Клуб - лучшее место для сближения

Этот вечер был особенно скучным. Теплое летнее солнце пряталось за горизонт, заканчивалась смена, работники модного дома постепенно расходились по домам. Учиха Саске — один из немногих омег, сумевших с помощью своей дерзости, стервозности, хитрости и других полезных качеств выгрести со дна на вершину. Пусть направленность компании подходила под стать омеге, он вёл себя весьма распущенно: умел и любил выпить, посетить какой-нибудь ночной клуб, и не боялся рисковать, потому что знал, что его любимый альфа-братец вытащит его из любой задницы. Итачи действительно был серьезным человеком, вёл серьезную деятельность и имел богатое состояние. Но не имел своей собственной семьи. Родители часто капали на мозги обоим сыновьям, но те лишь отмахивались, предпочитая отдавать время себе и, в случае младшего, гулянкам и случайным половым контактам. Как и было упомянуто, парень был очень продуманным молодым человеком, поэтому мог обеспечить себе безопасность в этом плане. — Давайте, бегите домой. — пробормотал он, стоя у панорамного окна с сигаретой во рту и наблюдая за тем, как расходятся подчиненные. В этот момент их можно было всех пересчитать, как цыплят: вот ушёл исполнительный директор по части внешних связей, вот пошел исполнительный директор по части связи с нанятыми моделями, вот идёт фотограф, в чьи обязанности входило производить фотосессии и составлять новые журнальчики для зевак. Несмотря на всё, Учиха производил отличную одежду, которая пользовалась спросом и всегда собирала полные залы народу во время своих показов, а знаменитые люди на званых вечерах были просто неотразимы в его нарядах, делая тем самым просто бешеную рекламу. Можно было поспорить, что львиная доля глазеющих мечтала бы увидеть такого эффектного парня в каком-нибудь из представленных нарядов, поглазеть на обтянутые формы и… только богу известно что ещё. Главный вход оказался пустым уже через полчаса времени. Парковка пустовала, вокруг своим чередом текла жизнь: люди спешили домой, мимо проезжали легковые машины и грузовики, прекращали мигать вывески близрасположенных магазинов. Становилось скучно. — Что ждёт тебя дома, Саске? — спросил парень сам у себя, выпуская пар после очередной, одной из последних, затяжки. — Холодная квартира в бизнес-центре Токио, пустые белые стены, холодная постель и бесполезное проведение времени. Как весело ты живешь. Он достал телефон, чтоб проверить календарь циклов. Последний завершился неделю назад, но это не значило, что можно было пускаться в пляс. Как у женщин, у омег-парней существовали моменты, когда вероятность беременности сохранялась высокой, и в такие моменты следовало просто переждать. Однако, к счастью, до этого пика Учиха ещё не дожил. Даже природа позволяла ему сегодня развлечься, и от этой мысли значительно улучшалось настроение. — Спасибо, судьба, что предрешила мой вечер. — поблагодарил он, широко усмехнувшись и оголяя белоснежные клыки. Меньше, чем у альф, но заметнее, чем у бет. Через двадцать минут парень уже садился в черную матовую машину и поворачивал ключ, как вдруг ему в боковое стекло постучали. Нога тут же соскочила с газа, а другая все ещё удерживала сцепление, чтобы не сорваться с места в бетонное ограждение. По нажатию кнопки стекло съехало вниз, открывая недовольное лицо, однако когда ониксовые глаза увидели стоящего перед ним мужчину, оперевшегося на корпус машины, проскочила очередная усмешка: — Чего тебе надо? — спросил председатель, бросая взгляд на задержавшего его модельера. — Узнать куда ты так рьяно собрался. Чуть не сбил меня в коридоре, когда убегал из кабинета. — сообщил Хидан, отвечая усмешкой на усмешку. Этот альфа тоже был тем ещё быдлом, разбирался