Lotos

Однажды, ещё в раннем детстве, у маленького Чонгука состоялся разговор с отцом, который вопреки инфантильной амнезии врезался в его память. Ему ещё не было трёх лет, и он случайно разбил чашку, из которой пил молоко. Для ребенка в таком возрасте вполне естественно испугаться и заплакать, но его отец считал иначе… «— Чонгук, ты мой сын! Ты носишь мою фамилию! Запомни раз и навсегда: настоящий мужчина не распускает нюни, когда ошибается. Он решает проблемы без лишних эмоций и никогда не показывает свою слабость. Если ты разлил молоко, разбив чашку, то ты молча должен убрать осколки и вытереть пол…» Позднее Чонгук неоднократно ошибался, и каждый раз ему вспоминались громкие слова отца, запрещающего демонстрировать окружающим свои настоящие чувства. Однако, это не мешало ему мысленно посылать его нахуй со своими нравоучениями, предпочитая оставаться живым человеком…

***

— Тэхён… — у Чонгука после нескольких секунд шока скапливаются слёзы осознания в глазах. — Пожалуйста, скажи, что ты не пьян от виски… Тэхён с досадой шумно выдыхает, чувствуя себя полным идиотом. — Офигеть… Я только что почти признался Вам в чувствах, а Вы шутите? — И ты не заберёшь свои слова назад, когда мы вернёмся в офис? — всё ещё не может поверить Чонгук, мысленно скрестив пальцы на руках, (и на ногах, кстати, тоже. На всякий случай…) — Я так не поступаю, господин Чон… — Мы что-то пропустили? — спрашивает довольный Юнги, подходя к столику вместе с Паком после перекура. — Тэхён хвалил десерт с клубникой… — хрипло отвечает Чонгук, наливая себе полный бокал вина, и жадно присасывается к нему, не дожидаясь остальных. Ким ехидно ухмыляется, глядя на это, но, чтобы не ставить босса в неловкое положение, соглашается со сказанным. — Я очень люблю клубнику… Просто обожаю… Она такая сочная… Ароматная… Тает на языке… Чонгук эпично давится вином, вовремя прижимая тканевую салфетку ко рту, чтобы не забрызгать всё вокруг. — Оо! Так это тебе тогда к Сокджину надо! Он же у нас повелитель клубничных плантаций в Янпхёне, — смеётся секретарь и загадочно облизывается, когда встречается с Чимином влюблёнными глазами. «Уж не целовались ли вы там случайно?» — думает Тэхён, рассматривая подозрительно опухшие и раскрасневшиеся губы Пака. И тут его внезапно накрывает горячей волной. А что, если Чонгук, догадываясь теперь о его чувствах, захочет прикоснуться к нему? Не так, как сегодня в кабинете, а вот по-настоящему… Вдруг захочет его поцеловать? От одного только этого предположения у Кима поднимается температура, и он, участив дыхание, впивается глазами в босса. «Кого же Вы видите во мне, господин Чон? Чего именно Вы хотите?» — спрашивает мысленно, опасаясь своих запретных желаний. — «А ведь Чимин сказал, что он пялился на меня во время съёмки, значит ли это, что он… Может быть… Хочет меня?!» Тэхён крепко зажмуривается и трясёт головой, пытаясь избавиться от нарастающего звона в ушах и слишком ярких романтичных картинок в мозгу. — Тэхён, ты хорошо себя чувствуешь? — беспокоится Чонгук, приподнимаясь со стула. — Может, хочешь воды? — Или виски с содовой? — стебётся Юнги, но тут же получает от Пака предупреждающий тычок в бедро и осуждающий взгляд. — Всё нормально. Не надо ничего. Я просто задумался, — отмахивается Ким. — О чём? — Чонгук незаметно от парней, под свисающей со стола скатертью, впивается короткими ногтями в собственную ладонь, отрезвляя себя краткосрочной болью. — О будущем…

