Темная ночь

Дейв Харртвелл стоял на поле, окружённом густыми кронами деревьев, сжимая в кулаке чемодан. Он не оборачивался и стоял на месте. Голос мамы — надрывный, срывающийся, как рвущаяся струна — тянулся за ним сквозь гул машин, разговоры людей... Он сжал кулак крепче. Если обернётся — всё равно пути назад нет. А подводить — значит предать всех, кто уже погиб. Потому он не обернулся. Он вошёл в штаб — в сердце войны. «Сияние» — так называлась операция, в которую его завербовали. Глубокая разведка в тылу врага, без связи с семьёй, друзьями, прошлым, жизнью. Только лица, скрытые от мира, ночи без сна и работа, от которой зависит будущее страны. Нет — не только страны, но и его самого. --- Первые месяцы проходили сложно, как в тьме. Дейв быстро превратился из человека в функцию, которая лишь выполняет сказанное. Он больше не чувствовал. Его не существовало — он стал Призраком. Только слушал, наблюдал, передавал. Его группа — «Сияния» — четыре человека: радист Арсен Давтян, подрывник Магамед Саидов, сапёр Илья Морозов (замечательный парень с фамилией Кури́цин — лет семнадцать, если не меньше), и Дейв. Все — призраки, как и он. Все — с ранами внутри. Иногда, ночью, он прижимал к груди складную фотографию — мама, сестра, отец, дом с садом на заднем дворе. Но с каждым месяцем лица на фото казались всё более чужими, не такими родными. Тёплыми. Он пытался забыть — но не мог. А потом пришла весть: его родной город стёрли с лица земли. Точная информация отсутствует. Вроде фальш. Вроде истина.. Никаких имён, фамилий — всё чисто. Никаких списков. Ни слова о выживших. Он не закричал. Не стал рвать и метать. Он просто замолчал. Навсегда. После этого его стало как будто два: один — холодный и быстрый разведчик, выполняющий приказы; второй — брошенный, сломанный человек, умирающий внутри каждый день. — Ты стал призраком, — однажды сказал Арсен. — Я тебя не узнаю. Как будто тебя уже нет... Дейв не ответил. Потому что в глубине души знал: он и правда умер. Просто тело ещё не понимало этого. --- 22 сентября 1941 года. Поселения рядом с линией фронта. В штабе сообщили: в зоне «993Rr» обнаружен старый исследовательский комплекс «aloterę». Брошенный немецкими войсками несколько недель назад, теперь он снова под подачей энергии. Наше оборудование ловит слабые радиосигналы — шифр неизвестен. Подозрение: вражеские учёные проводят там работы с использованием неопознанных объектов, прототипами которых могут быть люди или подобные им существа. Задача «Сияния»: войти, собрать данные, истребить всех партизан, определить угрозу. Связь с объектом — минимальная. Времени — мало. Перед выходом Мага поймал Дейва в коридоре: — Что-то не так с этим объектом. Дрожь берёт только от его вида, чувствуешь? Что-то тут не так. У тебя всё ещё есть шанс отказаться. — У меня больше ничего нет, Мага, — сказал он. — Либо погибну в бою, либо стану никем. Друг долго смотрел на него, потом пожал плечами, расслабил руки и произнёс: — Тогда иди с нами. Всеми. До конца. Илья подошёл сзади и жестом руки указал, что пора идти. --- 03:46. Комплекс «aloterę». Ветер, завывая, сбивает солдат с пути. «Сияние» проникает внутрь комплекса — через вентиляционную шахту. Пахнет плесенью и горелым пластиком. Стены исписаны неизвестными знаками. Всё оборудование мёртвое, но что-то здесь дышит, что-то живое. Ощущение, будто само здание наблюдает за ними. — Здесь… слишком тихо, — прошептал Илья. — Не слышно ни крыс, ни ветра, даже наших шагов не слышно. Всё вымерло, что ли? Как будто все звуки подавлены... Они двигаются глубже — к центральному ядру. — Ребят, давайте разделимся. У нас три этажа впереди, — произнёс Дейв в рацию. — Так точно— послышалось от каждого бойца. В одной из комнат Дейв находит папку с фотографиями — зашифрованные фото, странные чертежи и... Боже... Фото людей. Нет, не просто людей — изуродованные женщины, дети, близнецы... Дейв нервно осматривает их. — Все сюда! Быстро! Срочно! — звучит