Между шотами

      Рабочая смена ощущалась бесконечной. Тянулась не как жвачка, а что-то куда более мерзкое и противное. Жвачка хотя бы пахла приятно, а несколько часов провести среди ярких запахов еды, которые в зале могли перемешаться с чужим парфюмом, потом и индивидуальным запахом тела, было ужасно. Два банкета одновременно — это действительно чересчур. Он боялся представить, что случилось бы с его телом, будь оно подвержено еще и утренним тренировкам, от которых они так умело отговорились. Наверное, Рон нашел бы его на складе, севшим прямо в ящик с остатками томатов. Те практически закончились за сегодня, хотя закупились они не так давно. Видимо, сегодняшние гости уж очень сильно любили помидоры. Кто они такие, чтобы отказывать им? Хоть бы не буянили.       Под конец вечера Гарри уже не различал чужие лица — только голоса, натертые тарелки, звон стекла и ноющие ступни, убивающиеся в кедах после беготни между столиками. Нелепый галстук для «соответствия» раздражал шею, белая рубашка бесила своим существованием в принципе, а улыбаться очередному пьяному корпоративному дяде хотелось примерно так же сильно, как добровольно пойти на пересдачу философии. Оставалось только надеяться на хорошие чаевые — то единственное «хорошее», что отличало занудное занятие от здешнего досуга, если его можно было так назвать.       Поэтому, когда за окнами ресторана вдруг появился знакомый мерседес, внутри что-то облегченно сорвалось с той натянуто тревожной цепи, что окутала его внутренности. Стало неожиданно радостно и спокойно.       Том приехал за ним.       Откровенно говоря, Гарри даже не заметил, в какой именно момент начал искать его взглядом среди остальных машин. А делал он это каждый вечер, как только оказывался на работе. Это вошло в привычку слишком быстро, но он ничего не мог с собой поделать — знать, что тебя ждут и встречают, было очень приятно, так что его тщедушная душонка не могла отказаться от подобных знаков внимания. Да и зачем отказываться, если они всех устраивают и не приносят дискомфорта? Более неудобным Гарри посчитал бы добираться обратно в общежитие пешком. Скорее всего, им пришлось бы добираться ползком и на четвереньках, а не в обычном человеческом темпе.       Оставалось только дожить до закрытия заведения. Он заранее попросился не быть тем, кто останется до самого конца, чтобы включить пульт сигнализации и проверить, все ли в порядке. Рон прекрасно понимал, почему Гарри так спешит, так что не высказал недовольства, лишь скептично прошелся взглядом по оставшимся коллегам — после ухода лучшего друга он останется единственным мужчиной, так что не трудно было догадаться, кого именно попросят выполнить большую часть работы. Гарри мысленно посочувствовал ему, а еще подумал, что будет неплохо угостить уставшего Уизли завтра — тот и правда выглядел совсем не лучше него. Они все вымотались слишком сильно, но Гарри радовало, что существовал другой источник пополнить свою энергию. Хотя бы морально. Чуть-чуть.       Так что, попрощавшись со своими коллегами и приобняв Рона в коротком поддерживающем жесте, он выскользнул на улицу, сразу поежившись от прохладного воздуха. Осень, кажется, окончательно переставала притворяться теплой — ветер пробирался под его бомбер моментально, и теперь он выглядел не как стильный молодой человек, а как идиот, не смотрящий на прогноз погоды перед выходом из дома.       Внезапный свет едва не заставил дернуться. Фары мигнули дважды. Кажется, Том не мог потерпеть и решил поздороваться заранее, видя, как медленно плетется к нему Гарри, перебирая ногами так, будто к ним были привязаны огромные булыжники. В принципе, это могло засчитаться за отдельную тренировку. Он даже мог подписать ее в календаре как «День ног».       — Живой? — первое, что спросил Том, когда Гарри забрался в салон и приветственно чмокнул его в гладко выбритую щеку.       — Пока да, — хрипло пробормотал он, откидываясь на сидение. — Но если бы еще один мужик назвал меня «братом» после чаевых в сущие копейки, я бы совершил преступление.       