в выпивке и не брезговал отдохнуть в каком-нибудь дорогом клубе до самого утра, а потом прийти на работу как ни в чем не бывало. Учиха завидовал ему в этом плане, прямо по чёрному, но ничего не мог сделать. Такова природа. — Туда же, куда и ты в этот раз. — ответил темноволосый, продолжая однобоко улыбаться. — А что, твой шевик отказался везти твою задницу домой, что ты ко мне приволочился? — склонив голову на бок, протянул он, чуть прикрыв веки. — Нет, дорогуша, просто хотел поинтересоваться не подвезти ли тебя. Твой задохлик не довезёт тебя. - парировал Мацураси. После переброски желчью коллеги все-таки разъехались. Саске не сомневался в своей машине, а Хидан не сомневался в том, что обгонит своего начальника и получит бесплатную выпивку в этот вечер. Дорога в обозначенное место была длинной, заняла около сорока минут езды включая городские пробки. Не только они вдвоем возвращались домой. Тёмное невзрачное здание встретило их громкой, вырывающейся на улицу, музыкой. Омега временно заблокировал все номера, которые могли сорвать ему вечер, и сунул в потайной карман пиджака скрепленную между собой тройку презервативов на случай, если ему сегодня все-таки что-нибудь перепадёт сегодня. Хидан просто одёрнул ворот рубашки, зачесал волосы назад и грузно выдохнул, поднимая голову наверх, туда, где располагались вип-комнаты для посетителей. — Кому-то сейчас невероятно повезло. — хмыкнул он, первым проходя мимо стоящих на входе альф-охранников. Благодаря ему Саске тоже смог пройти под видом партнера. Внутри играла громкая, практически оглушающая музыка, в воздухе витало невероятное количество смешанных в единый коктейль феромонов, а где-то за столиками курились либо кальян, либо что-нибудь сильно крепче и дороже. Ни для кого не секрет, что в таких заведениях при правильной просьбе можно получить не только те позиции, которые числятся в базе и картах меню. Первым делом, на распев, коллеги подошли к барной стойке, чтобы заказать первые напитки, что начнут их весёлое и занимательное пребывание здесь. — Ну так что, дорогуша, ты платишь? — значительно повысив голос и наклонившись к начальнику, промурлыкал седовласый, дружелюбно бодаясь. — Я победил, ты опоздал ровно на полторы секунды. — Черт с тобой, Хидан. Ты знаешь, что мне тебя не обогнать и все равно подмазываешься. Не стыдно? — толкнув двумя пальцами в лоб альфу, омега недовольно фыркнул, доставая из того же кармана телефон и прикладывая его к поднесенному терминалу, чтобы сразу расплатиться за выпитое. Как-то раз он вошел и вышел, не оплатив счёт, а потом Итачи спасал его от двух головорезов, пришедших выбить долг. — Нисколько. Не скопыться раньше времени, — самонадеянно произнёс альфа, отсалютовав и осушив поставленный стакан в несколько больших глотков. Омега не отличался такой жадностью, поэтому своё пойло растягивал. Он ещё держал стакан в руке, когда они переместились с барной стойки за стол, и уже там Хидан угощал Саске, а симпатичная официантка в откровенном и вызывающем наряде, но с каменным и недовольным лицом принесла парням заказанное, оставляя стаканы на стеклянном отполированном столике и удаляясь восвояси, специально виляя бедрами. — Я готов поспорить, что за сегодня её отымело штук десять альф, — протянул омега, вместе с альфой провожая девушку взглядом. — Да брось. Слишком рано для десяти человек. Максимум трое, — возразил альфа. После ещё пары опрокинутых стаканов в голове значительно помутилось. Взгляд стал расслабленным, расфокусированным, и внимание рассеялось. Учиха стал более расслабленным и распущенным, позволяя себе откровенные танцы в толпе таких же пьяных людей. Он тоже вилял бедрами, поднимал руки вверх и просто позволял своему телу двигаться