***

— Господин Чон, я думаю на сегодня съёмки уже не понадобятся, — отчитывается Чанхён по стационарному телефону. — Материала вполне достаточно, и к завтрашнему утру можно будет подготовить черновую версию ролика, так что Тэхёну лучше пока отдохнуть перед следующей фотосессией. Я уже начал компоновать снимки и видео. Секретарь Мин говорит, что должно получиться просто превосходно… — Хорошо, Чанхён, я тебя понял, — Чонгук кладёт трубку и жуёт в нерешительности губу, глядя на сидящего перед ним в кресле Кима. — Что он сказал? — тихо спрашивает Тэхён, так и не поняв о чём Чонгук разговаривал с фотографом. В директорском кабинете кроме них никого нет, и им обоим после всего произошедшего за день немного неловко находиться снова наедине. — Сказал, что тебе надо отдохнуть, — почему-то без радости отвечает Чон. — Сегодня съёмок уже не будет… — И что же мне делать? Идти домой? — Ты хочешь уйти? — А как по-другому? Вы выделите мне какое-то рабочее место? Или я должен находиться рядом с Чанхёном, пока мои услуги не понадобятся? — задаёт вполне резонный вопрос и выжидательно смотрит на мужчину. Чонгуку перспектива (пусть даже временного) отсутствия Тэхёна не вселяет никакого душевного равновесия, как и нахождение парня рядом с Ли… — Останешься здесь, — отрезает Чонгук без дополнительных объяснений. — Но, если съёмок уже не будет, чем тогда я буду заниматься? Можно было бы вернуться в «Цыпочку» хоть на пару часов, только я ведь выпил… — Чего ты постоянно так рвёшься к своему скутеру? — не без ревности в голосе, спрашивает Чонгук. — Я же сказал, что материально компенсирую тебе твои смены. — Потому что я обещал господину Чхве помогать, если у меня будет время… — ЕСЛИ будет время, — значительно выделяет интонацией Чон, бесшумно снимает трубку стационарного телефона, оставив её в режиме ожидания, и подходит к сидящему парню со спины, чтобы запустить свои пальцы в его шевелюру. Зарываясь между тёмных прядок, он медленными массажными движениями гладит кожу головы, и Тэхён в тот же миг закрывает глаза от приятных ощущений. Это так неожиданно и кайфово одновременно, что у Кима просто нет силы воли хоть как-то возражать… — А времени у тебя не так уж и много, Тэ… У нас впереди ещё много рекламных проектов, и ты будешь задействован во всех… Я не хочу, чтобы ты колесил по городу с доставочным коробом, ты достоин лучшего… — Вы собираетесь взять мою жизнь под свой тотальный контроль? — хихикает Тэхён и тут же замолкает, подавившись воздухом, когда Чонгук, забыв о волосах, огибает ладонью его щёку и властно приподнимает пальцами лицо за подбородок. — Собираюсь… — глядя на него сверху, он начинает опасно склоняться, но Ким стремительно отшатывается, пряча лицо… «Чёрт!» — думают оба враз. — Простите, господин Чон… — мямлит Тэхён, вытирая вспотевшие ладони о ткань джинсов на коленях. — Напугал? — Чонгук нервно царапает свою шею и отходит на пару шагов. — Я не хотел… — Я просто… «Что мне сказать в своё оправдание?» — мысленно скулит Ким, уже пожалев, что дёрнулся и выставил себя трусливым зайцем. — Вы не заперли дверь… — Разве? — прекрасно помня как поворачивал защёлку замка. — Нас может кто-нибудь увидеть, — уже более уверенным тоном объясняет Тэхён, а Чонгуку безумно импонирует произнесённое Кимом «нас»… — В мой кабинет не входят, предварительно не постучав в дверь. — А Ваш секретарь? — паника отступает, и Тэхён снова улыбается, вспомнив забавную сценку в такси на обратном пути из ресторана, когда захмелевший от вина Юнги пытался поцеловать Чимина в шею, а тот, стыдливо уворачиваясь, возмущённо шипел на него, напоминая злобного ежа… — Юнги вряд ли можно чем-то удивить… — уклончиво отвечает Чонгук, с нескрываемым удовольствием вернувшись к волосам Тэхёна. — Да и голова его сейчас занята только Пак Чимином. Безошибочно могу предположить, что он рядом с ним… Тэхён понимающе хмыкает, задумываясь над словами Чона. Особенно его поражает то, насколько