ЧАО, Амиго

Глава 19

Привычный, почтительный страх въелся прочно,

это понимаешь тогда, когда впервые пытаешься разорвать

его многолетние путы.

К. Маккалоу.

Тэхен не хотел ехать домой, то, что произошло ночью еще свежо в памяти, поэтому он едет к лучшему другу, надеясь, что тот будет дома. Ключи от квартиры Чимина, Тэхен с собой не брал, не планируя вечером заезжать к нему. Тэхен звонит в домофон, мысленно умоляя друга оказаться дома. Он держится из последних сил и когда в трубке слышится голос Чимина, тихо выдыхает. — Это я — хриплым голосом говорит Тэхен и откашливается. — Тэ, ты? — удивленно спрашивает Пак. — Да — голос звучит разбитым и Чимин, видимо это чувствует. Домофон пиликает и Тэхен тянет дверь на себя. Сырость подъезда бьет в лицо, охлаждая разгоряченную кожу. Он нажимает кнопку лифта, чувствуя себя обессиленным. Тэхен входит в небольшую металлическую коробку и нажимает на кнопку нужного этажа. Он не чувствует реальности происходящего, словно это плохой сон, но проснуться не получается. Его любимый, его Чонгук, которому он так слепо доверился, просто врал ему. Это не просто разочарование, это дезориентация, словно земля ушла из-под ног, а мир вокруг стал черным. Все эмоции, будто, выключены. Нет злости, нет грусти, нет обиды — ничего. Просто оглушающая пустота, в которой растворяется мир Тэхена. Лифт останавливается на нужном этаже и Тэхен собирается с силами, чтобы выйти. Дверь нужной квартиры настежь открыта, а на пороге стоит взволнованный Чимин, он кусает ноготь на большом пальце, как делает это всегда, при стрессе. — Тэ — парень смотрит на друга, замечая его состояние, и кидается на встречу, шлепая босыми ногами по холодной плитке. — Что с тобой? Тэхен видит родные глаза, и все чувства накрывают с головой. Он теперь в безопасности. — Чи…м — на выдохе произносит Тэхен и, наконец-то позволяет сдерживаемой истерике накрыть себя с головой. — Чимин — Тэхен чувствует теплые сильные руки на талии и обнимает друга, теряя в эту секунду оставшиеся силы. — Тэхен, что такое? — Чимин напуган, он перехватывает друга, позволяя тому опереться на него, и тянет его в квартиру. Тэхен с трудом переставляет ноги, все силы покинули его. Они заходят в квартиру, и Чимин закрывает дверь. Он усаживает Кима на мягкую поверхность банкетки в коридоре, а сам садится на корточки, заглядывая в закрытое руками лицо. — Что такое, солнце? — спрашивает он, убирая руки Тэхена от лица. Всхлипы пугают Чимина до ужаса. Ему кажется, что случилось что-то поистине ужасное, раз его стойкий Тэхен заходится в таких рыданиях. — Поговори со мной, прошу. — Чимин притягивает Тэхена к своему плечу, позволяя другу выпустить все свои переживания. Чимин гладит друга по волосам, пальцами путаясь в блондинистых прядях, а второй рукой прижимает к себе, давая опору. — Он соврал — слышит он, сквозь рыдания. — Соврал, Чимин — Тэхен сжимает материал домашней футболки на спине Чимина, цепляясь за него, как за последний шанс. — Ты о чем? — не понимает Пак. Тэхен не может вымолвить и слова, продолжая заходиться в рыданиях. По спине Чимина проходит холодок. Он никогда не видел друга в таком состоянии. Видел, конечно, в разных, но в таком никогда. Всё уходит на второй план, остается лишь желание защитить и успокоить. Тэхен — самый близкий человек Чимина, после мамы. — Чонгук… — спустя еще некоторое время, тихо хрипит Тэхен. — Что Чонгук? — Чимин чувствует, как хватка на футболке ослабевает, а после полностью пропадает. Тэхен, шмыгая носом, отстраняется от друга и заглядывает в глаза. — Он женится на Су Хо — не своим голосом произносит Тэхен. — Ты же говорил, что… — Чимина прерывает Тэхен. — Он соврал, — Тэхен опускает взгляд в пол и чувствует, как истерика отступает, уступая место непроглядной пустоте. — Я только что с их помолвки. — Пиздец — выдыхает Чимин. — Пошли на диван — говорит он и, поднявшись на ноги, тянет Тэхена за руку. Тот кивает