Жизнь удалась (почти)

Дисклеймер: Внимание! Глава слизана и может не содержать подлинную лексику и оригинальные сцены, поэтому ее не рекомендуется смотреть никому! Ссылка на оригинальный фф в шапке, если вы его читали — чисто мои фантазии идут (они там появятся, чуть позже) начиная с части под номером один. ................ POV «Баттерс»       Венди уже в четвертый раз безуспешно пыталась закрепить растяжку с надписью «С ДР!». За два года из нее по разным причинам исчезли почти все буквы, и к октябрю осталось только «сдерем!». Клайд клялся, что не нарочно въехал в нее на гироскутере... Так как этот год был последним, решили не тратиться на новую и подать это как минимализм.       Венди каким-то образом умудрялась, стоя ко всем спиной, одновременно следить и за растяжкой, и за Эриком. — Утихомирь свою женщину, Марш, — ядовито бросил он, осматривая покрасневшую руку и отступая от стола.       На торте не хватало одной шоколадной плитки. Венди пообещала, что в следующий раз ударит не по руке.       Я посмотрел на торт. Он получился… нормальным. Не таким аккуратным, как хотелось бы. Я провозился с ним почти всю ночь, и глазурь все равно легла криво. Это было обидно, но сейчас — уже не важно.       До звонка оставалась минута и пятьдесят секунд.       Мы все уставились на дверь. Клайд сжимал хлопушки, Стэн уже улыбался, даже Крейга заставили надеть колпак. Атмосферу было почти невозможно испортить.       Почти — потому что Кенни не было. — Может, он проспал? — неуверенно сказал Стэн. — Или его сбила машина, — отозвался Крейг.       Кайл сунул ему дудку в рот. Раздался писк. Лицо Крейга осталось непроницаемым.       Я подошел к окну. Школьники лениво тянулись к зданию, хотя звонок вот-вот должен был прозвенеть. Оранжевой парки среди них не было. Я поймал себя на том, что считаю шаги за дверью, хотя никого не слышал.       Может, он уже внутри. Может, сейчас.       Но дверь оставалась закрытой.       Венди вчера специально, под предлогом разговора о выпускном, спросила у Кенни, придет ли он. Он сказал, что придет. Я помнил это слишком отчетливо.       Я проверил телефон. Сообщений не было.       Кенни бы написал. Если бы мог. — Я же говорил, что он где-нибудь бухает, — фыркнул Эрик. — Это же Маккормик. Думаете, у него вообще есть деньги на выпускной? Если он и хотел прийти, то Тестабургер его точно спугнула!       Все замолчали, как бы задумываясь о правдивости слов. Повисла неловкая тишина. В голове возникла мысль — неприятная, липкая — и я тут же попытался ее оттолкнуть.       Трель звонка нарушает и без того сбитую атмосферу.       Стэн, не вставая, кинул смятый стакан в мусорку. Попал. Кайл, последний раз сверившись с телефоном и, видимо, не обнаружив Кенни в сети, свернул скатерть. Я сжал стакан с соком, сам не заметив как. — Ну, раз Маккормик так наплевал на общий подарок, — сказал Эрик, — можем съесть его торт.       Венди ничего не сказала, только посмотрела на меня и тихо предложила отнести торт в столовую, чтобы он не испортился.       Я взял коробку с тортом. Руки немного дрожали, но я сделал вид, что просто неудобно держать.       Занесу после школы. Кенни пропустил праздник, но это ничего. Не зря же я старался...