так, как хотелось. Его друг, кажется, даже не уходил танцевать, сидел и наблюдал за тем, как начальство отрывается, на сей раз более вальяжно распивая очередной стакан виски. Малиновые глаза были прикованы к одной единственной фигуре, и он точно знал, что хотел бы сегодня провести время в вип-комнате с этим распутным мальчишкой. Не зря ведь он прятал в кармане пиджака контрацепцию, значит тоже на что-то рассчитывал этим вечером. Пока брюнет отрывался, позволяя каждому желающему лапать себя и отвечая тем же, Хидан наблюдал за ним, пока не переключился на экземпляр попривлекательнее. Модельер исчез с поля зрения, и когда пьяный ониксовый взгляд потерял его из виду, дышать, кажется, стало гораздо легче. Вокруг него стали виться пьяные тела, он не терял возможности прикасаться к подкаченным, мокрым от активного танца телам, а их обладатели не упускали возможности лапать омежку между ними. — Парни, не трогайте то, что вам не по карману. — послышался пьяный голос, точно не воспринятый всерьёз. Обидчики только посмеялись, переходя к более откровенным действиям. Ситуация быстро набирала обороты, пока в один прекрасный момент группа не стала перемещаться с танцпола в сторону лестницы наверх, где располагались вип-комнаты. Учиха даже пьяным не терял бдительности, поэтому в следующие несколько минут вдруг понял, что его куда-то утаскивают, и стал упираться. Под предлогом заняться сексом прямо здесь, в зале, его пригвоздили к стене. Саске упирался, сжимал коленки и пытался отвадить пристающих, но те были слишком уж настырными. В конце-концов Учиху подняли на руки и уже с ним отправились в одну из незапертых комнат. На втором этаже здания было так много феромонов, альфьих и омежьих, что новым лицам становилось просто дурно. Но не в данной ситуации и не с теми людьми. Учиха, подышав пару минут этим коктейлем и ощутив, что тело начинает пылать, а в брюках ему становится невероятно тесно, ощутил, что его внутренняя омега уже начинает высвобождаться с одной, ясной как день, целью. Он оказался на пропитанном непотребствами матрасе двуспальной роскошной кровати и тут же развёл ноги, позволяя одному устроиться меж них, а второму встать у головы на колени. Неизвестные раздевали его, и в последний момент, пока ещё не было поздно, омега схватил свой пиджак, доставая связку резинок и бросая их в грудь сидящему между его ног. Тот лишь криво усмехнулся, проигнорировав чужое требование, и вдруг подался вперед, хватая парня за подбородок и поворачивая голову в бок, пока второй вытаскивал заряженный веществом шприц. Несмотря на всю свою силу в руках, Саске не смог освободиться, пусть и очень старался, брыкаясь и стараясь освободиться от стальной хватки. — Отпусти меня, ублюдок! Ты не знаешь, с кем ты связываешься, ты, кусок го... Глаза вдруг закатились, а всё тело словно парализовало. Тонкая игла вонзилась в шею, и вещество с длительностью в пару секунд впрыснулось в тело. Парень даже договорить не успел, ощутив невероятную волну жара и моментально обмякая в чужих жадных руках. — Другое дело, потаскуха. — довольно прошипел один из насильников, уже было потянувшись к ширинке своих штанов, как вдруг его живот прошило адской болью, а лицо плененного залило брызнувшей кровью. Несмотря на это, Саске не соображал и просто лежал пластом, пока его спаситель-братец расправлялся с обидчиками. Итачи прибыл ещё пять минут назад в это злачное место, но потерял время, пока допытывался у очевидцев где его брат. Не успел, было видно по овощному состоянию и поведению брата, как его разморило от алкоголя и введённого вещества, как его лицо покрылось пунцовым до самих кончиков ушей, а феромоны раскрылись так сильно, что даже такой стальной самоконтроль мог запросто