Опасный Профессор из Азкабана (18+)

— ​Хе… ​да… ​как ​же ​смешно… ​Я ​создал ​легендарную ​палочку, ​которую ​сам ​не ​могу ​использовать… ​НО ​ТЫ! ​ ​Чёрные ​жилы ​уже ​добрались ​до ​его ​горла, ​и ​дряхлое ​тело ​стремительно ​разъедалось ​мощным ​проклятием. ​ ​Он ​судорожно ​заёрзал, ​вытащил ​хрустальный ​флакон ​и ​при ​них ​собрал ​одну ​мутную ​слезу. ​ ​— ​ТЫ! ​Возьми ​это… ​все ​мои ​умения, ​все ​исследования… ​всё ​твоё… ​ ​Сагрес ​и ​Найтингейл ​смотрели ​на ​него ​спокойно, ​не ​делая ​ни ​шага ​навстречу. ​ ​— ​Пожалуйста… ​помогите ​мне… ​даже ​если ​это ​будет ​кто ​угодно… ​лишь ​бы ​традиция ​не ​оборвалась… ​ ​Сагрес ​наконец ​медленно ​кивнул, ​протянул ​руку ​и ​взял ​крошечный ​флакон, ​впервые ​признал: ​ ​— ​Действительно, ​это ​великое ​искусство… ​оно ​не ​должно ​погибнуть ​вместе ​с ​тобой ​в ​этих ​тёмных ​руинах. ​ ​— ​Ха… ​вот ​как… ​ ​Чёрные ​прожилки ​уже ​проступили ​на ​лице ​старика. ​ ​Стиснув ​зубы ​от ​боли, ​он ​указал ​на ​палочку ​из ​древесины ​Вечной ​Цветущей, ​что ​держал ​Сагрес. ​ ​— ​Последняя ​просьба… ​убей ​меня ​этой ​палочкой… ​своим ​прекрасным ​пламенем… ​ ​Сагрес ​не ​ответил. ​Видя ​его ​молчание, ​старик ​с ​искренностью, ​рождавшейся ​из ​глубины ​души, ​продолжил: ​ ​— ​Я ​прожил ​сто ​тридцать ​один ​год… ​под ​моей ​палочкой ​пали ​бессчётные ​люди… ​без ​сомнения… ​я ​подлец, ​конченый ​мерзавец… ​но ​ради ​этих ​палочек… ​прошу, ​исполни ​мою ​последнюю ​малую ​просьбу… ​ ​Сагрес ​наконец ​медленно ​поднял ​палочку ​и ​направил ​её ​в ​грудь ​старика. ​ ​Белое ​пламя ​разгорелось ​на ​кончике, ​мгновенно ​поглотив ​Эриуса ​целиком. ​ ​Затем ​Сагрес ​молча ​взмахнул ​палочкой, ​и ​в ​земле ​тут ​же ​образовалась ​небольшая ​яма. ​ ​Найтингейл ​бросила ​туда ​несколько ​горстей ​пепла, ​а ​вместе ​с ​ними ​— ​палочку, ​которой ​пользовался ​Эриус, ​и ​засыпала ​всё ​землёй. ​Сагрес ​вызвал ​каменную ​плиту, ​поставив ​её ​как ​надгробие. ​ ​Найтингейл ​начертала ​на ​ней ​слова ​своей ​палочкой: ​Могила ​злого ​человека, ​Конец ​легендарного ​мастера ​палочек, ​Путник, ​Не ​смей ​по ​жадности ​забирать ​палочку ​Филка ​Эриуса, ​созданную ​кровью ​и ​костями, ​Иначе ​навлечёшь ​на ​себя ​лютую ​кару! ​ ​Когда ​всё ​было ​завершено, ​она ​выпрямилась ​и ​обменялась ​взглядом ​с ​Сагресом. ​ ​— ​Значит… ​мы ​достигли ​своей ​цели? ​ ​— ​Думаю, ​да… ​ ​Сагрес ​медленно ​окинул ​взглядом ​окрестности ​— ​он ​давно ​уже ​понял. ​ ​Это ​было ​то ​самое ​место, ​о ​котором ​говорилось ​в ​пророчестве. ​ ​Скрытая ​дверь ​на ​севере ​хранила ​истинную ​цель ​их ​путешествия ​— ​редкие ​материалы ​для ​создания ​палочек. ​Но ​теперь ​в ​них ​не ​было ​нужды. ​ ​Сагрес ​убрал ​палочку ​из ​Вечной ​Цветущей, ​затем ​протянул ​Найтингейл ​палочку ​из ​двойной ​вишни. ​Две ​другие ​незавершённые ​палочки ​также ​получили ​своих ​хозяев. ​ ​Всё ​было ​окончено. ​Настало ​время ​возвращаться ​в ​Хогвартс… ​... ​Прежде ​чем ​уйти, ​Сагрес ​и ​Найтингейл ​коротко ​исследовали ​руины. ​ ​Место ​явно ​дышало ​древностью; ​высокие ​сапоги ​Найтингейл ​скрипели ​по ​каменным ​плитам, ​покрытым ​лишайником, ​а ​мягкий ​свет ​её ​палочки ​вспугнул ​стаю ​спящих ​Жукоперьевых ​Бронзовых. ​ ​Эти ​крошечные, ​с ​палец ​размером, ​магические ​существа ​расправили ​крылья, ​прочерчивая ​в ​сыром ​воздухе ​едва ​заметные ​зелёные ​следы, ​словно ​метеоры ​в ​ночном ​небе. ​ ​— ​По ​архитектуре ​можно ​судить, ​что ​место ​относится ​к ​эпохе ​Тюдоров, ​— ​Найтингейл ​провела ​рукой ​по ​рельефу ​на ​каменной ​двери, ​где ​из ​глазниц ​выползали ​золотистые ​побеги ​папоротника. ​— ​Изначально ​здесь ​выращивали ​магические ​растения. ​Эриус ​почти ​не ​тронул ​эти ​тринадцатого ​века ​образцы, ​когда ​перестраивал ​зал. ​ ​Сагрес ​осторожно ​срезал ​висящее ​под ​аркой ​тёмно-красное ​растение, ​искусно ​обойдя ​его ​колючие ​отростки. ​ ​— ​Забери, ​что ​нужно, ​остальное ​оставим ​здесь. ​Я ​оставлю ​постоянный ​Портключ, ​чтобы ​ты ​могла ​возвращаться, ​— ​сказал ​он. ​ ​Найтингейл ​молча ​кивнула, ​её ​стеклянный ​флакон ​уже ​парил ​рядом, ​а ​деревянная ​ложка ​из ​тиса ​на ​пробке ​автоматически ​собирала ​редкие ​образцы. ​ ​Эти ​руины, ​дожившие ​с ​эпохи ​Тюдоров, ​хранили ​множество ​редчайших ​видов. ​ ​Они ​даже ​нашли ​два ​растения, ​которые ​Министерство ​Магии ​давно ​считало ​функционально ​вымершими. ​ ​От ​этого ​открытия ​глаза ​Найтингейл ​засияли. ​Ведь ​её ​участие ​в ​отряде ​Бронзовое ​Перо ​объяснялось ​вовсе ​не ​силой ​в ​боевой ​магии, ​а ​её ​способностью ​варить ​более ​десяти ​сложнейших ​зелий ​— ​редкий ​талант ​для ​молодой ​мастерицы. ​ ​— ​Я ​вернусь ​прямо ​в ​Хогвартс, ​— ​сказал ​Сагрес, ​передавая ​две ​незавершённые ​палочки. ​— ​Кроме ​заданий ​Бронзового ​Пера, ​вряд ​ли ​куда-то ​выберусь. ​ ​Найтингейл ​кивнула, ​принимая ​палочки, ​затем, ​чуть ​запнувшись, ​проговорила: ​ ​— ​Сагрес… ​ ​— ​Что, ​Вейлисс? ​ ​— ​В ​следующем ​июле ​я… ​собираюсь ​принять ​предложение ​о ​преподавании ​в ​Бобатоне… ​ ​— ​Что ​Максима ​поручила ​тебе ​вести? ​ ​— ​Зельеварение. ​ ​— ​Это ​действительно ​то, ​в ​чём ​ты ​сильна, ​— ​Сагрес ​серьёзно ​кивнул. ​— ​Но ​у ​меня ​есть ​предложение. ​ ​— ​Какое? ​ ​— ​Надень ​вуаль ​— ​иначе ​твои ​ученики ​вообще ​ничему ​не ​научатся! ​ ​— ​Пф-ф~! ​Я ​серьёзно ​подумаю ​об ​этом. ​— ​Найтингейл ​рассмеялась, ​и ​светящиеся ​в ​темноте ​папоротники, ​укрывшие ​потолок ​древних ​руин, ​вдруг ​мигнули ​все ​разом, ​будто ​подмигнули ​ей. ​ ​— ​Применяй ​Ледяную ​Магию ​хотя ​бы ​три ​раза ​в ​неделю ​— ​это ​сильно ​поможет ​подавить ​кровь ​вейлы, ​что ​течёт ​в ​твоих ​жилах... ​— ​Сагрес ​слегка ​коснулся ​своим ​жезлом ​драконьей ​сумки ​на ​поясе. ​— ​И... ​не ​забудь ​напомнить ​им ​о ​незавершённых ​шагах, ​когда ​будешь ​передавать ​палочки... ​ ​Затем ​он ​сорвал ​светящуюся ​розу. ​Её ​лепестки ​моментально ​затвердели ​под ​кончиком ​жезла, ​превращаясь ​в ​вечно ​свежий ​брошь. ​ ​— ​Это ​Портключ... ​ ​— ​Ах, ​как ​можно ​так ​запросто ​дарить ​даме ​розу? ​— ​с ​лукавой ​усмешкой ​протянула ​Найтингейл, ​уголки ​её ​губ ​взметнулись ​вверх. ​— ​Ты ​стал ​уж ​чересчур ​мягким ​в ​последнее ​время, ​мистер ​Гринграсс. ​ ​— ​В ​самом ​деле... ​быть ​может, ​я ​поддался ​твоему ​обаянию? ​ ​— ​Теперь ​я ​подозреваю, ​что ​случайно ​подмешала ​Амортенцию ​в ​тот ​Феликс ​Фелицис, ​что ​дала ​тебе. ​— ​Найтингейл ​многозначительно ​подмигнула. ​ ​— ​Это ​было ​бы ​совершенно ​излишне... ​— ​сухо ​отозвался ​Сагрес. ​— ​Веритасерума ​хватило ​бы. ​ ​— ​Пф-ф ​— ​ба-ха-ха... ​Ты ​и ​правда ​изменился... ​ ​— ​Когда ​вместо ​убийства ​врагов ​проводишь ​дни, ​обучая ​детей, ​— ​это ​меняет ​человека, ​— ​задумчиво ​проговорил ​Сагрес. ​ ​— ​Или, ​может ​быть, ​старый ​мерзавец ​подсунул ​тебе ​приторную ​конфету! ​ ​Найтингейл ​расхохоталась ​ещё ​звонче, ​затем ​убрала ​флакон ​с ​зельем ​и, ​махнув ​рукой, ​решительно ​простилась: ​ ​— ​Тогда, ​прощай, ​Сагрес... ​ ​Её ​слова ​ещё ​не ​успели ​полностью ​раствориться ​в ​воздухе, ​как ​она ​исчезла ​в ​вспышке ​серебряного ​света. ​ ​Сагрес ​слегка ​улыбнулся, ​после ​чего ​тоже ​Аппарировал ​обратно ​в ​Хогсмид. ​ ​Он ​вспомнил, ​как ​Дамблдор ​когда-то ​говорил, ​что ​Аппарировать ​прямо ​в ​чей-то ​дом ​— ​это ​всё ​равно ​что ​выломать ​дверь ​ногой. ​ ​Он ​полагал, ​что ​Хогвартс ​для ​директора ​был ​сродни ​родному ​дому, ​так ​что ​покидать ​замок ​с ​помощью ​Аппарирования ​ещё ​допускалось, ​но ​возвращаться ​прямо ​внутрь ​— ​это ​могло ​бы ​и ​разозлить ​старого ​волшебника.