Знакомство с семьёй

Николас Уайлд за всю свою жизнь не видел, чтобы в одном месте собиралось столько кроликов. Обеденный зал напоминал казарменную столовую: длинные дубовые столы тянулись параллельно друг другу от стены до стены, заполняя всё пространство. И хотя слово «столовка» как нельзя лучше передавало шумную атмосферу, в увиденном не было ни следа неопрятности. Всю нору окутывал заботливо созданный уют. Тёплый свет ламп тянулся вдоль стен, вырытых в земле, а на столах пестрели красные пуансеттии. С канделябров под потолком ниспадали метры красного, золотого и серебряного бархата, а корни деревьев, пробиваясь сквозь грунт, изгибались над головой, словно волны. Всего на ужине сидело двести восемьдесят три кролика – все расселись по своим местам, продолжая переговариваться, укачивать младенцев, смахивать пыль и землю с мордашек малышей. Не меньше самого количества ушастых поражало изобилие еды. Ник и представить не мог, что морковь способна быть главным ингредиентом стольких блюд. Морковный хлеб, морковный пирог в горшочке, фаршированная морковь, морковь в карамели, морковная запеканка… Столы тонули в зелени и оранжевых корнеплодах. Ник устроился на стуле, который был ему откровенно мал, и, прижав уши, молча разглядывал угощения. Слева к нему тесно прижималась Джуди – они вдвоём сидели за средним столом, плечом к плечу. Справа же примостился маленький крольчонок, не сводивший с него глаз с той самой секунды, как Ник сел рядом. Сидя во главе стола, Стю Хоппс встал и постучал вилкой о стеклянный бокал, чтобы привлечь к себе внимание. Гул голосов постепенно стих; сотни ушей и взглядов повернулись к нему. – Прошу минуту внимания! – объявил он. – Все меня слышат? Отлично. Прежде чем мы приступим к ужину, позвольте сказать пару слов. И, прежде всего, спасибо каждому из вас, что пришли сегодня к нам. Вы не представляете, как согревает сердце старого кролика, когда вся семья вместе. Он шумно втянул воздух и прижал лапу к груди. – И отдельная благодарность Бонни и всем, кто помог накрыть этот стол. Стю кивнул в сторону Бонни, сидевшей рядом. Она улыбнулась ему, а соседи поддержали её одобрительными возгласами. – Вы, скорее всего, уже заметили, что сегодня с нами особый гость! – продолжил Стю и, приподняв бокал, кивнул в сторону Ника. – И я хочу сказать, что мы очень благодарны за то, что моя дочь Джуди и её напарник Ник Уайлд, сегодня здесь с нами! – Ура! – раздались голоса нескольких кроликов, и они разом приподняли бокалы. Стю глубоко вздохнул и покачал головой. – Скажу вам честно, бывали ночи, когда я глаз не мог сомкнуть. Всё думал о Джуди, одной-одинёшеньке в этом огромном городе… Я ведь и представить не мог, что крольчиха способна стать полицейским! Но Джуди… Он посмотрел на неё через стол с одновременно тёплым и серьёзным выражением лица. – Ты доказала, что твоему старику ещё учиться и учиться. Спасибо тебе, моя Джуд-Жук. Мы с мамой безмерно тобой гордимся. Джуди смущённо улыбнулась, опуская взгляд к столу. Стю поднял бокал ещё выше. – За Джуди и Ника! И за их прекрасную, вдохновляющую… и платоническую дружбу! – Ура! – Да! Платоническую! Ура! – выкрикнул кто-то из дальнего конца зала. Джуди съёжилась, сползая вниз по своему стулу и прикрывая лицо лапкой. Ник неловко улыбнулся окружающим. – Пусть сила дружбы согреет сегодня каждое сердце в нашей норе! – вдохновенно продолжал Стю. – И хотя эти двое замечательных друзей столько сделали для других, я очень надеюсь, что всё наконец утихнет и вы сможете просто… Как там молодёжь говорит? «Чиллить» самым что ни на есть «топовым» образом! Ха-ха… Постойте, я всё правильно сказал? «Топовым» – это же хорошо? Да? Джуди спрятала смущённую улыбку, прикрыв рот лапкой, и бросила на Ника быстрый взгляд, в котором явно читалась мольба о помощи. Стю откашлялся. – В любом случае, спасибо вам всем, что пришли! И напоминаю: сегодня стартует ежегодный семейный марафон за сокровищами Хоппсов! Чувствую, в этом году нас ждёт интересное… но, разумеется, дружеское состязание. Впрочем, главное – что мы снова все вместе. Сидим за одним столом, смотрим на ваши радостные мордочки… Ах, что ж такое, – он всхлипнул и смахнул слезу. – Каждый год одно и то же… Ладно, налетайте! За ваше здоровье и счастье! Он тяжело опустился на стул и громко высморкался в салфетку. По комнате прокатился звон посуды: тарелки и приборы застучали, кролики передавали блюда из лап в лапы. Шум разговоров нарастал: смешки и короткие фразы перелетали через стол вслед за тарелками и ложками. Ник наклонился к Джуди: – Подожди… Что ещё за марафон за сокровищами? Она протянула ему миску, ответив: – Это старая семейная традиция. Ничего серьёзного… Хотя в прошлом году мой брат Рэгвид сломал ногу, когда полез на дерево. – На дерево? – переспросил Ник. – Ему нужен был белый сосновый шишак. А такие растут только на самой верхушке снежной алеппской сосны. – Джуди лукаво улыбнулась. – Мы, кролики, мастера рыть норы. Но вот с лазаньем у нас не очень. Ник приподнял бровь, передавая блюда дальше по столу. Ему и в голову не приходило, что в тихой семейной жизни кроликов может кипеть столько событий – и какие страсти разыгрываются не только под землёй, но и над ней. Джуди наклонилась к Нику и, лукаво сверкнув глазами, прошептала ему на ухо: – Готовься, сейчас будет экскурс в наши семейные интриги. Видишь крольчиху у самого края стола? Это моя двоюродная бабушка Жозефина. Сестра тёти Маргарет – той самой, что принесла каменный, как булыжник, пирог. Они сейчас не общаются. Если коротко: тётя Маргарет стащила у Жозефины рецепт пирога и с ним выиграла окружную ярмарку в этом году. – Вот это да… – протянул Ник. – Ага, – кивнула Джуди. – Так, дальше. Вон там – дядя Оби. Ты его уже видел, когда он сидел на крыльце. Прозвучит странно, но я не до конца уверена, что мы вообще с ним родственники. Он просто… всегда с нами. Может, он какой-нибудь двоюродный дядя в третьем колене? Понятия не имею. О, а видишь крольчиху за столом прямо перед нами? Это моя кузина Дина. Мы в детстве вместе плавали на «Лебединой заводи». А потом она с Кэролайн дико разругалась из-за какого-то парня из нашей школы. Потом, конечно, помирились, но тогда я у них была почтовым голубем – они перестали общаться и передавали всё через меня… Весёлого было мало… Так, дядя Атлас, тётя Марджи, кузина Кэрол – они выращивают морковь по ту сторону долины… А вот кузина Кейт научила меня писать прописными… – Мне, может, начать записывать? – невозмутимо вставил Ник. Джуди едва сдержала смех и, игриво покрутив вилкой у него перед носом, ответила: – Эй, ты сам хотел узнать побольше о моей семье. Ник поднял голову и окинул взглядом шумный зал. – Да, но, боюсь, что для того, чтобы познакомиться с каждым кроликом в этом зале, мне жизни не хватит, – ответил он и неловко взял вилку: она казалась крошечной в его лапе. Сидевшая напротив них Табита – как выяснилось, одна из старших сестёр Джуди –протянула ей миску с морковным пюре. – Джуди, ну как тебе живётся в Зверополисе? – поинтересовалась она. – Хорошо! – оживлённо откликнулась Джуди. – Суетливо, но хорошо. – Ух ты. У вас там уже есть новое дело? Джуди и Ник переглянулись. – Ну… кое-что есть, – ответила Джуди. – Недавно был случай с пожаром в церкви… – Звучит серьёзно! Уже известно, из-за чего он начался? – Преступника пока не нашли, – сказала Джуди, накладывая себе морковное пюре. Ник опустил взгляд и заметил, что под столом её лапка нервно постукивает. – Уверена, вы разберётесь, – ободряюще сказала Табита и, повернувшись к Нику, добавила: – В детстве Джуди просто гениально играла в «Клуэдо». – В настольную игру? – уточнил Ник. – Ага! Все мечтали заполучить её в свою команду. Ей хватало минуты, чтобы вычислить преступника. Джуди улыбнулась, но тут же опустила голову. Она рассеянно поворошила еду на тарелке и пробормотала: – Похоже, с тех пор я потеряла хватку… С совершенно серьёзным видом Ник заметил: – Зато в судоку Джуди по-прежнему нет равных. – Правда? – Табита удивлённо посмотрела на Джуди. – Джуди, я и не знала, что ты увлекаешься судоку. – О, да она почти профи, – вмешался Ник, лукаво улыбаясь ей. Губы Джуди дрогнули, нос нервно задёргался – она изо всех сил старалась не рассмеяться. – Она меня уже многому научила в судоку, – продолжил Ник с серьёзным видом. – Сложению, вычитанию, умножению… И даже делению в столбик… Под столом Джуди опустила лапку и ощутимо ткнула его в бедро. – Что? – тихо