естественно Чонгук воспринимает происходящее вокруг. — Вы с господином Мином такие близкие друзья, что знаете абсолютно всё друг о друге… — не спрашивает, а скорее рассуждает, нежась под его чуткими пальцами. — Он и правда влюблён в Чимини-хёна? Рука моментально замирает, и Ким, почуяв неладное, встревоженно оборачивается лицом к боссу, намереваясь прочесть ответ в его глазах. — Влюблён… — на свой страх и риск говорит Чонгук, а сам очень сильно надеется, что это действительно так и Юнги (трахаю всё, что шевелится) реально втюрился, а не забавляется, используя неопытность доверчивого стажёра… — Хотите, открою Вам секрет? — интригует Тэхён, испытывая острую необходимость поделиться своими наблюдениями. Чонгук положительно мычит, считая необязательным отвечать вслух, а Киму бесконечно нравится их простое, почти равное общение. — Мне так кажется, что Чимини-хён тоже влюбился в него… — И как ты это понял? — Чонгук не спеша обходит кресло, чтобы оказаться прямо перед ним, а затем вдруг… Опускается на корточки, беря его руки в свои. И теперь он смотрит на парня снизу вверх, что выглядит странно и неправильно. — Как ты понял, что он влюбился? Безнадёжно утопая в омуте антрацитовых глаз, Тэхён теряется от пристального (в самую, мать его, душу) взгляда. Да и положение мужчины между его разведённых в стороны коленей не добавляет нужной смелости… — Тэ? — Я… — у него ком встаёт в горле, а руки начинают мелко дрожать, отчего Чонгук сильнее сжимает их в своих ладонях. — Я просто вижу, как господин Мин смотрит на него… И хён улыбается… Вы, может быть, не замечали, но я вижу… — А я? — Что Вы? — шепчет от страха Ким. — Как Я смотрю на тебя? — Вы… — язык намертво прилипает к нёбу, а в груди не хватает воздуха. Тэхён опускает голову, не находя подходящих слов, молчит, молчит… — Вы будто ждёте моего разрешения… — уши начинают гореть пламенем, и Тэхён уже готов сорваться в любой момент, чтобы окончательно не опозориться перед влиятельным человеком, который читает его, как раскрытую книгу. — Я жду… Медленно поднимая лицо, Тэхён снова убеждается как легко ему тонуть каждый раз, когда он видит эти невероятные бездонные глаза, теряя способность мыслить здраво. Да и вообще мыслить, в принципе… — А я разрешаю… «Если он сейчас рассмеётся надо мной, я выброшусь с пятнадцатого этажа…» — Спасибо… — еле слышно произносит Чонгук, а затем встав на ноги, тянет за собой безвольного Кима, не выпуская его рук. Глаза в глаза, так откровенно… И Тэхёна трясёт безбожно, когда мужчина приближается, сокращая между ними расстояние до каких-то жалких сантиметров. «Он сделает это? Он правда это сделает?!» Ещё немного и Тэхёну больше нечем будет дышать, потому что губы господина Чона почти касаются его. Он закрывает глаза, не в состоянии фокусировать свой взгляд. Дурацкая привычка облизываться не оставляет его даже в этот ответственный момент, и язык резким движением влажно смачивает губы, которые уже ощущают чужое горячее дыхание… Громкий стук в дверь, как ледяная лавина, накрывает мощным куполом с самого потолка, и грохот их скачущих сердец отчётливо различим в этом плотном вакууме… Чонгук приходит в себя первым, на лету подскакивая к двери, и открывает замок с характерным щелчком. — Чонгук! — в кабинет врывается взъерошенный Юнги вместе с Чимином (походу теперь он со стажёром неразлучен…) — Что с твоим телефоном? До тебя не дозвониться… Мы были в студии! Ли уже кое-что смонтировал, и это просто… — секретарь переводит взгляд с одного на другого и поднимает удивлённо брови, остановившись на Чонгуке. — Или мы не вовремя? «Да, Юнги! Ты, блять, вообще не вовремя!» — Нет, мы разговаривали с Тэхёном… — изо всех сил Чонгук пытается не показывать своего выпирающего наружу гнева. — Так, что там с Ли? — цедит сквозь зубы. — Пойдёмте, покажу! Ты закачаешься! — энергично машет руками секретарь и сам хватает за локоть бледного Кима, таща его к выходу. — Пошли, пошли!