Том тихо хмыкнул, трогаясь с места. В голове внезапно созрел вопрос о том, какое именно преступление могло быть совершенно именно Поттером. На убийство тот явно не тянул, а вот какой-нибудь разбой или мелкое хулиганство — вполне реалистично. Только дурак не заметил бы, какой хитрый иногда бывает блеск в этих зеленых глазах. Красивых, черт его дери, глазах.       — Голодный? — участливо протянул Том, на мгновение накрыв ладонью колено Гарри.       — Ужасно.       — Хорошо. Я тоже.       Гарри повернул голову в его сторону. Даже в полумраке салона Том выглядел слишком собранным для человека, который закончил рабочий день несколько часов назад. Рука уверенно лежала на руле, темное пальто сидело идеально, а еще от него привычно тянуло тем самым запахом, от которого Поттер давным-давно пребывал в восторге. Острота перца, кислинка граната, что-то терпкое. Это пахло не только Томом, а чем-то еще…       Домом.       От этой мысли стало ужасно неловко, а жучок, на которого он скидывал все свои тревоги, снова заворошился в глубине живота. Или это был попросту голодный желудок, который совсем скоро начнет недовольно урчать — несколько таких трелей уже были исполнены в ресторане. Хотелось верить, что Гарри дотерпит до дома Реддла — почему-то такие вещи казались ему постыдными рядом с объектом симпатии. Разглядывать его, кстати, он все еще не перестал. Бродил глазами по воротнику пальто, задерживался на любимой седине, мысленно обводил пунктиром каждый палец, сжатый на руле.       — Чего притих? — Том мельком посмотрел на него. — Совсем не разговорчивый сегодня. Думал, будешь еще жаловаться на клиентов.       — Устал просто, — признался Гарри честно, на мгновение смущаясь. Ему не хотелось быть скучным и молчаливым, но напряжение в спине мешало мыслям в голове — те никак не могли связаться в полноценные новости, только оседали непонятными отрывками воспоминаний о сегодняшнем дне.       К сожалению, не все из них были приятными.       — М-м. Усталые сопляки обычно не смотрят так внимательно, — Том усмехнулся, бросив на Гарри такой же короткий взгляд — для позднего вечера дорога была странно оживленной, так что все его внимание сосредоточилось на потоке машин.       Гарри фыркнул, отворачиваясь к окну. Будто он мог проконтролировать свое желание пялиться. Ему еще и трогать мужчину хотелось, при чем везде и сразу, но отвлекать Реддла именно сейчас было глупым решением. Врезаться в какого-нибудь мажора на внедорожнике и проторчать посреди дороги остаток вечера — не самая лучшая перспектива для совместного времяпрепровождения.       Странные мысли. Какие еще аварии? Видимо, Шарлотта и правда заразила его какой-то паранойей. Нужно было хорошенько отоспаться по второму кругу.       — Я вижу, что ты все-таки о чем-то задумался, — щелкнул поворотник, и Том, будто для дополнения ритма, постучал пальцами по рулю.       — Да странный был день сегодня. А тебя грузить не хочется, ты же тоже работал, — справедливо отметил Гарри, самостоятельно протягивая руку к Тому и опуская ее на крепкое бедро. Теперь стало понятно, что не только он жаден до внимания — Том становился удивительно придирчивым и дотошным, когда не получал его достаточно.       Гарри считал это милым. Но Реддлу знать об этом необязательно — вряд ли тот обрадовался бы, скажи он о том, что считал его очаровательным.       — Ты меня не грузишь, — мужчина нахмурил брови, цокнув языком. Ему не нравилось, что Поттер не делится чем-то сразу. Складывалось ощущение, что пацан пытается что-то скрыть, но ведь он и так все о нем знал.       Реддл был в курсе того, что Гарри успел пообщаться со своей бывшей девчонкой. Не то чтобы он ревновал, но нечто темное, собственническое и грязное неприятно бесновалось внутри от одной лишь мысли об этом. Люциус дал своему отпрыску довольно простую задачу, с которой тот, хвала Богам, пока что справлялся. Конечно, юный Драко не знал наверняка, зачем отец просит приглядывать за Шарлоттой Берк, но делал это, отчитываясь об изменениях в ее окружении.       И какого же было удивление Тома, когда среди привычных женских имен — Ханна, Сьюзан, Меган, — неожиданно затесался Гарри.       Его Гарри. Которого впутывать во все эти идиотские драмы было почти кощунством. Том не хотел, чтобы тот находился рядом с чем-то, что пятнало его, пусть и понимал, что их отношения тоже оставляли на парне далеко не чистые следы. Но это, почему-то, смущало меньше всего.       — Да что-то странное происходит, — поделился все же Гарри. Его голос был ровным, немного усталым, но Тому нравилась эта ленивая нота, которая скользнула в приятном тембре, когда парень устроился поудобнее. — Однокурсница себя накрутила. Теперь говорит всем, что за ней следят.       Том сдержал усмешку. Да, видимо, он был прав, предполагая, что именно разговор с Шарлоттой сделал Гарри столь…неразговорчивым. Одна лишь тяжелая смена не могла заткнуть Поттера так надолго.       — Ну, — Том повел плечом, вглядываясь в дорогу перед собой, — иногда за людьми действительно наблюдают. Но обычно не так долго, как им кажется, — небрежно заметил он.       — Что ты имеешь в виду? — заинтересованным тоном отозвался Гарри, водя пальцами по ремню Тома, чтобы поддерживать хоть какую-то близость, пока тот не мог уделить ему должное внимание.       — Может, она просто утрирует? Вдруг у нее завелся настойчивый поклонник? — хмыкнул Том, будто новость Гарри была чем-то смешным, но никак не тревожащим.       — Да вряд ли. Либо этот поклонник очень странный. Ей, кажется, голоса уже мерещатся. Говорит, шепот слышит у себя дома, — поделился Поттер, чувствуя небольшую неловкость от того, что обсуждает бывшую девушку со своим нынешним партнером.       Но Том же все равно не знал об этом, правда? Тогда почему бы и не поделиться? Парочкам положено иногда сплетничать.       — Люди начинают видеть слежку, когда слишком долго копаются в вещах, которые лучше оставить в покое, — умиротворенно заметил Том. Руки Гарри оказывали на него весьма седативный эффект.       — Есть какие-то предположения? — вскинул бровь Гарри, удивившись тому, насколько точно попал Том. Сложилось впечатление, будто тот находился рядом во время их разговора и слышал о журналистских планах Шарлотты, но это было физически невозможно.       Проницательность мужчины в чем-то завораживала. И немного пугала. Внутри все еще тлело ощущение, что он что-то упускает.       — Это всего лишь мой опыт, пацан, — отмахнулся Реддл, не желая продолжать тему. Он заглушил машину. — Понятия не имею, в чем там дело на самом деле. Выползай давай, я ужасно голоден.       — А если не выползу? — хитро тянет Гарри.       — Мне придется вытолкать тебя, — проворчал Том, проверяя наличие телефона и ключей от квартиры в кармане.       — А я думал, ты понесешь меня на руках, — мечтательно вздохнул Гарри, со смешком выходя из машины и закрывая дверь, стараясь не хлопать слишком сильно.       — Как невесту? Хочешь побыть моей принцессой, малыш? — Том ухмыльнулся и, проверив, работает ли сигнализация, обошел машину, обнимая парня за плечи. Его пальцы ощупали бомбер. — Почему не в свитере?       — Ну, я же все равно на машине, — поспешил оправдаться Гарри, после чего возмущенно приоткрыл рот, запоздало анализируя первые слова Реддла. — И никакая я тебе не принцесса!       — Нескольких минут на холоде достаточно, чтобы простыть, — недовольно сказал Том, пропихивая Гарри ближе к зданию, растеряв свой шуточный настрой. Если Поттер заболеет, ему придется делать настоящий больничный и снова не видеться невесть сколько времени.       Этого допустить Реддл не мог.       — Не бухти, — пробормотал неловко Гарри, прижавшись к боку Тома, как только они оказались в лифте. Сейчас, будучи уставшим и чувствуя слабую пульсацию в ногах, он понимал, что подниматься на седьмой этаж пешком было бы совсем не здорово.       — А ты не заставляй меня бухтеть! — внезапно ощетинился Том, чувствуя, как внутри неожиданно поднялось раздражение. Он не часто замечал их разницу в возрасте, но сейчас ощутил всю прелесть. Теплую одежду купил сам, привез тоже сам. Казалось бы, надень и носи, а не красней на холоде…       Гарри внезапно приподнялся и коснулся его губ в нежном поцелуе. Коротком, но таком приятном, что Том сбился с мысли, опуская растерянный взгляд на виноватое лицо.       — Извини, Том, — покладисто протянул он, поглаживая его по плечу. Гарри не был дураком, так что уже давно разобрался в том, как именно стоит вести себя рядом с мужчиной в подобные моменты. Догадался, что Реддл был далеко не одуванчиком. — Я очень ценю твою заботу. Завтра надену свитер и весь день буду думать о тебе, — Гарри погладил его по щеке.       