засмеялся он, делая вид, будто совершенно не понимает, в чём дело. Она расширила глаза и одними губами прошептала: – Хватит. Ник моргнул с притворным недоумением. – Неужели ты стесняешься своих выдающихся талантов в судоку, а, Джудс? Джуди прижала лапки к лицо и снова беззвучно повторила: – Перестань. Сохранять серьёзность становилось всё труднее. Каждый раз, когда их взгляды встречались, сердце начинало биться чаще, а желание подыграть ему — или, наоборот, оборвать эту игру вспыхивало с новой силой. Тем временем тема разговора сменилась: кто-то заговорил об осеннем урожае. – Говорю вам, с каждым годом всё сложнее защищать поля от вредителей. Саранча с роднёй в этом сезоне чуть не подчистую съела пшеницу. А ещё эта проблема с опылением… Другой фермер фыркнул: – Ха! Может, стоит призвать «Ангелов-хранителей», вдруг сотворят чудо. Кролики дружно рассмеялись. Ник наклонился к Джуди: – «Ангелы-хранители»? Напротив за столом сидел один из братьев Джуди – светло-песочный кролик по имени Гаррет. Услышав вопрос Ника, он насторожился и повернул уши в его сторону. Гаррет, как и многие в семье, был фермером и в этом году сполна хлебнул забот из-за неудачного урожая. – «Ангелы-хранители» – это старая кроличья байка, – объяснил он. – Когда у нас плохой урожай, мы вроде как молимся птицам. Ник приподнял бровь и усмехнулся. Тут вмешался один из дядюшек, ткнув в сторону Ника ложкой: – Только птицы-то давным-давно вымерли. – Ага, – кивнул Ник. – Помню, в школе об этом рассказывали. – Говорят, у них была развитая цивилизация, – продолжил Гаррет. – Медицина, технологии, философия… по уровню они сильно опережали млекопитающих. Подросток-кузен наклонился вперёд и вставил: – Я на Зутубе видел ролик, где говорилось, что именно птицы помогли млекопитающим построить первую цивилизацию. – Ха! – хмыкнул другой кролик, пожилой, с пёстрой шерстью и суровым видом. Он ткнул вилкой в сторону подростка. – И это, надо полагать, очередное видео с теориями заговора, на которые вы, молодёжь, так падки? Он обвёл взглядом Ника и сидящих рядом кроликов, прижав палец к столу. – А дело вот в чём: у нас нет никаких доказательств, что птицы вообще существовали. Ну, разве что наскальные рисунки, которым тысячи лет. Да и те, скорее всего, появились потому, что наши предки-млекопитающие наелись каких-нибудь странных грибов посреди чёртова леса. Он хохотнул, вонзая вилку в кусок морковной запеканки. – Сплошные мифы да чьи-то выдумки, вот и всё тут. Неподалёку за столом другие кролики тоже увлечённо болтали на свои темы. По центру рядом с мамой сидела сестра Джуди – Кэролайн. Бонни заметила, что та весь вечер то и дело поглядывает на Джуди и Ника. Наклонившись к дочери, она тихо сказала: – Хорошая из них команда, правда? – Да… – негромко согласилась Кэролайн, рассеянно водя вилкой по тарелке. – Мам, а давно Джуди работает с Ником? – Ох, дай подумать… – Бонни коснулась лапкой щеки. – Знакомы они уже приличное время, ещё с прошлого летнего сбора урожая. А вот напарниками стали, кажется, около полугода назад. А что? Кэролайн нахмурилась и покачала головой. – Да так… Ничего особенного. Просто… за полгода ведь можно неплохо узнать кого-то. Наверное. – Хм… – протянула Бонни, задерживая взгляд на Джуди и Нике, сидевших дальше по столу. Они склонились друг к другу, переговариваясь вполголоса и обмениваясь улыбками. – Прямо как два горошка в стручке. Бывает, звоню Джуди, но она не берет трубку. А потом приходит сообщение: «Не могу говорить, я с Ником». И я рада, что у неё есть кто-то рядом. Я так переживала, что она будет одна в этом огромном городе. Кэролайн слабо улыбнулась, но её взгляд снова вернулся к паре. Она заметила, как Ник наклонился над тарелкой и отправил в рот кусочек морковного кукурузного хлеба. На мгновение блеснули его зубы – белые и острые. С того места, где сидела Кэролайн, это зрелище невольно заставило её напрячься. Вид хищных клыков так близко от сестры вызвал у неё внутренний холодок – и ещё больше её задевало то, что сама Джуди, похоже, совершенно не замечала этой близости. Ни один из сотни кроликов даже не подозревал о том, что под столом зреет диверсия. Каллум Хоппс выжидал весь вечер, чтобы привести в действие свой тщательно продуманный план под названием «Операция: Рождественский переполох». Для краткости – О.Р.П., но кодовым названием являлось: «Поймать лиса». Вместе с братьями Каллум полз под столом, стараясь не задевать ничьих лап. Вдруг один из малышей чихнул и плюхнулся на лапку… своей сестры Джуди. Джуди мгновенно замерла. Медленно повернув голову, она посмотрела на Ника, который лениво подпирал щёку лапой. Он заметил её взгляд и хитро улыбнулся. Джуди придвинулась ближе и прошипела сквозь зубы: – Да что с тобой сегодня такое? Ник моргнул, искренне озадаченный. – Чего? – Ты серьёзно сейчас решил поиграть со мной в «ножки» под столом? – прошептала она, украдкой оглядываясь на родных. Ник удивленно отпрянул, прижав уши к голове. – Я вообще ничего не делал, клянусь! – зашептал он в ответ. Джуди закатила глаза и, отпив воды, пробормотала: – Тебя нужно прийти в себя. – Морковка, я серьёзно, это не я! Тем временем под столом Каллум приложил палец к губам, призывая хихикающих братьев к тишине, и подполз к «объекту». Он привязал один конец верёвки к ножке стола, а второй аккуратно обвил вокруг лодыжки Ника. Ник чуть шевельнул лапой, и Каллум мгновенно отпрянул и поднял кулак, отдавая беззвучную команду замереть. Выждав момент, когда всё стихнет, он быстро затянул узел и жестом велел отряду отползать к другому краю стола –незамеченными и, что самое главное, абсолютно уверенными в успехе своей блестящей миссии. От центра стола послышался звон стекла. Ник и Джуди одновременно умолкли. В зале повисла тишина, и все головы повернулись вперёд – туда, где, заняв почётное место, стоял бойфренд Кэролайн, мистер Дэвид Данделион, местный мастер на все лапы. Он постукивал ножом для масла по бокалу, пока не привлёк к себе всеобщее внимание. Откашлявшись, Дэвид начал свою речь: – Друзья… мне нужно кое-что сказать. Многие из вас знают, что мы с Кэролайн уже давно вместе… Уши Кэролайн настороженно приподнялись. Она растерянно огляделась. Бонни мягко накрыла её лапку своей. – Кэролайн, – продолжил Дэвид, – ты мой лучший друг и самый близкий мне кролик на свете. Для меня честь спросить, согласишься ли ты пройти эту жизнь рядом со мной… Подойдя ближе, он достал из кармана жёлудь и опустился на одно колено. Кэролайн вскочила со своего стула. – Стой! – выпалила она. – Но… я ещё даже не спросил… – Ответ уже «да»! Она схватила его за рубашку и помогла подняться на ноги. Они обнялись, и зал взорвался аплодисментами, свистом и радостными криками. В воздух полетели фермерские кепки. У Стю и Бонни на глазах выступили слёзы – они поспешили к молодым с поздравлениями. Дальше по столу, среди общего ликования, Ник и Джуди переглянулись. Джуди улыбнулась немного растерянно; Ник ответил ей такой же улыбкой, он никак не ожидал стать свидетелем кроличьей помолвки в свой первый визит в крольчатник. Именно в разгар этого торжества, как истинный негодяй и сеятель хаоса, Каллум Хоппс прошмыгнул мимо Ника и незаметно опустил ему за ворот свитера пушистую гусеницу, после чего бесследно исчез. Ник замер. Шерсть на загривке встала дыбом, хвост распушился. Он попытался дотянуться за спину, судорожно дёргая ткань свитера. Джуди удивлённо моргнула, посмотрев на своего напарника: – Ник… Ты что делаешь? – У меня… У меня в свитере что-то ползает… – процедил он сквозь зубы. Маленькое существо медленно продвигалось вниз по его спине. Ник вскочил, отчаянно пытаясь выудить незваного гостя. Развернулся, сделал шаг и в следующий миг с грохотом рухнул вперёд, растянувшись на полу. Стол опрокинулся следом. Тарелки и приборы посыпались вниз; еда разлетелась во все стороны, морковное пюре брызнуло на удивлённых гостей. Кто-то вскрикнул; кролики в панике отшатнулись, а малыши заплакали. Джуди едва успела отпрыгнуть, прижав лапы ко рту. Радость от помолвки Кэролайн и Дэвида оборвалась, как перерезанная струна. Все взгляды устремились к лису, лежащему посреди бардака и облепленному морковной кашей. Он приподнял голову – одно ухо уныло свисало, слипшееся от пюре. В углу комнаты группа маленьких крольчат тихо хихикала, обмениваясь «пятюнями». Стю понадобилась лишь доля секунды, чтобы сложить два плюс два. Он закатил глаза к потолку и проревел на весь зал: – МАЛЬЧИКИ!!!