***

Подходящая на все сто процентов музыка, наложенная на видеоряд, не просто завораживает, а заставляет полностью погрузиться в вымышленную атмосферную картину с головой. У Чонгука кожа покрывается мурашками, когда он видит как воздушный Тэхён выглядит образцом притягательной ауры ангелоподобной сущности. На какой-то миг он вообще забывает, что находится в студии среди своих сотрудников и смотрит отснятый материал. Всё это просто нереально… Тэхён нереален… Чонгук осторожно наблюдает за реакцией Кима и умиляется его скромности. Парень нервно кусает свои губы, наверняка мечтая как можно скорее смыться отсюда, от всех этих хвалебных речей и взглядов… — Вау! — в который раз восклицает Юнги, и Чонгук про себя посмеивается, вспоминая с какой недоверчивостью относился его секретарь к идее привлечения Тэхёна во всё это действо. — Я уже представляю бешеные взлёты продаж… — Это ещё даже не черновая версия, — не без удовольствия замечает Чанхён. — Думаю, когда ролик выйдет в прокат, отклик будет однозначным… — он по-дружески подмигивает притихшему Тэхёну, и Чонгук спешит обозначить рамки общения между моделью и фотографом. — Ну всё… Хватит его смущать, а то ещё испугается и откажется от сотрудничества… — незаметно он дотрагивается до поясницы Кима, тут же почувствовав напряжение парня. — Пойдёмте в мой кабинет, надо кое-что обсудить. Спасибо, Чанхён. Я уверен, ты отлично справишься с монтажом, буду ждать твоего отчёта завтра. — Конечно, господин Чон… Пока они все вместе направляются обратно в кабинет Чонгука, Юнги эмоционально втирает Паку о том, что это именно он посоветовал боссу привлечь модель для качественной рекламы, на что сам Чонгук лишь закатывает глаза, любезно позволяя секретарю распускать перья перед своим крашем, раз уж ему так приспичило… — Господин Чон… — убедившись, что хён с секретарём увлечены разговором, Тэхён рискует открыть рот, всё ещё не до конца успокоившись после их несостоявшегося поцелуя. — Вам лучше найти мне уголок, где я смогу пережидать время между съёмками. «Иначе, в Вашем кабинете будет постоянно жарко, если мы продолжим оставаться наедине…» — ухмыляется своим мыслям. — Чем тебе не нравится мой кабинет? — немного обиженно спрашивает Чонгук, надув губы. — Вы директор… — напоминает Ким, строго хмуря брови. — В Вашем кабинете всегда присутствуют люди, партнёры, сотрудники… Мне не по себе… — Я не смогу спокойно работать, если ты будешь не в поле моего зрения, — говорит совершенно серьёзно, однако у Тэхёна против воли расплывается довольная улыбка на лице. — Ты должен быть рядом со мной… — Но… — Никаких «но», Тэ… — Чонгук контрольно прожигает парня тёмным взглядом, надеясь таким образом донести до него всю значимость сказанного. — Останешься рядом со мной и точка. — Как скажете, господин Чон… — Киму сложно не засмеяться, но он крепко сжимает губы, изображая из себя саму невозмутимость. Чонгук расслабленно выдыхает, когда понимает, что Тэхёна удалось уговорить, и совсем не замечает того, что за их спинами стало слишком тихо, потому что кое-кто уже целую минуту нагло греет уши…