рухнуть. Через несколько минут Учихи уже ехали домой. Саске лежал под кайфом, с большим сексуальным желанием и едва слышно постанывал, срываясь на хрип. Итачи знал, что за вещество бушевало внутри его брата, поэтому ехал с открытым окном, чтобы не изнасиловать этого бесхребетного человека просто в салоне своей машины. Черный глянцевый Мерседес с максимальной тонировкой набирал скорость, двигаясь по пустой трассе, и время шло на секунды. Чем медленнее, тем больше вероятность того, что с его глупым братом что-нибудь сейчас случится. В дверях дома младшего старший уложил его на диван и принялся искать спрятанную аптечку. Уже не раз Саске попадал в такие ситуации и успешно из них выходил, но в последнюю их встречу Орочимару-сан посоветовал держать у себя антидот на случай, если такое снова повторится. И, к удивлению, омега прислушался к его совету. Теперь эта ампула слегка мутноватого вещества была единственным спасением, и Итачи стремительно продвигался, однако вдруг, когда навис над братом со шприцом в руке, замер. «Я не умею ставить уколы.» — пришло осознание, и вдруг по спине пробежался холодный пот. По лицу начинал распространяться жар, кожа меняла оттенок на более румяный, а дыхание учащалось. Становилось невероятно душно и тесно в одежде, и горькая догадка постепенно закрадывалась в сознание: «Я не смогу ему помочь. Черт, я не могу ему помочь!» Пока с губ срывались тяжелые раздосадованные вздохи, руки тянулись к вспотевшему безвольному телу брата. Шприц был предусмотрительно вложен в аптечку, но и тут вдруг рука дрогнула. — Ты чего медлишь? — послышался хриплый, обезображенный алкогольным и наркотическим влиянием, голос, и взгляды братьев столкнулись. Казалось, что в этот момент в парне проснулась адекватность, раз он смог выдать целое предложение, но это было лишь мимолетным мгновением. Дальше полился едва различимый лепет: — Итачи, пожалуйста… Я не могу больше… По-помоги мне… Помоги, нии-сан... — заныл он, умоляя о том, чтобы его наконец вырвали из цепких лап забвения. — Прости… — выдохнул старший, вместо того, чтобы помогать. Рука выбросила в аптечку шприц, а потом всё внимание было переключено на лежащего перед ним. Феромоны делали свое дело, теперь смешиваясь между собой и оказывая особенно сильное влияние на сознание обоих человек. Омега буквально застонал, тяжело хватая ртом воздух из-за возникшего в груди гнетущего кома, в то время как Итачи жарко прильнул к его шее, целуя, кусая и затягивая кожу с целью оставить следы и метки. Он беспорядочно оглаживал тело младшего, освобождал его от одежды, а потом стал раздеваться и сам. Черный пиджак полетел прочь, белая, стянутая через голову рубашка отправилась следом, и при виде обнаженного тела перед собой парень тут же по привычке потянул тонкие пальцы к груди и торсу, поглаживая его с целью принести себе максимальное удовольствие от ощущения крепких мышц под кожей. Сейчас альфа перед ним был сильно напряжен, его мышцы были твердыми и было четко видно, как с каждым движением они перекатывались, меняя местоположение и растягиваясь. — Итачи, я хочу тебя. — невольно вырвалось из груди. — Я знаю, малыш. — с толикой сожаления от невозможности помочь произнёс обладатель этого невероятного тела. — Скоро тебе станет легче, потерпи. После беглых прелюдий со стороны мужчины, его язык достиг обильно смоченного колечка мышц. Ощутив что-то скользкое у промежности, Саске вдруг взметнулся на диване, выпуская изо рта сдавленный стон, но вместо того, чтобы отдаться, оттолкнулся ногами от чужого торса, отъезжая назад и пытаясь подняться на руки. Он хотел было что-то сказать, напомнить о необходимости предохраниться, но ему не дали, нагло затыкая рот поцелуем. Напряжение спало, и альфа