и словно безвольный плетется за другом. Чимин усаживает Тэхена на диван и уходит на кухню, чтоб принести ему стакан воды. Ким безучастно принимает стакан и зависает с ним в руке. — Выпей — говорит Чимин, поглаживая Тэхена по волосам. — Я, наверное, пойду? — оба парня поворачивают голову, в сторону спальни и смотрят на Юнги, одетого в костюм. — Привет — кидает он Тэхену, но Кима хватает лишь на кивок. — Я позвоню — тепло улыбается Пак и Юнги кивает, поджав губы. Тэхен переводит взгляд на Чимина и только сейчас замечает, что тот весь взъерошенный и растрепанный. Несложно догадаться, чем они занимались, пока им так нагло не помешал Тэхен. Чувство вины сдавливает горло спазмом. — Прости — хрипит он, услышав, как захлопнулась входная дверь. — За что? — Чимин усаживается рядом на диван, поджимая под себя ногу, и кладет руку на колено Тэхена. — Я помешал — Ким опускает голову и чувствует, как по телу разливается тепло от знакомого прикосновения. — Я просто не знал, куда ехать и интуитивно назвал твой адрес. — Тэ, — улыбается мягко Чимин — ты ничему не помешал, к тому же ты — мой лучший друг. Важнее тебя у меня никого нет, и не может быть. Если я тебе нужен, то я слезу с члена и приду к тебе, родной. — Ты сейчас слез с члена? — Тэхен снова смотрит на друга. — Ага — улыбаясь, кивает тот. — Боже — стонет Тэхен — прости меня. — Он запрокидывает голову на спинку дивана и прикрывает глаза. — Забей — смеется Чимин и добавляет уже тише. — Готов рассказать, что произошло? Тэхен прикрывает глаза и трет их пальцами, пытаясь согнать подступающие слезы. Хватит на сегодня истерик. — Да, слушай. — Тэхен рассказывает всё с самого начала, стараясь не упустить ни одной мелочи. — Пиздец — выдыхает Чимин. — Получается Бо Ра, нарочно пригласила тебя, и она знает о ваших отношениях? — Ага — соглашается Тэхен. — Вот сука — шипит Чимин, искренне презирая мачеху лучшего друга. Тэхен ничего не говорит, его мысли полностью заняты Чонгуком. — Знаешь, чего я не могу понять? — нарушает тишину Чимин. — Мгм? — мычит Тэхен, оставшись полностью без сил. — Какую роль в этом во всём играет ЧОнгук? Думаешь, это всё было спланировано? — Чимин выглядит задумчивым. — Не знаю — честно отвечает Тэхен. — Я думал об этом, но не знаю. Чим, можно мне остаться у тебя, сегодня? — спрашивает он, глядя в глаза лучшего друга, которые смешно округляются. — А ты думал, я отпущу тебя в таком состоянии куда-то? — брови Пака взлетают под челку. И правда, чего это Тэхен?! Чимин ни разу не дал повода в себе усомниться. Он знает всё о преданности и лишь доказывает это все двадцать лет. Телефон Чимина звонит, и он встает с дивана, направляясь на звук. — Это бабушка — говорит он, появившись в проёме спальни. Тэхен тянет руку и, получив телефон, отвечает на звонок. — Ба — говорит он, севшим от рыданий голосом. — Тэ-Тэ, слава Богу — слышит он родной голос. — Я так волновалась, что происходит? Почему Чонгук объявил о свадьбе? И почему ты его поздравил? Я не понимаю, Тэ. Вы же вместе или нет? Поток вопросов льется на него и Тэхен прикрывает глаза, желая и не желая одновременно знать все ответы, но увы. — Ба — прерывает Тэхен. — Я не знаю, что произошло и я … — он ерошит свои волосы. — Чонгук женится и это всё, что мне известно. — Родной, мне так жаль — голос Сыль Ги дрожит. — Может, приедешь к нам? — говорит она негромко. — Спасибо, бабуль — шепчет Тэхен — я останусь у Чимина. А завтра… завтра будет завтра. — Хорошо, дорогой — отвечает она. — Позвони мне, как проснешься. — Хорошо — отвечает Тэхен и сбрасывает вызов. Завтра будет завтра… Думает он, лежа в кровати. Чимин дал ему свою домашнюю одежду и заботливо уложил спать. Мысли о Чонгуке заполняют его голову, но Тэхен отгоняет их, как может. Думать о любимых глазах, кроличьей улыбке, о родинке под губой… сейчас не хочется. Тэхен засыпает, прокручивая в голове всё произошедшее. Ночью ему обязательно приснится Чонгук.