***

— Через неделю у вас обоих начинаются занятия в университете, — Чонгук с важным видом обращается к сидящим в креслах Чимину и Тэхёну. — И я хочу переговорить с вашими академическими кураторами, чтобы составить индивидуальный учебный план на ближайшее время… — И нам разрешат не посещать некоторые дисциплины? — удивляется Тэхён. — Думаю, это не станет проблемой, мы часто привлекаем к работе студентов во время семестров. — Вы так много делаете для нас, господин Чон, — Чимин кладёт ладонь на грудь, выражая этим благодарность. — Считайте это моим предусмотрительным вложением в вас, чтобы обеспечить «Lotos» новыми кадрами, — он улыбается и внимательно смотрит на Кима. — Ты учишься на факультете искусств, значит будущая работа моделью не напугает тебя, верно? — Вообще-то я учусь на дизайнера, — бубнит Тэхён, опустив голову. — Ничего… Мы что-нибудь придумаем, — ласково успокаивает Чон, и ему пиздец как сильно хочется потрепать Тэхёна по волосам, но он сжимает зудящие ладони в кулаки. — А ещё у меня через неделю день рождения, поэтому я приглашаю вас к себе… — А как же… — вклинившийся Юнги замолкает на полуслове, напоминая Чонгуку красноречивой мимикой о недавнем разговоре с отцом. — Разберёмся, — отрезает босс секретарю и уже через секунду снова улыбается. — А пока… Вообще-то, это обычно не в моих правилах, но… Как вы смотрите на то, чтобы уйти с работы раньше? Можем устроить мини-хвесик. Вы сегодня хорошо потрудились и заслужили отдых. — Ну да… Особенно я… — иронично кривится Пак, поглядывая на Тэхёна, у которого бриллиантами сверкают глаза от внезапного предложения Чонгука. — Господин Чон, а можно к Вам домой? — по-детски наивно спрашивает Ким, вызывая у всех тихий смех. — Конечно можно. «Любой каприз для тебя, Тэ…» — кричит взгляд Чонгука, и ему кажется, что Тэхён его слышит…

***

— Когда-нибудь я разбогатею и куплю себе такой дом, — на полном серьёзе заявляет Тэхён, наблюдая как Чонгук набирает код на дверной панели. — Хм-м… В этом есть доля истины, — без усмешки замечает Чон. — Если твоя карьера модели взлетит вверх, то это вполне осуществимо… — Пусть, он не будет таким большим как у Вас, но для мамы и бабушки места точно хватит… — продолжает мечтать вслух, не обращая внимания на беззлобные смешки Юнги и Чимина. — А ещё я хочу бассейн… Господин Чон, у Вас есть бассейн? Чонгук с каждым новым заданным вопросом всё больше и больше убеждается, что Ким Тэхён — это невероятно открытый ребёнок, не научившийся пока сдерживать себя в эмоциях, чем он, собственно говоря, и привлекает. Его любознательность, доверчивость, мягкость действует на Чонгука просто безотказно, и он с удовольствием питается этой кимовой непосредственностью, как оголодавший вампир свежей кровью… — Чем займёмся, парни? — спрашивает хозяин дома, как только они все оказываются в просторной гостиной. — Караоке, видеоигры? Есть хотите? — А давайте мы с Чимином приготовим что-нибудь? — предлагает Юнги, притягивая к себе стажёра и облизываясь, как мартовский кот. — Чонгук, доверишь нам свою кухню? — его брови пляшут на лице, одним своим видом обозначая полную готовность приступить к действиям. — Не вопрос. Развлекаетесь, — безразлично машет рукой Чон. — А я покажу Тэхёну бассейн… — Уау! Бассейн! — услышав заветное слово, Тэхён восторженно цепляется за плечо Чонгука, повиснув на нём милой увесистой пандой. — Хочешь понырять? — смеётся мужчина, поддерживая его за талию. — Пойдём, найдём тебе плавки…

***

Чимин с молчаливым интересом и толикой обожания смотрит на Юнги, нарезающего мясо тонкими ломтиками. Рукава его рубашки закатаны до локтей, выступающие вены создают причудливый витиеватый рисунок на белоснежной коже предплечий, пальцы уверенно орудуют ножом… Пак сглатывает скопившуюся во рту вязкую слюну, заторможенно моргая… Почему секретарь так действует на него? Почему от одного его взгляда подкашиваются колени? Почему раньше это был невообразимый ужас, а сейчас волнующее желание? Столько вопросов и нихуя ответов… Юнги его целовал… Снова… Вкусно… Днём, пока они выходили на перекур во время обеда, но на самом деле даже не притронулись к сигаретам… А потом и в фотостудии, когда Чанхён маньячно редактировал видео, не удосужившись обратить внимание на увлечённую друг другом парочку… Чимину с ним хорошо… Сладко, отчаянно, защищённо… Острое лезвие ножа монотонно стучит по поверхности керамической кухонной доски, а Паку призрачно кажется, что это не мясо нарезается слайсами, а его сердце отбивает ритм в такт движениям руки Юнги… — Знаешь, когда я учился в школе, мама запрещала мне подходить к кухне, — с ухмылкой делится Мин, складывая аккуратные кусочки свинины в металлическую миску. — Ты её чем-то разочаровал? — Чимин расслабленно опирается локтем в гранитную столешницу, не сводя с Юнги глаз. — Да… Было дело… Случайно порезался ножом до самой кости, — он тут же демонстрирует Паку едва заметный розовый шрам на левой ладони, пересекающий тыльную мышцу. — Крови было море… — хихикает, не отвлекаясь от нарезки. — С тех пор она всегда говорит, что я и кухня — это две несовместимости. — Она ошибается, — тихо возражает Пак, прикусывая губу, потому что Юнги поднимает на него пытливый взгляд. — Ты замечательно готовишь… — Да? — кокетливо напрашиваясь на комплимент, секретарь замирает с ножом в руке. — Хочешь, чтобы я упал перед тобой на колени, восхваляя твои способности? — не удерживается от наглости осмелевший Чимин, фыркнув в сторону. — Ты же знаешь, что я не подлизываюсь никогда… — Знаю… — тихо шепчет Юнги, красочно представляя Пака перед ним на коленях… «Чёрт… Думай о готовке, придурок…»