мог продолжить, снова разворачивая чужое тело и закидывая ноги себе на плечи, наклоняясь к чужому паху чтобы немного помочь брату в его мучениях. Вбирая головку, он уловил надрывный громкий стон и отметил, что в таком состоянии чувствительность возросла до двухсот процентов. Вбирая чужой орган глубже, Итачи прикрыл глаза, чтобы не видеть чужого лица, и произвёл несколько фрикций, пока чужие руки не схватили его пряди на голове. Саске был готов кончить прямо сейчас, но не смог, потому что ему не дали, стиснув впадинку на налитой кровью плоти и перекрыв секрецию смазки. — Ещё рано, малыш. Я уверен, ты сможешь потерпеть дольше. — послышалось где-то над ухом. Младший только замучено постанывал на грани оргазма, то и дело ворочаясь под альфой от невозможности терпеть это издевательство дольше нужного. — Пожалуйста… аники... — скулил он, но вместо того, чтобы прислушаться, старший перевернул его на живот, подтягивая чужие испачканные смазкой бедра к себе и воздействуя кистью на поясницу, чтобы бедняга под ним выпятил задницу так, как только мог. Конечно, парень был максимально покладистым и сейчас внимал чужим требованиям как никогда раньше. «Хах, был бы ты таким послушным в трезвом состоянии.» — пронеслась мысль, вынудившая мужчину усмехнуться. Он провёл двумя пальцами по сочащемуся смазкой колечку мышц, растирая вязкость по коже, а потом проник внутрь, вырывая из чужих уст новые стоны и вынуждая в нетерпении вилять бедрами. Такая инициатива не устраивала, и в конечном итоге Итачи обездвижил чужие бёдра свободной ладонью, пока вторая была занята растяжкой. Зная блудливые похождения своего братца, мужчина точно был уверен в том, что проблем не произойдёт, если он войдёт так, без подготовки. К тому же, течное состояние и обилие смягчающей скольжение смазки располагают к этому. Толкнувшись внутрь под надрывные стоны, Итачи и сам опустошенно выдохнул, проталкиваясь глубже и старательно подавляя собственные стоны. Он всегда был бесшумен в постели, поэтому никто и никогда не мог заподозрить его в чёрных распутных делах. Даже ходили слухи, что в тридцать два Учиха-сама все ещё был девственником и совсем не интересовался омегами. Набирая темп, альфа все сильнее и жестче вколачивался в податливое тело, пока омега просто кричал от удовольствия, прошивающего его с ног до головы. Он не проследил за тем, когда успел кончить, но зато получил по заднице сполна, до горящей кожи на ягодицах, которая сейчас при каждом шлепке кожа о кожу жгла всё сильнее, пока вдруг омега не встал на колени, подняв корпус и прижавшись торчащими лопатками к сильному телу. Он жадно дышал через рот, слепо смотрел перед собой и даже не замечал, как с его глаз ручьем текли слёзы. Слишком много всего: кайф от наркоты, влияние большого количества алкоголя, а теперь и жёсткий секс в стенах собственного дома. Голова шла кругом, а тело реагировало на ситуацию так, как велела природа. Прекрасный союз, идеально подходящие друг другу, пусть и родственные, тела и феромоны, кружащие обоим голову. Вот и настал конец идеальной выдержке непоколебимого Итачи Учихи. Разрядка приближалась с каждым разом, старший чувствовал её, чувствовал, как ему становилось ещё тяжелее дышать, а с губ стали срываться едва заметные низкие постанывания, граничащие с рыком. Омега перед ним давно обмяк и просто позволял вытрахивать из себя душу. Он даже не стал трепыхаться, чтобы запретить сделать это в себя, запретить словами или прекратить такое активное вдалбливание. Всё зависело от альфы и его благоразумия. Итачи понимал, что рискованно будет позволить себе роскошь излиться внутрь, но с другой стороны лишить их обоих высшей степени наслаждения было бы настоящим кощунством. «Я просто кончу. Не