**

Чонгук без конца поправляет волосы и кусает ногти на идеальном маникюре. Привычка, от которой, как он думал, удалось избавиться, но видимо ошибся. В чем еще он ошибся? Надо было сразу рассказать Тэхену об условиях, выставленных отцом. Или нет? А что бы изменилось? — Не сутулься — Чонгук чувствует нежное прикосновение к своей спине. Он поворачивает голову и смотрит на свою мать. Женщина выглядит до противного, довольной и прикосновение к спине начинает жечь, как в детстве. Старые раны, будто кровоточат на спине, но Чонгук понимает, что повреждено ни тело, повреждено сердце, вырванное с корнем и ушедшее за Тэхеном, покинув этот дом и тело своего хозяина. Он дергает плечами, скидывая с себя прикосновение чужой руки. В груди противно ноет от переживаний за любимого. Как там Тэхен? Захочет ли он выслушать Чонгука? Даст ли шанс всё объяснить? Вопросы бьются в голове Чонгука, вытесняя всё остальное. Нет ничего важнее, чем Тэхен. Поскорее бы этот цирк закончился, и он поедет к своему Тэ и всё расскажет, ничего больше не утаивая и не приукрашивая. Вместе они ведь справятся, правда? Чонгук смотрит на дверь, в которой потерял из виду блондинистую макушку. А ощущение, будто потерял всю свою жизнь. — Послушай, Чонгук — начинает негромко мама, чтоб не привлекать лишнее внимание. — Я понимаю, что тебе кажется, будто всё против тебя. Но это не так. — Чонгук поворачивает голову и встречается с холодными карими глазами. — Мы с твоим отцом желаем тебе только самого лучшего, поэтому мы… — Поэтому вы угрожали покалечить моего любимого человека, да? — усмехается Чонгук и с ненавистью смотрит на женщину. В нем нет любви ни к ней, ни к отцу. Благодарность за жизнь, и то очень размытая. — Прекрати! — обрывает его мать. — Отцу нужен бизнес Минов и ты это знаешь — почти шепотом поизносит Со Ён. — Может, тогда ему самому жениться на Су Хо? — скалится Чонгук. Злость на себя, на родителей, на Тэхена за то, что ушел, затапливает сознание. — Чон Чонгук! — возмущенно проговаривает мать. — Ты не много ли себе позволяешь?! — она с упреком приподнимает бровь. — Ой, да брось, мам — усмехается Чонгук. Границы смыло напрочь, оставляя лишь чистую, ничем не прикрытую ярость. — Ты не была против тех шлюх, что отец водил домой. К чему бы сейчас переживать?! — он видит, как на лице мамы пробежался весь спектр эмоций, от неверия до злости и улыбается. Хищно так, не по-доброму. Он не помнит, чтоб когда-то позволял себе такую вольность, но отчаяние толкает и не на такие поступки. А он сейчас в отчаянии. — Будь благоразумным, Чонгук — строго говорит она. — Я может, и стерплю, но не твой отец. Если не хочешь быть виновным в инвалидности своего «любимого» — она брезгливо выделяет последнее слово, — будь хорошим мальчиком и не неси ерунды. Вся спесь Чонгука слетает моментально. Страх за любимого человека накрывает с головой. Он смотрит, как женщина с улыбкой здоровается с одним из гостей и отходит от него, оставляя Чонгука одного вариться, в этом отвратительном котле ненависти к себе и всему, что связано с семьей Чонов. Может, Тэхену будет безопаснее ни о чем не знать? Ведь, что изменится от этой правды? Так или иначе, отец найдет рычаги давления на него и на Тэхена. И каким бы сильным не был его парень, Чон До Ён ему не ровня. Тэхен окажется еще в большей опасности, если начнет открытое противостояние. И что тогда? Чонгук готов жить без Тэхена, зная, что с ним все хорошо и он счастлив. Это очень больно, но утешением станет то, что его любимый в порядке. Но Чонгук не готов жить в мире, где нет Тэхена. Из этого следует выбор… Тяжелый, разбивающий душу на тысячи мелких осколков, уничтожающий саму суть Чонгука. Он выбирает остаться в этой истории главным злодеем. Жизнь и здоровье Тэхена, важнее его собственных желаний, важнее всего в этом мире. Интересно, это и есть любовь? Чонгук закусывает щеку изнутри, чувствуя на языке металлический вкус крови. Пора к невесте, Чонгук сегодня жених. Он осушает бокал с шампанским и идет в сторону Су Хо, не замечая