***

Джуди Хоппс стремительно открывала для себя новый страх – сидеть на пассажирском сиденье, когда за рулём был её напарник. После злополучного ужина и утомительной уборки именно она предложила немного проветриться и прокатиться по ночным дорогам на стареньком отцовском пикапе. Более того – это тоже была её идея, чтобы вёл Ник. А почему бы и нет? Просёлочные дороги Малых норок в такой час пусты, да и полезно иногда давать партнёру порулить. Когда же Ник признался, что никогда не водил машину с механической коробкой передач, энтузиазм Джуди только вспыхнул ярче. Разумеется, она его научит! Отличное упражнение на командную работу. Правда, вскоре выяснилось, что обучать вождению куда сложнее, чем казалось. – Переключай передачу. – Вторую, понял. Грузовик зарычал и дёрнулся так, что Джуди бросило вперёд; она едва успела упереться лапами в приборную панель. – Тормоз выжимай, когда переключаешься, – процедила она сквозь зубы. Ник приподнял лапы над рулём, его взгляд метался от рычага к сцеплению, потом к педалям под ногами. – Газ, – коротко скомандовала Джуди. Он нажал, двигатель взревел, но машина осталась на месте. – Едь! – сказала она. – Я жму на газ! – возмутился Ник. Джуди нервно рассмеялась и прижала лапу ко лбу. – А передачу переключить? – Да, точно. Ник перевёл рычаг в нужное положение. Пикап медленно покатился вперёд, и фары осветили тёмную просёлочную дорогу. Он осторожно прибавил газ – машина послушно набрала скорость. Бросив быстрый взгляд на Джуди, Ник дождался, когда рокот двигателя станет громче, выжал сцепление и переключился на вторую передачу. Грузовик недовольно затарахтел, но всё же поехал дальше. Ник самодовольно ухмыльнулся. – Видишь? Проще простого. Они неторопливо тащились по дороге, и Джуди, скосив на него глаза, усмехнулась: – Такими темпами мы доберёмся до соседнего города к восьмидесяти годам. – Ну а что, – невозмутимо парировал Ник, пожимая плечами. – Застрять в ржавом пикапе твоего отца и встретить старость вместе? Звучит как мечта. – Хм. Джуди скрестила лапы и устроилась поудобнее, но украдкой продолжала наблюдать за ним. В машине было темно, лишь редкие отблески фар скользили по лицу Ника. Она видела сосредоточенность в его взгляде и напряжение в плечах. От него всё ещё пахло морковью, а к шерсти прилипли засохшие крошки морковного пирога. Джуди наклонилась и аккуратно соскребла с его уха подсохшее пятнышко. – Прости за брата. Считай его проделку своеобразным обрядом посвящения. Ник пожал одним плечом, не отрывая глаз от дороги. – Ничто так не помогает влиться в семью, как лёгкая взбучка, – усмехнулся он. – Хотя надо отдать парню должное. Привязать меня к столу – такого я точно не ожидал. – Ха! – фыркнула Джуди, стряхивая с лап остатки морковной крошки. – Кстати, о неожиданностях. Помолвка Кэролайн точно не входила в мои рождественские планы. Ник покосился на неё. – Слушай… а что это вообще было такое с жёлудем? – А? – она повернулась к нему.– Ты про тот жёлудь, что Дэвид подарил Кэролайн? Джуди поудобнее устроилась на сиденье и стала смотреть в окно: мимо тянулись тёмные сосны, лес становился всё гуще по мере того, как они углублялись в ночь. – Так кролики делают предложение. О! Сверни-ка здесь. Ник сощурился, перехватывая руль и осторожно выворачивая на узкую дорогу. Пикап затрясло, под колёсами захрустели камешки. По обе стороны поднимались чёрные стены леса – деревья мрачно нависали над дорогой. – Вот именно так обычно и начинается фильм ужасов, – заметил Ник. – Сейчас нас либо похитят, либо расчленят. – Перестань. Припаркуйся здесь, у обочины. Он аккуратно подвёл машину к краю дороги и нажал на тормоз. Двигатель заглох, и они оказались в кромешной темноте, лишь металл тихо пощёлкивал, остывая. Ник закинул лапу на спинку сиденья и наклонился к Джуди. – Ну вот, мы одни посреди леса… Совершенно точно не завязка каждого слэшера в истории кино. Джуди пропустила его слова мимо ушей и, наклонившись вперёд, принялась рыться в бардачке, пока не нащупала фонарик. – Иди за мной, – сказала Джуди, распахнула дверцу и ловко спрыгнула на дорогу. Дверь с грохотом захлопнулась, и у Ника нервно дёрнулись уши. Он выбрался со своей стороны, тоже закрыл дверь и догнал её посреди дороги. Джуди включила фонарик, и свет тут же ударил Нику прямо в глаза. Он отшатнулся, прикрывая лицо лапой. – Ой, прости! – спохватилась она и опустила фонарик вниз, направляя его вдоль дороги. – Нам туда. Пошли! Ник с недоверием наблюдал, как она решительно зашагала вперёд. На ближайшем дереве висела жёлтая табличка: «Посторонним вход воспрещён». – Давай, копуша! – крикнула Джуди через плечо. – Не хочешь же, чтобы тебя здесь превратили в коврик из лисьего меха! Ник цокнул языком и всё-таки двинулся следом. Они шли по дороге, и темнота сгущалась вокруг них, когда они приблизились к лесу. Уши Ника беспокойно поворачивались, улавливая каждый шорох. – Итак, – начал он, – просвети меня ещё немного насчёт кроличьих традиций. Может, я чего-то не понимаю, но каким образом жёлудь – это предложение руки и сердца? Джуди хмыкнула и рассмеялась. – Да ничего такого. У нас всё просто. – Она пожала плечами, освещая путь фонариком. – Пара выбирает семя какого-нибудь дерева, обменивается им, а потом сажает его вместе. Сюда, – она сошла с гравийной дороги в лес, ступая по сосновым иголкам. Ник пригнулся под низкой веткой и последовал за ней. – Так зарождается дом,– продолжала Джуди. – Мои предки когда-то вместе посадили тот самый тополь, под которым сейчас стоит наш дом. – Ничего себе… – тихо произнёс Ник. Его лапа невольно скользнула по стволу дерева, ощупывая шершавую кору. – Я и не знал, что у вас всё так устроено. Но ведь дереву нужно много лет, чтобы вырасти таким большим? – Да, – кивнула Джуди, взбираясь на валун, перегородивший тропу. – Но мои предки думали не столько о себе, сколько о том, что оставят после себя потомкам. Она протянула ему лапу. Ник ухватился за неё и подтянулся наверх. – Не знаю… – выдохнула Джуди, переводя дух. – Это странно звучит? Ник пожал плечами. – Вовсе нет. У каждого вида свои причуды. Он спрыгнул с валуна и протянул лапы к ней. Джуди осторожно спустилась; Ник придержал её за талию, пока она не почувствовала под ногами землю, и только потом отпустил. – А лисы как делают предложение? – спросила она через плечо. Ник не ответил. Он сунул лапы в карманы и молча шёл следом, вглядываясь в тёмные просветы между деревьями. – Эй? – окликнула Джуди. – Не знаю, – слишком быстро проговорил он. Одно её ухо повернулось в его сторону. Она остановилась, и Ник тоже. Джуди развернулась, уперев лапу в бок, и направила на него фонарик. – Ты что-то скрываешь. Ник зажмурился, когда свет ударил ему прямо в глаза. – Правда не знаю, Морковка. Честно. – Нет уж, у лис явно есть свои традиции помолвки, о которых ты мне не рассказываешь, — упрямо сказала она и пошла дальше. – Если не скажешь, сама выясню. – Да пожалуйста, – усмехнулся Ник. Он поднял голову: сквозь кроны пробивалось серебристо-голубое сияние почти полной луны. Впереди тропа начинала круто подниматься вверх. Фонарик в лапе Джуди замигал, свет дрогнул и погас. Она раздражённо стукнула по корпусу, пытаясь починить его, но луч вспыхнул в последний раз и исчез окончательно. – Чёрт… – пробормотала она и, обернувшись к тёмному силуэту Ника, спросила: – И что теперь делать? – Позволишь? – мягко сказал он, протягивая лапу. Не сразу поняв, к чему он клонит, Джуди вздохнула и вложила свою лапу в его. Ник уверенно повёл их вперёд; в бледном лунном свете ему было достаточно видно дорогу. Они шли молча. Под ногами хрустели листья, дыхание клубилось в холодном воздухе и таяло. Джуди поймала себя на мысли, что смотрит на Ника, не отпуская его лапы. Шагая рядом, она невольно придвинулась ближе и, будто теряя равновесие, осторожно прислонилась щекой к его плечу. – Ты веришь в то, о чём говорила твоя семья? – вдруг спросил Ник. – О чём именно? – Об этих Ангелах-хранителях. – А, это… – Джуди тихо рассмеялась. – Ну да. Признаю, мысль о том, что птицы тысячи лет назад помогли млекопитающим построить цивилизацию, звучит впечатляюще, но… – она нахмурилась и пожала плечом. – До сих пор ведь непонятно, существовали ли они вообще. Может, это всего лишь красивая легенда. – Иногда я задумывался… – начал Ник, но осёкся. – О чём? – тут же спросила она. Он усмехнулся, глянув на неё сверху вниз. – Ерунда. Просто в детстве мне иногда снилось… будто я слышу их пение в снегу. У Джуди приподнялась бровь, ухо слегка склонилось набок. – Что? – рассмеялась она. Ник тоже хмыкнул и покачал головой. – Забудь. Я был ребёнком. Кто знает, что это вообще значило. Может, ничего. Ты же знаешь, я половину своего детства благополучно похоронил где-то в подсознании. – Но сны о птицах помнишь? – Видимо, эти эпизоды полностью закопать не удалось… Он оступился на подъёме и едва не потерял равновесие. Джуди мгновенно ухватила его за лапу, удержав на ногах. Когда Ник выровнялся, они пошли дальше. Джуди переплела свою руку с его и опёрлась на него плечом. – Озеро «Лебединая заводь», – проговорила она, – названо в честь одной из королев из древних преданий. Говорят, она была «Матерью», в чьём яйце хранились все звёзды вселенной. – И озеро назвали в её честь потому что…? – Сейчас увидишь. Они достигли вершины холма. Вокруг них возвышались высокие, тесно стоящие деревья, а земля под ногами казалась совершенно чёрной. Джуди держалась за лапу Ника и, нащупывая путь вдоль деревьев, вела его к лунному свету. Густой лес расступился, и они вышли на насыпь, возвышающуюся над мерцающим озером под названием «Лебединая Заводь». Спокойная и неподвижная вода озера была словно зеркало – сотни звёзд отражались на его поверхности, будто танцуя, как светлячки от малейшего ветерка. Молочно-белая луна, почти полная, но всё ещё растущая, висела высоко в небе, и редкие облака проплывали мимо, затуманивая её сияние на несколько мгновений. Ник глубоко вдохнул. В его глазах отражались звёзды и луна. – Ну, – выдохнул он. – В городе такого точно не увидишь. Джуди отпустила его лапу и шагнула вперёд. Из кармана она вытащила сложенный листок бумаги и жестом подозвала Ника. – В списке трофеев