***

— Привет… кто ты? — девочка настороженно посмотрела в щель между дверью и косяком. — Я Баттерс. Одноклассник Кенни, — я слегка качнул коробкой. — Принес… это.       Она внимательно оглядела меня с ног до головы. — Ты точно Баттерс? — Да, — закивал я. — Самый настоящий. — Что в коробке? — Торт. Шоколадный. Со свечками.       Ее глаза заинтересованно заблестели, она невольно поджала губы, но все же открывать не торопилась. — Последний вопрос. Что ты дал Кенни в прошлый четверг? — она не сводила с меня внимательного взгляда.       Я на секунду напрягся. — Имбирное печенье. — Ладно. Проходи. — девочка все же отошла от двери.       Хлипкая цепочка, служащая преградой, беспомощно повисла по ту сторону стены. Я осторожно толкнул дверь и, переступив через порог, заметил, что часть, призванная держать цепочку на самой двери, отсутствовала.       Передо мной стояла невысокая хрупкая девочка чёрными волосами, светло-русыми у корней, и мягкими, чуть округлыми чертами лица, смутно напоминающими женскую версию Кенни.       В доме было темно. Свет шел только от телевизора. Я задел что-то стеклянное, и оно покатилось к стене. Пришлось напрячь зрение, чтобы не споткнуться. Пол был усыпан пустыми бутылками и банками. — Я Карен, — сказала она, ловко обходя беспорядок. — Если ты вдруг захочешь меня выкрасть — не выйдет. У меня нож. — Отлично, — пробормотал я. — Тогда ты можешь порезать торт. — Точно, торт. Ты его сам готовил? — я утвердительно кивнул головой. — Не хочешь попробовать собственное творение? — Но это же для Кенни, — запротестовал я. — Не переживай. Не думаю, что он будет против, — хохотнув, она махнула рукой.       На кухне было холодно. Карен вытерла стол и сиденье стула влажной тряпкой, будто по привычке. Я осторожно поставил коробку. — А где твои родители? — спросил я. — Мама отдыхает. Папа ушел, — она достала нож и начала его мыть. — Но это не значит, что я в случае чего не смогу дать тебе отпор. Я кивнул, стараясь не смотреть слишком пристально. — Сколько тебе лет? — Пятнадцать. А сколько бы ты дал? — Ну… лет четырнадцать, — закивал я, перебирая кулаками. — Слышу же, что врешь, — она положила нож рядом с собой. Открыв шкафчик рядом, вынула оттуда ложки, и зачем-то тоже начала их мыть. — Сколько? — Двенадцать, — признался я. — О, — улыбнулась она, расставляя уже чистые приборы на стол. Секунду спустя она взгромоздила большую кособокую кастрюлю с водой на плиту. — Не все так плохо. Мой брат все еще думает, что мне пять.       На некоторое время в кухне стало тихо. Я не знал, о чем ее спросить. — Он про тебя почти не рассказывал, — сказала она. — Только про печенье. Спасибо, кстати. — Не за что, — было как-то не ловко, я же ничего не сделал. — Эм, ну... мы знакомы с началки, но только в последнее время начали хорошо общаться.       Карен ударила по съехавшей панели плиты, та встала на место. Они так похожи. Интересно, а может ли она знать, что творится с ее братом и следует ли мне спросить у нее, не умер ли он случаем сегодня утром? Хотя Кенни как-то говорил, что я один помню его смерти... — А он сегодня утром никуда не уходил? — Он проспал. Вернулся домой поздно, говорил, что на работе одни ебанаты и пидоры. То есть, я хотела сказать «плохие дяди», — она обернулась ко мне через плечо с максимально расслабленным выражением лица, — Моему брату о том, что я сейчас сказала, ни слова. У него будет инфаркт... Так вот, он проспал и с утра пулей вылетел из дома. Его до сих пор нет, но мы можем пока попить чай и подождать.       Неужели Эрик был прав? Мог ли Кенни... — Если ты за моего брата переживаешь, то брось. Он может и не сразу, но всегда возвращается с таких гулянок.       Я кивнул, хотя внутри что-то неприятно сжалось, будто я пропустил важный момент и уже не мог к нему вернуться. Вода в кастрюле закипела, Карен заварила чай. — У вас тут прохладно. Почему… — оглядевшись, я чуть не поперхнулся чаем, заметив дыру в окне. — Почему в окне вместо стекла скотч? — Кенни сказал, что черная изолента смотрелась бы не очень, и что не пропускающий свет квадрат Малевича, ему не нужен. Днем светло, не сильно дует, и ладно, — отхлебнула она из своей кружки. — Ох, — кивнул я. — Это… имеет смысл.       Мы еще немного поговорили. Карен успела узнать, как там у Кенни со школьной успеваемостью и была очень сильно удивлена. — Ну, он тот еще раздолбай, — пожала плечами она. — Когда он вдруг загорелся желанием получить высшее образование и одновременно с этим взвалил на себя сразу несколько подработок, стало понятно, что из этого ничего путного не выйдет. Недавно он вылетел с шиномонтажки и был очень расстроен. Осталась вторая работа… но о ней Кенни ничего не рассказывает.       Всё не так, как рассказывал Кенни. На самом деле он не сам ушёл? — Я как-то заглянула в его тетрадку, — покачала головой она, ошеломленно глядя в пустоту. — Одина каракули... а еще он выделил половину листов под морской бой!       За тридцать четыре минуты, пока мы пили чай, именинник — не появился. — Еще раз большое спасибо за торт. Было очень вкусно, — заверила меня Карен. — Без проблем, мне только в радость.       На улице было уже темно.       Оставшуюся часть дня я делал уроки. Потом просто сидел. Телефон лежал рядом. Я несколько раз брал его в руки и клал обратно.       Экран оставался темным.       День казался незавершенным. Будто в нем чего-то не хватало, и я никак не мог понять — чего именно.       Я еще раз проверил время. Потом телефон.       Ничего. ...................... Примечание: Я закончила первую главу, первой части. Ещё чуточку и перейдем к моим влажным фантазиям ~