О чем молчат спасатели

С того дня прошло уже два месяца. Виктория понемногу привыкла к своему новому амплуа и даже неплохо себя чувствовала. Будто за ширмой. Но в один из дней ширма эта чуть было не дала трещину. К домику МЧС подъехал шикарный красный мерседес. Дверца открылась, и из неё тут же высунулась аккуратная ножка на сверкающей шпильке, затем вторая. Из машины вышла прехорошенькая девушка — стройная, ухоженная блондинка — и направилась к дому, катя за собой чемодан. — Линка-апельсинка! — услышала она из-за угла. Блондинка удивленно осмотрелась. Она заглянула во двор и, увидев, как ей показалось, статного парня, улыбнулась. — Девушка, я же ослепну, — улыбнулась в ответ Виктория. Добродушный низковатый голос никак не выдавал в ней женский пол. Она протянула руку: — Виктор. — Лина. Но я вижу, ты в курсе. — Да, мне Грек про тебя так много рассказывал. Блондинка кокетливо заправила за ухо прядь уложенных волос. — Вот как? А… где же он сам? — В душ пошёл. – У вас тут еще и душ есть? – Только летний. Самодельный. С ледяной водой. Лина съежилась. – Давай помогу с чемоданом, — предложила Виктория. — Я сам ей помогу, — вдруг вмешался подбежавший к ним Грек. Он почти выхватил ручку чемодана. — Что же ты, Саня, такую прекрасную даму заставляешь тебя ждать? Ты смотри, без присмотра её не оставляй. Уведут. Виктория подмигнула Лине. Девушка покрылась румянцем и засмеялась. — Вить, ты, кажется, куда-то шёл? — перебил Грек и в раздражении набросил на себя чемодан. — Всё, всё, голубки, я ушёл… Виктория вскинула руки и со смешком проскользнула в часть мимо друга и его девушки. Саша отнёс чемодан к ним в комнату и захлопнул дверь. Оставшись наедине, Лина обняла парня. Он всё ещё дулся и не обнял в ответ. — Что это было, Лина? — Ну, Саш, не сердись. Он просто был первым, кого я успела встретить. — Угу, ещё и глазки ему успела построить. — Ничего подобного! Виктор, между прочим, тоже хороший парень. Сразу помочь вызвался. — Знаю я это «хороший парень». Раз он так хорош, вот и иди к нему. — Грек, ну чего ты в самом деле? Ревнуешь? — Да ничё, — парень обиженно отвернулся, но тон его был уже мягче. — Саш, ты у меня самый лучший, — Лина обняла его ещё крепче и чмокнула в щёку. — Просто, Лина… ты у меня такая красивая… И, не говоря больше ни слова, он поцеловал свою девушку. – Саш, мне одной он показался странным? Ты давно его знаешь? Парень снова напрягся. – Объясни, почему он тебя вдруг так сильно интересует? – Не знаю, как это сказать...Просто...– Лина запнулась. – Понимаешь, он какой-то...есть в нем что-то.. как будто не мужское. – В смысле? – Ну, не знаю. Такой весь слишком собранный. И этот флирт его... Будто он пытается убедить всех вокруг в том, что и так должно быть очевидно. Какая-то подчеркнутая маскулинность... Ну не мужчина это. Хоть ты меня убей. Грек посмотрел на нее внимательно. – Ты правда так считаешь? – Да. Просто не хотела говорить, потому что боялась, что ты у виска мне покрутишь. – Я?? – выпучил глаза спасатель. – Лин, ты же знаешь, я о тебе всегда высокого мнения. Но такого услышать я не ожидал... Не знаю, что думать. Это мой товарищ. – Просто присмотрись к нему. Может, я неправа. А может... – Ладно, я понял. Не будем нагнетать. Спасибо, что сказала. <*****> К вечеру кухня наполнилась аппетитными запахами так, что слышно было даже во дворе. Старик и Лина встретили отряд уставших и голодных спасателей. Но к Виктории аппетит не шел. Она села на обтесанное бревно, не заходя в дом. Ноги гудели, голова звенела от крика командира. Она устало положила голову на колени, вцепившись пальцами в волосы на затылке. – Эй, Витек. Она вздрогнула и обернулась. Лихо перемахнув обе ноги через бревно, рядом с ней плюхнулся Грек. Он уже успел немного выпить с Петровым. – Да ладно тебе, не кисни. – Тебе легко говорить. – Мне легко? – Грек не сдержал усмешки. Стажер продолжила: – Тебя-то Гиреев любит. Ты слышал, как он орал на меня сегодня? Он вообще уже целую неделю гнобит меня. Как с цепи сорвался. Я ничего понять не могу! Саня выдохнул и взъерошил по-армейски короткие волосы. – Любит, говоришь? – парень снова усмехнулся. – А ведь так было не всегда. Знаешь, я когда поступил сюда, тоже был стажером. Зеленым... Совсем, как ты. – Серьезно? – А ты думал, мне капитана сразу дали? – Грек перекинул руку ей за плечо. Объятие было братским. – Так вот, Саид... То есть, Сергей Саидович, так бесился! Он будто всячески старался избавиться от меня. – Из-за Тани? Грек улыбнулся. – Было дело. Да и не только. Правда, я частично сам виноват был тогда... – Это как? – Ну, понимаешь..– Грек замялся. – У меня дядя – генерал. И я весь такой на понтах приехал в Карелию. Типа я тут по ошибке. Дядя меня отмажет, и я буду в офисе сидеть, погонами сверкать. – Да ты гонишь? – Виктория в изумлении уставилась на него. Казалось, она отказывалась верить своим ушам. – Я тебе на полном серьезе. Мне даже вспоминать об этом стыдно. От самого себя тошно. Он задумчиво уставился куда-то в дом. – Но, как видишь, он воспитал из меня достойного спасателя. Воспитает и тебя. – Хотелось бы верить...– стажер вздохнула. – Что же мне делать? Таня мне очень нравится. Надеюсь, это единственный повод ненавидеть меня... Она замолчала. Потом взглянула ему в глаза. – Сань, я тоже хочу быть спасателем. Таким, как ты. Как... Сергей Саидович. Грек невольно улыбнулся и крепче приобнял стажера. – И Таня тут ни при чем, – продолжила она. – Хотя и она тоже... Но в первую очередь я хочу помогать людям. Всегда об этом мечтал. И я очень хочу заслужить одобрение командира. Сергей Саидович – человек правильный. Я много слышал о нем и очень обрадовался, когда узнал, что меня определили в Карелию. – Приятно слышать. Саня потрепал стажера по макушке. – Ладно, идем в дом. Поешь хоть немного, пока стол не разграбили. Виктория повеселела. – Спасибо, Сань. – Да не вопрос. Они вошли в дом и присоединились к ребятам на кухне. Никто из них не заметил ледово-синих глаз, наблюдавших из тени. И никто не знал, что с этого вечера командир начал смотреть на стажёра иначе.