в рации. Все бойцы прибегают на первый этаж. — Это не наши технологии. Шифры слишком странные... А фото — из ряда вон. Это даже нам не понять. Как будто кто-то пытался... — Бред!, — отрезал Арсен. — Мы не учёные. Забираем всё, уходим. — Нет. Мы должны осмотреть всё. Всем ясно? Ценой своей жизни. — Ло поднял папку с документами и направился вниз по маленькой лестнице. — Вот же идиот... — подумал про себя Мага, но всё равно побрёл за ним. Они дошли до высокой стальной двери — метра три в высоту. Дверь, на удивление, выглядела новой для такого места. По коже пробежали мурашки. Это место выглядело не просто страшно. От одного взгляда дрожь по телу и желание уйти прочь. — Эййй, навались... — Ло подошёл к двери и попытался прокрутить металлический замок. Щелчок. Слишком поздно. ВЗРЫВ. Огромная часть комплекса рушится. Стены разлетаются. Огонь. Крик. Свет — вспышка, потом мгла. --- Я первым вошёл в эту чёртову комнату. Пахло пылью, металлом и каким-то старым, тяжёлым воздухом, будто здание давно умерло, но всё ещё не осмелилось развалиться. Посреди — дверь. Замок. Одинокий, как и я. Я подошёл ближе. Кончики пальцев коснулись металла... Щёлк. Звук сработал, как выстрел. И я понял: Поздно. Взрыв. Нет… взрывы не так происходят, как в фильмах. Сначала — яркий всполох. Он будто прожёг мне глаза. Потом — глухой удар. Не один. Много. Стена летит в меня. Воздух выбивает из лёгких. Что-то хрустит — моё тело. А потом — тишина. Странная. Абсолютная. Внутри ушей — звон. Я ничего не слышал. Ни себя. Ни криков. Я открыл глаза. Вижу только пыль и огонь. Рядом кто-то лежит. Илья?! Лицо разбито. Глаза открыты. Не моргают… Он спас меня. В голове плывут обрывки. Вот я пытаюсь открыть дверь — а тут уже Илья летит ко мне, навалившись всем весом. — Ло… спасибо… — последние слова... Арсен. Мага. Оба лежат в разных частях комнаты. Я еле передвигаю головой, чтобы осмотреться. Я пытаюсь крикнуть — но будто глотаю тишину. Голос не выходит. Я не чувствую ног. Только жар и тяжесть. Я жив. Почему? Рядом — остатки формы. Мага… Я узнал по нашивке. От него почти ничего не осталось. Дальше — Арсен. Он лежит как кукла. Спокойно. Больше нет. Все мертвы. Из-за меня. Я шёл первым. Мои веки опустились , мгла начила заполонять меня.Молча. Потому что крик уже где-то в другом мире. И я бы отдал всё, чтобы остаться там — с ними. Но остался здесь. Я ползу. С треснувшим черепом Ползу — потому что если не выберусь, то никто не узнает, что мы были... Что у всех нас были дома. У всех — кроме меня. Я — последний. Не герой... --- Разведка лесной территории проходила спокойно. Деревья. Ветер. Треск хвороста под ногами. Ничего особенного. Бойцы шли не спеша, слушая байки, истории из жизни — и, конечно, анекдоты от Вальда. — Ха-ха, вот ещё! — послышался голос Вальда. — Дорогой, у меня две полоски! — Ты что, младший сержант? — Вот умора, смешно ведь! Вся группа разразилась хохотом. — Ну ты, Вальд, шутки — это твоё, — проговорил один из рядовых. — А вот ещё! — Рядовой, почему вы не стреляли в бою? — А вдруг промахнусь — они обидятся… Всю команду снова накрыла волна смеха. Хорошенько посмеявшись, команда направилась дальше на обход. Вальдхар Станович был назначен главным в команде, но относился к бойцам как к братьям. Танкист Борис Ковальчук — призывной из России, Максим Верещагин и новобранец по прозвищу «Тигран». Никто не знал его имени, но из-за картавости кличка появилась сама собой. — Вы слышали? Там, справа! — послышался голос Вальда. — Быстро все туда! Без лишних вопросов! Команда быстро направилась к трёхэтажному зданию. Зайдя внутрь, им открылась не самая благоприятная картина... Посреди комнаты лежал человек в полумёртвом состоянии, с голубым шарфом на шее. Позади него — три тела, которых, по-видимому, уже нельзя было спасти. — Быстро, хватай его и бегом обратно! — прокричал главный. — Быстрее, быстрее! Подхватив неизвестного за руки и ноги, они в быстром темпе направились в штаб.