марафона Хоппсов есть один пункт, который можно найти именно здесь, – сказала она. – И он должен быть… вон там! Она указала на гребень холма. Вдоль края обрыва в лунном свете белели цветы – едва различимые, если бы не серебристое сияние ночи. Джуди решительно направилась к ним. Ник пошёл следом, наклоняясь ближе к её уху. – Чисто из любопытства, – прошептал он, – победителю этого марафона полагается какой-нибудь приз? – Право злорадствовать, – лукаво улыбнулась Джуди. – И мамин морковный пирог. – Ого, – протянул Ник. – Ради такого можно и ногу сломать… – Слушай, это было всего один раз, – напомнила Джуди. – И мой брат, мягко говоря, не блещет умом. Ник протянул лапу: – Можно? Джуди отдала ему лист бумаги. Он пробежался глазами по тексту, и на его лице медленно расплылась улыбка. Джуди остановилась у края обрыва. До озера было метров пять – тёмная вода тихо плескалась о скалу внизу. Она опустилась на одно колено и провела пальцами по белому цветку. – Снежноягодник, – сказала она, срывая растение и протягивая его Нику. – Один есть, осталось ещё девятнадцать. Она уже собралась идти дальше по тропе, как Ник шагнул за ней: – Или… мы можем выиграть всё разом. Джуди остановилась и удивлённо посмотрела на него. Ник развернул лист и ткнул пальцем в один из пунктов. – Тут написано, что за это дают сто очков. Если выполним – мы автоматически становимся победителями. Джуди прищурилась, перечитывая строку, о которой он говорил, а потом рассмеялась. – Это шутка, – сказала она. – Папа каждый год вписывает этот пункт ради прикола. Никто его не выполняет. Ник опустил лист и наклонил голову, приподняв бровь: – Но если мы всё-таки это сделаем… победа будет за нами, верно? – Ну… наверное, – пошутила Джуди, но её смех постепенно сменился тревогой. – Отлично, тогда приступим… – сказал Ник и начал стягивать свитер. Джуди тут же схватила его за лапу и резко опустила её вниз. – Ты с ума сошёл, – прошипела она, нервно озираясь по сторонам, будто из леса вот-вот кто-нибудь выйдет. – Тут написано: «Полярный заплыв в озере «Лебединая Заводь». И если для победы в глазах твоей семьи нужно нырнуть – я готов к небольшому приключению. – К обморожению ты готов, – парировала Джуди. – Давай лучше соберём остальные трофеи и вернёмся в нору… Ник посмотрел на неё сверху вниз, и его ухмылка стала только шире. Спустя мгновение он пожал плечами и шагнул мимо нее. – Ничего страшного, если ты боишься, – бросил он. – Я не боюсь! – возмутилась Джуди, следуя за ним и осторожно ступая в темноте. – Конечно-конечно, – ответил Ник через плечо. – Ты самый храбрый кролик из всех, кого я знаю. Но… – он обернулся, хвост лениво качнулся в сторону. – Может, заключим пари? – Слушаю, – насторожилась Джуди. Ник остановился и повернулся к ней. – Если я прыгну в озеро, право пользоваться ручкой-морковкой переходит ко мне. Глаза Джуди расширились, нос нервно задёргался. – Нет! – выпалила она. – Ни за что! – Но… – Ник поднял палец. – Если прыгнешь ты, тогда право на ручку остаётся за тобой на целый год. Как тебе такое? Джуди отступила на шаг назад. Мысли метались в голове так же быстро, как дёргался её нос. – Нет! – повторила она и решительно прошла мимо него. – И вообще, с чего вдруг разговоры о «праве на ручку»? Мы оба прекрасно знаем, что сейчас она у меня… – Ты в этом уверена? Джуди резко обернулась. В серебристом свете луны она увидела Ника, который держал в лапе… ту самую ручку-морковку. Вторую лапу он спрятал за спиной и склонил голову набок. – Когда ты… – начала она, а затем воскликнула: – Ты рылся в моём чемодане! Вот уж подлец! Она стремительно подошла к нему. – По-моему, правильно говорить «хитрый лис», – невозмутимо поправил Ник. – Но «подлец» тоже подойдёт. Ой! – Он вскинул ручку высоко над головой, ускользая от её лапы. – Ай-ай-ай, – цокнул он. – Думаю, право владения ручкой в этом году должно принадлежать мне. Справедливо же, если мы будем чередовать? Он вздохнул, задумчиво постучал ручкой по лбу и отвёл взгляд в сторону. – Итак, что у нас там было записано в последний раз?.. Впрочем, неважно. Пожалуй, сотру. Джуди прикусила губу и сжала кулак,  явно собираясь ткнуть его в живот, но Ник хладнокровно шагнул назад. Она уставилась на него с упрямой гримасой и сказала: – Кто первый прыгнет – тот и получает право на ручку. Верно? – Верно, – подтвердил Ник. В спешке, не теряя ни секунды на обдумывание, Джуди принялась стягивать с себя свитер. Ник поначалу оторопел – ухмылка сползла с его лица, будто он и правда не верил, что у неё хватит дерзости клюнуть на его приманку. Но уже через мгновение до него дошло: они заключили пари, и если он не доведёт дело до конца, проигрыш ему обеспечен. Он сунул ручку в карман брюк и поспешно начал выпутываться из свитера. – Ты об этом ещё пожалеешь, – бросила Джуди. Она вылезла из майки и отбросила её в сторону. Всё происходило так быстро, что Ник едва успевал осознать: они и правда это делают – здесь, посреди леса, в кромешной ночи. В голове у него крутилась только одна мысль – оказаться в воде раньше неё. Он как раз пытался стянуть с себя штаны, когда джинсы Джуди полетели ему прямо в лицо. Среагировать он не успел – в следующую секунду она толкнула его на землю, заливаясь смехом. Ник упал, пытаясь убрать джинсы с носа, и моргнул в растерянности, увидев, как Джуди в одном белье приближается к краю обрыва. Послышался крик, который оборвался громким всплеском, когда она скрылась в воде. Ник вскочил и подбежал к краю. Внизу Джуди вынырнула, резко хватая ртом воздух. Широко распахнув глаза, она обхватила себя руками, стуча зубами от холода. – Д-д-давай сюда! – крикнула она. – В-в-вода просто чудесная! – Ага, вижу, просто обалденная! – отозвался Ник. – Ледяная прорубь – всё как я люблю! Джуди недовольно выдохнула и хлопнула лапой по воде. – Я выиграла! – объявила она. Изо рта вырвался пар, пока она по-прежнему стучала зубами. – Я п-п-прыгнула первой! Значит, ручка остаётся у меня! Ник лёг животом на край обрыва. – Выходит, и в ежегодном марафоне мы тоже победили? – Ты должен прыгнуть! – потребовала Джуди. – Мы в одной команде! Без тебя не считается! Ник закатил глаза и поднялся на ноги. Джуди, дрожа в ледяной воде, увидела, как он развернулся и исчез из поля зрения. – Трус! – крикнула она. – Признай, что я выиграла! Ручка моя! Ответа не последовало. Она покачалась на воде, перебирая лапами. – Ник? – позвала она. По-прежнему тишина. Она закричала громче. – Николас! Спустя несколько секунд он появился вновь, мчась со всех лап. В одних боксерах он оттолкнулся от края и полетел вниз. – Бомбочка! – выкрикнул он и плюхнулся в озеро. Вода взметнулась вверх, и Джуди прикрыла лицо от брызг. Ник вынырнул, встряхнув головой. – Уууу, да тут холодрыга! – выдохнул он, проводя лапой по лицу и приглаживая мокрую шерсть. От резкого холода он задышал часто и обрывисто. – Ладно, считай, теперь мы квиты, – сказал он, глядя на Джуди. – Это ещё почему? – огрызнулась Джуди, дрожа всем телом и с трудом соображая в ледяной воде. – Я прыгнула первой – значит, победила! – Она ткнула большим пальцем себе в грудь. – Так что ручка остаётся у меня. Смирись. Ник шумно выдохнул через нос, пытаясь унять дрожь. Ухмыльнувшись, он сказал: – Ты просто обезумела. И потом… – он развёл лапы и подплыл ближе, – зачем тебе так отчаянно нужна эта ручка? Джуди отплыла назад, бросив взгляд в небо. – Не знаю, – пробормотала она. – Это ведь не из-за той последней записи на ней, да? – мягко поддел её Ник, подплывая ещё ближе. Джуди попятилась, перебирая лапами. – Разве на ручке было что-то записано? – невинно переспросила она, прижимая лапу к щеке. – Совсем вылетело из головы. – Хочешь, помогу вспомнить? – сладко протянул Ник. Нос Джуди смешливо сморщился. И как только Ник потянулся к ней, она резко рванула вперёд и окунула его лицом в воду. Ник ушёл под воду, затем вынырнул, хватая ртом воздух и фыркая от холода. Он стряхнул воду с лица. – Ну всё! – воскликнул он и бросился на неё. Джуди взвизгнула и отплыла прочь. Ник рванул следом – оба плескались, брызгались, сбивая отражение звёзд на тёмной глади озера. Они гонялись друг за другом, подначивали, задыхаясь и от холода, и от смеха. Когда Ник наконец ухватил её за лапу, Джуди развернулась и фонтаном брызнула ему в лицо. И вдруг с противоположного края обрыва, нависающего над озером, раздался резкий окрик: – Эй! Ник и Джуди застыли, и их глаза округлились. Вновь послышался голос из рупора: – Вы двое, немедленно выбирайтесь из воды. – Святая морковь… – прошипела Джуди, мгновенно узнав голос начальника полиции Малых норок офицера Хэппи. Она хлопнула Ника по плечу. – Давай, давай, давай! Ник растерянно огляделся, будто не до конца понимая происходящее, затем развернулся и поплыл к берегу. Джуди держалась рядом. – Я не буду повторять! Выходите из воды с поднятыми руками! Они выбрались на берег. Ник встал на четвереньки и встряхнулся с головы до хвоста, разбрызгивая воду. Не теряя ни секунды, Джуди рванула вверх по откосу – мокрая, продрогшая до костей. Добравшись до места, откуда они прыгали, она принялась лихорадочно собирать одежду. – Ты что делаешь? – шикнула она на Ника. – Одежду хватай! Быстро! – Я вообще не чувствую конечностей, Морковка, – огрызнулся Ник, сгибая и разгибая онемевшие лапы. – И, кстати… вид отсюда просто потрясающий. Джуди взглянула на него, затем опустила глаза на себя и щёлкнула языком, прижимая к себе кучку одежды, чтобы хоть как-то прикрыться. – Стоять на месте. Это приказ. Попытка сбежать будет расценена как сопротивление полиции. Уши Ника прижались к голове. Он подхватил с земли брюки и свитер и метнулся к Джуди, которая уже прыгала на месте, готовая сорваться с места. В следующую секунду они вместе рванули по тропинке вглубь леса. – СТОЯТЬ! – гремел из рупора голос капитана Хэппи. Мчась между деревьями, Ник и Джуди на ходу натягивали одежду, трясли лапами и головами, стряхивая ледяную воду с шерсти. – Хоть бы выжить… – повторял Ник в панике, продевая голову и лапы в свитер. Он насвистывал себе под нос и едва не споткнулся о поваленное бревно. Джуди тоже одевалась на бегу, то ускоряясь, то резко притормаживая. Сердце колотилось так, что каждый