Том почувствовал себя сдувшимся воздушным шариком — настолько быстро гнев отпустил его, не оставив после себя даже привычного неприятного осадка. Гарри удивительно легко умел заземлять его, будто за плечами у них были не несколько приятных недель вместе, а годы совместной жизни. Это одновременно пугало, оставляя ощущение болезненной открытости, словно с него содрали слой кожи, и приводило в какой-то почти нездоровый восторг. Гарри подходил ему слишком хорошо.       — Хорошо. Пойдем, — коротко отозвался Том, как только лифт остановился на нужной площадке. Он не стал извиняться за свою чрезмерную эмоциональность. Стало не по себе.       — Сейчас меня накормят, — счастливо протянул Гарри, деловито вытаскивая ключи из кармана Тома и открывая дверь.       — Я смотрю, ты уже освоился? — снисходительно улыбнулся Реддл, чувствуя приятное покалывание внутри от уверенности мальчишки.       — Освоился. Начну еще незаметно раскидывать вещи у тебя по квартире, — непринужденно отметил Гарри, подмигнув мужчине и на ходу сняв с себя кроссовки.       Квартира встретила их приятным запахом жареного мяса и специй. Том предусмотрительно заказал еду заранее — зайдя на кухню, Гарри увидел, что там уже стояли контейнеры с жарким из свинины, запеченными овощами и каким-то салатом, который он честно собирался проигнорировать в пользу мяса и картошки.       — Снова заказал еды на целую роту? У тебя тут только один солдат, — пошутил Гарри, оборачиваясь на Тома, который стоял у дверного прохода, сложив руки на груди.       — После твоей нервотрепки на работе нужно хорошо есть, — отметил тот невозмутимо. — И перед едой нужно помыть руки.       — Есть, сэр! — весело улыбнулся Гарри, не преминув шлепнуть мужчину по бедру, пока шел мимо.       — Быстрее, щенок. Я пока достану приборы, — весело фыркнул Том, споласкивая руки прямо на кухне.       — Снова обзываешься! — крикнул Гарри уже из ванной. Он имел довольно хорошую привычку — по приходу домой мыл не только руки, но и споласкивал лицо, волосы и шею, освежая себя и будто смывая остатки чужих взглядов на себе.       Это все ощущалось настолько по-домашнему, что завершать вечер не хотелось никому из них. Но стоило закончить с едой и кое-как привести кухню в порядок после быстрого ужина, как Гарри с удовольствием рухнул на кровать. Все же здесь она была куда удобнее той, что досталась ему в общежитии.       Том присоединился почти сразу — переоделся в домашние шорты, избавился от рубашки и лег рядом, вытягиваясь на спине ровно и спокойно, будто старался незаметно расслабить уставшие мышцы и не допустить случайного хруста в позвоночнике.       — Ты меня реально откармливаешь, — заметил Гарри, лениво подползая ближе и закидывая ногу ему на бедро.       — Ты работаешь как проклятый. Тебя нужно кормить, — довольно отозвался Том, втягивая носом воздух, в котором теперь ощущался не только его запах, но и Гарри тоже.       Ладонь мужчины медленно скользнула по его спине, мягко поглаживая поясницу и забираясь под ткань футболки. Прохладные пальцы заставили Гарри едва заметно выгнуться навстречу.       — Звучит так, будто ты завел себе уличного кота, — пробормотал он сонно, прикрывая глаза.       Том задумчиво посмотрел на него сверху вниз.       — Не льсти себе. Коты независимые, — в его голосе прозвучала неожиданно мягкая издевка. Пальцы поднялись выше, зарываясь Гарри в волосы и лениво почесывая затылок.       — Вот так значит, да? — пробухтел Поттер, приподнимаясь на локтях.       — А что я сказал не так?       Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Гарри задумался о том, что хотел бы делать это каждый вечер.       Том сейчас улыбался совсем иначе — без привычной колкости или самоуверенной насмешки. Просто тепло и расслабленно. И от этого внутри у Гарри что-то неприятно мягко плавилось. Даже тот самый жук совсем замолчал, позволяя ему насладиться этой обстановкой. Романтичной, домашней и сближающе очаровательной атмосферой.       