для тебя потеряно. Я не такое уж и чудовище, чтобы полностью проигнорировать твои вопросы и оставлять тебя в неведение. —Да ты что?—воскликнула Пегги, выгнув бровь.—Тогда… как тебя по-настоящему зовут? —Имей ввиду, что я не буду отвечать на все,—заметила шпионка.—Я не знаю, у меня нет имени. Был только номер, потом я была Идой Эмке, а сейчас я Дороти Андервуд. Поскольку ты меня так называешь, я предпочту продолжать ходить под этим именем. Голос Дотти по-прежнему был очень ласковым и милым. Это немного смущало Пегги и она невольно покраснела. —Что ж, понятно. А ты собираешься отдать мне мой костюм и шляпу? —Я подумаю. Если будешь хорошей девочкой, то отдам. Мне нравится примерять на себе твой образ. Хочу понять: каково это быть такой занудой? Пегги снова закатила глаза и вздохнула. Вещи назад она видимо не получит. —Какой твой любимый цвет? Хотя дай угадаю—красный? —Ты очень догадливая, Пегги. Я поражена,—Пегги слегка толкнула её рукой в бок. —На скольких языках ты говоришь? —Дай посчитаю,—Дотти на секунду задумалась, вспоминая примерное количество,—шесть, не считая родного. Дюжину других я понимаю. —Понятно, а.. —Всё, Пегс,—перебила её Дотти,—я думаю моя очередь. А то всё я да я, нечестно, тебе так не кажется? —Ладно, если хочешь,—неохотно согласилась Пегги. Дотти наверняка будет задавать какие-то провокационные вопросы на щекотливые темы, на которые ей будет трудно ответить не столько потому, что не может, сколько потому, что будет смущаться их постановкой, краснеть от флирта и от этого чувствовать себя неуверенно перед Дотти. Хуже того, Дотти это сразу увидит и будет продолжать ещё больше. —Тебе нравится прогулка со мной? —Я ещё не решила,—неуверенно ответила она. Хотя она всё же не могла не признать, что ей нравится такая спокойная обстановка. Это было что-то новое в их отношениях. —Пегги, я с тобой была честна, а ты со мной нет, не пытайся мне соврать,—сказала Дотти, прижавшись к Пегги чуть ближе. —Ладно, нравится наверно. Это что-то новое для меня. Не каждый день дружески гуляешь рука об руку с наёмницей из СССР, которая многократно пыталась тебя убить. —Всего один раз. Остальные разы были просто потому что пришлось,—поправила её Дотти. —Ну конечно. Хочешь сказать, что ты случайно оказалась тогда на одном из моих заданий и помешала мне его выполнить? —У нас была одна цель, что я могла сделать? Мне сказали убить—я и убила, а ты пыталась спасти жертву от меня и повезти в СНР на бесполезные допросы. Согласись, я облегчила ему страдания. Пегги пожала плечами. —Но меня ты при этом не убила, хотя вполне могла. Почему? —Ты не была моей целью, тебя было достаточно вывести из строя. —А в первый раз? Дотти немного помолчала. Она еле-еле приняла правду, но как будто бы ещё не могла говорить о ней так же просто, как о чём-нибудь другом. —Не успела. Надо было сделать всё по-тихому. Люблю обращать оружие противника против него самого. —Что ж, имеет место быть,—Пегги хотела услышать другой ответ, но она вряд ли когда-нибудь его услышит. —Тебя так удивляет, что ты ещё жива? Считаешь меня непобедимой? —Ну знаешь ли, большинство моих коллег тебе не ровня, ты достойная соперница. —Это похвала? Ну надо же. Но сейчас считай, что мы просто подруги, а не соперницы. —Трудно представить. —Почему? От ненависти до любви один шаг,—заметила Дотти, скорчив гримасу. Пегги снова замялась. И что она имеет ввиду? Она к чему-то клонит или нет? —Это ты со мной подружиться хочешь или что? —Всё бывает, ты против? —Ну.. э..,—Пегги не знала что сказать,—это опасная затея. —Ты же любишь опасности? Борьбу? Я подхожу. Дружу я точно также, как веду себя с врагами. —Как-то не верится. —Тем не менее ты всегда приходишь, когда я оставляю тебе записки. —Это шанс тебя поймать. —Именно, тебе это разве не нравится? От тебя весело убегать. Правда было бы лучше, если бы ты не звала с собой своих дружков. Боишься меня? Тогда почему спокойно идёшь со мной? —Твои записки раньше меня находил либо Дэниел, когда мы были вместе, либо мистер Джарвис, когда убирал мою комнату. Разумеется, что мы решали тебя поймать. Они меня бы всё равно не отпустили одной. Не повезло в общем. —Да ну, значит они читали мои записки, адресованные тебе?—удивилась Дотти.—Называете меня плохой, хотя сами читают чужие записки,—она всплеснула руками. —Ты разыскиваемая преступница, неудивительно,—заметила Пегги. —С кем не бывает, работа у меня такая,—парировала Дотти и отпустила руку Пегги.—Мы кстати почти дошли до конца моста. —И впрямь,—подтвердила Пегги.—Как-то быстро. —Давай пойдём туда,—предложила Дотти, указав куда-то влево.—Пойдём куда глаза глядят. —Ладно, как скажешь,—согласилась Пегги.—Теперь могу я задать вопрос? —Пока я задавала тебе вопросы, ты задавала встречные. Не много ли? —Ну уж извини за то, что я не упускаю возможности узнать больше о разыскиваемой преступнице и что-то уточняю. Ты говоришь мне быть с тобой честной, не так ведь? Так и ты будь со мной честна. На улице было много людей с счастливыми улыбками на лице. Толпа на пару секунд разделила девушек, но они снова соединились. —Если бы никто из твоих дружков не увидел записки раньше тебя, то ты бы пришла одна?—вдруг спросила Дотти. —Да, я бы и одна справилась с тобой. —Пегги, Пегги,—вздохнула шпионка,—всё также пытаешься казаться уверенной. Дотти снова взяла Пегги за руку, вложив в это, казалось бы, незначительное действие что-то интимное. Пегги слегка вздрогнула и посмотрела на Дотти зачарованными глазами. Та ответила на её взгляд своей фирменной ухмылкой, которую она использовала на все случаи жизни. Зачастую она раздражала и так и хотелось стереть её с этого прекрасного лица, но сейчас она не вызывала каких-то негативных эмоций. Пегги стало немного спокойнее. Такое чувство, будто знаешь этого человека целую вечность. Они отошли в сторону. —Дальше мы поедем на машине,—сказала Дотти. —В смысле? Куда это мы поедем? —Подальше от суеты. —Ты думаешь, что я тебе просто так доверюсь? —Я не думаю, а знаю. Поправь меня, если я не права,—сказала Дотти, с вызовом посмотрев девушке в упор. Пегги долго смотрела в манящие голубые глаза и не находила слов. Как только она собиралась что-то ответить, Дотти притянула её к себе для поцелуя. Пегги ответила, но вдруг в глазах резко потемнело.—Молчание–знак согласия. —Когда ты успела?—прошептала Пегги, пытаясь устоять на ногах, пока голова её кружилась. Через пару секунд она отключилась. Дотти поймала потерявшую сознание девушку, дотащила её до машины и осторожно положила внутрь. Прохожие на улице не особо обращали на неё внимание, к тому же у шпионки наготове всегда были более менее убедительные оправдания. История опять повторяется.