повяжу его. Мне нельзя, я не хочу испортить его судьбу.» — пронеслось внутри твёрдое убеждение, от которого бедра только быстрее задвигались, пока в последний момент комнату не заполнил громкий протяжный стон вперемешку с низким прерывающимся рыком. Учиха не поставил метку, не допустил сцепки и, можно сказать, не сделал ничего опасного. Только позволил наркотику действовать, что было очень опасно. Не заботясь о гигиене и удобствах, парни заснули просто так. К полудню, когда алкоголь и вещества отпустили разум и здравый рассудок вернулся на место, Саске смог очнуться. Его тело неприятно ломило и покалывало, задница горела как после отменной порки, а взгляд все ещё был расфокусированным, он не чувствовал себя человеком, скорее выжатой половой тряпкой. Эти последствия были ожидаемы, когда омега осознанно собирался в клуб и прятал контрацептивы. Кстати о них. Оглянувшись вокруг себя, Саске постарался найти разорванные квадратики или использованные завязанные резинки, но вместо этого почувствовал, как из промежности хлюпнуло. — Прекрасно. — выдохнул он и сгорбился, наклоняясь вперёд и подпирая голову рукой. — Может, теперь ты возьмёшься за ум. — послышалось откуда-то из кухни, и в дверном проеме показался силуэт брата. Мутный взгляд не хотел фокусироваться, но омега и не старался что-то с этим сделать, надеясь, что он отлежится и всё само пройдёт. — Сколько человек отымели меня вчера? — спросил он, прекрасно зная, что его любимый братец в очередной раз вытащил его из передряги или просто дождался конца и забрал домой. — Антирекорд для тебя. Один. — хмыкнул старший, вытирая руки кухонным полотенцем и закидывая его себе на плечо. Подходя к брату, он все ещё ощущал исходящий феромон, но теперь не придавал ему большого значения, вернувшись в узду. — А ещё тебя укололи. Снова. — Я ещё не стал наркоманом, как думаешь? — Думаю, что ты превращаешься в шлюху. Что скажет отец, если узнает об этом? Брови младшего свелись домиком, а сам он несколько напрягся: — Ты же не скажешь ему? — осведомился он, глядя размытым взглядом в чужие глаза наугад. — Не знаю. Если ты пообещаешь хотя бы пару месяцев удержаться от своих походов то, может, и не расскажу. — Ты зануда. — фыркнул омега и отвернулся, набычившись как ребенок. — Я забочусь о тебе. — поправил его альфа, бесстрашно зачесывая чужие волосы назад с глаз. — Однажды ты придёшь в одно из таких мест так же осознанно, но не с желанием оторваться и выпить, а за дозой. — Не душни, мне и без того жарко до одури. — пробубнил брюнет, прикладывая усилия для того, чтобы отвернуться, скрещивая руки на груди. И тем не менее он не ощущал на себе лишних запахов. Никаких, даже не похожих на те, что отпечатались у него в сознании в трезвом виде. Только его запах и запах его брата. — Скажи, меня точно кто-то трахал? — поинтересовался он, не меняя положения и только тщательно принюхиваясь к себе. Итачи вдруг изменился в лице и даже закусил губу с внутренней стороны, осознавая, что хитрый лис начинает обводить его вокруг пальца. — Ну да. У тебя так заканчивается каждый твой поход в клуб. — наврал он, стараясь, чтобы его речь была максимально убедительной. Его брат медленно развернулся назад, отмечая, что взгляд уже начал проясняться, а потому увидеть чужое лицо было уже проще. Он прищурился и немного нахмурился, а потом поднял одну из ладоней и, немного замахнувшись, шуточно хлопнул аники по щеке, отвешивая пощечину. — Ты лгун, нии-сан. Всегда им был и останешься. — ответил он, понимая всё и без потребованной правды. — Но если ты меня обрюхатил, то теперь отцу расскажу я. — Ну-ну. — хмыкнул альфа, улавливая и целуя чужую тонкую кисть с ярким синяком на запястье. И явно не от часов, плотно сидевших на руке.