Будто почувствовав его настрой, Том обхватил пальцами его подбородок и потянул ближе, на что Гарри даже и не думал сопротивляться, лишь прикрыл глаза в ожидании ласки. Поцелуй вышел медленным и таким же ленивым, как их настроение. Том целовал его уверенно, привычно перехватывая инициативу, мягко втягивая нижнюю губу и тут же проводя по ней языком. Гарри тихо выдохнул ему в рот, чувствуя, как по телу вместо усталости начинает растекаться совершенно другое тепло. Когда Том потянул его выше, Гарри без возражений перекатился сверху, устраиваясь коленями между чужих бедер и упираясь ладонями в матрас по обе стороны от его головы. В этой позе была странная иллюзия власти, и от нее становилось смешно. Никакой власти ему здесь не видать, но Гарри даже возбуждал тот контроль, что имел над ним Том.       Руки Реддла тут же пришли в движение, не позволяя веселиться дальше. Будто говоря: «Пора получать удовольствие, а не развлекаться, Гарри».       С нажимом его ладони прошлись по уставшим плечам, медленно скользнули ниже, сжали талию, помяли бедра и наконец легли на ягодицы, собственнически сминая их прямо через ткань синих джинсов, которые он не сменил на что-то домашнее, сославшись на то, что сил совсем не хватит даже на переодевание. Гарри улыбнулся ему в губы, ощутив настойчивость этих прикосновений.       — Обожаю, — коротко признался Том, оторвавшись от его рта.       — Меня или задницу? — смешок у Гарри вышел совсем тихим, потому что ладони Тома уже без всякого стыда забирались под плотную джинсовую ткань.       — Вас обоих, — невозмутимо ответил тот и снова поцеловал его, немного медленнее и глубже.       Но это все еще было безумно приятно. Особенно когда Том вот так трогал его — уверенно, не торопясь, будто давно изучил, где именно нужно провести пальцами, чтобы по спине побежали мурашки. Впрочем, так оно и было. Руки Гарри сами забрались обратно, скользнули по теплой груди, плечам, шее. Хотелось касаться его везде одновременно — сонного, домашнего, расслабленного Тома, который сейчас совсем не походил на человека, способного одним взглядом заставить нервничать подчиненных в своем Доминионе.       — Я рад, что мы встретились сегодня, — неожиданно, хрипло и даже немного нежно проговорил Том, носом проведя по его шее.       — Соскучился? — мягко уточнил Гарри.       — Очень.       Немногословно, но так искренне, что Поттера повело еще сильнее. Он прижался бедрами к чужим вплотную, останавливая руки на плечах Тома.       Как хорошо, что сегодня он мог не возвращаться в общагу. Ластиться к крепким рукам было гораздо приятнее, чем ворочаться на скрипучей кровати в поиске сна. Избавиться от джинсов уж точно было еще более приятным — пуговица неприятно натирала живот после долгого дня.       Правда со временем Гарри совсем обмяк в его руках — перестал отвечать на поддразнивания, только тихо вздыхал каждый раз, когда Том проводил ладонью по его спине.       — Спишь уже? — негромко спросил тот спустя несколько тягучих мгновений.       В ответ Поттер только сонно уткнулся носом ему под челюсть. Доходчиво и понятно. Том усмехнулся и прижал Гарри к себе покрепче, чувствуя, как его дыхание постепенно выравнивается, превращаясь в тихое сонное сопение.       Очаровательно.       Продолжая одной рукой гладить спину, все еще прикрытую тонкой футболкой, Том осторожно переместил Гарри себе под бок, чтобы накинуть на голые ноги покрывало. Тот завошкался, когда источником тепла стало не чужое тело, а одеяло, но не проснулся, утыкаясь носом в его плечо.       Сейчас он и правда чем-то напоминал кота. Уличного. Который наконец дорвался до чужого внимания и теперь мурчал, купаясь в нем.       Услышать вибрацию собственного телефона сейчас было неприятно. На дворе уже была ночь, а единственный человек, кому Том с удовольствием ответил бы в это время суток, сейчас валялся рядом. Поэтому, наверное, брать гаджет в руки и не хотелось — мужчина понимал, что это точно работа. И далеко не просьба о консультации в области консалтинга, а что-то посерьезнее. Пришлось переступить через себя и разблокировать экран. [0:07] Антонин: Люциус так поздно тебе писать не хочет, знал? [0:07] Антонин: Смущается, наверное. Или боится [0:08] Антонин: Докладываю тебе. Наш шпион — чума просто!