вдох отдавался в ушах. – Да быстрее же! – взмолилась она. Ник подпрыгнул вперёд, впихивая сначала одну ногу в штанину, потом другую. – Прошу прощения, – отозвался он с ядовитой иронией, – но я ещё ни разу не убегал от полиции в одних трусах. Всё бывает впервые. Джуди схватила его за запястье и потянула за собой. Они неслись сквозь лес по той же тропе, огибая пни и валуны, перепрыгивая канавы, уворачиваясь от веток. Наконец они вывалились на гравийную дорогу. Позади трещали ломаемые ветки и слышались тяжёлые шаги. Луч фонаря бешено метался в темноте, а голос капитана полиции снова раскатился над лесом: – Стоять! Это приказ! Ник и Джуди кинулись к пикапу, распахнули двери и буквально влетели внутрь. – Поехали! – крикнула Джуди. – Ты чего ждёшь? Не сиди – жми на газ! Ник шарил по карманам в поисках ключей, неловко перебирая их в онемевших лапах, пока наконец не попал ключом в зажигание. Двигатель пикапа взревел, фары вспыхнули – и в их свете показался капитан Хэппи, мчавшийся по дороге прямо на них, с таким выражением лица, будто в глазах у него полыхал адский огонь. Джуди вцепилась в спинку сиденья, когда Ник врубил заднюю передачу и рванул с пугающей скоростью назад. Грузовик подпрыгнул, и их подбросило так, что они ударились головами о крышу кабины. Ник метался взглядом – в зеркало заднего вида, через плечо, снова вперёд, проверяя, с какой стороны их преследуют. Капитан всё ещё гнался за машиной, но с каждой секундой всё отдалялся от них. Колёса пикапа выскочили на асфальт дороги. Ник резко выкрутил руль, и Джуди отбросило прямо на него. Он мгновенно переключил передачу и вдавил газ. С визгом шин пикап сорвался вперёд, оставляя позади и офицера Хэппи, и его ярость. Ник переключал передачи, разгоняясь всё быстрее. Он глянул в зеркало, сглотнул и уставился на дорогу. Джуди выпрямилась, сидя рядом. Оба тяжело дышали, всё ещё мокрые и продрогшие после своего «полярного заплыва». Лапы Ника мёртвой хваткой сжимали руль. Джуди держалась за сиденье, одно ухо стояло торчком, другое безвольно свисало. – Мы сделали это, – выдохнула она. – Это. Было. ПОТРЯСАЮЩЕ! Она подпрыгнула на сиденье и ткнула Ника кулаком в плечо. –Ты видел, как ты – р-р-р-р! Вырулил на дорогу! – она изобразила перед собой руль, повторяя его манёвр. – Ладно, но давай перемотаем чуть назад, – усмехнулся Ник. – Твой прыжок в озеро был довольно безбашенным, признаю. – Мы просто невероятные, – заявила Джуди. – И чертовски крутые, – добавил Ник. – Самые крутые, – невозмутимо поправила она, будто это был очевидный факт. Их смешки постепенно стихли. Остался лишь ровный гул двигателя, пока пикап катился по пустынной просёлочной дороге. Всё могло бы быть почти идеально – ночная поездка, тишина, звёзды… если бы судьба не решила подкинуть им приключение в лице неумолимого и всепоглощающего гнева офицера Хэппи. Словно из ниоткуда, будто прямо из преисподней, раздался пронзительный вой сирены, а позади вспыхнули красно-синие огни полицейской машины. Ник и Джуди медленно повернули головы к заднему стеклу. – Жми на газ, – сказала Джуди. Ник резко повернулся к ней. – Прости? Это говорит мисс «Соблюдай-закон»? Ты предлагаешь мне удирать от полиции? – Мы и есть полиция. Дави на газ! Ник всё ещё не верил своим ушам, но вжал педаль газа в пол. Пикап рванул вперёд, а капитан Хэппи неотступно висел у них на хвосте. Ник выжал сцепление и дёрнул рычаг коробки передач – но тот не поддался. – Эм… Морковка? Двигатель загудел, не в силах разогнаться быстрее. – Рычаг надо пошатать, чтобы включить четвёртую! – крикнула Джуди. – Что-то я не припомню, чтобы это входило в наш ускоренный курс вождения! – Это… ой, забудь! Двигайся! Джуди убрала его лапы с руля и, перелезая через Ника, втиснулась на водительское место. Чётким движением она выжала сцепление, дёрнула рычаг – передача переключилась на четвёртую – и вдавила газ. Взгляд стал холодным и сосредоточенным, уши прижались к голове, пока пикап мчался по дороге. И вдруг она выключила фары. – Морковка…? – настороженно протянул Ник. Она метнула взгляд в зеркало заднего вида, затем вперёд и с досадой выдохнула: – Бесполезно, они нас догонят! И тут её уши резко поднялись. Впереди, между двумя елями, возвышался рекламный баннер. Джуди не сбавляла скорость – наоборот, гнала почти на пределе. Лишь в последний момент она ударила по тормозам, выкрутила руль и развернула машину на сто восемьдесят градусов. Ник вцепился когтями в обивку сиденья, второй лапой ухватившись за поручень над дверью. С визгом шин грузовик сорвался с дороги и скрылся за билбордом. Джуди резко нажала на тормоз, их обоих мотнуло вперёд, прежде чем машина окончательно остановилась. Джуди повернула ключ в зажигании и затаилась в ожидании. Через несколько секунд мимо них с воем сирены пронеслась патрульная машина капитана Хэппи. Звук сначала усилился, потом начал затихать – всё дальше и дальше по дороге. Джуди и Ник затаились, тяжело дыша. Только остывающий двигатель тихо пощёлкивал и побулькивал. – Ничего себе… – наконец выдохнул Ник. – Ага, – ответила Джуди. – Впечатляет. – Спасибо, – тяжело дыша, сказала она, прижимая лапу к бешено колотящемуся сердцу. – Я однажды видела такое в кино. И даже не думала, что это сработает. Она перевела дух и опустила лапу, положив её прямо на бедро Ника. – Что ж… – начал Ник. Джуди обернулась – и только теперь поняла, что сидела между его ног. До неё дошло, что в суматохе, перехватывая руль, она без всяких раздумий уселась к нему на колени. – Приветики, – Ник приподнял бровь и ухмыльнулся. Джуди фыркнула и отпихнула его лицо в сторону. – Подвинься. Я поведу до дома. – Есть, мэм, – отозвался Ник, перебираясь на пассажирское сиденье. В лунном свете его мокрая шерсть поблёскивала. Он дрожал, сложив лапы лодочкой у рта и выдыхая в них тёплый воздух. Джуди завела двигатель, затем нажала кнопку на панели. Радио взревело: – Вы слушаете радио K-9 AM, 1126 – «Зубодробительные хиты»! – Упс, — рассмеялась Джуди. – Так себе название. Она убавила громкость и нажала соседнюю кнопку. Из-под капота вырвался клуб дыма, а из вентиляционных отверстий потянуло горячим воздухом. – Это было безумие, – сказала Джуди, включая передачу. Она посмотрела по сторонам и, убедившись, что дорога пуста, аккуратно вырулила на шоссе. Ник подставил лапы под поток тёплого воздуха. Они неспешно поехали по просёлочной дороге обратно к крольчатнику. Луна висела высоко впереди, будто освещая им путь. – А я, признаться, хотел бы увидеть счастливое лицо офицера Смайлза, – заметил Ник. Джуди рассмеялась: – Наверное, оно выглядело бы вот так. Она оскалилась, перекосив мордочку в попытке изобразить грозное рычание. – Страшно, – сказал Ник. – Прямо лицо истинного хищника. Он откинулся на сиденье, закинув руку на спинку. Кончик его пальца коснулся уха Джуди. Они ехали молча, под мягкое убаюкивающее звучание песни из радио. Ник рассеянно подпевал себе под нос, глядя в пассажирское окно. Почти незаметно он провёл пальцем по краю её уха. Тепло в салоне пикапа постепенно согрело их обоих, адреналин сошел на нет, уступая место приятной усталости. Джуди тихо выдохнула, её веки дрогнули, и Ник посмотрел на неё. Песня по радио сменилась. Их уши синхронно повернулись к динамику, а затем они переглянулись. Знакомая мелодия раскрывалась аккорд за аккордом, прежде чем зазвучали слова: Мне нужно немного времени, Немного времени всё обдумать, Стоит читать между строк, Вдруг это пригодится, когда я стану старше… Уши Джуди прижались к голове, и она смущённо улыбнулась Нику. Он поднял бровь и кивнул, ответив неловкой улыбкой. Это была одна из тех песен, которые Джуди добавила в плейлист Ника – конечно же, просто для разнообразия. Но теперь, зажатые в тесной кабине грузовика, они не могли проигнорировать звучавшую песню. Они снова замолчали. Ник всё так же держал лапу на спинке сиденья, закинув ногу на ногу. Джуди держала лапы на руле, сосредоточенно глядя на дорогу. Мимо проплывал тёмный лес, машина плавно вошла в поворот, и впереди показалась слабо освещённая долина. – Классная песня, – заметил Ник. – Ещё бы, – ответила Джуди. Ник покачивал головой в такт, беззвучно проговаривая слова, а потом прошептал: – В моей жизни были и боль, и разочарования… Не знаю, смогу ли я снова с этим справиться… Джуди моргнула, глядя на него. – Я не могу остановиться, я зашёл слишком далеко, чтобы изменить эту одинокую жиииизнь… – он толкнул её локтем. – Ты знаешь этот припев, давай, Морковка, подхватывай. – Я хочу знать, что такое любовь. – пробормотала Джуди, а затем, уже громче, – Я хочу, чтобы ты показал мне! – Вот это да! – подбодрил Ник и выкрутил громкость так, что музыка завибрировала в салоне машины. – Я ХОЧУ ПОЧУВСТВОВАТЬ, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ! – завопила Джуди. – Я ЗНАЮ, ТЫ МОЖЕШЬ ПОКАЗАТЬ МНЕ! – подхватил Ник. – Я забыла эти строчки… Нет, подожди, не забыла! Мне нужно немного времени, немного времени, чтобы оглядеться вокруг! Ник опустил стекло со своей стороны и высунул голову наружу. Воздух оказался ледяным, ветер щипал глаза до слёз. Его влажная шерсть растрепалась, и он заорал в ночь: – Я не могу остановиться, я зашёл слишком далеко, чтобы изменить эту одинокую жизнь! Джуди тоже крутанула ржавую ручку стеклоподъёмника и высунулась наружу: – Я ХОЧУ ЗНАТЬ, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ! – Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ПОКАЗАЛ МНЕ! – Я ХОЧУ ПОЧУВСТВОВАТЬ, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ! Вместе они завыли: – Я ЗНАЮ, ТЫ МОЖЕШЬ ПОКАЗАТЬ МНЕ… Фу! Ник резко втянулся обратно в кабину, закашлявшись. – Что случилось? – спросила Джуди. – Я только что проглотил жука, – прохрипел Ник. – Бери припев, Морковка, я в тебя верю. Джуди напевала мелодию, её голос становился всё громче и увереннее, когда Ник снова присоединился. Никто из них не признался бы, что знает эту песню наизусть – но они нарочно путались в словах, лишь бы рассмешить друг друга и сорваться на хохот. Джуди держала руль одной лапой, другой поднимала воображаемый микрофон. Ник перехватил его, потом снова «передал» обратно. Они пели ужасно – фальшиво, слишком громко, сбиваясь, и это было прекрасно.

