Свинообраз

Путь из Оргриммара в Долину Трёх Лун был долог и пролегал через безлюдные степи и каменистые предгорья. Солнце палило нещадно, но трое путешественников двигались с неспешной, уверенной силой. Гарз нёс основную часть поклажи, его мощные ноги не знали усталости. Лираэль скользила рядом, как тень, её зоркие глаза сканировали горизонт. Зарнаш же, свежеиспечённый член их странного братства, извивалась чуть позади, её змеиное тело прекрасно приспособлено к долгим переходам. Но монотонность пути и жаркое солнце разожгли в Гарзе не просто усталость, а глубинную, звериную потребность утвердить своё главенство. Он чувствовал их взгляды на себе — восхищённый и жаждущий взгляд Зарнаш, оценивающий и одобряющий взгляд Лираэль. Они были его. И он хотел это продемонстрировать. Не в постели, не в укромном уголке, а здесь, под открытым небом, на глазах у бескрайнего Калимдора. Он остановился посреди каменистой равнины, где ветер гудел в редких сухих кустах. «Лираэль, — сказал он, его голос был низким и не допускающим возражений. — Подойди». Она подошла, её лицо было спокойным, но в глазах вспыхнуло понимание и предвкушение. Он повернул её спиной к себе, его огромные лапы обхватили её бёдра. Он плюнул на ладонь, смазал свой уже наполовину возбуждённый член и её вход, который уже увлажнился от его приказа и близости. И без лишних слов, одним мощным движением, вошёл в неё. Лираэль вскрикнула, её тело выгнулось, но она не сопротивлялась. Она упёрлась руками в камень перед собой. Он начал двигаться, его толчки были глубокими, размеренными, каждый заставлял её тело подаваться вперёд. Но он не просто трахал её. Он поднял её, так что её ноги оторвались от земли. Теперь она висела на нём, насаженная на его член, её вес целиком лёг на точку их соединения. И он пошёл. Его шаги были тяжёлыми, уверенными. Лираэль, сдавленно стоная, обхватила его бёдра ногами, её руки вцепились в его предплечья. Каждый его шаг загонял его член в неё глубже, растягивая, заполняя. Он шёл, и она, эльфийка-тень, всегда контролирующая и холодная, теперь была всего лишь частью его, украшением, живым трофеем на его фаллосе. Её стоны становились громче, её тело начало содрогаться в серии вынужденных, непрерывных оргазмов, вызванных не движениями, а самой этой ситуацией — быть поднятой, пронзённой и несущейся по степи на этом монструозном органе. Зарнаш, следовавшая за ними, замерла, её жёлтые глаза расширились от благоговейного восторга. «Какая мощь… Какое доминирование…» — прошипела она. Гарз прошёл так несколько сотен шагов. Лираэль уже почти не стонала, её тело обмякло, потрясаемое непрерывными конвульсиями наслаждения, её сознание начало уплывать в белое ничто экстаза. Он почувствовал, как она теряет сознание, её пальцы разжались. Тогда он осторожно снял её с себя. Её тело, покрытое потом и его смазкой, мягко сползло на землю, где она и осталась лежать, едва дыша, в блаженном забытьи. Его член, блестящий и всё ещё твёрдый, был готов к следующему. «Зарнаш, — позвал он, и в его голосе звучала та же властная нота. Наг, дрожа от предвкушения, подползла. Она поняла, что от неё требуется. Она раздвинула чешуйки, обнажив свою вагину, и, изогнувшись, насадила себя на него. Её змеиное тело обвилось вокруг него, не для поддержки, а просто от восторга. Её внутренние мышцы, невероятно сильные, тотчас же сжали его с такой силой, что он хрипло застонал. И он снова пошёл. Зарнаш была тяжелее Лираэль, но её тело было иным. Она не просто висела — она двигалась сама, её мускулистые внутренности работали в такт его шагам, массируя, сжимая, выжимая наслаждение для них обоих. Её стоны были шипящими, прерывистыми. Она не могла обхватить его ногами, но её хвост обвился вокруг его ног, а её четыре руки впились в его плечи и грудь. Она смотрела ему в лицо, её глаза сияли безумным восторгом. «Да… так… ходи… ходи со мной… я твоя… твоя змея, твоя игрушка…» — выдыхала она, её слова прерывались судорожными вздохами. Он шёл, и её тело отзывалось на каждый его шаг новым, мощным спазмом. Её оргазмы были долгими, волнообразными, они прокатывались по всему её змеиному телу, от кончика хвоста до макушки. Она кончала раз, другой, третий, её внутренности захлёбывались в собственных соках и его влаге, но он не останавливался. Он продолжал идти, неся её, эту странную, прекрасную ношу, демонстрируя всем ветрам и скалам свою абсолютную власть над ней. Наконец, её тело тоже ослабло. Её руки разжались, голова упала ему на плечо, её стоны затихли, сменившись тихим, блаженным шипением. Она потеряла сознание, её тело всё ещё ритмично содрогалось вокруг его члена от остаточных спазмов. Гарз осторожно, с неожиданной нежностью, освободился от её объятий и уложил её рядом с бесчувственной Лираэль на мягкой траве у подножия большого валуна. Обе женщины лежали, их тела были покрыты пылью пути, потом и следами его владения. Они дышали ровно, на их лицах были выражения глубочайшего, почти трансцендентного удовлетворения. Он посмотрел на них, на эти два столь разных, но теперь одинаково покорённых существа. Его звериная часть ликовала. Его человеческая часть, та, что всё ещё теплилась внутри, с удивлением наблюдала за этим, но не осуждала. Это был их мир. Их правила. Он сел рядом с ними, дав себе и им передышку. Его член, наконец, начал успокаиваться. Ветер гудел над равниной, унося вдаль их запахи — мускуса, секса и абсолютной власти. Когда Лираэль пришла в себя первая, она не открыла глаза сразу. Она просто улыбнулась, её губы растянулись в выражении безмятежного блаженства. «Я… никогда не летала так, не касаясь земли, — прошептала она. — Это было… сокрушительно». Зарнаш очнулась чуть позже, её змеиная часть слабо шевельнулась. «Я чувствовала каждый твой шаг… прямо в сердце… Ты шёл, а мой мир сузился до твоего члена и твоей воли… Это был рай…» Гарз молча протянул им флягу с водой. Они пили, приходили в себя. Никаких слов о стыде, о неловкости. Было лишь принятие и странное, новое чувство ещё более глубокой связи. Когда они снова были готовы идти, они поднялись. Лираэль и Зарнаш шли теперь твёрже, но с новой, глубокой усталостью в костях и сиянием в глазах. Гарз шёл впереди, его спина была прямой. Он не просто вёл их домой. Он вёл своё стадо. И он доказал им и себе, что способен нести их — буквально и метафорически. Долина Трёх Лун ждала не просто хозяина. Она ждала своего бога, своего центра силы. И Гарз, шаг за шагом, становился им.