[0:11] Том:

И что он натворил?

[0:11] Антонин: Чума — в хорошем смысле:)) [0:11] Антонин: Он же подкинул девчонке под кровать жучок с динамиками. Шептал ей что-то. А теперь оставил такой же возле окна.

[0:12] Том:

Такой же? Зачем?

[0:13] Антонин: Хочет создать эффект раздвоения. Под кроватью шепот будет осуждать ее. Просить остановиться и одуматься [0:13] Антонин: А за окном ее наоборот будут звать к себе)) предлагать послушать новости, обещать подсказки и помощь

[0:14] Том:

Необычно. Но меня устраивает. Люциус передал, что среди прочих возле нее и Гарри ошивался сегодня.

[0:15] Антонин: Ну класс. Ты ж сам сказал нам действовать окольными путями, чтоб на него не подумали, а он там бродит [0:15] Антонин: Че он хотел?

[0:16] Том:

Не «он», а Гарри. Не знаю. Видимо, хотел узнать все от первоисточника.

[0:16] Антонин: Вот оно как)) Гарри)

[0:17] Том:

Глупые скобки у тебя.

[0:17] Антонин: Хорошие скобки. И Гарри, судя по всему, хороший :D [0:18] Антонин: Но я намек понял. Постараемся ускорить процесс, чтобы не мельтешила

[0:18] Том:

К какому итогу вы хотите прийти?

[0:19] Антонин: Из психушки ей будет тяжелее что-то делать [0:19] Антонин: Так что ее точка финиша находится там [0:20] Антонин: Прямо как в монополии. Давно не играли. Зови своего красивушного, вместе посидим

[0:21] Том:

Никакой субординации.

[0:22] Том:

Я подумаю. Сейчас сплю.

      Отложив телефон, Реддл прикрыл глаза. Все складывалось слишком удачно. Разумеется, это не могло не радовать, но его нутро пожирало предчувствие чего-то плохого — он никогда не смог бы поверить, что его жизнь может быть настолько идеальной. Легкости сейчас было хоть отбавляй и, кажется, ему пора было заводить таймер, чтобы отследить, насколько быстро все начнет рушиться. Он давно привык, что хорошее в его жизни не задерживается надолго — рано или поздно что-нибудь обязательно приходилось ломать, прятать или отстраивать заново.       Но сейчас, слыша тихое сопение и чувствуя, как теплое тело прижимается к его боку, он не мог представить, что подобная рутина может запросто исчезнуть из его жизни так же быстро, как и появилась. Даже мысль о чем-то подобном вгоняла его в почти экзистенциальный ужас.       Он не был готов к подобному. И именно поэтому собирался сохранить все любой ценой. Даже если она была слишком высокой и означала в очередной раз сломать чью-то жизнь.       Том машинально провел ладонью по спине Гарри, чувствуя себя безумцем. Тот сонно завозился и уткнулся уже в подушку, пряча одну руку под ней. Такой теплый. Такой доверчивый.       Реддл смотрел на него несколько долгих секунд, после чего все же потянулся к телефону снова.       

[0:31] Том:

Сделайте так, чтобы она больше с ним не пересекалась.

      Сообщение было прочитано почти сразу.