на себе заинтересованный взгляд карих глаз. ** Пробуждение Тэхена было подобно удару молотка. Резкая, пульсирующая боль пронзила голову, заставляя его застонать и зажмуриться. Перед глазами стоял туман, перемешанный с яркими, тревожными вспышками. Ночь была украдена сном, который был сродни пытки. Он помнил каждую деталь. Чонгук. Его лицо, такое близкое, родное было искажено незнакомой Тэхену, эмоцией. Горячее дыхание на коже, поцелуи в шею, Ким запрокинул голову на чужое широкое плечо, так знакомо, так до одури приятно… А потом — нож. Острый, стальной клинок, который Чонгук безжалостно вонзал прямо в спину Тэхена. Чувство невероятной боли, предательства и ощущение, как жизнь медленно утекает сквозь пробитую кожу. Даже здесь, в безопасности, тело Тэхена все еще отзывалось фантомной болью. В голове всё еще звучал свой сдавленный крик, и чувствовалось ледяное прикосновение стали. С трудом перевернувшись на спину, Тэхен провел дрожащей рукой по лбу, ощущая липкий пот. Головная боль не отступала, усиливаясь каждым ударом сердца. Он закрыл глаза, пытаясь отогнать от себя страшные образы, но Чонгук с ножом в руке, вновь и вновь всплывал в памяти, яркий, живой и до ужаса пугающий. Это был не просто сон. Это было отражение предательства, которое начало проникать в реальность. Аромат свежесваренного кофе распространился по квартире Чимина. Тэхен перевернулся на бок и подтянул одеяло к груди, смяв его пальцами до белых пятен на коже. Вчерашнее празднование в родительском доме сменило страшный сон, но не казалось менее пугающим. Если сон можно списать на больную фантазию, то вчерашний вечер слишком реален. Боль, которую Тэхен испытал вчера, глядя на любимого человека не описать никакими словами. А усугубляется это всё тем, что Тэхен искренне этого не ожидал. Чонгук был такой ласковый, искренний, плавился от прикосновений и шептал слова любви. Возможно, был грустным и немного отстраненным, но это можно было списать на сложные отношения с родителями. Если что-то произошло там, то почему Чонгук не рассказал Тэхену? Почему не сказал, когда Тэхен дарил ему этот дурацкий брелок? Он с такой любовью и трепетом выбирал эту безделушку, что просто не имеет права называть его дурацким. Это Чонгук дурацкий и всё, что связано с ним. Черт! Тэхен чувствует себя идиотом. Он переворачивается на другой бок и тяжело выдыхает. Чонгук глубоко засел внутри него, еще там, в Италии, Тэхен осознал, что этот человек подходит ему больше, чем те, с кем он встречался годами, и дело было не в сексе. Точнее, не только в нем. Глаза… Что-то таилось в этих черных безднах такое, что Тэхен не мог осознать, но чувствовал. Чонгук стал наркотиком для Тэхена, кислородом, жизненно необходимым приоритетом. Ким бы поставил на кон, что угодно, лишь бы Чонгук навсегда остался в его жизни. И он может поклясться, что видел эту взаимность в чужих глазах. Чонгук не врал, просто не мог. То, как он отзывался, то, как он смотрел, как тихо признавался в любви, покрывая кожу Тэхена поцелуями. Это невозможно сыграть, невозможно подделать. Чонгук не врал, это Тэхен знает точно. Или хочет, чтоб так было. Черт! Почему так сложно? Почему всё не может быть просто? Я люблю его, он любит меня и всё мы счастливы и ебем мозги друг другу до конца своих дней. Если бы это так работало. Он тяжело вздыхает и встает с кровати. Проваляться весь день в кровати, смысла нет. Открытие офиса в самом разгаре, а еще надо выставить объявление и найти помощника. Дел у Тэхена невпроворот. И с отцом надо поговорить, счет Тэхена пуст, он так и не перевел деньги. Как же не хочется ехать снова в тот дом. — Ты уже проснулся? — Чимин осторожно открывает дверь. — Доброе утро. — Доброе — кивает Тэхен и морщится от головной боли. — Голова? — спрашивает Пак, глядя на своего друга, тот кивает и снова морщится. — Пошли, тебе надо поесть. — Чимин шире открывает дверь. Тэхен встает с кровати, направляясь в ванную, и хоть он прекрасно знает, что в него не влезет ни крошки, нужно начинать этот день.