***

У Тэхёна глаза разбегаются от огромного количества нижнего белья в гардеробной Чонгука. — Куда Вам столько?! — с некоторым укором цыкает Ким, перебирая плавки, ища подходящий для себя размер и фасон. — Согласен, многовато… Я даже порой не замечаю сколько у меня одежды, — оправдываясь, Чонгук с сомнением растягивает перед собой джаммеры и останавливает выбор на бордшортах. — Как тебе эти? — Угум… — незаинтересованно кидает взгляд Тэхён, а потом ахает в изумлении, демонстрируя Чону слипы ярко-красного цвета. — Нашёл! А у Чонгука дыхание спирает от одной только вымышленной картинки в мозгу, когда он представляет Кима в этом обтягивающем лоскутке ткани… — Эм-м… Очень… Да, тебе пойдёт… — Где можно переодеться? — светодиодной лампой сияет Ким, улыбаясь во весь рот. — Давай для начала спустимся в подвал к бассейну, там есть раздевалка. «А мне не помешало бы успокаивающего выпить…» Вообще Чонгук изначально не планировал наличие бассейна в своём доме, но архитектор настоял на нём, уверяя, что данное инженерное сооружение идеально впишется в концепцию проекта. А затем оказалось, что этот водоём прекрасно справляется с досугом, когда к Чонгуку заглядывают случайные гости, например, Сокджин с Хосоком… — Ух ты! Так классно! — Тэхён в предвкушении опускается на колени у бортика и плещется пальцами по поверхности воды. — Прохладная… — Включить подогрев? — моментально беспокоится Чонгук. — Нет-нет! Я люблю прохладную воду, — он поднимается с колен и неловко теребит в руках плавки. — Где раздевалка? Вы со мной? Чонгук нервно прочищает горло, и этот хриплый звук раздаётся эхом в помещении, оседая на стенах. — Вон там, — указывает на дверь. — Ты первый… Не хочу тебя смущать… «Очень хочу, чёрт побери! Но лучше не надо…» — Вы сегодня уговаривали меня раздеться, господин Чон, — таинственным голосом напоминает Ким. — А сами стесняетесь? — кривая ухмылка застывает на лице Тэхёна, и он, не дождавшись ответной реакции, быстрым шагом направляется к раздевалке. «Блять! Да что же это такое?! Господи, умоляю, не дай мне опозориться! Этот мальчишка сведёт меня с ума!» — Чонгук не зря молится Богу, потому что как только Тэхён появляется перед ним в красных плавках, его мозг сбивается нахуй до заводских настроек. Выпученные глаза сами жадно ощупывают стройное тело Кима, а челюсть внезапно вспоминает о законе Ньютона, стремясь оказаться на полу… Упругая аккуратная задница Тэхёна, обтянутая проклятой синтетикой, словно скандирует во всё горло: — Возьми меня! Но недолго… Парень с разбега плюхается в воду, исчезая под толщей, и Чонгук машинально стирает с лица отрезвляющие капли… «Мама моя дорогая! Что я только что увидел?!» — Господин Чон! — кричит вынырнувший Ким и машет рукой, отплёвываясь от воды. — Пойдёмте скорее! — Д-да… Я щас… На ватных ногах Чонгук добирается до раздевалки, и вот кто бы мог подумать, что здесь с ним может приключиться что-то из ряда вон выходящее? Он видит беспорядочную кучку одежды Тэхёна, где на самом верху отдыхают его боксеры… «Не подходи… Не надо… Зачем тебе это? Ты с ума сошёл?! Нет!» Чонгук даже не сразу понимает в какой момент трусы Кима оказываются в его руках. Сердце грохочет, как локомотив со скоростью 200 км/ч, уши закладывает невыносимым гулом от прилившей к вискам крови… «Не