***

К тому времени как Ник и Джуди вернулись в крольчатник, малыши уже давно сопели в своих кроватках – тихо и безмятежно. Словно парочка нашкодивших подростков, они крались мимо спален; ступеньки тихо поскрипывали под лапами, пока они на цыпочках поднимались к комнате Джуди. Всё ещё на взводе после ночной погони, они едва сдерживали смех, пока Джуди не схватила Ника за край свитера и не прижала палец к губам, попросив быть потише. Добравшись до комнаты, они почувствовали дрожь по всему телу. Джуди тихонько щёлкнула замком двери и включила свет. Обхватив себя руками, она затряслась от ушей до кончика хвоста. – Ты иди в ванную по коридору, – проговорила она, стуча зубами. – Я приму душ этажом ниже. – Понял-принял, – ответил Ник. Он поёжился, шерсть на загривке встала дыбом. Стянув с себя холодный мокрый свитер через голову, он шумно выдохнул. Джуди подошла к чемодану на полу и принялась рыться в нём в поисках тёплой сухой пижамы. Ник бросил свитер на нижнюю койку, затем расстегнул молнию дорожной сумки. Он понюхал себя под мышкой и поморщился. – Ты можешь мне одолжить мыло? – спросил он через плечо. Джуди бросила ему нераспечатанный кусок мыла в бумажной коробочке. Ник поймал его и усмехнулся: – И как мы собираемся объяснить твоей семье, что выиграли в вашем соревновании? – Никак, – сухо ответила Джуди, проходя мимо и задев его хвост. Пижаму она прижимала к груди. – Это останется между нами. Ник рассмеялся, покачав головой, глядя, как она выходит из комнаты. Затем повернулся к сумке и, насвистывая их песню «I Want to Know What Love Is», принялся в ней рыться. Улыбка медленно сошла с его лица, и он вдруг замер. – Э-э, Морковка? Он стал перебирать вещи быстрее, выворачивая сумку, осматривая её со всех сторон. – Джуди? – позвал он громче. Джуди выглянула из дверного проёма. – Что такое? Ник медленно повернул к ней голову; его уши прижались назад. – Это не моя сумка. – Что? – Джуди вошла в комнату и приблизилась к нему. – Это не моя сумка, – повторил Ник, отступая, чтобы она сама посмотрела. Джуди моргнула, затем начала рыться внутри. Ей попалось аккуратно свернутое одеяло и россыпь пенопластовых упаковочных шариков. – Но… как? – пробормотала она. Ник почесал затылок. Его взгляд метнулся в сторону, и вдруг лицо озарило мрачное осознание. – Лори из поезда! – щёлкнул он пальцами. – У него была чёрная сумка, точно такая же, как моя. – Ты хочешь сказать, что вы перепутали сумки? – Наверное, это случилось, когда я чуть на него не грохнулся, – сказал Ник, уперев одну лапу в бок, а палец прижав к губам. – Думаю, он по ошибке схватил мою сумку, решив, что это его. Он недовольно вздохнул, потирая глаза, и начал расхаживать по комнате. Джуди тем временем развернула одеяло и застыла в шоке. Её глаза расширились. – Ник, – выдохнула она. – И как нам теперь его найти? Это же не так сложно, да? Сколько тут вообще этих лори шляется по Малым норкам… – НИК! Он обернулся. Джуди стояла неподвижно. В сложенных лапах она держала белое яйцо. Ник отпрянул, недоверчиво уставившись на него. – Эм… Что это? – Это яйцо, – сказала Джуди. Она опустила взгляд на свою находку. Почти идеально белое, лишь с редкими коричневыми крапинками. Оно легко помещалось в её двух лапах. Скорлупа поблёскивала в свете лампы, и Джуди нервно усмехнулась. – Рептилии ведь откладывают яйца, помнишь! – воскликнула она. Ник приподнял бровь. – Похоже, я проспал эту лекцию по биологии. – Ничего себе… – выдохнула Джуди. – Значит, что… – Она резко подняла голову. – Внутри детёныш. Она передала яйцо Нику. Он взял его аккуратно в лапы, хотя, скорее, настороженно. Джуди снова склонилась к сумке, копаясь в ней в поисках хоть каких-то зацепок. – Но зачем лори яйцо рептилии? – размышляла она вслух. Она вытащила одеяло и перевернула его. Поняв, что это одеяло с подогревом на батарейках, Джуди ахнула: – Ну конечно! Яйца должны быть в тепле! Сюда… Она отодвинула сумку в сторону и расстелила одеяло на кровати. Забрав яйцо у Ника, аккуратно положила его в центр и укутала тканью, соорудив что-то вроде гнезда. Ник тревожно покосился на свёрток. – Нам стоит сообщить об этом в полицию? – спросил он. – Мы и есть полиция. – Тоже верно. Джуди снова подошла к сумке, нахмурившись и продолжая поиски. – Тут явно что-то нечисто, – сказала она. – Вполне возможно, что мы только что пресекли похищение рептилии. Она вытащила упаковочные пенопластовые шарики и бросила их на пол. — Нужно составить рапорт, собрать все возможные улики, составить портрет лори, которого мы видели в поезде… В сумке нашёлся свернутый в рулон жёлтый пергамент. Он выглядел очень старым – или, по крайней мере, странно потрёпанным. Джуди развернула его. На бумаге размазанными чернилами был написан текст на незнакомом ей языке, а рядом нарисованная карта горы с отмеченным крестиком. – Посмотри на это, – сказала Джуди, передавая карту Нику. Он внимательно изучил её, затем покачал головой. – Я ничего в этом не понимаю, – признался он. – Но крестик может что-то значить. Ну, знаешь… «крестик указывает место»? Джуди вся засуетилась, проскользнув мимо него. Она достала телефон из рюкзака и сфотографировало яйцо. – Первым делом отправлю снимок Гэри на опознание. Может, он поможет определить, что это за яйцо. Если узнаем вид – появится зацепка. Она быстро набрала сообщение на экране. Ник перевёл взгляд с неё на яйцо, затем на карту, которую держал в лапе. С тяжёлым вздохом он положил карту на кровать. – Похоже, праздничному отдыху конец. – Ничего страшного, – сказала Джуди. – Пока яйцо под охраной полиции – то есть у нас… – она указала сначала на себя, потом на Ника, – оно в надёжных лапах. Она нажала на кнопку «отправить», затем спросила: – У тебя в сумке было что-нибудь важное? Ник пожал плечами. – Сменная одежды и расчёска, которая по совместительству зубная щётка, а ещё твой… Его глаза внезапно расширились, рот приоткрылся. – О нет… – прошептал он. – Что? Ник быстро взглянул на неё и выпрямился. – Мне нужно сделать один звонок. Срочный. И… эм… личный? – добавил он, кивая большим пальцем в сторону двери. – А, ну… – Джуди немного растерялась. – В конце коридора есть нора, которая выводит на поверхность. Ник натянуто показал «палец вверх», затем поспешно вышел из комнаты. Его хвост мелькнул в дверном проёме, и он исчез в коридоре. Джуди смотрела ему вслед, её нос слегка подрагивал. Она отогнала неприятное ощущение и снова обратила внимание на яйцо, уютно лежащее в тёплом одеяле. Это было странное, любопытное создание – совсем не похожее ни на что, что она видела прежде. Осторожно, помня о его хрупкости, она коснулась кончиками пальцев гладкой скорлупы. – Не волнуйся, – прошептала она. – Мы вернём тебя домой.

***

Крошечная дверца, вырезанная в склоне холма, распахнулась. Ник протиснулся наружу по туннелю, явно не рассчитанному на лисов, и, цепляясь когтями, выбрался на поверхность. Поднявшись, он стряхнул землю со свитера, затем с хвоста. Он посмотрел вверх. Ночное небо сияло россыпью звёзд – словно чёрное полотно, забрызганное блестящей краской. Ночь была такой тёмной, что над небесным экватором проступала бледная полоса Млечного Пути, словно натянутая тетива лука. Ник глубоко вдохнул холодный воздух и выдохнул тёплое облачко пара. Он открыл список контактов в телефоне и нажал «позвонить». Поднеся телефон к уху, стал ждать гудков. Зажмурившись, он пробормотал: – Давай же… возьми трубку… ну же… Гудки оборвались, и в динамике раздался знакомый голос: – Нибблз Мейплстик к вашим услугам! Если только вас не зовут Гилфорд – тогда можете сразу вешать трубку, потому что я больше ни цента тебе не одолжу, ты жадный хорёк… – Нибблз, это я. Ник. В трубке раздался хриплый вздох удивления. – Николас! Ну ничего себе, сколько лет, сколько зим – от тебя ни слуху, ни духу! Как ты там, дружище? – Я сейчас в родном городке Джуди, – сказал Ник. Он медленно ходил по кругу, глядя себе под ноги. – О-о, отпуск с твоей крольчихой? Звучит как отличное времяпрепровождение, – протянула Нибблз. По её тону Ник легко мог представить, как бобриха подмигивает ему. – Ага, – ответил он. – Могло бы быть. Но я немного… влип. – Выкладывай. – Есть какая-нибудь возможность узнать имена всех лори, живущих в ближайших трёх кварталах Малых норок? – Ты подозрительно конкретен, Ни-ко-лас. Ник вздохнул, потерев лапой лоб. – В общем… На вокзале я случайно перепутал свою сумку с чужой. – И этот «кто-то» был лори? – уточнила Нибблз. – Ага. Повисла пауза. В трубке Ник услышал постукивание – возможно, Нибблз барабанила по столу карандашом, резинку которого совсем недавно сгрызла. – Хм… – протянула она. – Дай-ка гляну, что смогу нарыть. Только предупреждаю: мой компьютер сегодня чудит. Слишком много IP-маршрутизации – и эта железяка совсем поехала. Но ты же понимаешь, иначе нельзя – федералы всегда следят. Ник приподнял бровь и пнул шишку у себя под ногами. Подул ветер, взъерошив его шерсть, и он поморщился. – А в твоей сумке было что-нибудь важное? – спросила Нибблз. – Да… вроде того, – ответил Ник. – Там был рождественский подарок для Джуди. – Ого, и что ты ей купил? – Это… э-э… неважно. Позвонишь, если что-нибудь найдёшь? – Без проблем, Ник. Нибблз Мейплстик берётся за дело. – Спасибо. Я твой должник, – сказал Ник. Нибблс фыркнула: – Да брось. Слушай, сделай одолжение – разберись уже со своим эмоциональным запором и скажи Джуди, что ты к ней чувствуешь… – Всё, Нибблс, я вешаю трубку. – Можешь бегать сколько угодно, но ты не спрячешься, Уайлд! Каждый раз, когда мы видимся, ты только о ней и говоришь! Я всё по глазам вижу – ты в неё влюблён! Возьми себя в лапы, чувак, а то доведёшь себя до нервного срыва! – Спасибо, доктор Мейплстик, приму к сведению. Нибблс рассмеялась: – Ладно. Созвонимся позже. – Ага. Пока. Сбросив звонок, он покачал головой и недоверчиво хмыкнул. Убирая телефон в карман, он вдруг замер. Из того же кармана он вытащил цветок: белый снежноягодник, который Джуди сорвала у озера. Лепестки были смяты и надорваны. Ник покрутил цветок за надломленный стебель и уронил на землю. Тот перекатился по ветру, а затем очередной порыв унёс его прочь. Ветер пронёсся мимо – холодный, тревожный, словно шёпот. Ник прижал уши и развернулся, направляясь обратно в крольчатник тем же путём, каким пришёл.