**

— Может, останешься сегодня здесь? — спрашивает Чимин глядя на друга. Тэхен натягивает на себя вчерашний костюм и приглаживает светлые волосы. — Нет, Чим — говорит он — если не займу себя, хоть чем-то, просто сойду с ума. — Честно признается он. — Знаешь, что меня беспокоит? — Пак задумчиво вглядывается в лицо Тэхена. — Что? — друг смотрит в ответ. — Вчера ты был в ужасном состоянии — начинает мягко Чимин. — И я, действительно за тебя испугался. А сегодня — он разводит руками — ты просто встаешь и идешь по своим делам. Как это понимать? Тэхен вздыхает и оседает на край кровати. Он не знает, как объяснить Чимину, что он сейчас чувствует и как словами передать, то, что разрывает его изнутри. — Вчера мне было катастрофически больно — начинает негромко Тэхен. — Я был потерян, разбит, предан. И сейчас ничего особо не изменилось, но… — Он трет переносицу — Не знаю, просто такое странное чувство… — Тэхен делает паузу — Будто завтра уже сегодня, но я еще вчера. Понимаешь? Чимин смотрит на него с немым вопросом на лице. Конечно, нет. Он не понимает, о чем говорит Тэхен. Но догадывается, что его другу больно. Он видел их отношения, их тянуло друг к другу, как магнитом и либо Чонгук хорошо притворялся, либо всё не так просто, как кажется, на первый взгляд. И, по всей видимости, Тэхен это тоже понимает, но еще не решил, как действовать. — Что ты планируешь делать? — спрашивает Чимин. — А что я могу? — парирует Тэхен и усмехается. — Для начала, продолжить жить своей жизнью, а дальше посмотрим. — Ни прошло и суток, как ты узнал, что твой любимый женится и ты так спокоен? — Пак подозрительно щурит глаза и складывает руки на груди. — Что ты от меня хочешь? — устало спрашивает Тэхен. — Чтоб я истерил, бил посуду, просто что ты от меня хочешь? — Разговор раздражает. — Я хочу, чтоб ты был честен и не подавлял свои чувства. — Заботливо говорит Чимин. — Что ты чувствуешь, Тэ? — Что меня предали — рычит Тэхен. — Ещё — требует Чимин. — Что ты хочешь услышать? — Тэхен прикрывает глаза и трет переносицу. — Правду — спокойно отвечает Пак. — И я от тебя отстану. В комнате повисает гробовое молчание, разбиваемое громким дыханием Тэхена и спокойным Чимина. — Пустоту — негромко отвечает Ким. — Огромную, всепоглощающую пустоту. Я сижу здесь, Чимин. Думаю. И чувствую… ничего. Или наоборот, слишком много всего. Какая-то жуткая пустота. — Расскажи Тэ — мягко просит Чимин. — Помнишь наш уговор? Если что-то тебя грызет, ты сразу говоришь мне. Не справляйся с этим один. — Я не могу понять, что чувствую — Тэхен вздыхает и трет виски — И в этом самый кошмар. Рядом с Чонгуком я всегда чувствовал тепло, а сейчас я думаю о нем и мне страшно… Страшно, что он — не тот, кем я его считал. Что всё, что между нами было — это игра? Обман? — Тише, солнце — Чимин наклоняется вперед, внимательно смотря на друга. — То, что тебе страшно это нормально, то, что больно нормально, и ты должен об этом говорить. Не замалчивать, не утаивать, а говорить. Говори со мной — Чимин кладет руку ему на плечо. — Продолжай говорить. — Дело не в страхе — шепотом произносит Тэхен и Чимину приходится сесть ближе, чтоб хорошо расслышать друга. — Моё сердце… сердце отказывается верить. Или, скорее, оно боится поверить. Потому что если это правда — голос предательски срывается — если он способен на такое… то что тогда со мной? Что это всё было? — Глаза наполняются слезами, и Тэхен смотрит в потолок, чтоб прогнать невольно просящиеся слезы. — Эй, выдохни медленно. — Говорит Чимин, поглаживая Кима по спине. Тэхен послушно делает глубокий вдох и медленно выдыхает. — Я знаю тебя — негромко говорит Пак — ты — воин, Тэ. Всё, что произошло вчера ужасно, но это надо обсудить. Я видел вас вместе, видел, как он на тебя смотрит. Это не было игрой, я уверен. Я мечтал о том, чтоб на меня смотрели, так как смотрит на тебя Чонгук, когда ты отворачиваешься. — Он нежно улыбается, поглаживая колено друга. — Тебе нужно разобраться, без обвинений, без спешки. Просто понять. — Как? Как разобраться, когда вся моя уверенность, вся опора раскрошилась вчера? — Тэхен смотрит на друга и в его глазах мелькает слабая надежда. — Я чувствую себя так, будто иду по тонкому льду, и каждый мой шаг может стать последним. И этот лед — Чонгук. — Тогда давай на этом льду поставим якорь? — ласково улыбается Чимин, сжимая плечо Кима. — Якорь — это я. Держись. И если понадобится, мы вместе будем искать трещины. И, может быть, даже найдем способ их залатать. Или, если придется, найдем новый крепкий лед. Я буду рядом, Тэ. Всегда буду рядом. Тэхен не выдерживает и обнимает Чимина, позволяя слезам катиться по его щекам. Друг всегда знал, как подобрать правильные слова для того, чтоб поддержать его. — Мне страшно оставаться с этой пустотой наедине — шепчет Тэхен в шею Чимина, кутаясь в запах лучшего друга, как в теплое одеяло, согревающее душу. — Ты никогда не будешь один. Я всегда буду с тобой — он улыбается и гладит светлую макушку. — И теперь, когда ты рассказал об этом, твоя пустота стала же меньше? Тэхен отстраняется, заглядывая в теплые карие глаза, ставшие за столько лет родными. Он ничего не говорит, но медленно кивает. В глубине его души затеплилось что-то новое — уставшая, но несломленная надежда, разгоняемая теплотой искренней дружбы. — Спасибо — одними губами шепчет Тэхен.