надо, Чонгук, пожалуйста!» Глаза закрываются, а нос втягивает запретный запах ластовицы… «ПИЗДЕЦ… ЧТО Я ДЕЛАЮ???» Наверное, именно так и трогаются умом люди… Когда что-либо недозволенное, но до одури желанное без разрешения врывается в твою жизнь и нарушает выстроенный годами идеальный порядок, внося в неё свой разрушающий хаос… Трусы пахнут обычным гелем для душа, которым пользуется Тэхён, но для Чонгука этот запах сродни с благоуханием волшебного леса, в котором обитают радужные бабочки, эльфы и единороги… «Да-а… Не думал я, что когда-нибудь мне придётся докатиться до этого…» Полувставший член в штанах с ним абсолютно солидарен, и Чонгук со стоном сжимает его, уговаривая успокоиться. За стеной слышатся всплески воды, значит Тэхён вовсю резвится, и надо бы поторопиться составить ему компанию, а то всё это позорное замешательство может сыграть с ним плохую шутку… — Господин Чон! Ныряйте скорее! — зовёт Ким, увидев Чонгука в голубых бордшортах. — Так здесь здорово! Прохладная вода приятно освежает воспалённую возбуждением кожу. Чонгук подплывает к Тэхёну, мысленно радуясь, что под водой не заметно его бесстыжего конфуза. — Тебе нравится? — улыбаясь, он загребает пальцами мокрую чёлку, открывая лоб. — Очень… — с детским восторгом в глазах делится Ким, немного подзависая на красивом лице мужчины. Вода стекает с его кожи струйками, попадая в улыбающийся рот, и Тэхёну в голову приходит дурацкая мысль, что они сейчас оба в одной жидкости, что несомненно их интимно связывает… Взгляд случайно цепляется за тёмное пятно на груди Чонгука, и Тэхён хмурится, силясь угадать очертания под водой. — Татуировка? — Угум… — Что там? — Цветок лотоса… — Чонгук молотит ногами под водой, приподнимаясь над поверхностью, чтобы Тэхён успел разглядеть тату. — Сделал в девятнадцать… — Клё-ё-ёво, — искренне тянет Ким. — Я бы тоже хотел себе что-нибудь… — Хочешь? Сделаем, — вот так просто он пожимает плечами, будто это обычная процедура, как яичницу пожарить. Ещё немного покрасовавшись накачанной грудью, Чонгук рывком уходит под воду, чтобы через пару секунд продемонстрировать Киму своё мастерское умение плавать кролем. Он пересекает бассейн два раза от бортика к бортику, и только его шумные вдохи-выдохи слышны сквозь плеск воды. Тэхён замирает… Он всегда видел в Чонгуке силу, власть, обеспеченность, красоту… Но сейчас что-то неуловимо приятное бьётся в его животе. Этот мужчина не просто красив и атлетически сложен, он притягателен… Своими словами, действиями, взглядами… «Значит так влюбляются в человека?» — его философские размышления прерывает резкий всплеск перед самым носом, и Чонгук снова оказывается рядом. Очень-очень близко… — Не замёрз? — Нет… — Тэхён не шевелится, гадая, что же будет дальше. А дальше Чонгук обнимает его за талию под водой, приближается и больше не улыбается. — Тэ… — Что? — беззвучно одними губами. — Можно? Тэхён чувствует тепло его ладоней на своей коже. И это бесподобно. — Да… — с шёпотом отсеиваются последние сомнения и губы тянутся навстречу, будто это сама природа толкает Тэхёна вперёд. Чонгук целует мягко, трепетно, не спеша. Рука под водой прижимает ближе, плотнее, а в следующий миг влажный кончик языка скользит в рот Тэхёна, ломая невидимые преграды, плавно погружая Кима в охуенную невесомость…