***

Джуди стояла в позе «собака мордой вниз» на коврике для йоги, глядя на яйцо, завернутое в тёплое одеяло. После душа она ощущала свежесть и чистоту. Завершала её вечерний ритуал йога – полезная не только для тела, но и для разума. И сейчас ей отчаянно нужно было привести в порядок и то, и другое. С телефона донесся голос инструктора по йоге, чье видео было включено на Зутубе. – Освободите разум от всех отвлекающих вас мыслей. Джуди прислушалась к ней, но взгляд снова метнулся к яйцу. Оно лежало поверх аккуратно сложенной одежды в её чемодане. Всё её внимание притягивалось к нему, как планета к солнцу. – А теперь вспомните свои аффирмации, – продолжала инструктор-фосса с такой невероятной гибкостью, что Джуди оставалось только завидовать. – Повторяйте за мной: я впускаю любовь и свет в свою жизнь. – Я впускаю любовь и свет в свою жизнь, – тихо повторила Джуди. – Из «собаки мордой вниз» переходим в планку… теперь кобра… живот к полу… крокодил… почувствуйте, как дыхание расширяется и сжимается от пола к животу. Собака мордой вверх. Собака мордой вниз. Джуди послушно выполняла каждое движение. Её спина тихо хрустнула, и она изо всех сил постаралась не морщиться. Она ведь ловила дзен. Была в гармонии с собой и Вселенной. На нижней койке Ник развалился с пакетом крендельков. Одна нога была закинута на другую, в лапах он держал комикс про Джека Сэвиджа. Джуди не шутила: у неё действительно был каждый выпуск детективных историй о Джеке Сэвидже. Целая стопка лежала у кровати, снятая с верхней полки шкафа. Из любопытства Ник начал читать, и с каждой перевёрнутой страницей воспоминания из детства вспыхивали и гасли, словно снимки на полароиде. – Помните, – произнесла фосса на Зутубе, – дело не в том, чтобы заставлять себя выходить за пределы возможного. Осознанность важнее силы. – Осознанность важнее силы, – пробурчала Джуди. Она стояла в позе тигра – в теории эффектной, но на практике в такой неудобной позе, будто её вот-вот переломит пополам. – Сохраняйте равновесие. Найдите свой центр. – Нахожу, – процедила Джуди сквозь стиснутые зубы. – Я в гармонии. – И расслабьтесь. Джуди рухнула лицом на коврик. – Ты в порядке, Морковка? – спросил Ник. Не поднимая головы, Джуди показала большой палец вверх. В финальной части занятия она поднялась и села прямо, скрестив ноги. Лапы легли на колени, глаза закрылись. – Вдох… выдох… Почувствуйте, как результат вашей работы разливается по телу. Как ощущение после хорошего ужина. Джуди глубоко вдохнула, расправляя грудь, и тяжело выдохнула. – Поблагодарите себя, своё тело и тех, кто вам ближе всего. Уголок её рта дёрнулся. Она приоткрыла один глаз и увидела Ника на нижней койке – одна рука была закинута за голову, в другой он держал комикс. – И перед тем как закончить, давайте один раз пропоём «Ом». Глубокий вдох… Джуди глубоко вдохнула и протянула «Ом» до самого конца. Видео завершилось тем, что фосса поклонилась в знак благодарности. Джуди перевела телефон в беззвучный режим и убрала его в сумку. Сворачивая коврик для йоги, она сказала: – Нам стоит как-нибудь позаниматься йогой вместе. Ник даже не оторвался от комикса. – Не припомню, чтобы это было прописано в служебном уставе. Или в «Пособии по партнёрству для чайников». – Готова поспорить, ты куда гибче, чем сам о себе думаешь, – заметила Джуди, прислоняя коврик к стене и вытягивая руки над головой, чтобы завершить растяжку. – С чего ты взяла? – спросил Ник. Джуди запрыгнула на лестницу двухъярусной кровати и взобралась на верхнюю койку. – Не знаю? – отозвалась она. – Я думала, лисы гибкие? – Это стереотипизация по виду, – сухо ответил Ник. Джуди свесилась вниз, глядя на него будучи вверх ногами. Ник ухмыльнулся и легонько ткнул её в ухо. Джуди фыркнула и подтянулась обратно к себе на кровать. Пока она взбивала подушку, снизу раздался смешок Ника. – Что? – спросила она. – Я и забыл, сколько ругани в этих комиксах про Джека Сэвиджа, – ответил Ник, тихо хихикая и переворачивая страницу. Его смех становился всё громче. – Что там такое? – потребовала Джуди, откидывая одеяло и устраиваясь поудобнее. – Почему ты зачеркнула все ругательства карандашом? – спросил Ник. Губы Джуди дрогнули, она изо всех сил старалась не рассмеяться. – Я была ребёнком, – оправдалась она. – Мне казалось, что правильно будет заштриховать все ругательства… – Морковка, ты просто очаровательна. Джуди закатила глаза, но улыбку скрыть не смогла. Она залезла под одеяло, устроилась на боку, подложив лапку под щёку. Взгляд скользнул по знакомым уголкам старой комнаты, подсвеченных мягким светом лампы на тумбочке. И всё же она не могла перестать думать об яйце, которое покоилось в пледе поверх её чемодана. Чем дольше она смотрела на него, тем сильнее становилось не по себе. – Нам нужно завтра с утра вернуться в Зверополис, – произнесла она вслух. Ник на нижней койке опустил комикс и посмотрел вверх. – А как же рождественское представление твоих братьев и сестёр? Разве не ради этого мы сюда приехали? – Знаю, но… – Джуди вздохнула. – С этим яйцом что-то не так. Интуиция подсказывает, что нужно как можно скорее отвезти его в участок. Ник положил комикс себе на живот, снова посмотрел на яйцо и задумчиво протянул: – Я понимаю, это может быть похищением, но… мы вообще уверены, что оно настоящее? Джуди свесилась с верхней койки, глядя на него вверх тормашками. – В смысле? – А вдруг это что-то вроде «магического шара»? – предположил Ник. Джуди цокнула языком, закатила глаза и скрылась обратно под одеялом. – Что?! – настаивал Ник. – Я вообще не понимаю, как работают яйца! Откуда нам знать, есть ли там внутри хоть кто-нибудь? Джуди лежала на спине, глядя в потолок. Лапки были сложены на животе. – Не знаю, – тихо ответила она. – Давай просто поспим. Утром решим, что делать. Ник ещё несколько секунд смотрел на верхнюю койку. Потом аккуратно положил комикс в стопку рядом, потянулся и щёлкнул выключателем лампы. Матрас тихо заскрипел, когда он устроился на боку. – Спокойной ночи, – сказал он в темноте. – Спокойной ночи, – ответила Джуди. Они лежали в тишине. Комнату наполнял лишь шорох ветвей тополя за окном. Джуди перевела взгляд на мансардное окно над кроватью. Голубоватый лунный свет струился сквозь стекло, разливаясь по одеялу холодным зимним сиянием. Она дышала медленно и смотрела на пустое пространство рядом с собой. – Ник? – прошептала она. – М? Джуди провела лапкой по одеялу, разглаживая на нём складки, и сглотнула перед тем, как сказать: – Ты можешь… ну… если хочешь… подняться ко мне. Последовало несколько секунд молчания. – Мне казалось, спать вместе – это «странно», – отозвался Ник. – Ты же понимаешь, я сказала это только потому, что рядом была семья. Кровать внизу тихо скрипнула. Голова Ника появилась над бортиком верхней койки. Он ухмыльнулся: – Знаю. – Давай, залезай, – прошептала Джуди, поманив его лапкой. Ник поднялся по лестнице и, перебираясь на коленях и ладонях, подполз к ней. Джуди откинула одеяло, освобождая место рядом с собой. В один миг Ник нырнул к ней, проскользив на животе, и уткнулся лицом в изгиб её шеи. Она тихо вздохнула и обняла его за плечи, притягивая ближе. Ник свернулся калачиком вокруг неё, обвил лапой её талию и, тихо хмыкнув, устроился рядом. От неё пахло лавандовым мылом – запахом, ставшим ему до боли привычным. Её тепло напоминало о летних днях, по которым он так скучал. Он поёрзал, пытаясь устроиться поудобнее, затем приоткрыл глаза и посмотрел на неё. Её щека прижималась к его лбу, руки обнимали его лицо. Хвост Ника глухо стукнул по матрасу, и – то ли по инстинкту, то ли от переполнявшей нежности – он снова придвинулся ближе, уткнулся носом ей в шею, вдыхая её запах так глубоко, как только мог. Джуди улыбнулась, морщинка появилась у неё на носу, и она сильнее сжала пальцы в его шерсти. И вдруг против его собственной воли, словно предательский удар, из его горла вырвался тихий звук, тот самый, который умеют издавать только лисы. Нечто вроде поскуливания. Они оба замерли. Глаза Ника широко раскрылись и уставились в пустоту. – Ник… – медленно произнесла Джуди. – Ты только что… скулил? – Нет. – Ещё как скулил! Я слышала! Ты совершенно точно только что поскулил! – Тебе показалось, – сухо сказал он. Перевернувшись на бок, Ник скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся от Джуди. Она тут же набросилась на него, ухватившись за рубашку и потянув его к себе. – Это было так мило, – настаивала она. – Прекрати. – Я тебе нравлюсь, – поддразнила Джуди, нависая над ним. Она проползла по нему, словно гусеница, напевая ему в ухо. – Я тебе нравлюсь, я тебе нравлюсь, я… Ник перевернулся и оказался сверху, прижав её к матрасу так, что её лицо уткнулось ему в грудь. – Эй! Ты меня раздавишь! – возмутилась Джуди, её голос глухо звучал из-под него. – Хм, странно. Мне казалось, секунду назад здесь был какой-то кролик… – Ник! Она защекотала его бока, и Ник рассмеялся. Извиваясь, он понемногу сполз с неё, пока голова Джуди не опустилась на подушку. Ник приподнялся на локтях и посмотрел на неё сверху вниз. Они