**

— Позвони, как купишь новый телефон — наставляет Чимина, глядя, как лучший друг натягивает туфли. — Хорошо, папочка — игриво улыбается Тэхен. — Фу, мерзость — морщится Пак, и передергивает плечами. — Что? — приподнимает бровь Тэхен — Юнги-а не просит называть тебя папочкой? — Тэхен скалится, обнажая белый ряд зубов. — Для справки, мы оба можем быть папочкой — посмеивается Чимин — но оба считаем, что это пошло. Тэхен низко утробно смеется. После разговора с Чимином, ему стало немного легче. — Я не сомневаюсь, зная тебя — Тэхен подмигивает и выходит из квартиры, кинув на прощание Чимину «Пока». Пак наблюдает, как Тэхен садится в лифт и, помахав ему, закрывает дверь. Он проходит в гостиную и берет со стола телефон, набирая знакомый номер. Юнги отвечает сразу, приветствуя своего парня. — Привет, милый — улыбается Чимин. Они немного болтают, договариваясь о встрече и, когда приходит время прощаться, Чимин озвучивает свою просьбу. — Юнги-я, — ласково зовет он, зная какое влияние, оказывает на своего мужчину. — Можешь мне скинуть номер Сок Джина? В трубке повисает неловкая пауза и Чимин слегка напрягается. — Это не то, что ты подумал — оправдывается Чимин. — Это для Тэхена — врет он. Но терять свои отношения не хочется, а помочь другу — его святая обязанность. Юнги расслабляется, и Чимин посылая воздушный поцелуй, сбрасывает вызов. Сообщение от Юнги: *номер телефона*. Чимин набирает номер из сообщения и слушает длинные гудки. — Ало — голос Джина звучит твердо и раздраженно. — Джин, это Пак Чимин — представляется он — Друг Тэхена. — Привет, Чимин — Паку, кажется, что голос Джина звучит облегченно? Он улыбается сам себе. Не только он здесь настоящий лучший друг.