замерли, глядя друг другу в глаза; их дыхание постепенно выравнивалось. Джуди подняла лапу и медленно погладила его уши, а затем провела пальцами по щеке. Веки Ника потяжелели, голова сама собой склонилась ниже. С озорной улыбкой Джуди наклонилась к нему и прошептала: – Повтори ещё разок. Ник глубоко вдохнул и отстранился. – Ты невозможна, – укоризненно сказал он, а Джуди только рассмеялась. Он перекатился на бок и слез с неё. – Ну не уходи… – Спокойной ночи и сладких снов, – сухо сказал Ник. Он перевернулся на бок, спиной к Джуди, натянул одеяло до плеч и свернулся клубком. Джуди лежала на спине. Она смотрела в потолок, после чего прикрыла глаза. – Я уже знаю, что мне будет сниться, – произнесла она. – Не смей… Она изобразила его поскуливание, и Ник фыркнул: – Ну всё! Он снова перевернулся и навис над ней, на этот раз зажав лапой ей рот. Её приглушённый смех вибрировал под его ладонью, и Ник покачал головой. – Ты просто неугомонная, – прошептал он, коснувшись кончиком носа её носа. Джуди осторожно убрала его лапу со своего рта. – Это было так мило. Обещай, что ни для кого так скулить не будешь. Только для меня, – она надула губы, и её глаза мягко заблестели. В уголке рта Ника появилась улыбка. Он закатил глаза. – Ладно. Хорошо. Как скажешь. Джуди просияла и радостно заёрзала под ним. Она обхватила его лицо своими ладонями, а его лапы аккуратно обвили её голову. За окном мансарды облако на мгновение заслонило луну, окутывая их тенью. Лунный свет постепенно вернулся – мягко, тихо, словно едва заметный вдох. Джуди на секунду отвела взгляд в сторону, потом снова посмотрела на Ника. Лёгкая дрожь пробежала по её бедру, что было верным признаком кроличьего волнения. – Знаешь… – тихо сказала она. – Мы можем… ну… если хочешь… я не против… Ник ощущал, как колотится её маленькое сердечко рядом с его собственной. Он наклонил голову к ней, и на его лице промелькнуло осознание. Затем он отвёл взгляд, сжал уши и слегка отстранился. – Ник? – Я… э-э… давай просто поспим, ладно? Он скатился с неё на бок, на этот раз оставшись повернутым лицом к ней. На мгновение Джуди подумала, что, возможно, всё поняла неправильно. Но когда она посмотрела на него, до неё дошло, что всё было в порядке – не всё нужно было решать за одну ночь. Джуди медленно подтянулась ближе, обхватила его руками и прижалась щекой к его груди. Ник закрыл глаза, обнимая её и мягко приглаживаю её уши своей лапой. – Люблю тебя, – шепнула Джуди. – Тоже тебя люблю, – ответил он. Джуди нахмурилась, наклонив голову ближе к его груди. Там, словно свеча, скрытая в темноте, она слышала его сердцебиение. Оно билось медленнее её собственного, но было настоящим, живым и верным. Она заснула под этот звук, её сердцебиение стало становиться медленнее, пока, почти не успокоилось. Их сердца не бились в унисон, но были в гармонии, словно песня и танец, сменяющие друг друга, подстраиваясь под движение партнёра. Пока они засыпали в объятиях друг друга, телефон Джуди, всё ещё будучи на беззвучном режиме в рюкзаке, засветился, и на экране появилось сообщение от Гэри: «Джуди, я никогда не видел такого яйца у рептилий, похожего на это». Следующее сообщение: «Будь осторожна, ладно? Я не уверен, что это за яйцо».

***

Таверна «Красный Барон» была жалкой лачугой на обочине шоссе – перекошенным строением из фанеры и рифлёного металла. Это место отталкивало наиболее дружелюбных гостей, но, стоя на границе округа Уотершип, примерно в десяти милях от Малых норок, всё же находила свою публику: фермеров и самогонщиков, готовых часами торговаться за стаканом морковного виски и партией в бильярд. В эту холодную зимнюю ночь, под небом, усыпанным звёздами, в таверну вошёл лори, неся на плече чёрную спортивную сумку. Он переступил порог, и тусклый красный свет отразился в его огромных глазах. Потирая ладони, он огляделся. Внутри было почти пусто: у стойки бара, ссутулившись, сидела ласка, а за одним из столиков пару кроликов и овец играли в карты, пока койот в одиночестве гонял шары по бильярдному столу, отбивая кий из-за спины. Заметив своего босса за столиком у самой дальней стены, лори крепче сжал ремень сумки, собрался с духом и поспешил к нему. – Прошу прощения за опоздание, – сказал он, поставив сумку на сиденье и забравшись рядом. – Водитель такси оказался старым козлом – каждые пять минут останавливался спросить дорогу. Похоже, эти деревенщины никогда не слышали о навигаторе. Босс лори не произнёс ни слова. Он сидел, откинувшись в тени и опустив голову. На нём было длинное чёрное пальто поверх кроваво-красной рубашки. Чёрная ковбойская шляпа с широкими полями скрывала лицо. Изо рта свисала сигарета, тонкая струйка дыма медленно поднималась к потолку. – Так вот… – продолжил лори. – Вы не против, если я сначала закажу морковный коктейль? Я страшно хочу пить после сегодняшних разъездов… Из горла босса вырвалось низкое, глухое рычание. – Или нет! – нервно хихикнул лори. – Определённо нет, ладно, эм… давайте тогда сразу к делу. Он подтянул к себе дорожную сумку и расстегнул молнию. – Умный ход – встретиться в таком укромном месте, – добавил лори, пытаясь завести непринуждённый разговор. – Малые норки – это едва заметная точка на карте. Идеально для… кхм… передачи. Он снова усмехнулся и сунул руку в сумку. Улыбка медленно сползла с его лица, сменившись недоумением, а затем паникой. – Что там? – прошипел его босс. Он принялся рыться в сумке быстрее, но нашёл лишь незнакомую одежду и расчёску с застрявшей в ней рыжей шерстью. – О нет… я… э-э… сэр, я могу всё объяснить… Босс медленно поднял голову, показывая своё лицо. Это был огромный летучий лис с ледяными глазами, которые пронзали, как ножи, любого, кто встречался с ним взглядом. По передней стороне его пасти тянулся рваный шрам в форме серпа. Его выражение лица было таким же неподвижным, как струйка дыма, поднимающаяся от сигареты. Лори заикнулся: – Л-Л-Лазло, сэр, я не знаю, что произошло… – Ты потерял товар, – сказал Лазло. Это был не вопрос, а утверждение. Лори неловко заёрзал. Он схватился за голову, затем опустил ладони на стол. Наклонившись вперёд, он выпалил: – Это не я! На вокзале были какие-то идиоты – лис и крольчиха… У лиса была такая же сумка, как у меня! Он, наверное, по ошибке взял мою! Да, так и было! – Тед, – мрачно произнёс Лазло. – Ты хоть представляешь, что будет, если этот товар попадёт не в те руки? Тед-лори моргнул и покачал головой. В следующую секунду Лазло рванулся вперёд и вонзил нож в стол – прямо между пальцами Теда. Лори пискнул и съёжился, а Лазло медленно поднялся со стула. Его чёрные, зловещие крылья расправились с натужным звуком, будто растягивали тугую резину. Он выпрямился во весь рост и, уперев изогнутые крылья в стол, навис над лори. – Дай. Мне. Сумку. Он протянул крыло. Тед поспешно повиновался, передавая ему дорожную сумку. Лазло швырнул её на стол и принялся рыться сам. Вдруг он замер и вытащил узкую фиолетовую коробочку – плоскую и прямоугольную. К крышке была приклеена маленькая записка, написанная от руки: «Морковке. От твоего эмоционального напарника». Ниже были поспешно зачёркнутые слова: «P.S. Ничего страшного, если ты скажешь нет». Лазло открыл коробочку на шарнире. Увидев, что внутри, он захлопнул её и убрал во внутренний карман пальто. – Оставлю это у себя в качестве залога, – хрипло произнёс он. Он снова опустил голову, пряча лицо, и перекатил сигарету из одного уголка рта в другой. – Найди лиса и крольчиху, – сказал он, вынимая сигарету. – Иначе ты следующим узнаешь, почему меня называют Лазло Ночным Летуном. Он щёлкнул окурком прямо в лицо Теду. Тот дёрнулся; сигарета отскочила от его щеки и упала на стол. Летучая мышь направилась к выходу из таверны; шпоры на его сапогах звякали при каждом шаге. В дверях он плечом задел входящего волка. – Смотри, куда прёшь, приятель, – огрызнулся волк, смерив его взглядом. Лазло остановился в проёме и слегка повернул голову. – Что-то хотел сказать? — вызывающе бросил волк, выпятив грудь. Его приятели хлопнули его по лапе, ворча, чтобы остыл и не лез. Лазло повернулся и неспешно подошёл вплотную. Волк поднял лапы, готовясь к драке, но Лазло остановился прямо перед ним и не ударил. Они были почти одного размера. Лазло приподнял голову и обнажил зубы в зловещей улыбке. – Прошу прощения, сэр, – произнёс он приторно-вежливым голосом. – Впредь буду внимательнее смотреть, куда иду. Он приподнял шляпу. – Доброго вам вечера, господа. Прощайте. И, развернувшись, вышел из бара. Волки переглянулись в недоумении. Снаружи сапоги Лазло захрустели по гравию парковки. Он поднял голову, и на лице его появилась ухмылка. Из кармана он достал кошелёк, незаметно стащенный у волка, пересчитал купюры и забрал деньги. Кошелёк он отбросил в сторону. Ухмылка не сходила с его лица, пока он шёл по просёлочной дороге. По обе стороны тянулись пустые зимние поля; сухие стебли глухо гремели на ветру. Лазло шагал по жёлтой разделительной линии дороги, насвистывая мелодию, которая поднималась в ночной воздух – к морозно-белому сиянию почти полной луны.